4. 8
16 мая 2026 г., 02:04
— Чего вы хотите? — Чжоу Юнь Шэн прислонился к стволу дерева, его голос все еще был хриплым.
— Самкам не следует спариваться со зверями из прошлого. Это монстры, которые в любой момент могут сойти с ума. Мы пришли, чтобы забрать тебя в племя, — один из самцов озвучил их намерения.
— А если я не пойду? — Чжоу Юнь Шэн приподнял брови.
— Тогда мы убьем этого льва. Он — дикий зверь. Как только он покинул племя и вернулся в лес, он ничем не отличается от настоящего зверя. Звери всегда были нашей пищей, — они собирались убить Чжао Сюаня и принести его тело в племя, чтобы приготовить из него еду.
Чжоу Юнь Шэн холодно улыбнулся, протянул руку и нежно погладил льва по крепкой спине, холодно произнеся:
— Мой милый, ты такой большой и мускулистый. Они смотрят на тебя и хотят превратить в жаркое, что скажешь на это?
Чжао Сюань повернул голову и легонько коснулся носом носа своего партнера, издав тихий рык, словно успокаивая, чтобы тот не слишком злился.
На лице зверолюда, которого эти двое полностью игнорировали, отразилась ярость.
Несмотря на то, что они стали свидетелями мощи золотого льва, прошло уже два месяца, а они так и не пострадали, так что страх давно сменился жадностью. Они хотели заполучить прекрасного юношу-самку, а также съесть золотого льва и поглотить его силу.
Да, на этом континенте красные кристаллы не только помогали самцам зверолюдов наращивать силу, но и мясо животных с высоким уровнем крови обладало тем же эффектом, а чистота энергии в нём намного превосходила чистоту красных кристаллов. Однако красные кристаллы можно было обменять на товары, а высококачественное мясо зверей нужно было добывать в бою.
Золотой лев был настолько огромен, что наверняка был потомком древнего Царя зверей, Золотого льва. Его плоть была очень ценной, съев ее, можно было повысить свой уровень на несколько пунктов.
При мысли об этом глаза зверолюдов заблестели, и вожак подал знак, чтобы они атаковали с разных сторон. В это же время Чжоу Юнь Шэн ловко запрыгнул на гигантское дерево и посмотрел вниз.
Это была схватка без прелюдии. Если бы не межзвездное право, Чжао Сюань разорвал бы на куски этих людей, которые позарились на его мужа. Он взмахнул хвостом и отправил троих нападавших в полет, затем взмыл в воздух и приземлился на четвертого, оглушив его яростным ревом. В мгновение ока один зверь серьезно ранил четверых, а двое оставшихся в ужасе бросили копья и бросились бежать, издавая крики.
Звери, прятавшиеся в кустах, презрительно усмехались, мысленно ругая глупцов, осмелившихся спровоцировать Короля. Это же тот самый могучий зверь, который перекусил шею тираннозавру!
Чжао Сюань не стал их преследовать и не стал убивать четверых лежащих без сознания зверолюдов. Вместо этого он поднял голову и издал оглушительный рёв. Рёв разнёсся по небу, его услышали все звери в лесу.
Поскольку звери из прошлого не могли найти себе самок-гуманоидов, им ничего не оставалось, кроме как спариваться с дикими зверями, в результате чего появилось потомство с генами зверей из прошлого. Поэтому средний уровень интеллекта зверей на этой планете был очень высок, и они могли общаться простыми способами. Для зверолюдов рык Короля зверей был всего лишь набором бессмысленных звуков, но для диких животных он был не чем иным, как королевским указом.
Он отдавал приказы зверям, жившим на его территории:
«Прогнать всех зверолюдов, не позволять им охотиться или собирать что-либо на его территории, иначе…»
Чжао Сюаню оставалось только защищаться. Он не мог убивать местных, если только его жизни не угрожала опасность, поэтому у него не было возможности уничтожить этих зверолюдов. Но это не означало, что у него не было способов их наказать.
Он переложил грязную работу на других, отомстив косвенно, без лишних усилий.
Получив множество откликов, подтверждений и комплиментов, Чжао Сюань остался очень доволен. Затем он поднял глаза и посмотрел на своего возлюбленного, сидевшего на корточках на верхушке дерева. Набедренная повязка его возлюбленного была возмутительно короткой и не закрывала его белые бедра полностью. На его бедрах все еще была липкая жидкость, и это зрелище было очень возбуждающим: его обнаженный светло-розовый член все еще блестел от предэякулята.
Из приоткрытой пасти Чжао Сюаня вытекла капля слюны. Он подошел к дереву и встал на задние лапы. Он царапал ствол, нетерпеливо призывая своего возлюбленного спуститься, его ярко-красное звериное достоинство рвалось в бой.
— Успокойся, я проголодался, давай найдём, что поесть, — Чжоу Юнь Шэн не хотел с ним возиться и, ловко перепрыгивая с дерева на дерево, стал удаляться.
Чжао Сюань поспешил за ним. Взгляд золотого зверя был прикован к обнажённой нижней части тела его возлюбленного, и он думал о том, чтобы раздобыть для него набедренную повязку из змеиной или крокодиловой кожи. На улице он мог бы носить длинные набедренные повязки, чтобы ненароком не показать себя кому-нибудь, а дома, конечно, надевал короткие — чем короче, тем лучше, — чтобы никто не видел.
Что касается нижнего белья, которое портило бы вид, то об этом он даже не задумывался.
***
Шаман приказал Сяо Аньчуню прибраться в пещере, в которой обитал бог зверей. Он не видел своими глазами, что произошло с огромным львом, но, когда четверых мужчин принесли обратно, их состояние вызвало большой переполох, и он не мог не подслушать, о чем все говорят. У всех четверых были переломы конечностей и трещины в ребрах, возможно, у них были и серьезные внутренние повреждения. Если бы бог зверей не исцелил их своей божественной силой, им оставалось бы только ждать смерти. Эта так называемая божественная сила была всего лишь чашей с водой, которую старый шаман достал как ни в чем не бывало. Исцеление после ее употребления зависело от удачи и не имело под собой никакой научной основы. Раньше Сяо Аньчунь, возможно, и лечил их тайком из жалости, но, узнав, что они были ранены, пытаясь убить золотого льва, он сразу же отбросил эти мысли. Он по-прежнему мог отличить, кто относится к нему хорошо, а кто нет. Несмотря на то, что он прожил в племени два года и съел за это время столько, сколько хватило бы на два года, Сяо Аньчунь не чувствовал, что чем-то им обязан. Он многому их научил: каким фруктам можно доверять, а какие ядовиты, какие съедобные овощи растут под землей, как построить погреб для хранения излишков еды… Благодаря информации, которую он предоставлял, запасов еды в племени становилось все больше и больше. Даже когда воины не могли принести достаточно добычи, все равно хватало на всех. Если кто-то был ранен или болен, он готовил из целебных трав лечебный отвар и обманом заставлял пострадавшего его выпить. Он чувствовал, что много сделал для племени, но так и не добился уважения. Его всегда подозревали и завидовали. Несколько раз юноши-самки, выпившие его лекарство, катались по земле и кричали, что он их отравил. Конечно, лекарство было просто очень горьким, а не ядовитым, и после него юноши чувствовали себя прекрасно, но с каждым днем его сердце становилось все холоднее. Он часто думал о том, чтобы покинуть племя, но знал, что снаружи его ждут опасности. Он не мог справиться с ними в одиночку, поэтому ему оставалось только пойти на компромисс. Появление бога-мужчины и золотого льва превратило его мечту в реальность. Хотя это не имело к нему никакого отношения, когда он увидел, как они беззаботно гуляют по лесу, флиртуют и наслаждаются жизнью, его опустошенное сердце наполнилось радостью. По его мнению, тех, кто хотел разрушить их счастье, нельзя было прощать. «Так что пусть катятся ко всем чертям!» Усмехнулся Сяо Аньчунь.***
Но вождь племени и старый шаман не считали, что мужчины поступили неправильно. Они очень разозлились и собрали много воинов, чтобы убить золотого льва. Из зависти Адди тайно приказал вождю убить и юношу-самку. Одного Сяо Аньчуня было достаточно, чтобы его стошнило, второго он бы просто не вынес. Из-за того, что Сяо Аньчунь умел распознавать ингредиенты, старый шаман не захотел избавляться от него еще несколько лет, чтобы перенять все его знания. Отряд величественно вступил в лес, но, едва пройдя половину пути, попал в засаду, устроенную большой группой зверей. Саблезубые тигры, гигантские змеи, гигантские дикобразы, гигантские медведи и даже длиннохоботный слон — звери, которые обычно прятались в самых глухих уголках леса, — все они собрались в армию и напали на зверолюдов. Разве эти звери не были на вершине пищевой цепочки? Они действовали в одиночку и никогда не объединялись в группы. К тому же, как говорится, на одной горе не может быть двух тигров. Встретившись, эти существа должны были сразиться не на жизнь, а на смерть, но теперь они мирно сосуществовали и даже нападали на зверолюдов. Воины были в ужасе: их оружие не могло пробить шкуру слона с длинным хоботом, стоявшего перед ними. Один его шаг мог превратить их в кровавое месиво. Вождь решительно приказал всем отступать. Они думали, что сегодня все погибнут в лесу, но неожиданно, как только они пересекли небольшой ручей, армия зверей перестала их преследовать и лишь завывала на них с другого берега, прежде чем медленно разойтись. Кризис необъяснимым образом возник и так же необъяснимо разрешился. У всех подкосились ноги, и они рухнули на землю, испытывая невероятное облегчение. Вождь приказал всем вернуться домой и рассказал обо всём старому шаману, попросив его совета. Этой тысячи зверей хватило бы, чтобы уничтожить все племена в лесу. Старый шаман тоже был в недоумении. Он извинился и отправился молиться богу зверей в надежде, что тот подскажет ему, что делать. Зверолюды решили, что это просто странное совпадение, но они не знали, что с этого дня, как только они пересекут ручей, их начнут преследовать звери, а как только они вернутся на другой берег, звери постепенно отступят. Ситуация была очень странная. Племя Баянь часто ходило на охоту в места за ручьем. Если они не могли туда добраться, мужчинам племени ничего не оставалось, кроме как охотиться в западном лесу. Деревья в западном лесу были пышнее, а воздух — влажнее, поэтому там обитали кровососущие летучие мыши и белая костяная орхидея. Они были маленькими, но их смертоносность пугала даже больше, чем звери. Кровососущие летучие мыши передвигались не поодиночке: там, где была одна, за ней следовала целая орда, способная в мгновение ока высосать досуха взрослого слона с длинным хоботом. Хуже того, у них были очень обостренные чувства. Даже если бы вы передвигались бесшумно, используя толстый слой мха, покрывающий лес, они бы вас заметили и набросились всей стаей. Белая костяная орхидея была разновидностью цветка. Она не была ядовитой, но источала сильный аромат, который распространялся на расстояние до 100 метров. Если вы почувствовали хотя бы его отголосок, то тут же впадали в кому и умирали. Ваша разлагающаяся плоть становилась для цветка удобрением. Этот цветок обычно рос рядом со скелетами, поэтому его и назвали в честь белых костей. По сравнению со зверями, обитавшими в восточном лесу, западный лес был сущим адом. На востоке было плохо, на западе было плохо, а на юге — каменная стена, уходящая в бездну. Все три направления были непроходимы, так что оставалось только идти на север. Это была территория племени Дада, и если бы им пришлось бороться за еду, кровавый конфликт был бы неизбежен. С тех пор как Сяо Аньчунь присоединился к их племени, зверолюды Баяня уже давно не голодали. При мысли о тех днях, когда они постоянно испытывали голод, их охватывал ужас. Хотя в кладовой еще оставалась еда, все были подавлены, а некоторые даже начали шептаться, что это наказание, посланное племени Баянь богом зверей. Бог зверей проклял племя, должно быть, из-за того, что старый шаман не справлялся со своими обязанностями. Эти слухи представляли огромную угрозу для его статуса. После приватной беседы с вождём ему ничего не оставалось, кроме как стиснуть зубы и отправить в племя Дада несколько привлекательных юношей-самок в обмен на право охотиться на их территории. Адди почувствовал, что ему представилась возможность, и тут же предложил отослать Сяо Аньчуня. — Нет, то, что у него в голове, бесценно, мы не можем, чтобы об этом узнали другие племена, — тут же возразил старый шаман. Племя Баянь накопило столько еды благодаря Сяо Аньчуню. Он показал им много новых съедобных растений и даже научил их выращивать, так что его присутствие принесло племени много пользы. — Но в последнее время он не общается с другими юношами-самками в племени и всегда отказывался спариваться с самцами. К тому же он давно не рассказывал нам о новых продуктах, а теперь все время проводит с тем бродячим юношей-самкой. Думаю, он собирается сбежать из племени. Он неблагодарный предатель. Он больше нам не поможет. Вместо того чтобы держать рядом человека, который может предать нас в любой момент, лучше использовать его в последний раз. Если ты боишься, что он поможет племени Дада, мы всегда можем отрезать ему язык, и тогда он уже не будет представлять для нас угрозы, — Адди злобно ухмыльнулся. Вождь не хотел расставаться с Сяо Аньчунем, но не осмелился возражать и просто посмотрел на старого шамана. Старый шаман что-то пробормотал себе под нос, а затем махнул рукой: — Отправляйте его, пусть проводники отрежут ему язык по дороге. Яркий факел слегка покачивался на ветру, мерцающее пламя отражалось на трех темных лицах.
