Коалиция Разрушенных Небес: Эффект Осколка

Когда Вики вышла из Технического Сектора, её ноги подгибались. Не от физической усталости — хотя тело, закованное в остатки защитного снаряжения, ныло так, будто по нему проехал каток. Её шатало от тишины. Всего десять минут назад её голова взрывалась от тысяч голосов мертвых псиоников. Она была сосудом для чужой боли, проводником для агонии Мальбонте. А теперь... Теперь в коридорах Цитадели гудела только вентиляция, разгоняя теплый, сухой воздух. Лампы горели ровным, желтым светом. Но этот свет казался Вики слишком ярким. Он резал глаза, привыкшие к полумраку апокалипсиса. Она шла по коридору, касаясь стены рукой. Стена была теплой. Батареи работали. Осколок оживал. Но внутри Вики всё еще была зима. Она видела людей, сидящих на полу. Кто-то плакал, обнимая колени. Кто-то бессмысленно смотрел в стену. «Пси-вирус» ушел, когда Грег перерубил кабель, но осадок остался. Люди помнили свои галлюцинации. Они помнили, как хотели убить себя или ближнего. Вики прошла мимо отряда демонов, которые молча курили у окна. Они даже не посмотрели на своего лидера. Они смотрели на свои руки, словно пытаясь понять, чья это кровь — реальная или воображаемая. Ей нужно было спрятаться. Ей нужно было место, где она не Капитан, не Сосуд, не Надежда Осколка. Ей нужна была Мими. Дверь их комнаты в Южном крыле была не заперта. Вики толкнула её плечом и ввалилась внутрь. Здесь тоже было тепло. Впервые за три недели. Конденсат на потолке высох, оставив лишь разводы. В воздухе больше не пахло сыростью. Пахло вишней, старыми духами Мими и... сгоревшим воском. Мими сидела на полу, посреди комнаты. Вокруг неё были разбросаны вещи: книги, подушки, осколки зеркала (она разбила его, когда начался приступ). Она сидела, обхватив себя руками за плечи, и раскачивалась. Взад-вперед. Её черные крылья волочились по полу, перья были взъерошены и тусклы. Вики закрыла дверь и сползла по ней спиной, не в силах сделать больше ни шага. Щелчок замка прозвучал как выстрел. Мими резко дернулась. Она обернулась, и её глаза... Обычно горящие, живые, сейчас они были полны панического, животного страха. Зрачки расширены, белки покраснели от лопнувших капилляров. Увидев Вики, она замерла. — Ты... — голос Мими сорвался на хрип. — Ты настоящая? Вики с трудом стянула с себя тяжелую куртку с остатками креплений от генератора. Куртка с глухим стуком упала на пол. — Настоящая, — выдохнула Вики. — Я здесь. Я вернулась. Мими вскочила. Это не было плавное движение грациозной демоницы. Это был рывок раненого зверя. Она подлетела к Вики, впечатала её в дверь и схватила за лицо обеими руками. Её пальцы впились в щеки Вики, причиняя боль. Длинные ногти царапнули кожу. — Докажи! — прошипела Мими. По её лицу текли слезы, которых она, кажется, даже не замечала. — Докажи, что ты не галлюцинация! Я видела тебя мертвой, Уокер! Я видела, как ты превратилась в пепел у меня на руках! Я слышала, как ты кричала, что ненавидишь меня! Вики перехватила её запястья. Руки Мими были ледяными и дрожали крупной дрожью. — Мими, посмотри на меня. — Нет! Они все говорят, что они настоящие! Голоса... они говорили твоим голосом! Мими попыталась вырваться, оттолкнуть Вики, ударить — сделать что угодно, чтобы разрушить морок. Ей было так больно от пережитого кошмара, что она боялась поверить в спасение. Вики сделала единственное, что могло сработать. Она дернула Мими на себя, жестко, властно, и накрыла её губы своими. Это не был поцелуй нежности. Это был поцелуй-заземление. Вики вложила в него всю свою усталость, весь свой страх, всю свою любовь. Она кусала губы Мими, заставляя её чувствовать физическую боль, вкус соли и металла. Она прижалась к ней всем телом, позволяя Мими почувствовать тепло живой плоти, бешеный стук сердца, тяжелое дыхание. Мими застыла на секунду, окаменев. А потом сломалась. Из её груди вырвался звук — полустон, полурыдание. Она обмякла в руках Вики, цепляясь за её плечи, за волосы, за одежду, как утопающий. Она ответила на поцелуй с такой отчаянной жадностью, словно Вики была кислородом, а она задыхалась под водой последние три часа. Они целовались у двери, забыв о мире снаружи. Вики чувствовала, как слезы Мими мочат её лицо. Она чувствовала вкус вишни, смешанный с горечью страха. — Ты здесь... — шептала Мими, разрывая поцелуй, чтобы тут же прижаться снова. — Шепфа, ты здесь... Ты теплая... — Я обещала, — Вики гладила её по спине, успокаивая, но сама дрожала. — Я обещала вернуться. Ты угрожала убить меня, если я не вернусь. Я не могла рискнуть. Мими издала нервный смешок, который тут же перешел в плач. Она уткнулась лицом в шею Вики, вдыхая её запах. — Я думала, я сойду с ума, Вики. Когда свет погас... когда эти голоса залезли мне в голову... они показали мне мир без тебя. И это был ад. Настоящий ад, а не то, где я родилась. Вики закрыла глаза, зарываясь пальцами в волосы Мими. — Я знаю. Я тоже видела. Я видела тебя мертвой. Но мы победили их, Мими. Мы выключили рубильник. Мы живы. Мими отстранилась. Её взгляд метался по лицу Вики, запоминая каждую черточку, проверяя, нет ли новых шрамов. — Тебе больно? Ты ранена? — Только синяки. И... я грязная, — Вики поморщилась. — Я чувствую себя так, будто искупалась в канализации. Энтропия, Пси-энергия... мне нужно это смыть. Мими кивнула. В её глазах появилась решимость. — Идем. Она взяла Вики за руку и потянула в ванную. Вода была горячей. По-настоящему горячей. Бойлеры работали на полную мощность, питаясь от новых ядер. Пар заполнил маленькую ванную комнату, создавая интимный, влажный кокон. Вики стояла под душем, упершись руками в кафель, и позволяла кипятку бить по плечам, смывая напряжение. Мими вошла следом. Она не стала спрашивать разрешения. Ей нужно было быть рядом. Она сбросила свою одежду — порванную блузку, узкие джинсы — и шагнула в душевую кабину. Здесь было тесно для двоих, особенно с крыльями, но эта теснота была им нужна. Мими встала позади Вики. Она взяла губку, намылила её и начала водить по спине Вики. Медленно. Осторожно. — У тебя здесь синяк, — прошептал она, касаясь лопатки. — От генератора? — Да. Он весил тонну. — Я убью Грега, — беззлобно пообещала Мими, целуя это место. Её губы на мокрой коже ощущались как клеймо. Вики откинула голову назад, опираясь затылком на плечо Мими. — Не убивай. Он спас мне жизнь. И Кассиэлю. Мими обняла её сзади, скользя намыленными руками по животу Вики, поднимаясь к груди. — Я так боялась, — призналась она тихо, в самое ухо Вики. — Я стояла у окна и ждала, когда барьер рухнет. Я ненавижу ждать, Вики. Я демон действия. А быть просто... зрителем... это пытка. Вики накрыла ладони Мими своими. — Ты не была зрителем. Ты держала Цитадель. Если бы ты сломалась, здесь началась бы резня еще до вируса. — Я держалась только ради тебя. Вики повернулась к ней лицом. Вода стекала по их телам, смывая грязь, пот и кровь, но не смывая желание. Наоборот. Теперь, когда первый страх прошел, адреналин трансформировался в возбуждение. Это была реакция выживших. Тело кричало: «Я живо! Я могу чувствовать!» Вики посмотрела на Мими. Мокрые черные волосы прилипли к лицу, капли воды дрожали на длинных ресницах. Вода стекала по её шее, по груди... Мими была прекрасна той дикой, темной красотой, от которой у Вики перехватывало дыхание даже спустя столько лет. — Мими... — выдохнула Вики. Взгляд демоницы потемнел. Зрачки расширились, почти полностью поглотив радужку. — Мне нужно почувствовать тебя, — прошептала Мими. — Не через разговоры. Не через объятия. По-настоящему. Я хочу стереть память о том холоде. Она потянулась к Вики и поцеловала её — уже не испуганно, а требовательно, жадно. Вики ответила тем же. Она прижала Мими к мокрой стене душевой. Их тела соприкоснулись, горячая кожа к горячей коже. Вода делала каждое движение скользящим, чувственным. Руки Мими скользнули вниз, по бедрам Вики, сжимая, притягивая ближе. Она закинула ногу на бедро Вики, устраняя последние миллиметры расстояния. — Возьми меня, — выдохнула Мими в губы Вики. — Сделай так, чтобы я забыла всё, кроме твоего имени. Вики подхватила её под бедра, поднимая. Мими была легкой, или Вики стала сильнее — это было неважно. Она вынесла её из душа, даже не вытираясь. Им было плевать на воду, капающую на пол. Они рухнули на кровать. Простыни мгновенно намокли, но тепло комнаты не давало замерзнуть. Мими оказалась сверху. Она села на Вики, откидывая мокрые волосы назад. В полумраке она выглядела как богиня возмездия и любви одновременно. Её крылья распахнулись, стряхивая капли воды, создавая над ними купол тьмы, отсекающий весь остальной мир. — Ты моя, — сказала Мими. Это был не вопрос. Это была констатация факта. — Ты не принадлежишь Небу. Ты не принадлежишь Осколку. Ты моя. — Твоя, — эхом отозвалась Вики, глядя на неё снизу вверх с обожанием. Мими наклонилась, покрывая поцелуями шею Вики, ключицы, грудь. Она кусала, зализывала укусы, оставляла метки. Она метила территорию, изгоняя призраков. Вики выгнулась, запуская пальцы в волосы Мими. Каждое прикосновение демоницы было электрическим разрядом. Но не тем болезненным током, что бил от генераторов, а живым, сладким током удовольствия. — Мими... пожалуйста... — простонала Вики. Мими подняла голову. Её губы были припухшими, глаза затуманены страстью. Она начала двигаться. Медленно, тягуче, глядя Вики прямо в глаза. Это был танец двух душ, сплетенных в одном ритме. Вики чувствовала, как с каждым движением Мими, с каждым её вздохом, ледяная корка на её собственном сердце трескается и осыпается. Холод Бездны уходил. Голоса в голове замолкали. Оставалось только это: жаркое, влажное тепло тела Мими, её запах, её тихие стоны. Вики приподнялась на локтях и притянула Мими к себе для поцелуя. Их языки сплелись. Дыхание стало общим. — Я люблю тебя, — прошептала Вики в губы Мими. — Я люблю тебя больше, чем жизнь. Эти слова стали катализатором. Темп изменился. Нежность уступила место страсти. Мими двигалась быстрее, резче. Её ногти царапали плечи Вики. Её крылья шумели, создавая ветер. Вики отвечала ей, направляя, поддерживая, отдавая всё, что у неё было. Когда пик накрыл их, это было похоже на вспышку сверхновой в темноте комнаты. Мими закричала, запрокинув голову, и её крик смешался со стоном Вики. Они содрогались в объятиях друг друга, цепляясь за реальность, которая сузилась до размеров этой кровати. Потом они долго лежали в тишине. Только стук сердец, который постепенно замедлялся, входя в унисон. Тук-тук. Тук-тук. Мими лежала на груди Вики, укрыв их обеих крылом. Её дыхание щекотало кожу. Вики рассеянно гладила её по мокрой спине, перебирая перышки на крыле. В комнате было тепло. По-настоящему тепло. — Знаешь, — сонно пробормотала Мими, не открывая глаз. — Если конец света выглядит так... то я согласна потерпеть. Вики улыбнулась. Она чувствовала себя опустошенной, но это была приятная пустота. Чистая. — Это не конец, Мими. Это только начало. У нас есть свет. У нас есть тепло. У нас есть... мы. Мими приподнялась и посмотрела на неё. В её глазах вернулся привычный озорной блеск, хотя усталость никуда не делась. — Ты всё равно идиотка, Уокер. Полезть в Бездну... — Кто-то должен был. — В следующий раз я пойду с тобой. И не спорь. Я привяжу себя к тебе цепью. — Договорились, — Вики поцеловала её в нос. — Но давай следующий раз будет не скоро? Я хочу просто полежать здесь. С тобой. Лет сто. — Сто лет — это мало для бессмертных, — фыркнула Мими, укладываясь обратно. — Но для начала сойдет. За окном, которое больше не было забито фанерой, начинался новый день. Фиолетовое небо Энтропии всё еще висело над ними, но теперь оно казалось просто небом, а не крышкой гроба. Потому что внутри горел свет. И на кровати в Южном крыле спали двое, чья любовь оказалась сильнее распада вселенной.