1. 1. 6
29 марта 2026 г., 20:17
До сих пор никто из тех, кого он встретил, не относились к нему по-доброму. Сюэ Ли Дани, вероятно, считала его деревенщиной и даже не пыталась скрыть презрение в своих глазах. А его биологическая сестра-близнец Сюэ Цзин И почему-то его ненавидела. А вот Сюэ Цзы Сюань, напротив, держался нейтрально: ни холодно, ни жарко, ни близко, ни далеко. Он просто делал вид, что Чжоу Юнь Шэна не существует, и от этого ему было спокойнее.
«За кого ты меня принимаешь? За дурака? Даже не пытаешься скрыть свои многочисленные подозрительные действия?»
Он зачерпнул пригоршню холодной воды и плеснул себе в лицо, попутно вспоминая все детали их встречи.
Забыла упомянуть, что Чжоу Юнь Шэн был не только очень умным, но и обладал фотографической памятью: стоило ему закрыть глаза, как он отчетливо вспоминал все, что происходило в гостиной, не упуская ни одной мелочи. Если не считать Сюэ Ли Дани и Сюэ Цзы Сюаня, Сюэ Цзин И выглядела немного странно. Ее губы побелели, ногти слегка посинели, она тяжело дышала и казалась очень слабой. Молодая женщина и дворецкий стояли в дверях гостиной и не сводили с нее глаз, словно переживая за ту. Неподалеку, на антикварной полке, в пределах досягаемости, лежала аптечка.
По этому признаку он понял, что с ее телом определенно что-то не так. Лейкемия? Болезнь сердца? Или что-то еще? Это как раз объясняло, почему семья Сюэ так спешно привезла его в столицу: у него действительно было то, что им было нужно, а точнее, органы.
Подумав об этом, Чжоу Юнь Шэн холодно улыбнулся. Он повидал слишком много коварных замыслов и внутренних распрей и привык использовать самые изощренные методы, чтобы предугадать намерения других, и реальность доказала, что он всегда был прав.
Более того, теперь у него есть система злодеев, и фактор риска возрос во много раз. Даже если неприятности сами его не найдут, ему придется искать их самому. Он должен был пожертвовать органами для своей сестры-близнеца. Хотя такой сценарий был маловероятен, вероятность его реализации составляла 70–80%.
Вопрос был в том, что им от него нужно. Костный мозг? Почка? Печень? Или сердце? С первыми тремя вариантами еще можно было бы договориться, но последнее — это его жизнь. Лицо Чжоу Юнь Шэна помрачнело, взгляд стал холодным. Он уже понимал, в какой ад попал.
Он уставился на систему на своем запястье. Ему очень хотелось разбить эту штуку и позволить всем умереть вместе с ним. На экране появилась строка с текстом — это было задание, которое он получил ранее. Оно напомнило ему, что не стоит думать о побеге, иначе его ждет только одно — смерть, разрушение его души.
Однажды я хочу, чтобы Господь Бог сам ощутил вкус смерти. Он прищурился и усмехнулся, сорвал полотенце с умывальника и медленно вышел из комнаты.
Дворецкий увидел, что он чистый, и кивнул.
— Иди, все ждут, когда ты поешь, а хозяин уже вернулся. Ты должен помнить, что у молодого господина очень серьезное обсессивно-компульсивное расстройство, так что тебе лучше следить за своим внешним видом: то, что ты носишь сегодня, завтра уже не надевай. И самое главное — не трогай молодого господина без необходимости, он этого не выносит.
— Но моя сестра держала его, а он вообще не реагировал, — с обидой сказал Чжоу Юнь Шэн.
— Ты не такой, как та юная леди, — но чем именно они отличались, Фу Бо не сказал. Он был слишком нетерпелив, чтобы тратить время на умирающего, и уж тем более не собирался проявлять сочувствие.
«Да, я — грязь на земле, а Сюэ Цзин И — облака в небе. Облака всегда чисты и прекрасны, их не запятнать, а грязь — это то, по чему топчутся другие. Если однажды я смогу противостоять этой системе, то обязательно сделаю так, что однажды ты почувствуешь, каково это — быть растоптанной.»
Чжоу Юнь Шэн опустил голову и густой чёлкой прикрыл глаза, в которых читалось убийственное намерение.
Дворецкий проводил его в столовую. На главном месте уже сидел мужчина средних лет с представительной внешностью — очевидно, глава семьи Сюэ. Он только что вернулся, пиджак его был перекинут через спинку стула, рукава рубашки закатаны до локтей, волосы слегка растрепаны, а его добрая улыбка и непринужденная манера поведения совершенно не походили на горделивых и чопорных остальных членов семьи Сюэ, чем сразу располагали к себе.
— Это Сяо И? Вы с Цзин И действительно похожи. И хотя вы жили так далеко друг от друга, ваши имена созвучны, это действительно судьба. Проходи, присаживайся. Я Сюэ Жуй, приёмный отец Цзин И, можешь звать меня дядя Сюэ. Не стесняйся, чувствуй себя как дома, ешь всё, что хочешь. Ты такой худенький, тебе нужно хорошо питаться. Во время разговора он подвел мальчика к пустому стулу рядом с собой и стал часто подкладывать еду в его миску. Благодаря его доброму нраву все чувствовали себя желанными гостями.
Если остальные три члена семьи Сюэ были подобны недосягаемому снежному лотосу с горы Тянь-Шань, то Сюэ Жуй был улыбчивым Буддой, дружелюбным и открытым. После того как Чжоу Юнь Шэн стал жертвой интриг и не получил должного отношения, его сердце переполняла обида, но, увидев Сюэ Жуя, он успокоился.
Он неловко улыбнулся, быстро назвал Сюэ Жуя дядей и принялся жадно есть.
