4. 7
16 мая 2026 г., 00:51
Чжоу Юнь Шэн и Чжао Сюань проводили его до границы племени и, убедившись, что он благополучно забрался в пещеру на скале, ушли.
Как только гость ушел, Чжао Сюань тут же подхватил своего возлюбленного и побежал домой. Его большой хвост возбужденно метался из стороны в сторону.
Как Чжоу Юнь Шэн мог не знать, о чем тот думает? Он погладил себя по голове и сказал:
— Я весь в жире от жареного мяса, пойдем к реке, хочу отмыться.
Чжао Сюань бесшумно сменил направление и бросился к ближайшей реке. Добравшись до места, он прыгнул в воду и вытащил своего возлюбленного, боясь, что тот утонет.
Чжоу Юнь Шэн толкнул глупого льва в воде и смыл масло с его пасти, а затем расчесал золотистую шерсть, покрывавшую тело льва. Затем он медленно снял набедренную повязку, бросил ее на камень у берега, зачерпнул воды и вылил себе на голову. Чжао Сюань набросился на него, жадно облизывая его щеки, ключицы, грудь и другие места, пока не возбудил до предела. Легонько укусив его за руку, он нежно подтащил любовника к мелководью и уткнулся лицом ему между ног, чтобы позаботиться о его полутвердом члене.
На языке у этого глупого льва были зазубрины, и когда он скользил по коже, это немного щипало. Ощущения были странными, но в то же время приятными. Чжоу Юнь Шэн невольно увлекся и сел на кромку воды, широко расставив стройные ноги.
— О, легонько оближи кончик, это больно, — одной рукой он схватил льва за гриву, а другой придерживал его за туловище. От каждого прикосновения он вздрагивал, испытывая одновременно боль и экстаз.
Чжао Сюань ослабил хватку и кончиком языка стал нежно водить по члену от головки до основания, пробуя на вкус вытекающую смазку. Его огромный язык обхватил напряженный ствол и медленно задвигался.
Чжоу Юнь Шэн застонал и отпустил гриву глупого льва, чтобы потереть свой набухший член. Почувствовав, как теплая львиная слюна стекает по его ягодицам и попадает в задний проход, он невольно отпрянул.
— Милый, вылижи его изнутри, — с этими словами он поцеловал мохнатую голову глупого льва, его покрасневшие глаза слегка увлажнились, взгляд стал чувственным.
Как мог Чжао Сюань отказать в такой страстной просьбе? Рыкнув в знак согласия, он провел кончиком языка по пухлым складочкам и погрузился в горячую, сладкую дырочку своего возлюбленного. Он медленно продвигался, по одному дюйму за раз, постоянно меняя угол проникновения, лаская ее изнутри и снаружи.
Щетинки на его языке терлись о внутреннюю поверхность, словно бесчисленные маленькие электрические разряды, проходящие через него, заставляя Чжоу Юнь Шэна непроизвольно дергаться. Его тело обмякло, руки не могли удержать вес его тела. Он медленно опустился на мелководье, словно выброшенная на берег рыба, дрожа и постанывая.
Чжао Сюань был потрясен откровенной реакцией своего возлюбленного, и его красный член, покрытый тонкой пленкой кожи, быстро набух, а его кончик заблестел от прозрачной жидкости. Отодвинув ноги возлюбленного в сторону, чтобы обнажить его раскрасневшееся и влажное лоно, он медленно прижался к нему своим огромным телом.
Твердый член этого тупого льва был обжигающе горячим, как паяльник. Он был таким горячим, что Чжоу Юнь Шэн сжался, но его тело не поддалось, и анус раскрылся, приняв большой член.
Чжао Сюань застонал и выстрелил густой белой жидкостью, которая тут же вытекла из складок и растеклась по воде, медленно растворяясь.
Чжоу Юнь Шэна снова обдало горячей спермой, и его низ живота свело судорогой. Несмотря на то, что проникновение не было полным, он уже испытывал трудно описуемое возбуждение. Он схватил свой скользкий член и начал медленно его надрачивать, его анус постепенно расслабился, и твердый член «глупого льва» погрузился в него еще глубже.
Чжао Сюань больше не мог сдерживаться. Его пах внезапно дернулся вперед, и он вошел еще глубже. Его красный член был слишком большим, и сладкая дырочка плотно обхватила его.
Чжоу Юнь Шэн издал болезненный стон и сжал член еще сильнее, едва не доведя Чжао Сюаня до оргазма второй раз. Он не осмеливался пошевелиться, лишь водил своим большим языком по лицу любовника, а затем перешел к двум красным бусинам на груди. Чешуйки царапали алые ягоды, отчего те быстро набухли.
Чжоу Юнь Шэн постепенно пришел в себя, и его мужское достоинство, обмякшее от боли, снова затвердело и выпрямилось. Он пошевелился и хрипло произнес:
— Да, двигайся помедленнее, ты слишком большой.
Тело Чжао Сюаня задрожало, когда он услышал приказ. Он немного отстранился, затем неглубоко вошел снова, снова немного отстранился и неглубоко вошел снова. Его движения были очень нежными. Крепкая хватка на его зверином достоинстве постепенно ослабла, и с каждым толчком был слышен звук плещущейся воды.
Уткнувшись в какое-то чувствительное место Чжоу Юнь Шэна, тот внезапно выгнулся и закричал. Если бы он вовремя не остановился, то достиг бы вершины.
Увидев это, Чжао Сюань зарычал и перешел от поверхностного проникновения к глубокому, снова и снова попадая в эту точку, заставляя своего возлюбленного чувственно стонать. Он был в невероятном возбуждении, его звериное достоинство было плотно обхвачено, и каждый толчок приносил ему высшее наслаждение.
Он обхватил покачивающееся тело своего возлюбленного передними лапами, поднял голову и зарычал. Его движения становились все быстрее и быстрее, а рык — все громче.
— Нет, ах, я сейчас кончу! — Чжоу Юнь Шэн больше не мог сдерживать надвигающееся цунами экстаза и, ослабив хватку, разжал пальцы, зажимавшие головку члена, и кончил. Он приподнялся, его ягодицы вздрагивали при каждом спазме, пока он не опустошил себя и не обмяк в воде, слабо покачиваясь в такт движениям этого глупого льва.
Чжао Сюань несколько раз испытал оргазм от близости с любовником он яростно содрогнулся и с рыком кончил. Его густая сперма растеклась по его телу, но ее было слишком много, и она постепенно вытекала из складочек.
Воздух наполнился густым мускусным ароматом. Рыбу в воде, птиц в небе и зверей в лесах отпугнул рев Короля зверей. Звуки страсти, которые еще мгновение назад доносились с берега реки, сменились тяжелым дыханием.
Чжоу Юнь Шэн устало пошевелился и свернулся калачиком на мохнатом животе большого льва, укрывшись его толстыми лапами, как одеялом. Чжао Сюань нежно коснулся его лба языком и издал низкий звук, словно говоря слова любви и одновременно спрашивая, как он себя чувствует. Они пролежали так долго, пока луна не поднялась над верхушками деревьев и не озарила их своим светом, после чего медленно вернулись в пещеру.
***
Пока юноша и зверь страстно обнимались, Сяо Аньчунь прятался в своей пещере и приводил дела в порядок. Он тщательно завернул мясо дракона в листья и спрятал его в глубине каменной расщелины, планируя съесть его завтра утром. У него не было пары, а значит, не было и того, кого нужно обеспечивать. Хотя племя поддерживало одиноких самок, еды выдавалось очень мало — обычно несколько диких фруктов и кусочек сушеного мяса. В течение двух лет он раз за разом отказывался от ухаживаний самцов. Терпение шамана иссякало. Он опасался, что в ближайшем будущем ему придется выбрать себе пару. — Я правда не хочу, чтобы меня пользовало столько людей. Было бы здорово, если бы я мог выбрать только одного, — он откинул волосы назад и с досадой посмотрел на себя. Он был очень сильный духом и, решив жить хорошо, быстро смирился с тем, что у него будет много партнеров. Но одно дело, когда у тебя один партнер, и совсем другое — когда их несколько, и его сердце этого не принимало. — Забудь об этом, что будет, то будет. Даже бог-мужчина может смириться с тем, что спит с животным. Если бы он знал, что меня беспокоит, он бы точно надо мной посмеялся, — Сяо Аньчунь продолжал утешать себя и постепенно уснул. С тех пор он часто пробирался в пещеру, где жил бог-мужчина, и ждал снаружи, пока тот проснётся, чтобы позвать его на совместную охоту. Почти каждое утро в этой кромешной тьме пещеры раздавались звуки, похожие на шлепки, сопровождавшиеся чарующими стонами бога-мужчины и низким рычанием огромного льва. Он слушал до тех пор, пока у него несколько раз не пошла кровь из носа, и ему пришлось носить с собой два куска мягкого мха. Каждый раз, когда он слышал эти звуки, он быстро зажимал ноздри. Чжоу Юнь Шэн не возражал против того, чтобы его сопровождал кто-то ещё. Хотя Сяо Аньчунь любил поболтать, он был очень честным и добрым человеком. Всякий раз, когда он находил свежие продукты, он отдавал Чжоу Юнь Шэну лучшие куски, называя это платой за защиту, и тот смеялся. Через несколько месяцев они, естественно, подружились, и Сяо Аньчунь стал намеренно отделяться от других юношей-самок, когда они выходили собирать дикие плоды, — он уходил один и возвращался один. Его необычное поведение в конце концов заметили соплеменники. Через некоторое время все узнали, что тот странствующий юноша и его друг лев живут неподалеку от племени. Они не умерли, а живут вполне благополучно. Вспомнив об идеальном лице юноши, несколько зверолюдов забеспокоились. Они подошли к сыну старого шамана, Адди, и попросили его отвлечь Сяо Аньчуня на несколько часов. Адди не знал, что они хотят заполучить того взбалмошного юношу-самку, и подумал, что они строят козни против Сяо Аньчуня, поэтому без колебаний согласился.***
В то утро Сяо Аньчунь опоздал на встречу. Чжоу Юнь Шэн посмотрел на небо и решил сводить Чжао Сюаня на озеро порыбачить. На нем была только набедренная повязка, нижнего белья не было, и при каждом шаге юбка задиралась, обнажая округлую белую ягодицу. Чжао Сюань шел за ним, не сводя глаз с его упругих ягодиц, и его переполняло желание. На полпути он уже не мог сдерживаться. Он встал на задние лапы и прижал своего возлюбленного к стволу дерева. Его бедра быстро выгнулись, скользкий кончик члена проскользнул между полушариями и вошел внутрь. Из-за страстных утренних ласк задний проход Чжоу Юнь Шэна был еще очень мягким и податливым, и он без проблем принял в себя половину мужского достоинства этого глупого льва. Он быстро выровнялся и раздраженно посмотрел на золотого льва, затем втянул живот и приподнял бедра, подстраиваясь под ритм. Чжао Сюань слегка прикусил его за шею и зарычал. От удовольствия его возбуждение усилилось, а глаза налились кровью. Их любовную прелюдию прервала череда резких свистов. Чжао Сюань тут же вытащил свой набухший член и прикрыл измученного возлюбленного своим огромным телом. Чжоу Юнь Шэн стянул набедренную повязку, которую задрал лев, и протянул руку, чтобы почувствовать тёплую жидкость, скопившуюся между его бёдер. Но как только он потянулся к ней, его грубо прервали, и это чувство пустоты и неудовлетворённости вызвало у него раздражение. Чжао Сюань, естественно, разозлился еще сильнее. Он поднял голову и зарычал на зверолюдов, спрятавшихся на верхушке дерева. Его гневный рык разнесся по округе, заставив зверей и птиц в панике разбежаться. Зверолюды-самцы спрыгнули с гигантского дерева, держа в руках копья, смазанные ядом. Копья были сделаны из полированного металла и тускло поблескивали голубым. Они окружили человека и зверя, их глаза горели от вожделения и жадности.
