Финт сердца

Gasoline — Halsey

Болельщики на трибунах кричали, щёлкали камеры, хоккеисты громко смеялись, пихая в бок своего «пострадавшего» товарища по команде. А я стояла в ступоре и не могла отвести от него взгляд, сжимая проклятую пушку в руке. Его холодные глаза прожигали меня в ответ. Какова вероятность попасть на хоккейный матч, на котором ты раньше никогда не была, в роли чирлидирши, по чистой случайности оказаться на льду не в то время и зарядить мягкой игрушкой по голове одного из самых неоднозначных игроков команды? Один к миллиону? Что ж, раз в жизни я выиграла лотерею. Не знаю, сколько бы я так ещё простояла, если бы из оцепенения меня не вырвал крик Мелани: — Эва! — она собиралась уже идти за мной, но я наконец сообразила, что нужно как можно скорее свалить отсюда. Стараясь не смотреть по сторонам, я подъехала к борту и, не слушая возмущения Мелани, побежала в сторону раздевалки. Сердце колотилось гулко, так, что отдавало в пятки, щёки горели. Последний раз я ощущала подобное, наверное, когда в старших классах отправила однокласснику признание в любви, а он высмеял меня и показал его всем. Но я уже давно не школьница, и масштабы ситуации намного больше. Мой триумф определённо запечатлели на камеры. Интересно, как быстро и под какими заголовками разлетятся видео? Уже оказавшись в раздевалке, я резко остановилась в середине, осознав одну деталь. Этот случай определённо будут обсуждать какое-то время в соцсетях команды, в забегаловках, где собираются хоккейные болельщики, возможно, в университете. Поболтают и забудут, это не так страшно, переживу. Но что, если Кристиан Робертс из «Трибун Чикаго» увидит мой позор и передумает брать на стажировку? А если и возьмёт, то как я буду взаимодействовать с игроками, а особенно с тем, которому досталось от меня по голове? Чёрт, за один вечер всё осложнилось в сотню раз. После всего произошедшего я не хотела встречаться с девчонками из группы поддержки, поэтому как можно быстрее переоделась, натянула капюшон куртки на лицо и быстрыми шагами покинула раздевалку, направляясь к выходу с арены. На улице был холодный ветер, заставлявший почти бежать к остановке «Эл». Поезд приехал почти сразу, вагоны были полупустые. Ну хоть что-то сегодня радовало. Сев возле окна, я надела наушники и стала наблюдать за проносящимися ночными огнями города. Под музыку и сливающиеся в один поток высотки, яркие витрины и фары машин, я постепенно успокоилась, перестав раз за разом прокручивать в голове ситуацию на льду. Чикаго был красивым городом, он влюблял в себя по-своему, несмотря на кучу навешанных на него ярлыков из-за тёмного прошлого. Мне нравилось здесь. Бешеный ритм жизни, постоянное движение, непрерывный поток целей и задач выматывали, но, как ни странно, именно в этой суматохе я чувствовала себя живой. В какой-то степени свободной. По крайней мере, от пресса родителей, столько лет пытавшихся создать из меня собственный идеал, не спрашивая моего мнения. Переехав из своего маленького Кейпвилла на учёбу, я наконец почувствовала, что дышать стало легче. Хотя, конечно, здешнее общество тоже давило своими устоями и стереотипами, несмотря на прогрессирующие взгляды. Каждый раз, когда всё наваливалось, силы заканчивались и хотелось просто исчезнуть — я находила спасение в танцах. Пол-дэнс был моей отдушиной во всех смыслах. Через него я выплёскивала эмоции, и он же заряжал меня энергией. Часто ночами, после учёбы или тяжёлой смены в кофейне, я пряталась ото всех в студии. Он был моим тайным утешением, из-за закоренелых предрассудков о нём мало кто знал в моём окружении. Поезд остановился на нужной мне остановке. Вдохнув холодный ночной воздух, я побрела к своему дому. Герсы не было. На кухонном столе лежала записка: «Буду завтра, не жди». Я хмыкнула. Видимо, очередной флирт с бариста в кофейне оказался удачным. Думать о сегодняшнем дне или о чём-либо другом не было ни капли желания, поэтому я быстро приняла душ, отключила телефон и завалилась спать. Хватит с меня на сегодня.

***

dusk till dawn — Camylio

Проснувшись, я какое-то время просто лежала, пялясь в потолок с приятным чувством лёгкости в теле после долгого сна. По ощущениям было позднее утро или полдень. Давно я так не высыпалась. Я вытянулась на диване с наслаждением, которое бывает только тогда, когда ты знаешь, что сегодня никуда не надо. В квартире было тихо. Герса либо дрыхнет, либо ещё не вернулась. Хотя, спит она в любом случае, только не факт, что в соседней комнате. Взяв телефон с тумбочки, я дважды тапнула по экрану, чтобы посмотреть время. Но он никак не отреагировал. Через две секунды до меня дошло осознания, что он выключен, потому что… Чёрт, я сама его выключила, чтобы никто не донимал расспросами о том, что произошло на хоккее. Лёгкое настроение, наполнявшее меня минутой назад, рухнуло внутри тяжёлым тревожным комом. Я судорожно зажала кнопку телефона, чтобы тот включился. А в голове уже был ураган из путанных мыслей. Какова вероятность, что видео с моим метким выстрелом не слили в сеть? Очевидно — нулевая. Тогда, сколько людей его увидели? Как на него отреагировали? Видел ли редактор? Челси? А родители? Я перестала строить теории, когда передо мной вспыхнул экран блокировки с… Пятнадцатью уведомлениями?! Одно от Герсы, отправленное ещё вчера, парочка от одногруппников и с десяток от Челси. Что ж, я готовилась к худшему. Соседка по комнате зачем-то продублировала то, что было в записке. Видимо, она ещё не в курсе, иначе бы уже устроила мне допрос в духе «Насколько горяч был тот хоккеист?». Проигнорировав сообщения одногруппников, я открыла чат с подругой. @ChelseaK: ЭВА @ChelseaK: МНЕ ВСЁ РАССКАЗАЛИ И ПОКАЗАЛИ @ChelseaK: Ты что, правда зарядила Колтону по башке? 😂 @ChelseaK: Подруга, ну ты даёшь. Я немедленно жду подробностей! @ChelseaK: Ты что, спишь?! @ChelseaK: Эвтида Арден, завтра жду на исповедь в кофейню! Фух, кажется, она не собирается убивать меня за мой косяк. Осталось только осмелиться нажать на пост, который Челси скинула ниже, и прочитать комментарии под видео. Усевшись на диване, я задержала дрожащий палец над экраном и, зажмурившись, ткнула на нужную кнопку. Это была публикация в одном из фанатских сообществ «Black Wolves» с очаровательной подписью под видео: «Чирлидирша придумала новый способ привлечь внимание хоккеиста. Колтон, будь осторожнее, в следующий раз можешь так легко не отделаться». Что?! Они там совсем с ума сошли? Значит я, по их мнению, решила таким идиотским образом обратить на себя внимание этого белобрысого?! Страх мгновенно сменился жгучим раздражением. Да кем они меня считают? Безмозглой девчонкой, помешанной на хоккеистах, которая готова пойти на что угодно, лишь бы поймать на себе взгляд одного из игроков? Но этот глупый заголовок оказался лишь малой частью. Комментарии под постом едва не заставили меня швырнуть телефон в стену. Как вообще люди всё это выдумывают? Одни просто смеялись над «неуклюжей девкой», другие писали, что это всё постановка, чтобы поднять шумиху вокруг команды перед следующей игрой, а кто-то вообще утверждал, что я давно преследую Колтона и помешана на нём. Про этого придурка писали не меньше, а то и больше, чем про меня. В основном девушки, конечно же. Похоже, переживали, что я всерьёз претендую на их объект обожания. Сдался он мне, хоть на кусочки растерзайте его, мне плевать. У этого Колтона явно целая гильдия неадекватных фанаток. Пусть катится вместе с ними куда подальше. Бесит.

***

Я пришла в кофейню как раз в то время, когда в ней было меньше всего посетителей. Челси стояла за стойкой, скучающе что-то листая в телефоне. Ох, видел бы наш хозяин, точно бы дал нагоняй. Стоило мне подойти ближе, как подруга подняла взгляд и мгновенно оживилась. — Кого я вижу! Звезда всех хоккейных пабликов соизволила посетить наше скромное заведение. По началу я напряглась, тон Челси показался мне недружелюбным, будто ещё чуть-чуть, и она начнёт высказывать мне, как я подставила её вчера. Но, заметив, как дрожат уголки её губ в попытке не рассмеяться, я расслабилась и села на высокий стул, поставив локти на поверхность стойки. — Не кричи, пожалуйста, вдруг услышит кто-то, кто в курсе. Перекинув светлые волосы за спину, подруга махнула рукой и наконец улыбнулась. — Расслабься, я не злюсь, если ты думаешь об этом. Наоборот, хотела похвалить тебя за то, что зарядила этому заносчивому засранцу. Я растерянно смотрела на неё, никак не ожидав подобных слов. — Заносчивому засранцу?.. — О да, Амен та ещё заноза! — протянула Челси и начала протирать и без того чистую стойку. — Ему полезно иногда сбивать спесь, правда никто до тебя не делал это настолько метко. Я всегда была наблюдательна в отношении людей, особенно тех, кого знала хорошо. Невольно отмечала любые изменения в поведении, манере речи, жестах, анализируя человека. Вот и сейчас заметила, что подруга вела себя немного иначе. Обычно во время разговора она не отвлекалась, а тут переключилась на другое занятие, будто не хотела, чтобы заметили, что с ней что-то не так. Мы общались с ней всего несколько месяцев, но быстро сблизились, и за это время я успела подметить, что когда та нервничала или волновалась, то начинала улыбаться, смеяться или шутить больше обычного. Челси говорила так, будто хорошо знала Амена. Как то раз она рассказывала про короткую интрижку с каким-то хоккеистом. Может, у них что-то было? — А вы случайно не?.. — Что? — подруга резко посмотрела на меня, оторвавшись от натирания поверхности стола. — Откуда ты его знаешь? Я заметила, как Челси сжала тряпку в руках, затягивая с ответом. Но её спас звук колокольчика, оповестившего о приходе посетителя. Момент был упущен. Но теперь я этого так не оставлю и обязательно выясню, что здесь не так.

***

Mad Hatter — Melanie Martinez

На следующий день я соскочила с первым будильником, что предвещало если не смену полюсов, то как минимум удивление Герсы. Когда мы учились с одного времени, то ей непременно приходилось будить меня после неудачных попыток моего телефона. Но сегодня был не очередной понедельник, а мой первый день стажировки в «Трибунах Чикаго». Задержаться даже на минутку у меня не было права. После утренней рутины я начала перебирать свой шкаф, пытаясь отыскать что-то подходящее. Пусть первый раз редактор увидел меня в мятой водолазке и с неряшливым хвостом, — сегодня точно стоило одеться поприличнее. Выкидывая одну тряпку за другой, я наткнулась на атласную блузку бежевого цвета с вырезом. Идеально. С ней хорошо сочеталась моя любимая юбка-карандаш с небольшим разрезом на бедре. Осталось только сделать аккуратный пучок и подкраситься. Видимо, моя возня была слишком громкой, потому что вскоре за спиной я услышала шарканье и недовольный заспанный голос Герсы: — Ну и чего ты встала в такую… Подруга недоговорила, увидев мой образ, и едва не присвистнула. — Воу… Кого собралась покорять, Эвтида Арден? Я как раз закончила подводить губы матовым карандашом и обернулась к ней. — Как тебе? — Выглядишь так, будто собралась спровоцировать пару аварий и оставить кого-то с колом в штанах. Кто этот несчастный? — Никто. Сегодня первый день моей стажировки, и я хочу исправить первое впечатление неряшливой студентки. Глаза Герсы тут же загорелись интересом, а сон окончательно прошёл. О, я достаточно хорошо знаю этот взгляд. Моя подруга неисправима. — Так, значит, собралась покорять того редактора? Кристиан, кажется? Что ж, образ подходящий, можно даже ещё пару пуговиц расстегнуть. Я закатила глаза, надевая пальто. — Нет, Герса, я собралась покорять «Трибуны Чикаго».

***

Приехав по адресу, указанному в визитке, я ожидала увидеть очередную пафосную стеклянную высотку, но передо мной оказалось старое кирпичное здание. Похоже, раньше здесь было какое-то предприятие. Стеклянная входная дверь главного входа то и дело открывалась, впуская внутрь людей, спешащих на новый рабочий день. Сделав глубокий вдох, я последовала за ними. Внутри офис выглядел очень даже стильно. На кирпичных стенах были символы различных команд и спортивной атрибутики. Вопреки моим ожиданиям, вместо многочисленных маленьких рабочих мест, заваленных всяким хламом, здесь были мягкие диваны, пуфики и просторные столы. Всё было устроено для комфортной и продуктивной работы. Всюду царила утренняя суматоха. Атмосфера была заряжающей, но как мне понять, куда идти? Где искать этого Кристиана? Пока я крутила головой, пытаясь понять, где мне нужно оказаться, не заметила спешащего навстречу молодого человека с папками в руках. И, конечно же, как по сценарию, мы врезались друг в друга, а бумаги разлетелись по полу. — Чёрт, простите, я не специально, — не глядя на парня, я начала собирать листы. — Эва?.. Слуха коснулся знакомый голос. Очень знакомый. — Рэймсс? Я выпрямилась, удивлённо уставившись на своего бывшего парня. — Вот это встреча, не ожидал тебя здесь увидеть, — он добродушно усмехнулся, осматривая меня с головы до ног. От его сканирующего взгляда мне стало неуютно, и я уже жалела, что надела блузку с открытым вырезом и обтягивающую юбку. Хотелось прикрыться, но я подавила это желание. Это же Рэймсс, в конце концов. Мы расстались с ним около года назад. Разошлись мирно, без скандалов и взаимных оскорблений. Он предложил остаться друзьями, а я согласилась, на тот момент мне было всё равно. Когда я только переехала в Чикаго, то была тихой, неуверенной, зажатой девчонкой. Вырвавшись из кокона родительской опеки, мне хотелось как можно скорее исправить это. И одним из пунктов было наконец завести свои первые отношения. Тогда я как раз познакомилась со студентом смежного факультета журналистики Рэймссом Харпером. Он начал ухаживать за мной, дарил всякие милые безделушки, покупал кофе в буфете и делал комплименты. Что ещё нужно было той Эве? Конечно же, я согласилась, когда Рэй предложил встречаться. Всё было хорошо, я была более чем счастлива. Пока Рэймсс, видимо, получив желаемое, не начал терять ко мне интерес. Это было заметно по его отстранённому поведению, пустым прикосновениям и… флирту с другими девушками. Порой даже не прикрытому. Поначалу я делала вид, что не замечаю, пыталась что-то исправить, думая, что проблема во мне. Боялась потерять то, что так долго хотела обрести. Но в один из дней терпение кончилось. К тому же, я осознала, что сама уже давно ничего не чувствую к Рэймссу. Да, он был хорошим, приятным, добрым парнем, но… Это было не то, о чём я когда-то мечтала. С ним мне было откровенно скучно. — Честно говоря, я тоже не ожидала увидеть тебя в этом месте, — я поправила юбку, разглядывая бывшего в ответ. — Что ты здесь делаешь? — Работаю. Помощником редактора. — Ого, — моё удивление было трудно скрыть, — Здорово. — А ты?.. — Я пришла на стажировку. Рэймсс удовлетворённо кивнул и замялся на секунду, прежде чем заговорить снова: — Слушай, Эва, может как-нибудь посидим в кафе или погуляем? Ответить я не успела. — Эвтида, доброе утро, — прозвучал за спиной голос Робертса. — Здравствуйте, — я вежливо улыбнулась редактору, который, судя по верхней одежде, только пришёл. — Идёмте в мой кабинет, — поприветствовав Рэймсса кивком, он направился в сторону двери с табличкой «Главный редактор хоккейного отдела». Как только мы оказались внутри, Кристиан указал мне на кресло напротив его стола и начал снимать пальто. А я тем временем анализировала каждое его движение, пытаясь уловить настроение. Знает ли он об инциденте с Колтоном? Безусловно. Его работа буквально связана с хоккеем, он едва ли не первый узнаёт все новости о нём. — Ты не опоздала, это похвально, — редактор сел за стол и включил ноутбук. Пока тот загружался, он сцепил руки в замок и посмотрел прямо на меня. — К слову, давно ты в группе поддержки Волков? Внутри всё сжалось от волнения. Я едва заметно сжала сумочку в руках, оценивая ситуацию. Его тон был будничным, будто он спросил, чем я вчера занималась. Возможно, не всё так плохо. — Нет, просто моя подруга заболела и не смогла пойти на игру, попросила меня заменить её, — быстро выпалила я и, не дав Кристиану опомниться, продолжила: — тот глупый инцидент с игрушкой чистая случайность, правда. Всё, что пишут в соцсетях — ложь. — Я и не сомневался в этом, — усмехнулся редактор, — но твой «выстрел» навёл шуму. Конечно, основное внимание досталось Колтону, но о тебе тоже говорят… Разное. — Простите, мне жаль. — Как будущий журналист, ты должна понимать, что подобный ажиотаж вокруг команды ей лишь на пользу, учитывая, что сейчас самый разгар сезона. К тому же, инцидент не несёт в себе ничего негативного. Не переживай, на твою стажировку это никак не повлияет. После последних слов с меня будто упал тяжёлый груз, даже дышать легче стало, и я едва заметно улыбнулась. — Но ты так же должна осознавать, что между тобой и Колтоном или любым другим игроком команды должны быть сугубо профессиональные отношения, иначе возникнет конфликт интересов, и это может создать проблемы. Я ни на что не намекаю, но просто имей это ввиду, хорошо? — Конечно, — как можно нейтральнее ответила я. Меня безумно раздражало, что даже мой редактор считал, что между мной и этим придурком может что-то быть. — Отлично, теперь о твоей стажировке, — Робертс вновь сцепил пальцы в замок и продолжил: — Твоим основным объектом внимания, как ты уже понимаешь, будет команда «Black Wolves». Твои непосредственные задачи — делать заметки о прошедших матчах, брать короткие интервью у игроков, собирать интересные новости о них и иногда выезжать на игры. Задания ты будешь получать от меня, проверять их буду тоже я. По всем вопросам — ко мне. — Хорошо, — внимательно выслушав, кивнула я, — когда я приступлю? — Сегодня. У Волков в 6 вечера будет тренировка на домашней арене, нужно будет съездить, сделать фото и взять небольшие интервью у пары игроков. Фанаты любят смотреть на закулисье. Как у тебя с учёбой? Я мысленно прикинула, как мне придётся сегодня бегать, чтобы всё везде успеть. Пары были до четырёх, затем смена в кофейне. Вот и воспользуюсь отгулом за счёт Челси. Моё расписание трещало по швам, не выдерживая нагрузки. Но для меня подобное не впервой, тем более, я долго хотела получить эту стажировку. Сдавать назад не собираюсь. — Всё нормально, я успею. — Отлично, тогда обсудим ещё пару деталей… Следующие полчаса мы говорили об организационных моментах, о том, сколько времени в неделю мне нужно будет уделять редакции и прочих вопросах. Покинув офис, я чувствовала прилив мотивации. Вечером поеду на своё первое задание. Внутри всё гудело от предвкушения. Чувствую, у меня останется много впечатлений.

***

Челси, кажется, была не очень рада выходить сегодня на смену, но выбора у неё не было. После пар я сразу поехала домой, чтобы переодеться во что-то более удобное и тёплое — в последний раз я жутко замёрзла на арене. Кристиан мне всё подробно объяснил. Моей задачей было сделать несколько фотографий с тренировки и задать пару будничных вопросов двум-трём игрокам. Я боялась, что редактор даст конкретные фамилии, среди которых может оказаться Колтон, но мне повезло. Как я вообще теперь должна себя вести? Хочется или нет, но мне придётся взаимодействовать с Аменом. И что, мне делать вид, будто ничего не произошло? Или… извиниться? Эту мысль я отбросила сразу. Ещё чего. Не знаю, почему, но он меня ужасно бесил, хоть мы и были едва знакомы. Ладно, проблемы надо решать по мере их поступления. Сейчас мне нужно было добраться до тренировочного центра на Джексоне. Из-за того, что район был почти незнаком, мне понадобилось время, чтобы сориентироваться. И, конечно же, я опоздала. Чёрт. Тренировка уже двадцать минут как началась. Навигатор повёл меня к боковому входу через парковку. Мне даже не нужно было разбираться в машинах, чтобы понять, что каждый второй стоящий здесь автомобиль стоит убийственных денег. Лучше в их сторону даже не дышать, иначе к концу жизни не расплачусь. Оказавшись в холле, я гордо показала охраннику пропуск, который вчера получила в редакции, а после побежала на звуки ударов шайбы о борт и крики тренера. Арена здесь была куда менее масштабная, чем в Юнайтед-центре, но и атмосфера отличалась. Была более приватная, без пафоса и показухи. Только сосредоточенная работа и многократное оттачивание приёмов. Для начала я решила подойти к тренеру Стивену Гаст, так его звали. В различных статьях из интернета его описывали как сурового и требовательного в своей работе человека, но во многом именно благодаря ему «Black Wolves» держали статус одной из сильнейших команд большой шестёрки. Надеюсь, этот серьёзный дядя не пошлёт меня куда подальше. Когда я попала игрушкой в Колтона, тот разговаривал именно с ним и наверняка запомнил меня. — Здравствуйте, — подойдя поближе, громко сказала я, чтобы меня было слышно на фоне тренировки, — меня зовут Эвтида Арден, я представляю спортивное издание «Трибуны Чикаго» и хотела бы сделать пару фотографий тренировки команды, а также взять небольшие интервью у нескольких игроков. Я выпалила всё на одном дыхании и замерла в ожидании реакции. Мужчина лет сорока с проседью на висках смотрел на меня несколько секунд, затем в его глазах мелькнуло явное удивление и осознание, а за ними последовала усмешка. — Решили сменить чирлидинг на журналистику? Или вы совмещаете? — по его голосу было слышно, что он смеётся, но без издёвки. Неужели подобные ситуации для него обычное дело? — Я… Нет, это долгая история, — кажется, мои щёки залились румянцем. — Простите за тот инцидент, это чистая случайность. Тренер хмыкнул и снисходительно покачал головой. — Дождитесь перерыва и хоть у всех подряд интервью берите, сегодня они хуже мешков на льду. Я благодарно кивнула и, выдохнув с облегчением, села на второй ряд, включив камеру телефона. Хоккеисты тем временем, видимо, заметили моё появление, замедлившись, поглядывали в мою сторону. Кажется, кто-то узнал меня и смотрел с двойным интересом. А я невольно выискивала глазами среди чёрной формы номер двадцать два. Вот он. Отрабатывал броски в ворота. Другой игрок остановил его и указал на меня. По спине пробежали мурашки, когда наши взгляды пересеклись. Чёрт, он смотрел как тогда и снова вогнал меня в ступор. Даже с такого расстояния я видела, как его губы дрогнули в усмешке, от которой хотелось то ли смутиться, то ли врезать ему. Громкий крик тренера заставил вздрогнуть: — Чего слюни на лёд пустили?! Работаем, работаем, иначе к полуночи отсюда не уйдёте! Больше на меня никто не отвлекался, видимо, слова Гаста были не шуткой. Прошло минут пятнадцать, за это время я успела сделать достаточное количество фотографий с разных ракурсов. Тренер объявил перерыв и удалился. Кто-то из игроков развалился прямо на льду, некоторые ушли в раздевалку, а несколько вышли за борт, где стояли бутылки с водой. Колтона поблизости не было видно. Судорожно выдохнув, я сжала телефон и направилась к тем, что стояли у первых рядов. Ну что они мне сделают? Максимум посмеются, бросят пару подколов. Взрослые парни всё-таки, адекватные. Надеюсь.

Darkerside — David Kushner

Я подошла к двум хоккеистам, они сразу обратили на меня внимание. Им явно было интересно, что мне здесь нужно. — Чем можем помочь столь меткой и очаровательной девушке? — с лукавой улыбкой спросил парень с растрёпанным тёмным волосами, собранными в пучок. — Ты новенькая чирлидерша? — более мягко произнёс его собеседник. Кажется, это был вратарь Джексон Найт. — Я не чирилидерша, — пора бы уже прояснить этот момент. — Подруга просила заменить её. Я здесь за другим, моё имя Эвтида Арден и я из… — Эвтида, значит? — низкий голос прозвучал за спиной, нарочно выделяя моё имя. Это он. Сто процентов. Соберись, Эва. — Именно так, Амен, — обернувшись, ответила я ему в той же манере. Ни капли не стесняясь, он сканировал меня глазами сверху вниз, нагло ухмыляясь. Нельзя спасовать перед ним. — Так что же вы здесь забыли? Или решили запульнуть в меня чем-то ещё? — Не переживайте, я пришла сюда не для того, чтобы добить вас. Я представляю издательство «Трибуны Чикаго» и хотела бы задать вам несколько вопросов. Что-то мутное промелькнуло в глазах Колтона. Всего на секунду, затмив в них пляшущие огоньки. Я так и не поняла, что это было. Через пару мгновений он хмыкнул: — Журналистка. Ладно, задавай свои вопросы. Боковым зрением я заметила, как парни, всё это время стоявшие рядом, удивлённо переглянулись, но ничего не сказали. — Хорошо, тогда начнём, — я включила запись на диктофоне. — Как часто сейчас, в разгар сезона, проходят ваши тренировки? На чём именно вы акцентируете внимание в данный момент? — Тренировки на льду проходят три раза в неделю, остальные в зале. Большая нагрузка сейчас будет только мешать, — ответил Амен. Он смотрел мне прямо в глаза, будто испытывал мою выдержку и продолжил: — Сегодня я работал над бросками с левого круга вбрасывания. Точность важна. Особенно, когда в игре счёт идёт на секунды. Нужно оттачивать умение быстро концентрироваться на цели. Иначе… — уголок его губ дёрнулся в усмешке, — можно попасть не туда. Корпус моего телефона едва не затрещал от силы, с которой я его сжала. Да он в открытую издевается надо мной! Как жаль, что я не могу провоцировать его в ответ. Но ведь игру слов никто не запрещал, правда? В конце концов, не я это начала. — Хорошо, спасибо за столь исчерпывающий ответ, — надеюсь, ирония в моём голосе была не слишком явной. — Перейдём к следующему вопросу. Среди болельщиков вы прослыли как «взрывоопасный» игрок, который в разгар матча не видит ничего, кроме шайбы. Насколько эффективен такой яростный подход в игре и не доставляет ли он неприятностей? Этот вопрос не подходил по заданный редактором критерий «будничности», но я не могла удержаться от возможности подразнить Колтона в ответ. И так постаралась подобрать как можно более нейтральную формулировку. — Поверьте, именно благодаря этому, как вы выразились, подходу, шайбы оказываются в воротах противника, — Амен говорил предельно спокойно, но я заметила, как он сжал кулак, и внутренне победно захихикала. — А неприятности он доставляет только нашим соперникам. Прошу простить, у меня больше нет времени на болтовню, мне нужно отрабатывать приёмы. Он взял свою клюшку и вышел на лёд, снова включаясь в работу. Вот как, значит? Ладно, пусть так. Уверена, это далеко не последний наш разговор. Я чувствовала, что мы ещё успеем поиграть с самообладанием друг друга. Теперь будет сложно остановиться. Чем бы это не закончилось для нас — шайба уже в игре.