My Devil Wears Louis Vuitton

      Сынмин очнулся в своей постели. Один. Очевидно, что наступило утро, потому что за окном уже вовсю ярко светило летнее солнце.       Голова знатно гудела, а обрывки воспоминаний стали прорываться сквозь похмелье. Он прикрыл лицо ладонями, мучительно простонав:       — Ох, блять…       Что же он вчера натворил?! Делал ли что-то неприличное, что могло его скомпрометировать? Почему он вообще так напился?       Поцелуй. Сынмин вспомнил живительное тепло чужих губ и неосознанно коснулся пальцем своей нижней губы. Образ плачущего, а затем и смеющегося Феликса тут же возник перед глазами. Сынмин глубоко вздохнул.       Интересно, сколько сейчас времени? Где Бан Чан?       Новые вопросы только продолжали возникать и крутиться в голове, словно бешеная карусель. Сынмин дрожащими пальцами взял телефон, оказавшийся на прикроватной тумбочке.       Значит, кто-то привёз его сюда? Ведь сам бы он вряд ли добрался до отеля, раз не помнил даже, чем кончилась бурная ночь в Ле Бристоль.       Это был Феликс. Сквозь пелену, окутавшую трезвеющее сознание, просочилось ещё одно воспоминание. Сынмин уже не мог стоять на ногах, поэтому Феликс дотащил его до выхода из клуба и усадил в такси. Он сопровождал его всю дорогу, привёз в номер и уложил на кровать. А потом уехал.       — Какой же это ёбаный позор, — прошептал Сынмин, ощущая ком, отчаянно подступающий к горлу.       Никаких сообщений или пропущенных звонков. Это уже немного облегчило стыд, который тяжёлым грузом навалился на плечи Сынмина. Оставалось только понять, не наговорил ли он по пьяни чего-нибудь Феликсу или Бан Чану.       Сынмин уже давно не напивался так, чтобы потерять над собой контроль. Кажется, это случилось один раз, когда он был ещё студентом. Тогда он оказался в незнакомой компании друзей своей девушки, и ему не хотелось выглядеть ботаном.       Из этих малоприятных воспоминаний его выдернул отчётливый стук в дверь его номера.       — Месье, для вас доставка, — на ломаном английском сообщил голос за дверью.       — Пожалуйста, оставьте у двери, — крикнул Сынмин, ощущая, как сердце в груди сделало кульбит.       Он боялся выйти и посмотреть, что там. А вдруг его с кем-то перепутали?       То, что это оказалась посылка точно для него, Сынмин понял, когда увидел записку, лежащую сверху на огромном букете в круглой корзине. От удивления Сынмин вдруг забыл, как дышать. Он не решался прикоснуться к цветам, словно боялся, что если он это сделает, то они просто исчезнут, растворятся в воздухе.       Как тот вчерашний случайный поцелуй. А что если Феликс сделал это просто из-за того, что перебрал с алкоголем? Вдруг для него это была всего лишь приятная игра, и Сынмину не стоило питать никаких надежд? Да и откуда вообще у него эти надежды, если он сам так позорно мямлил в ответ на прямые вопросы Феликса?       Сынмин всё-таки занёс букет в номер и поставил на журнальный стол посреди комнаты. Цветы выглядели великолепно. Цветовая гамма была подобрана так изысканно, что у Сынмина что-то кольнуло в груди. Белые розы, голубые гортензии и ещё куча сортов, названий которых он не знал.       Он взял в руки записку. Она напоминала открытку на день рождение, и Сынмин знал, что основной текст находится внутри. Нужно только открыть. Но как же это оказалось непросто! Такое чувство появляется, когда ты осознаёшь, что тебе должны сказать что-то очень важное, но боишься это услышать. Или когда приходит ответное смс после того, как ты признался кому-то в своих чувствах, а ты отбрасываешь телефон подальше или вообще выключаешь его.       Но любопытство пересилило. Сынмин приоткрыл послание, сразу вчитываясь в написанное:       «Привет. Надеюсь, что ты в порядке. Я так и не успел взять твой номер вчера, представляешь? Зато теперь я знаю, где ты живёшь. Сынмин, я хочу извиниться перед тобой за то, что так неосторожно тебя вчера напоил. Предлагаю примирительный ужин, если, конечно, ты не будешь слишком занят. Я оставлю тебе свой номер. Напиши или позвони мне, только обязательно. Я очень жалею, что у нас было так мало времени. Надеюсь увидеть тебя снова. Феликс»       Сынмин испытал колоссальное облегчение от этих слов. Конечно, ему всё ещё было стыдно за свои сомнения и нерешительность, но он ощущал какую-то незримую поддержку от Феликса. И принятие. Феликс хотел общаться с ним, несмотря ни на что. От этого осознания у Сынмина кружилась голова.       Наверное, только сейчас Сынмин позволил, наконец, всем своим мыслям о Феликсе выйти на поверхность.       Ему нравился Феликс. Совершенно реально, практически осязаемо. Это было нелегко признать. Осознать то, что тебе нравятся мужчины в двадцать шесть лет — не самое простое открытие. Но жизнь не остановилась, сердце не выпрыгнуло из груди, а лицо не сгорело от стыда. Значит, с этим можно было мириться.       Сынмин первым делом внёс Феликса в контакты на телефоне, а затем набрался смелости и отправил ему сообщение, в котором согласился на встречу.       Феликс ответил моментально, сообщив, что заедет за Сынмином к шести вечера.       А что же Чан? Сынмин решил сам проведать коллегу, хотя это могло испортить ему настроение, если бы Чан начал вспоминать детали вчерашней ночи.       — Это я, — Сынмин постучался в номер Чана, проверив предварительно, что тот был онлайн в соцсетях, чтобы ненароком не разбудить.       — О, вспомнишь лучик, вот и солнце, — Чан протирал глаза, махнув Сынмину, чтобы тот зашёл в номер.       Сынмин не знал с чего начать.       — Вечеринка удалась, — ехидно заметил Бан Чан, разглядывая Сынмина. — Я же сказал, что верю в тебя.       — Я… Я думаю, что наделал глупостей, — ответил Сынмин, закусывая нижнюю губу. — Мне стыдно, что я так сильно напился.       — Зато твой новый знакомый проявил изрядное рвение, чтобы доставить тебя в целости и сохранности до постели, — Чан улыбнулся, тактично проигнорировав смущение Сынмина. — Даже знать не хочу, чем у тебя там всё закончилось, — он по-доброму усмехнулся и начал есть круассан, словно ничего не произошло.       — О нет, нет… Я не… О боже, — Сынмин прикрыл глаза ладонью, не зная, куда ему деться от стыда.       — Ты думал, что я буду тебя осуждать? — тон Бан Чана сменился на более серьёзный и вкрадчивый. — Мне нет дела до того, кто с кем спит. Для меня главное, чтобы ты справлялся со своей работой, а к этому у меня нет вопросов. Минии, послушай… Я уже десять лет кручусь в этой индустрии, и поверь мне, я видел здесь такое, после чего меня уже ничего не сможет удивить. Я понимаю, что тебе трудновато это принять, потому что ты всю жизнь знал только Корею с её ограничениями и косыми взглядам в сторону тех, кто чем-то отличается. Но может быть, настало время дать себе немного свободы? У нас осталось совсем мало дней в этой командировке, и я бы не советовал тебе тратить время на то, чтобы убиваться по пустякам.       — Меня не будет сегодня вечером в отеле, — слова вырвались сами собой. Сынмин почувствовал, что Чану можно доверять, и ему захотелось принять эту поддержку.       — Меня тоже, — Чан невозмутимо жевал круассан. — Тебе не надо передо мной отчитываться. Я не твой начальник. Если вдруг ты мне будешь нужен по рабочим вопросам, я сам тебя найду. Договорились?       Сынмин улыбнулся впервые за весь этот диалог. Он только согласно кивнул и быстро вышел за дверь, обдумывая слова Чана.       И правда, что ему было терять? Он был одинок и… абсолютно свободен. Кто мог ему запретить что-то, кроме него же самого?       Остаток дня прошёл гораздо спокойнее. Сынмин неспешно позавтракал прямо в номере, принял горячую ванну и даже успел посмотреть какой-то чёрно-белый фильм на французском на огромном плазменном телевизоре.       В половину шестого он уже расхаживал по номеру полностью готовый, одетый в светло-голубую рубашку и длинные серые брюки.       Он понятия не имел, куда именно Феликс его пригласил, поэтому решил надеть что-то строгое, но не слишком официозное.       Роскошный букет наполнял комнату приятными цветочными ароматами, не давая Сынмину ни на секунду забыть о Феликсе.       Чувство сладкой истомы овладевало Сынмином по мере того, как приближалось время их встречи. Стыд сменился на лёгкое, едва ощутимое возбуждение, нежный трепет. Сынмин чувствовал себя как школьник, волнующийся перед своим первым в жизни свиданием. Он не помнил, чтобы испытывал нечто подобное, когда начинал встречаться с девушкой. Она была красива, умна, и с ней было приятно и интересно общаться. Но никогда не возникало такого острого, захлёстывающего чувства эйфории.       Он ощущал себя снова пьяным, хотя весь алкоголь уже давно покинул его тело.       Сынмин сразу узнал машину, потому что вчера на этом же чёрном мерседесе Феликс привёз его в отель. Водитель вышел и открыл перед ним дверь. Сынмин смутился, но, увидев Феликса, всё-таки забрался внутрь и сел рядом.       — Привет, — просто сказал Феликс, окидывая Сынмина своим любопытным пытливым взглядом.       — Привет, — Сынмин не знал, мог ли он позволить себе как-то прикоснуться к Феликсу. Обнять его казалось слишком вычурным жестом, а жать руку вообще выглядело бы бредово. Поэтому он просто кивнул. — У тебя есть личный водитель?       — Да. Агентство даёт квартирные деньги, их хватает не только на то, чтобы снять жильё.       — Я даже не спросил тебя, надолго ли ты в Париже? У меня ведь осталось всего несколько дней здесь, — задумчиво произнёс Сынмин.       — Я остаюсь на ещё один показ, который пройдёт прямо в Лувре. Прямо в ночь на десятое июля, — Феликс понизил голос. — Представляешь, как это романтично? — он загадочно улыбнулся.       — Жаль, что я этого не увижу, — Сынмин улыбнулся в ответ. — Расскажешь, куда мы едем?       Рядом с Феликсом Сынмин не чувствовал себя неловко. Хоть они и были знакомы всего ничего, но почему-то никакого дискомфорта это не создавало. Они общались так, словно знали друг друга сотни лет.       — Хотел оставить в секрете, — признался Феликс. — Теперь придётся рассказать.       — Это что-то неприличное? — спросил Сынмин, не сдерживая лёгкую усмешку.       — Так вот, значит, какого ты обо мне мнения, — Феликс рассмеялся. — Это всего лишь из-за пары поцелуев?       Слова ударили Сынмина под дых. Он мрачно покосился на водителя. Тот невозмутимо вёл машину под ненавязчивый французский шансон.       — Извини, — поспешил оправдаться Феликс, явно заметив панику на лице Сынмина. — Я всё время забываю, что ты из Кореи. Не самая толерантная страна.       — Да уж, — Сынмин облегчённо выдохнул и позволил себе улыбку. В конце концов, он взрослый человек и вправе сам решать, что и с кем ему делать. — Ты вчера сказал, что живёшь повсюду, но ты ведь наверняка родился в Корее? Где-то же у тебя есть родители, дом?       Сынмин не успел обдумать сказанное, и уже пожалел, что начал засыпать Феликса такими личными вопросами. Но Феликс, казалось, совершенно не смутился и спокойно ответил:       — Я родился в Корее, а вырос в Австралии. В Сиднее. У меня есть бабушка с дедушкой в Сеуле, бывает, что мы с родителями прилетаем их навестить.       — Я никогда не был в Австралии.       — Тогда я тебя приглашаю.       За разговорами они не заметили, как машина остановилась у входа, рядом с которым толпились нарядно одетые люди.       — Сегодня открытие ресторана, помощник шефа — мой хороший знакомый, — сообщил Феликс растерянному Сынмину.       Тот явно не ожидал такого поворота событий, но отступать было уже некуда. Они быстро миновали очередь у входа, потому что Феликс, как оказалось, был не просто хорошим знакомым, а очень хорошим. Хостес лично проводила их за лучший столик в углу просторного светлого зала, вдали от чужих глаз.       К ним сразу же подошёл официант с шёлковой бабочкой на шее, из чего Сынмин сделал вывод о том, что это был не на шутку дорогой ресторан.       — Желаете выбрать что-то из меню или попробуете специальный эксклюзивный сет от нашего шеф-повара в честь открытия ресторана?       — Хочешь что-то выбрать или доверимся шефу? — обратился Феликс к Сынмину.       Тот не хотел ничего выбирать, поэтому охотно согласился попробовать блюда, подобранные специально для изысканного ужина.       — Могу порекомендовать вино для вас? Может быть, шампанское или другой аперитив?       От этих слов у Сынмина неприятно застучало в голове, потому что второе похмелье подряд он мог уже и не пережить.       — Пожалуйста, принесите нам по бокалу мерло, — попросил Феликс.       Они сидели друг напротив друга, и Сынмин смутился от того, что Феликс его откровенно разглядывал.       — Ты очень красивый, — сказал Феликс, а Сынмин почувствовал, как загорелись уши.       — Ты тоже, — сказать это на трезвую было сложнее, но Сынмин старался перебороть свой страх и стеснение. Ему очень хотелось узнать Феликса получше. — Феликс, я… Я не должен был говорить то, что вчера сказал. Не пойми меня неправильно, ты мне… Ты мне очень, — он запнулся на полуслове и тяжело вздохнул.       Феликс накрыл его руку своей аккуратной ладонью.       — Успокойся, — он мягко улыбнулся. — Не говори того, что пока не готов. Я всё понимаю. Я не хочу давить на тебя и буду делать только то, что тебе приятно. Не стесняйся говорить, если тебе что-то не нравится.       От этих слов у Сынмина словно камень с души упал.       Он посмотрел в глаза Феликсу:       — Я хочу узнать о тебе побольше.       — Ведь для этого и придумали свидания, правда?       У Сынмина перехватило дыхание. Он боялся пошевелить рукой, которая была накрыта тёплой ладонью.       — Так значит, у нас… свидание? — несмело прошептал Сынмин, как будто сам не веря своим словам.       — Тебя это смущает? — прямо спросил Феликс.       — Нет, просто… оно у меня первое. Ну, в смысле вот такое. С парнем.       Воцарилась тишина. Феликс не убирал руку, и Сынмин вдруг почувствовал прикосновение к своей ноге под столом. От этого жеста голова окончательно пошла кругом.       — И как тебе? — Феликс понизил голос, не переставая касаться ноги Сынмина, заставляя того то краснеть, то бледнеть и дышать более сбивчиво.       — Это странно, — наконец выдавил Сынмин.       — Но приятно? — томно улыбаясь, спросил Феликс.       — Да.       Наконец, им принесли вино и закуски. Сынмин не особо разбирался в европейской кухне, но ему было интересно попробовать что-то новое. И это касалось не только еды.       — Спасибо большое за цветы, — спохватился Сынмин. — Я не мог оторвать от них глаз весь день.       — Мне очень приятно это слышать, — Феликс расплылся в улыбке. — Я хочу быть предельно честным с тобой, поэтому прислал их. Ты пробуждаешь во мне что-то особенное, как будто давно забытое.       — Феликс, можно задать тебе личный вопрос?       Неловкость наконец-то сменилась неподдельным интересом.       — Всё, что угодно.       — Тебе всегда нравились парни? Просто ты как будто легко относишься к этому, словно знал это о себе всю жизнь.       — Но так и было, — кивнул Феликс. — А сейчас мне нравишься ты.       Сынмин перестал жевать, пытаясь обработать эти слова.       — А ещё мне нравится, как ты смущаешься, — признался Феликс. — Это мило. И сексуально, — он отпил вино, откидываясь на спинку стула.       Щёки Феликса покрылись лёгким румянцем, а во взгляде снова угадывался озорной огонь. Тот самый, который заставлял Сынмина млеть и плавиться.       — Феликс, хочешь… Кхм, — Сынмин откашлялся, словно решаясь на что-то, — хочешь, я проведу для тебя фотосессию? — он сглотнул, ожидая реакции.       Он словно нырнул на такую глубину, которая до этого момента была ему недоступна.       — Хочу, — Феликс засиял. — Это будет просто потрясающе, Минни!       Сынмин улыбнулся. Его так называл пока что только Бан Чан, но теперь он услышал своё имя в уменьшительно-ласкательном ключе из уст Феликса. И это ощущалось прекрасно.       — Тогда можем встретиться завтра, если ты не занят, — решительно сказал Сынмин. — Можно сделать несколько кадров на улице, пока светло, а потом у меня в номере.       Вдруг он осознал, как это двусмысленно прозвучало, и поспешил срочно исправить ситуацию:       — То есть… я хотел сказать, что…       — Всё в порядке, — прервал его Феликс. — По правде сказать, я хотел бы фотосессию ню.       У Сынмина от этих слов побежали мурашки по спине.       Феликс так открыто его соблазнял, а ему это нравилось. Двадцатилетний мальчишка флиртовал с ним, не стесняясь своей дерзости, словно делал это тысячи раз. Сынмин чувствовал себя абсолютным профаном во флирте, но воспрепятствовать очарованию Феликса не мог. Да и не хотел.       — Ты не против? У меня такого ещё не было, но я очень хотел бы попробовать, — уточнил Феликс.       — Хорошо, — Сынмин согласно кивнул, не сдержав улыбку. — Я тоже не эксперт в этом жанре, — честно признался он.       — Мы же будем одной командой. Я уверен, у нас всё получится, — мягко сказал Феликс, допивая свой бокал.       От мыслей о предстоящей встрече у Сынмина приятно сводило внизу живота.