Глава 179
27 марта 2026 г., 12:51
Поскольку раны Принца Ци Цзинь Юя были слишком серьёзными, Чжоу Юнь Шэн после возвращения в столицу отправил его на лечение в императорскую лечебницу. Когда вдовствующая Императрица узнала о скором возвращении сына, она приказала всем придворным лекарям явиться к ней. Увидев, в каком ужасном состоянии находится её сын, она едва не упала в обморок. Неужели это её несравненно красивый, грациозный сын? Как он мог превратиться в злого духа? Неужели это ошибка?
— Матушка-Императрица, это я, ах, матушка-Императрица! — Ци Цзинь Юй с трудом поднялся с кровати и, рыдая, прижался к ногам вдовствующей Императрицы. Говорят, настоящие мужчины не плачут, потому что их никогда не обижали по-настоящему. Сейчас его внешность была изуродована, пальцы изувечены, и к тому же он прослыл неумехой. Что он мог противопоставить Ци И Нину, у которого было все? На обратном пути слуги Ци И Нина постоянно твердили о том, что он повелел Небесам пролить дождь, и просто боготворили его. Хуже того, Ло Чжэнь и другие чиновники прониклись к Императору Ци И Нину таким почтением, что оно уже въелось в их кровь. Не говоря уже о том, чтобы переманить их на свою сторону, они бы не осмелились перейти на другую сторону, даже если бы он приставил нож к их горлу.
История о чудесном дожде быстро распространилась с юго-запада на всю страну. В этом мире, где безраздельно властвовала императорская власть, если монарха окружал ореол «посвящения небес», преданность народа монарху достигала таких высот, о которых современный человек не мог и помыслить. В то время в разных уголках страны один за другим появлялись храмы, посвященные Императору, и число людей, воскуряющих благовония перед храмами, росло. Существовали даже разные версии этой истории. Легенда о том, как Император спустился в мир, чтобы познать жизнь смертного человека, распространилась со скоростью лесного пожара и описывала его как чудотворца.
В таких обстоятельствах, даже если бы Принц Ци Цзинь Юй не был инвалидом, у него не было бы ни единого шанса бросить вызов Чжоу Юнь Шэну. При мысли об этом его охватила глубокая печаль, и он не смог сдержать слез.
Вдовствующая Императрица не узнала искаженное болью лицо, но узнала голос сына. Ошеломленная, она упала на землю, обняла его и заплакала. Проплакав до тех пор, пока не высохли слезы, она начала расспрашивать, как он получил эти раны. Выслушав рассказ сына, она заметила несоответствия и мудро заметила:
— Что это за бандиты такие? Это точно были убийцы, подосланные Ци И Нином, иначе как бы их не смогли остановить даже теневые стражи генерала Чжэньбэя? Он настолько жесток, что даже после того, как отобрал у тебя престол, хочет твоей смерти. Если бы я знала, что так будет, я бы давно отправила его и эту шлюху в ад.
— Матушка-Императрица, какой смысл говорить об этом сейчас? Подумайте об этом в другой раз, — Ци Цзинь Юй вытер слезы и присел на диван, опираясь на руку вдовствующей Императрицы. Затем он наклонился к ее уху и прошептал: — Матушка-Императрица, придумайте, как сделать так, чтобы он назначил Чэн-эра Наследным принцем. Когда Чэн-эр немного подрастет, у вашего сына еще будет шанс…
Выслушав, как сын объясняет детали плана, вдовствующая Императрица вздохнула:
— Сначала я разозлилась из-за того, что ты не отказался от этой шлюхи Чжао Би Сюань, но, учитывая сложившуюся ситуацию, у нас нет другого выхода, кроме как положиться на неё… Ничего, я ей всё объясню. Если она не согласится, я заставлю её пожалеть об этом.
Принц Ци Цзинь Юй поблагодарил её и вернулся на кровать, чтобы спокойно отдохнуть.
***
Когда Чжоу Юнь Шэн вернулся во дворец, он сразу же распорядился вернуть Второго принца. Во время этого трехмесячного путешествия вдовствующая Императрица несколько раз посылала людей за Вторым принцем, но он уже приказал слугам, чтобы те препятствовали ее визитам, и говорили, что у Второго принца ветрянка и его нельзя выводить из дворца, чтобы он не заразил вдовствующую Императрицу. Вдовствующая Императрица видела, как во дворец Фэн И каждый день ходят многочисленные придворные лекари, и, немного расспросив, поверила в эту историю. Чжао Би Сюань не показалось странным, что несколько придворных лекарей входили в боковую комнату, ненадолго задержались там, а затем уходили. Она была слишком поглощена мыслями о безопасности Принца Ци Цзинь Юя и время от времени задавалась вопросом, куда увезли ее сына. Чем больше думала главная служанка, тем сильнее убеждалась, что Император уже знает правду, и ее сердце начинало трепетать от дурного предчувствия. Она знала, что Чжао Би Сюань уже не спасти. В первый раз она смогла вернуть расположение Императора не благодаря своему уму, а благодаря своей сногсшибательной красоте. Император хорошо ее оберегал, поэтому она никогда не сталкивалась с гаремными интригами, и в ее голове не было ничего, кроме любовных похождений и горечи в постели, она совершенно не умела просчитывать ситуацию. Поведение императорской супруги было настолько очевидным, что рано или поздно она погубила бы сотни слуг во дворце Фэн И. Старшая служанка неоднократно, прямо и косвенно, намекала ей на это, но Чжао Би Сюань лишь рассеянно кивала, а потом с красными глазами спрашивала: — Когда вернётся Принц Цзинь Юй? Со временем старшая служанка впала в отчаяние. У нее была овдовевшая пожилая мать и младший брат, которые жили за пределами дворца и выживали только на ее ежемесячное жалованье. Что будет с ее семьей, если она умрет? При этой мысли она задействовала все свои связи и в конце концов покинула дворец Фэн И до возвращения Императора. Должность прачки была гораздо ниже, чем у дворцовой служанки, и работать было тяжело, но, по крайней мере, она могла выжить. Другие служанки были того же мнения и использовали свои связи, чтобы найти приют у новых хозяев. Страже дворца Фэн И нужно было лишь задерживать наложницу Хуэй И, а если остальные захотят уйти, они не стали бы их останавливать. Поэтому к тому времени, когда Второй принц вернулся, в огромном дворце Фэн И осталось всего двадцать дворцовых служанок и слуг. Чжао Би Сюань, привыкшая к тому, что по первому зову к ней на прогулку выходили более ста человек, больше не могла вести себя как императорская супруга. Она постепенно начала впадать в панику, почти каждую ночь просыпалась от кошмаров, в которых ей снилась смерть Принца Ци Цзинь Юя или исчезновение сына, а также три фута белого шелка и отравленное вино. — Сынок, ты наконец-то вернулся! Мама скучала по тебе! — она обняла вернувшегося Второго принца, не сдерживая слёз, а затем посмотрела на входную дверь, думая, что Император идёт за слугой, который привёл ребёнка. Но дверь оставалась закрытой, а когда слуга ушёл, стражники снова заперли её. Несмотря на свою глупость, Чжао Би Сюань смутно ощущала приближение беды. Она выросла в покоях, была близорукой и, будучи дочерью наложницы, не получила того образования, которое получают законные дочери. Если не считать красивого лица, в ней не было ничего примечательного. Она хотела понять, почему Император забрал Второго принца, но не осмеливалась задумываться об этом. Она искренне верила, что, если извинится перед Императором и будет верно служить ему в будущем, он снова будет к ней благосклонен. Она никогда раньше не испытывала такого сильного желания увидеться с Императором, как будто он был ее последней надеждой на то, что она не утонет во дворце. Однако она не могла признаться в этом Принцу Ци Цзинь Юю и могла лишь надеяться, что он поймет ее. После нескольких дней мучительных ожиданий Чжао Би Сюань наконец получила приглашение от Императора. Она поспешно надела свой самый красивый дворцовый наряд и села перед бронзовым зеркалом, чтобы поправить макияж. Зачесав пышные волосы, она вставила в них украшения и, оставшись довольная своим безупречным видом, выпрямилась и вышла через ранее запертые дворцовые ворота. — Императорская супруга прибыла засвидетельствовать свое почтение Императору, Ваше Величество… Она грациозно опустилась на колени, чтобы поприветствовать того, но не успела договорить, как Император просто прошел мимо. Он даже не взглянул на нее, не говоря уже о том, чтобы выразить, как сильно он скучал по ней после долгой разлуки. Она быстро пришла в себя и поспешила за ним, глядя ему вслед со слезами на глазах. Если бы это было в прошлом, разве мог бы этот человек идти впереди, бросив ее? Раньше он брал ее за руку и вел за собой, ласково льстил ей и следил за каждым ее шагом. Он всегда хотел идти с ней плечом к плечу, чтобы она чувствовала себя равной ему, а не смиренно шла позади. Чжао Би Сюань задумалась, а потом заметила, что дорога, по которой они шли, была ей очень знакома, и ее сердце вдруг забилось чаще. — Ваше Величество, куда мы едем? — спросила она, собравшись с духом. — Дворец Ци Нин, чтобы засвидетельствовать почтение вдовствующей Императрице и заодно проверить, как там младший императорский брат. Рана императорского брата почти зажила, сегодня он сможет покинуть дворец, так что мы с тобой проводим его. Чжао Би Сюань тихо поблагодарила его, едва сдерживая волнение. Из-за того, что она находилась под домашним арестом во дворце Фэн И, а все ее доверенные лица исчезли, она практически ничего не знала. Ей было известно только, что Принц Гун восстанавливается после ранения во дворце вдовствующей Императрицы, но она не знала, насколько серьезно он пострадал. Чжоу Юнь Шэн оглянулся на неё, его губы слегка скривились в усмешке.***
Больше всего Принц Ци Цзинь Юй не хотел видеть Чжао Би Сюань. Когда он узнал, что у Второго принца ветрянка и что Чжао Би Сюань заперта во дворце Фэн И и ухаживает за тем, он вздохнул с облегчением и попросил вдовствующую Императрицу сообщить ей о его планах только после его отъезда. Но, к несчастью, Чжао Би Сюань пришла в тот день, когда он собирался уезжать, и столкнулась с ним, едва открыв дверь. Чжао Би Сюань была совершенно не готова к тому, что перед ней внезапно появится искаженное, отвратительное лицо. Она в ужасе закричала: — А-а-а-а, это призрак! От ее голоса с балки на потолке посыпалась пыль. После ее крика во дворце Ци Нин воцарилась полная тишина. Вдовствующая Императрица злилась из-за того, что не смогла заткнуть этой шлюхе ее поганый рот, и без того слабое сердце Принца Ци Цзинь Юя начало обливаться кровью. — Чего ты кричишь, это же мой императорский брат, — Чжоу Юнь Шэн нетерпеливо оттолкнул Чжао Би Сюань, которая пряталась за его спиной. — Это невозможно! — резко возразила Чжао Би Сюань. Где это злобное привидение, а где ее несравненно прекрасный возлюбленный? Как они могут быть похожи? Но прежде чем ее голос затих, она наконец заметила, что на этом человеке придворное платье принца, а половина его лица выглядит почти нормально. Ее щеки вспыхнули, дыхание участилось, и она почувствовала, что за последние три месяца произошло что-то ужасное, что перевернет всю ее жизнь. — Императорский брат был ранен бандитами, но несколько шрамов на лице — это не страшно. Не бойся так сильно в будущем, — Чжоу Юнь Шэн взмахнул рукой и холодно упрекнул ту. Чжао Би Сюань натянуто кивнула, едва взглянув на призрачное, неприятное лицо своего возлюбленного, и в панике убежала. Она не могла смириться с новым лицом своего возлюбленного, оно было ужасным. Как мог Принц Ци Цзинь Юй не заметить конфликта с окружающими? Его сердце переполняла сдерживаемая боль, но он спокойно улыбнулся всем, сложил руки в знак прощания и ушел. Чжоу Юнь Шэн собирался проводить его до дворцовых ворот, а потом вернуться к государственным делам. Вдовствующая Императрица воспользовалась случаем и попросила Чжао Би Сюань остаться, сказав, что чувствует себя подавленной и хочет, чтобы ее сопровождала наложница Хуэй И. Чжоу Юнь Шэн лишь улыбнулся, сделав вид, что ничего не заметил. Ему даже не нужно было напрягать мозги, чтобы разгадать этот план матери и сына. Это была не более чем западня на крайний случай. Чжао Би Сюань должна была очаровать его, чтобы он назначил Второго принца Наследным, а затем медленно отравить его, чтобы он умер, когда Второй принц немного подрастет, и Ци Цзинь Юй мог стать регентом. Таким образом, он мог бы косвенно осуществить свою мечту — править миллионами людей. Эти «влюблённые» были очень интересны: мужчина приказывает женщине спать с другим мужчиной, а она, увидев его искажённое лицо, не смеет даже взглянуть на того. Если это и есть представление мирового сознания о душераздирающей любви, то он может только посмеяться.***
Стоило Чжао Би Сюань закрыть глаза, как перед ней возникал искаженный лик Принца Ци Цзинь Юя, и это пугало ее. Она неосознанно использовала образ несравненного Императора, чтобы вытеснить образ Принца Ци Цзинь Юя, и страх быстро сменился восхищением. Как будто с ее глаз внезапно спала пелена, она почувствовала потрясение, осознав, что Император, которого она так долго ненавидела, был самым прекрасным человеком на свете. Любовь, над которой она насмехалась и которую выбросила, как старую обувь, это, наверное, то, о чем мечтают большинство женщин в мире. Она сидела рядом с вдовствующей Императрицей, и ее рука, сжимавшая вышитый носовой платок, постоянно дрожала от страха, что она пришла в себя слишком поздно и уже не сможет вернуть любовь Императора. Но следующие слова вдовствующей Императрицы разрушили ее безумные надежды на то, что все можно начать сначала. — Возьми это и каждый день подмешивай в еду Императора, — как и Чжао Би Сюань, вдовствующая Императрица была слепа и не замечала признаков того, что наложница Хуэй И впала в немилость. — Что это такое? — глаза Чжао Би Сюань наполнились страхом. — Это «Дэн Сянь», — вдовствующая Императрица больше ничего не объяснила, но Чжао Би Сюань поняла, что это яд. Что за яд был «Дэн Сянь», можно было понять, только отправившись к Желтым источникам. — Нет, я не могу… — она в отчаянии всплеснула руками. После того как лицо ее возлюбленного было изуродовано, она мгновенно пришла в себя и поняла, что у него никогда не было шансов занять престол, а вся ее слава и богатство теперь зависели от Императора. Если бы Император был здоров, у нее была бы хорошая жизнь. — Ты не хочешь? Ты забыла, как стояла на коленях у моих ног, плача и крича, что в этой жизни ты будешь любить только Принца Цзинь Юя? Ты, конечно, быстро передумала, как и следовало ожидать от бессердечной шлюхи… — вдовствующая Императрица откинулась на спинку дивана и вздохнула, затем через мгновение невротически улыбнулась: — Но тебе не позволено забывать, чья кровь течет в жилах Второго принца. Скажи мне, если бы Ци И Нин узнал, пощадил бы он тебя? В любом случае, твое тело настолько грязное, что его уже не очистить. Почему бы не добавить еще немного грязи? Чжао Би Сюань не могла сопротивляться, когда ее самую большую слабость взяли в оборот. Она подавила слезы и согласилась на просьбу вдовствующей Императрицы, чувствуя крайнее раскаяние. Если бы в то время она не страдала от одиночества в Холодном дворце, если бы она раньше поняла, кто на самом деле достоин ее любви, разве оказалась бы она в таком безвыходном положении? Император всегда был добр к ней, и теперь, когда она об этом подумала, любовь того в сотни тысяч раз превосходила чувства Принца Ци Цзинь Юя.***
Принц Ци Цзинь Юй получил сильный удар от Чжао Би Сюань и после возвращения домой не хотел встречаться с Принцессой. Но принцесса владела боевыми искусствами и была очень властной. Даже когда пять стражников вышли, чтобы остановить ее, они не смогли подняться после того, как она ударила их ногой. Она распахнула дверь и увидела Ци Цзинь Юя. Ее зрачки на мгновение расширились, но тут же вернулись в обычное состояние, и она неожиданно улыбнулась. — Ты здесь ранен? — она убрала руку Принца Ци Цзинь Юя с его лица и спросила с ухмылкой. Ци Цзинь Юй увидел, куда она показывает, и сразу понял, что она имеет в виду. Он покачал головой, чувствуя себя крайне неловко: — Конечно, нет! — Молодец, отлично справился, — Цянь Фанфэй похлопала его по плечу и улыбнулась. Она выросла в казарме и видела множество солдат с инвалидностью, так что ее, естественно, не пугало лицо Ци Цзинь Юя. У нее был особый жизненный опыт, поэтому характер у нее был весьма эксцентричный. Когда лагерь Цянь Туна на горе Цю Мин был осажден армией северного племени, у них закончились продовольствие и фураж. Видя, что солдаты стремительно умирают от голода и полностью теряют боевой дух, Цянь Тун приказал зарезать всех своих наложниц и их детей, чтобы накормить голодных солдат, но, опасаясь, что этого будет недостаточно, решил зарезать и нескольких детей своей первой жены. В то время госпожа Цянь стояла на коленях и умоляла, но смогла защитить только двух старших сыновей, а Цянь Фанфэй была брошена на произвол судьбы. Ее заперли в загоне для овец, а рядом с ней стоял солдат, который медленно точил тесак, глядя на нее голодным взглядом. Она была так напугана, что пронзительно закричала и стала звать отца и мать, но никто не пришел. Вместо этого к ней подошел военный советник. Он сказал, что, поскольку она дочь первой жены, если ее тоже убьют, чтобы прокормить солдат, люди назовут генерала хладнокровным, безжалостным и бесчеловечным. Поэтому ее увели, и мать обняла ее, причитая: «Бедное мое дитя». В теплых объятиях матери сердце Цянь Фанфэй постепенно становилось холоднее железа. Она не была благодарна военному советнику, потому что он спас ее только ради того, чтобы защитить репутацию Цянь Туна. Если бы она не была дочерью первой жены, ее бы уже давно перемололи в фарш. Когда Цянь Тун решил отправить сыновей и дочь своей первой жены в столицу, двое ее старших братьев забеспокоились, но она была в восторге. Она считала, что должна прожить свою жизнь достойно и никогда не выйдет замуж за мужчину, который будет относиться к ней как к инструменту или украшению. Муж должен хорошо к ней относиться, иначе она затащит его за собой в ад. Когда она получила императорский указ о замужестве, то была очень недовольна, но Принц Ци Цзинь Юй жил честно и порядочно и был очень нежным, так что она не теряла надежды. Ее беспокоило только одно: что она будет делать, если он, с его благородным происхождением и красотой, однажды захочет взять себе наложницу? Если бы это был обычный человек, она бы с ним справилась, но с Императорским двором так просто не разделаешься. Но Принц Ци Цзинь Юй был обезображен, и кто еще в мире, кроме нее, мог его принять? Поэтому, когда она увидела отвратительного, похожего на злого духа Ци Цзинь Юя, ее не только не затошнило, но она стала любить его еще сильнее. — Цзинь Юй, мужчины уравновешивают силы неба и земли, полагаясь на свой истинный талант и упорный труд, а не на привлекательную внешность. Не расстраивайся, мы по-прежнему будем ладить, как раньше, — она обняла мужа, поцеловала его, и в её глазах засияла радость. Раньше она боялась, что он заведёт наложницу, поэтому не хотела беременеть, пока не убедится, что сможет его перевоспитать или что его уже не изменить. Короче говоря, она не хотела заводить детей слишком рано. Но теперь всё по-другому: Ци Цзинь Юй принадлежит только ей, и она будет рада, если он подарит ей ребёнка. Благодаря поведению Принцессы Ци Цзинь Юй почувствовал себя гораздо лучше и нежно обнял ее в ответ. Сейчас ему была крайне необходима поддержка генерала Чжэньбэя, поэтому он, естественно, стал относиться к Цянь Фанфэй лучше, чем прежде. Муж и жена заботились друг о друге, и между ними царила гармония.***
В отличие от спокойствия в особняке Гун Цинь, в императорском дворце царила не такая уж и спокойная обстановка. Вдовствующая Императрица собрала нескольких придворных и заявила, что пришло время назначить наследника престола. Хотя Ци И Нин был ещё очень молод, он и сам ранее предлагал это сделать, так что, возможно, вдовствующая Императрица просто потакала его желаниям. — Хорошо, я немедленно отправлю императорский указ о назначении Первого принца в качестве Наследного принца. От ответа Императора вдовствующая Императрица едва не упала в обморок. Ее губы задрожали, когда она спросила: — Разве ты не всегда благоволил Второму принцу? Как ты мог так внезапно передумать? — С древних времен Наследного принца выбирали именно так: это всегда был ребенок от первой жены и старший из детей. У меня всего два сына, и Второй принц не от первой жены и не старший из детей. Как я могу сделать его наследником? Вдовствующей Императрице нечего было сказать. Она действительно сожалела о том, что тогда помешала канонизировать Чжао Би Сюань. Если бы не она, Второй принц сейчас был бы законным сыном первой жены. Но она постоянно демонстрировала, насколько ей неприятна Чжао Би Сюань, и не могла внезапно посоветовать Императору передумать. Дело зашло в тупик. Чтобы не дать Первому принцу одержать столь легкую победу, она могла лишь предложить придворным временно приостановить выбор наследника, а затем сделать все возможное, чтобы убить Первого принца. Но Чжоу Юнь Шэн был на шаг впереди и уже отправил Первого принца во дворец Небесной Чистоты для обучения. Хотя у него не было титула Наследного принца, он уже был настоящим наследником престола. В настоящее время при Императорском дворе все, кроме чиновников, которых прибрала к рукам вдовствующая Императрица, подчинялись только Императору. Более того, Ло Чжэнь и остальные считали его Богом, они преклонялись перед ним, и кого бы он ни выбрал в качестве наследника, того считали бы лучшим. Статус императорской супруги Су Цзе Юй, матери Первого принца, во дворце мгновенно возрос. Она каждый день давала советы многим императорским наложницам, и ее будущее было безоблачным.***
Чжао Би Сюань и представить себе не могла, что ревность может быть такой невыносимой. Она думала, что Император просто сердится на нее и после того, как она извинится, все вернется на круги своя, но реальность оказалась совсем не такой, как в ее воображении. Она собственноручно приготовила три блюда и суп, посыпала их небольшим количеством ядовитого порошка и отправила своего слугу во дворец Небесной Чистоты, чтобы тот пригласил Императора. Слуга даже не успел переступить порог, как его прогнали. Опустившись на колени, чтобы доложить о случившемся, он хотел прямо сказать наложнице Хуэй И: «Госпожа, вы уже в опале, лучше забудьте об этом и не создавайте проблем.» Чжао Би Сюань на мгновение замолчала, затем встала, сложила блюда в коробку для еды, пригладила идеально уложенные волосы и сказала: — Император, должно быть, очень занят государственными делами, я лучше сама отнесу это во дворец, — но когда она подошла к воротам императорского дворца, её остановили стражники. — Ступайте во дворец и передайте, чтобы Его Величество непременно со мной встретился, — Чжао Би Сюань едва сдерживала свою любимую гордость — гордость императорской супруги. Охранники стояли на месте, как статуи, и не обращали на нее внимания, но при этом выставили перед собой пики, чтобы преградить ей путь. Чжао Би Сюань стиснула зубы и попыталась обойти их, но пики снова преградили ей путь. Она услышала тихий треск, ручка коробки с едой почему-то сломалась, и суп вылился. Чжао Би Сюань вскрикнула и попятилась, не заметив, что к её ногам медленно катится небольшой камень размером с соевую бобышку. — Приветствуем герцога Юй Гоу, — стражники увидели приближающегося человека и тут же опустились на одно колено, а затем расступились, пропуская того. Чжао Сюань слегка кивнул и, даже не взглянув на Чжао Би Сюань, зашагал дальше. Когда он подошел к разлитому супу, его лицо внезапно помрачнело, а в глазах зажегся холодный убийственный блеск. — Старший брат, помоги мне сказать пару слов… — Чжао Би Сюань попыталась потянуть его за рукав, но он вздрогнул от внутренней силы, которую в себе ощутил, и холодно приказал: — Уведите её! — пока её уводили, рыдающую, он указал на испачканную землю и приказал: — Здесь, где всё это пролилось, никому не позволено убирать. Подождите, пока я вернусь с аудиенции у Императора, и тогда разберусь. Чтобы стать императорскими слугами, нужно, во-первых, уметь говорить глазами, а во-вторых, обладать обостренным чувством срочности. Слуги сразу поняли, что за словами герцога Юй Гоу кроется какая-то тайна, и торжественно пообещали. У Чжао Сюаня были глаза и уши повсюду, и он, конечно же, знал, что Чжао Би Сюань впала в немилость. Император действительно хранил себя для него, и Чжао Сюань был очень доволен. Он собирался оставить Чжао Би Сюань в живых, но не ожидал, что она сама полезет в петлю. Он мог бы убить её тайно, но ему хотелось окончательно вычеркнуть её из сердца Императора. Этому мужчине пора было узнать, насколько порочной и распутной на самом деле была его бывшая возлюбленная.
