4. 5
15 мая 2026 г., 15:57
Это было огромное озеро, протянувшееся почти на несколько сотен тысяч непрерывных миль и разделившее лес на две части.
В прозрачной озерной воде отражалось голубое небо, по воде скользил ветерок, а на дне слой за слоем колыхалась рыбья чешуя. Это было очень красиво. У берега озера отдыхали многие звери, они пили воду, навострив уши и сохраняя бдительность.
Это было в глубине леса, в раю для зверей и запретной зоне для зверолюдов. Но в кустах неподалеку тихо притаился юноша-самка. Он был весь в светло-зеленых пятнах, а запах крепкого растительного сока перебивал запах его тела. Пока ему ничего не угрожало, он мог просто спрятаться в густых кустах, и даже если зверь был рядом, он бы его не нашел. С помощью сока этого растения он мог притворяться ходячим деревом и спокойно пробираться через лес к озеру.
«Прождав полмесяца, я наконец-то добился результата. Я не страдал понапрасну».
Юноша-самка сорвал красные плоды, похожие на зернышки, и, облизываясь, наполнил ими два больших мешка. Он наклонился и спрятался в кустах, готовый вернуться обратно в племя.
Но в этот момент издалека донесся «грохочущий» звук, похожий на раскат грома, но вибрация поверхности планеты указывала на то, что это был какой-то крупный зверь, например длиннохоботный слон, потомок мамонта. Длиннохоботный слон был не таким волосатым, как мамонт, но гораздо крупнее. Когда он шел по лесу, то был похож на движущуюся гору. Своими семи- или восьмиметровыми хоботами они могли вырывать с корнем огромные деревья и заталкивать их в пасть, чтобы проглотить целиком. Несмотря на то, что это были травоядные животные, они были гораздо более свирепыми, чем хищники.
Если где-то прошел слон с длинным хоботом, он сровнял бы то место с землей. Юноша-самка, то есть Сяо Аньчунь, тут же испугался и отказался прятаться в кустах, убежав, как и другие звери.
Приближался хищник, стоящий на вершине пищевой цепочки, поэтому мелкая рыба и креветки, находящиеся на низших ступенях пищевой цепочки, естественно, не стали бы убивать друг друга, а предпочли бы спастись бегством.
Сяо Аньчунь на бегу оглянулся, охваченный любопытством. Но как только он увидел это, он чуть не потерял сознание от испуга:
— А-а-а, — закричал он: — Черт возьми, что это такое, почему здесь динозавры? Разве эта тварь уже не вымерла? — его голос просто затих, когда он вспомнил, что он больше не в Империи, а на волшебной планете зверолюдов, и ему показалось, что нет ничего странного в том, что на планете зверолюдов есть динозавры.
«Племя никогда не рассказывало мне о динозаврах! Если бы я знал, то не вышел бы из дома один, даже если бы вы, черт возьми, забили меня до смерти. Я обречен, все кончено!»
Он бешено бежал, разбрызгивая слезы и сопли.
В нескольких километрах позади него одинокий тираннозавр высотой более десяти метров продирался сквозь заросли гигантских деревьев, преследуя несущееся стадо. Он, похоже, был голоден, из его свирепой пасти постоянно текла отвратительная, дурно пахнущая слюна, а острые зубы сверкали на солнце, как ножи. Его золотистые глаза сверкали неистовым, свирепым огнем, когда он смотрел на стадо, пытаясь выбрать добычу получше. Однако до этого он не брезговал поедать самых медлительных из них, чтобы набить брюхо.
К сожалению, по сравнению с группой антилоп, диких оленей и саблезубых тигров двуногие зверолюды, особенно эта самка с особенно короткими ногами, были, несомненно, самыми медлительными. Даже несмотря на то, что он бежал изо всех сил, он постепенно отставал от убегающего стада. Время от времени он спотыкался о лианы. Всего за несколько минут он весь покрылся синяками и ссадинами, все его тело болело. Он выглядел очень несчастным.
У тираннозавра было очень острое обоняние. Даже смешанная с зеленым соком кровь юноши-самки пахла иначе, чем кровь других зверей. Она пахла слаще и вкуснее. Из пасти тираннозавра капала слюна, он не сводил глаз с убегающего юноши, вытягивал шею и открывал пасть, пытаясь схватить того.
Используя неведомую силу, Сяо Аньчунь резко ускорился, с невероятной ловкостью уклоняясь от атаки, и побежал, безумно крича:
— Помогите! — он, казалось, забыл даже язык зверолюдов и кричал на имперском.
***
У Чжоу Юнь Шэна и Чжао Сюаня были обостреные чувства: они услышали рёв тираннозавра за тысячи миль и, приближаясь к нему, услышали знакомый язык, который не должен был здесь звучать. На их лицах отразилось удивление. — Иди и спаси его. Неожиданно встретить на этой звериной планете зверолюда, который знает язык Империи, это должно быть интересно, — Чжоу Юнь Шэн погладил гигантскую голову глупого льва. Чжао Сюань прислушался к словам своего возлюбленного и тут же побежал на звук, оставляя за собой золотистый след.***
Сяо Аньчунь кричал до тех пор, пока не охрип, его лицо было залито слезами и соплями, но он не мог их вытереть. В конце концов из-за того, что у него застилало глаза, он упал и в отчаянии поднял голову, глядя на приближающуюся к нему зубастую пасть тираннозавра. Когда острые зубы уже почти коснулись его головы, тираннозавр вдруг взвыл и врезался в ствол гигантского дерева. Сяо Аньчунь не мог поверить своим глазам. Он протер покрасневшие глаза и наконец понял, что все происходящее перед ним — не иллюзия, порожденная страхом. Золотой лев длиной менее четырех метров отшвырнул тираннозавра высотой десять метров и весом в десять тонн. Более того, он подбежал к противнику и с силой наступил на того. — К черту меня! Существ на этой планете нельзя судить по здравому смыслу! — выругался он на настоящем имперском диалекте. Чжоу Юнь Шэн, который подошел, чтобы помочь ему подняться, увидел его заплаканное лицо, покрытое соплями, и снова услышал эти слова. Он молча отступил на шаг и заботливо спросил: — Ты в порядке? Ты не ранен? — Ах, бог-мужчина? — Сяо Аньчунь наконец заметил красивого юношу, который незаметно подошёл к нему, быстро поднялся, потёр лицо руками и сказал: — Я в порядке. Это действительно лев бога-мужчины, да? Неудивительно, что он кажется таким знакомым, — поняв, что говорит на имперском языке, он тут же повторил это на языке зверей, объяснив, что это диалект его родного города. — Где твой родной город? Ты ведь не из этого племени? — спросил Чжоу Юнь Шэн. Чем сильнее Сяо Аньчунь вытирал лицо, тем больше смешивались слезы, сопли и сок травы, оставляя на коже темно-зеленые разводы. Это выглядело очень забавно, но он, казалось, не замечал этого и уклончиво ответил: — Мой родной город очень-очень далеко отсюда. Я, как и ты, отбился от своей общины, и меня спасли воины племени Баянь. Поскольку я незамужняя самка, племя без колебаний приняло меня и стало заботиться. При этих словах Сяо Аньчунь помрачнел. В тот момент он думал, что наконец-то нашёл других людей, но, увидев, как вождь племени превращается в пепельно-серого волка, чуть не обмочился. Только тогда он понял, что попал не на древнюю Землю, а в другое время и пространство. Что еще более странно, здесь не было женщин, только мужчины, которые не могли трансформироваться и назывались самками. Он сменил пол. Поскольку самки встречались крайне редко, у одной самки могло быть много самцов одновременно. Несмотря на то, что он был невысокого роста и не так красив, как местные, он пользовался большой популярностью среди мужчин племени, даже сын старого шамана не мог с ним сравниться. По этой причине шаман и его сын всегда отталкивали его в сторону, и он не пользовался популярностью у юношей-самок. Каждый раз, когда они отправлялись собирать дикие плоды, его все избегали и бросали одного. Подумав об этом, он бросил быстрый взгляд на Чжоу Юнь Шэна. Неудивительно, что шаман и его сын не пытались уговорить бога-мужчину остаться. Судя по лицу и фигуре этого бога-мужчины, он вполне мог бы собрать гарем из мужчин племени. — На что ты смотришь? — безучастно спросил Чжоу Юнь Шэн. Сяо Аньчунь тут же отвел взгляд от упругой попы и стройных ног бога-мужчины. — Как давно ты в племени Баянь? — продолжал расспрашивать Чжоу Юнь Шэн. — Прошло два года, — Сяо Аньчунь сосчитал на пальцах. Без календаря он редко следил за временем и мог лишь приблизительно определить, сколько прошло. Первый год он прятался в племени и жалел себя. На второй год он смирился с тем, что не может вернуться, и начал думать о том, как улучшить свое положение. Чжоу Юнь Шэн кивнул и больше ни о чем не спрашивал. Теперь он на девяносто процентов понимал, что происходит. Судя по его невысокому росту, этот человек был из Империи. Он, как и они, попал сюда через пространственно-временной вихрь, образовавшийся в результате взрыва черной дыры. Бог-мужчина не проронил ни слова, выглядел очень отстранённым, а его профиль был особенно прекрасен. Его тело было не просто идеальным, как у безупречной скульптуры, казалось, что каждая мышца была создана самим Богом. Сяо Аньчунь был обычным человеком и перед этим необыкновенным богом-мужчиной чувствовал себя немного не в своей тарелке и не мог нарушить молчание. Чжоу Юнь Шэн скрестил руки на груди и устроился поудобнее, глядя на двух дерущихся вдалеке зверей. Не было никаких сомнений в том, что тираннозавр был на вершине пищевой цепочки на планете зверолюдов. Обычно они жили на равнинном западном континенте, редко пересекая пустыню и океан, чтобы добраться до гор и лесов восточного континента. Западный континент был раем для динозавров, а восточный — территорией зверолюдов. Преодолеть разделявшие их тысячи миль было непросто. Однако всегда находились динозавры, которые случайно забредали на восток, особенно свирепые тираннозавры. На этой планете у них не было естественных врагов, поэтому они могли свободно перемещаться куда угодно. Если тираннозавр появлялся на востоке, это было сродни Армагеддону. Но это было когда-то, а не сейчас. Дикость Чжао Сюаня была намного выше, чем у тираннозавра, особенно когда он стоял рядом со своим возлюбленным. Чтобы продемонстрировать свою доблесть, он ни за что не позволил бы этой маленькой ящерице затмить себя. Маленькая ящерица была намного сильнее гигантского медведя. Чжао Сюань был очень доволен. Он терпеливо атаковал ее, используя различные эффектные охотничьи приемы. Иногда он запрыгивал ящерице на спину и откусывал кусочек мяса, иногда проскальзывал между ее лапами и сбивал ее с ног хвостом. Когда маленькая ящерица падала на землю, он запрыгивал ей на брюхо и грациозно прогуливался, раскрывая пасть и издавая оглушительный рев. Тираннозавр хотел перевернуться и встать на ноги, но лев поднял лапу и мягко надавил, прижав того к земле. Спина тираннозавра глубоко увязла, и он мог только выть и вертеть шеей. Золотистые зрачки зверя налились кровью, в них читалось неистовое желание убивать. Тираннозавр был древним зверем. Со своим мощным телом он пережил смену эпох и так и не эволюционировал в гуманоидную форму. У него был маленький мозг, и он умел только два дела: убивать и размножаться. Поэтому Чжао Сюаню не нужно было проявлять милосердие. Он тряхнул своей густой гривой и посмотрел на возлюбленного. Увидев, что Чжао Сюань смотрит на него, возлюбленный улыбнулся и одними губами произнес: «Ты такой сильный.» Тогда Чжао Сюань, просто перекусив шею тираннозавру, выпятил грудь и с гордостью подошел к возлюбленному, чтобы нежно потереться о его щеки своей мохнатой головой. — Т-так круто, — запинаясь, произнес Сяо Аньчунь. Увидев, что изо рта большого льва все еще капает кровь, он быстро отступил назад. На его лице читался страх, но глаза смотрели с благоговением. — Звери из прошлого не могут использовать красные кристаллы для развития, поэтому их сила обычно остается неизменной, но ты, ты… — Сяо Аньчунь не знал, как назвать этого огромного льва. — Мой друг, — любезно напомнил ему Чжоу Юнь Шэн, одновременно обдумывая слова «красные кристаллы». Судя по первоначальному анализу, это был кристалл, содержащий энергию, который специально использовался для закалки тел зверолюдов мужского пола. В собранной им информации ничего подобного не упоминалось, но колесо истории неумолимо катилось вперёд. — Твой друг очень… особенный. Он очень сильный и… могучий. Он самое могущественное существо, которое я когда-либо видел, — Сяо Аньчунь бессвязно бормотал, пытаясь выразить своё потрясение. Он мог убить тираннозавра, не получив ни царапины, и возвыситься над всеми зверями на этой планете. — Но он — реликтовый зверь, и если он деградирует, это будет катастрофа. Никто не сможет его усмирить, — с тревогой напомнил Сяо Аньчунь. — Он не сойдёт с ума, — Чжоу Юнь Шэн пренебрежительно махнул рукой и указал на тираннозавра, а затем на Чжао Сюаня. — Сегодня мы поедим драконьего мяса, а ты приберись. Чжао Сюань не сдвинулся с места и лишь издал жалобный стон. Чжоу Юнь Шэн улыбнулся, подошел ко льву, чмокнул его в нос и почесал под подбородком. Чжао Сюань хотел ответить на поцелуй, но понял, что его рот в крови. Боясь испачкать жемчужно-белую кожу своего возлюбленного, он лишь вильнул хвостом и направился к мертвому тираннозавру. Сяо Аньчунь часто видел, как мужчины и юноши-самки сближаются, но всегда с целью потенциального спаривания, поэтому между ними всегда царила похотливая атмосфера, в отличие от этой пары человека и зверя, где каждое движение и каждая улыбка были пронизаны теплотой и нежностью, это чувство было очень красивым, и он невольно залюбовался. Но очень быстро теплая атмосфера сменилась кровавой сценой: лев расчленял динозавра. Сяо Аньчунь не хотел ударить в грязь лицом перед богом-мужчиной, поэтому встал на подкашивающиеся ноги, тихо отошел в сторону, прислонился к дереву и глубоко вздохнул. Спутник бога-мужчины был страшен. Он, откусив переднюю лапу тираннозавра, тщательно отделял каждую часть тела. Даже прочное, как сталь, брюхо тираннозавра было легко вспорото, кровь и внутренние органы растеклись по земле, а воздух наполнился густым запахом крови. Сяо Аньчунь прикрыл рот, сдерживая рвотные позывы. Он и другие юноши-самки зверолюдов регулярно заботились о добыче, которую приносили самцы, но никогда не видел такой ужасной картины, как сейчас. Что это за кровь, текущая рекой? Что это за гора мяса? Наконец он подумал. — Боже, неужели такой сильный запах крови привлечет остальных зверей? Пойдем отсюда, здесь небезопасно, — нервно сказал он. — Не волнуйся, пока здесь Сюань другие звери побоятся приближаться, — Чжоу Юнь Шэн спокойно махнул рукой. — И меня зовут Шэн, а не бог-мужчина. Сяо Аньчунь кивнул и отвернулся, не осмеливаясь смотреть на них. Эта парочка была слишком свирепой, он не мог с ними сравниться. Чжао Сюань метил все на своем пути. Большая территория от пещеры до озера уже была его владением. Звери поблизости умирали от голода, но не осмеливались воровать у него. Они лишь стояли на расстоянии и с тревогой наблюдали за происходящим. Это мясо дракона. Недостижимое мясо дракона так приятно пахло. — Мы заберём самые нежные куски мяса, а остальное оставим им. В любом случае с тобой мы никогда не останемся голодными, — Чжоу Юнь Шэн подошёл к луже крови и нежно погладил льва по спине. Чжао Сюань довольно рыкнул, радуясь в душе словам доверия, которые услышал от своего возлюбленного. Он оторвал от тираннозавра самые нежные куски мяса и взял их в пасть, а затем обхватил хвостом тонкую талию своего возлюбленного, намереваясь отнести его обратно. — Забери и его тоже, — Чжоу Юнь Шэн хотел получить от Сяо Аньчуня больше информации. Тот прожил в племени Баянь два года. Он должен был слышать от соплеменников о каких-нибудь космических событиях. Даже если он ничего не слышал, его все равно можно использовать для сбора информации. Сяо Аньчунь, который думал, что его бросят, был вне себя от радости. Он быстро преодолел расстояние, остановился у лужи крови и умоляюще улыбнулся юноше и зверю. Чжао Сюань фыркнул, что было воспринято как согласие. Золотой лев с возлюбленным на спине зашагал в лес, а за ним, спотыкаясь, шел мелкий юноша. Куда бы ни шел лев, звери разбегались, а птицы исчезали. Вскоре после их ухода множество зверей бросились к трупу тираннозавра и принялись жадно пожирать его. Они не осмеливались драться за еду, боясь навлечь на себя неприятности и привлечь внимание Короля зверей. Сцена была необычайно умиротворяющей.
