Опалённые руки и драконьи слёзы

      Гермиона захлопнула книгу, не сводя взгляда с Драко Малфоя.       Он стоял у стеллажа, уголок рта изогнут в до боли знакомой, раздражающей усмешке. Платиново-светлые волосы были безупречно зачёсаны назад — точь-в-точь как в школьные годы. Одет он был во что-то, напоминающее магловский жилетный костюм, только крой длиннее, ближе к волшебным мантиям.       Появление Малфоя — всё того же школьного задиры, только теперь с видом делового человека — выбило её из равновесия.       А затем она заметила беспорядок у его ног и зашипела. Десятки книг валялись на полу, новенькие обложки перепачканы пылью. Результат его бесцеремонного поиска.       Гермиона шагнула к нему, кипя от злости.       Малфой ловко отступил, когда она опустилась на колени и принялась яростно расставлять книги по местам. Она чувствовала его ледяной взгляд у себя на спине.       — Что ты делаешь? — резко спросил он.       Она не ответила.       Малфой опустился на корточки рядом.       — Я бы и сам их убрал. Так что перестань совать нос не в своё дело.       Он попытался выхватить у неё книгу.       — Если тебе что-то не нужно, верни на полку, прежде чем хвататься за следующее, — процедила она. — А не швыряй на пол, как избалованный богач. — И ядовито добавила: — Ты вообще что-то действительно искал или просто устроил сцену?       Лицо Малфоя похолодело.       — Сначала ты упрекаешь меня за «шастание по Лютному переулку», а теперь, выходит, мне и в Косой нельзя? Может, составишь список мест, где мне разрешено появляться, Грейнджер? А то, похоже, выбор стремительно сокращается.       — Ничто не под запретом, если перестать вести себя как общественное бедствие, — отрезала Гермиона, сгребая ещё стопку книг.       И замерла, наконец вчитавшись в названия.

«Так вы думаете работать с маглами?»

«Электричество: почти как магия!»

«Домашний быт и социальные привычки британских маглов»

«Интернет для чайников»

      «Внутреннее устройство телевизоров и эскалаторов»

      Гермиона подняла на него взгляд, даже не пытаясь скрыть изумление.       Они стояли на коленях в разделе магловедения.       — Зачем тебе понадобились книги о маглах?       Малфой закатил глаза, будто вопрос был ниже его достоинства.       Он поднялся.       И когда развернулся, из заднего кармана его брюк выскользнул смятый лист бумаги. Он этого не заметил.       Гермиона подняла его и развернула.

Программа реабилитации внутренних террористов

В признание того, что истоки Второй магической войны лежат в предрассудках, Министерство магии запускает инициативу, направленную на работу с наиболее заблуждавшимися членами волшебного сообщества. Всем бывшим Пожирателям смерти и сторонникам превосходства чистоты крови, в настоящее время заключённым в Азкабане, предлагается принять участие в пилотной программе перевоспитания Министерства.

Участники обязуются читать не менее десяти книг в месяц, опубликованных магловскими авторами, в течение как минимум одного года. Ход программы должен фиксироваться в ежедневных записях с размышлениями о равенстве маглов и волшебников. В рамках критериев программы засчитываются тексты, написанные авторами немагического происхождения. Однако книги, написанные волшебниками о маглах, требованиям не соответствуют.

Участие в программе является строго добровольным. После двенадцати месяцев непрерывного ведения дневника участники вправе подать прошение в ОМП о пересмотре срока заключения.

Успешное завершение программы реабилитации внутренних террористов само по себе не гарантирует удовлетворение апелляции, повторную оценку дела или смягчение наказания. Решения принимаются индивидуально. Участники не приобретают особых привилегий за участие в программе, однако примерное поведение учитывается при рассмотрении каждого прошения.

Все вопросы и дневниковые записи направлять в Министерство магии на имя Констанс Пикеринг, главы Отдела магического правопорядка.

      — Эй!       Лист вырвало из рук Гермионы. Малфой беззвучно произнёс «Акцио», поймал бумагу и вышел из прохода.       Гермиона поспешила следом.       — Ты участвуешь в программе?       — По-твоему, я в Азкабане, Грейнджер?       — Тогда зачем ты покупаешь…       Она осеклась, когда Малфой резко развернулся к ней. В серых глазах вспыхнул гнев, привычная холодная маска дала трещину.       — Очевидно, для моего отца, — прошипел он. — И прежде чем ты что-нибудь скажешь, я прекрасно понимаю, что у него три пожизненных и ноль шансов выйти. Но если дурацкая книга сократит срок хотя бы до одного, кто ты такая, чтобы критиковать?       У Гермионы неприятно сжалось внутри, когда он резко развернулся и зашагал прочь. В одном она была уверена: семья для него — всё. Конечно, он попытается помочь отцу.       Когда Малфой исчез из виду, Гермиона посмотрела на часы.       «Полседьмого. Папу уже должны были перевести в послеоперационную».       Она быстро нагнала Малфоя у выхода из книжной лавки. За последний месяц её выносливость заметно выросла. Он игнорировал её оклики, и тогда она рванула вперёд и схватила его за полы пиджака.       — Я не критикую, — твёрдо сказала она, поворачивая его к себе. Он стоял, скрестив руки и глядя на неё ледяным взглядом. — Если тебе нужны книги немагических авторов, как требует программа, «Флориш и Блоттс» — худшее место для поисков.       — Я не нуждаюсь в подачках и не просил твоих советов.       Вокруг уже начинала собираться толпа — слишком уж узнаваемые у них были лица. Гермиона слышала шёпот и чувствовала на себе взгляды.       Где-то щёлкнула камера.       Она крепче сжала ткань его пиджака и потянула его в сторону — подальше от Косого переулка и любопытных глаз. Они остановились у мусорного контейнера. Малфой скривился.       Гермиона проигнорировала это.       — Магловедение и магловская литература — не одно и то же, Малфой. Тебе нужен настоящий магловский книжный магазин.       Наконец он высвободился и отступил, внимательно глядя на неё.       — Ты всерьёз предлагаешь мне разгуливать по магловскому Лондону?       — Ну не можешь же ты отправить домашнего эльфа на Пикадилли.       — На какой ещё Пикадилли?       Гермиона отмахнулась.       — Неважно. Ты хочешь сократить срок отцу или нет?       — Глупый вопрос, — сухо ответил он.       Но он не ушёл. И это уже было чем-то.       Сдержав язвительный ответ, Гермиона спокойно произнесла:       — Если тебе некомфортно самому покупать магловские книги, я схожу с тобой. Могу и свои одолжить на время. Только проследи, чтобы твой отец понял: это временно. Пусть вернёт, когда прочитает.       Малфой прищурился.       — И что ты хочешь взамен?       — Ничего.       Светлая бровь медленно поползла вверх.       — Я серьёзно. Ничего. — Она раздражённо фыркнула. — Почему для вас, слизеринцев, всё обязательно сделка? Quid pro quo. Услуга за услугу. Вечно какие-то правила, интриги. Надоело.       — Это ты ко мне пришла с предложением, Грейнджер. И я ничего не делаю просто так. Почему для тебя должно быть иначе?       В переулок начали заглядывать зеваки. Гермиона вздохнула. За месяц в маленьком городке она отвыкла от того, сколько прессы кишит в Косом переулке. Последнее, что ей нужно, — статья Скитер о том, как она шепчется с Драко Малфоем в тёмном закоулке.       Она ухватила его за рукав и потянула глубже в тень. На этот раз он не сопротивлялся.       — Тогда в Лютном переулке ты помог мне избавиться от той ужасной ведьмы с её торговыми речами. Считай, что я возвращаю долг, — быстро сказала она. — Встретимся завтра в двенадцать у закусочной напротив Сити-холла. Я отведу тебя в магловский книжный магазин.       Не давая ему времени отказаться, Гермиона присела, аккуратно поставила бисерную сумку на мостовую и начала рыться в ней.       — Десять разных книг в месяц, верно? Вот. Мистер Малфой может начать с этих.       Она передавала ему книгу за книгой, тщательно выбирая только магловских авторов.       Затем затянула сумку и поднялась.       И, не дав ему опомниться, выскользнула из переулка, оставив Малфоя стоять в оцепенении с шаткой башней романов в руках. Он выглядел непривычно неуверенным — и это невольно вызвало у неё улыбку.       — Завтра в двенадцать! — крикнула она через плечо. — Опоздаешь — передумаю помогать бесплатно!

***

      Когда Гермиона вернулась, дома было пусто. Поздно вечером мама всё же позвонила с новостями. Пока было рано говорить о том, насколько распространилась болезнь, но удаление опухоли прошло успешно, и папа приходил в себя в отделении интенсивной терапии. В конце разговора мама попросила её не ждать: она сняла номер в гостинице напротив больницы и собиралась оставаться там до самой выписки.       Даже эти обнадёживающие новости не помогли Гермионе уснуть. Она лежала без сна далеко за полночь и составляла список магловских книг для Люциуса Малфоя.       Странный способ скоротать время — подбирать литературу для бывшего Пожирателя смерти, который не раз пытался её убить. Для фанатика, который, узнай он, кто помогает его сыну, вероятно, пришёл бы в ярость.       И всё же Гермиона получала от этого искреннее удовольствие.       Было в этом нечто почти поэтичное — разрабатывать образовательную программу для Люциуса «Чистая кровь превыше всего, домашние эльфы — рабы» Малфоя. И к тому же это прекрасно отвлекало. Она почти не думала о папином диагнозе и предстоящей лучевой терапии, полностью погрузившись в подборку. И едва слышное злорадное хихиканье.       Драко вряд ли догадается о её замысле, если не станет читать книги сам, поэтому Гермиона не стала себя ограничивать. В список вошли исторические исследования о падении нацистской Германии, Холокосте и апартеиде в Южной Африке, а также антиутопии о радикализации и промывке мозгов:

«Скотный двор»

«1984»

«Повелитель мух»

«Женщина на краю времени»

«Заводной апельсин»

      В итоге получилось больше сотни названий — и приятное чувство выполненной миссии.       Когда Гермиона наконец легла в постель, усталость накрыла её мгновенно — быстрее, чем в любую ночь за эту неделю.       И в ту ночь ей снились антиутопические города и шелестящие страницы книг.

***

      Утром мама позвонила снова: папа пришёл в сознание, говорил связно. Они даже успели коротко побеседовать, прежде чем его увезли на очередное обследование. Гермиона с нетерпением ждала, когда его отпустят домой.       Странно, но она с таким же нетерпением ожидала и встречи с Малфоем. Она гордилась своим списком и хотела увидеть его реакцию. А ещё ей было мрачно любопытно, как «богатенький волшебник из хорошей семьи» поведёт себя в магловском обществе. Она никогда не видела его вне магического мира.       Для неё это было почти как… эксперимент.       Ещё более странным оказалось то, что Гермиона пришла не первой. В закусочной напротив Сити-холла Лондона Драко уже сидел в кабинке спиной к двери, но его легко было узнать по платиновым волосам и безупречной осанке.       Подойдя ближе, она заметила, что сегодня он одет в безупречно сшитый тёмно-синий магловский костюм — явно слишком дорогой для скромного обеда. В руках у него была газета «Воскресный телеграф»       Она скользнула на сиденье напротив.       — Ты рано.       Не поднимая глаз от газеты, он спросил:       — Что такое «Кубок премьер-лиги по регби»?       Гермиона пожала плечами. Спорт её никогда особенно не интересовал.       — Регби — это магловская командная игра, чем-то похожая на футбол, только с другими правилами. А Кубок премьер-лиги, думаю, что-то вроде турнира. Как Чемпионат мира по квиддичу.       — Что такое футбол?       Всё шло именно так, как она и ожидала. Она с трудом подавила смешок.       — Может, сразу пойдём в книжный? Мы ещё ничего не заказали, можем тихо уйти. Уверена, у тебя полно дел — важный бизнесмен и всё такое.       Малфой прищурился.       — Даже важные бизнесмены берут выходной по воскресеньям. И я уже заказал нам обед.       Гермиона растерянно моргнула.       — О. Тогда отлично. Пока ждём, можем пройтись по моему списку — вдруг у тебя есть замечания.       Она порылась в сумке.       Через мгновение перед Малфоем лег её «шедевр»: пятнадцать страниц аккуратно оформленного списка с выходными данными, аннотациями и личными комментариями.       — Что за… Грейнджер, — он покачал головой, глядя на стопку бумаг. — Это не Хогвартс. Никто не начислит тебе дополнительных баллов за этот кошмар.       Прежде чем она успела ответить безупречной репликой, подошел официант, и Гермиона прикусила язык.       К её удивлению, Малфой заказал жареные сэндвичи с джемом. Они были сухими и простыми, но Гермиона никогда не отличалась привередливостью. К тому же она почти не обращала внимания на еду: увлечённо листала список и комментировала пункты, пока Малфой слушал.       Гермиона все еще тараторила, уже добравшись до семьдесят пятой книги — пересказа о геноциде в Руанде, — когда Драко расплатился и поднялся. Она вздрогнула и поспешно вскочила следом.       — Ты не обязан был платить. Имей в виду, я живу на государственную стипендию и не собираюсь финансировать книги для твоего отца, но за себя вполне могу заплатить.       Драко ничего не ответил и направился к выходу.       На улице Гермиона раздражённо выдохнула:       — Ты даже не знаешь, куда идти. К чему такая спешка?       — У меня планы на ужин. А покупка сотни книг затянется до бесконечности. Так что идём, — сухо ответил он.       Она повела его по бульвару.       — Ладно. Но нам не обязательно покупать всё сегодня. Этого хватит на пару месяцев. Потом я снова помогу, когда понадобится следующая партия.       — Посмотрим.       Пока они шли, Гермиона украдкой наблюдала за ним. Он старательно изображал скуку — зевал, запускал руку в волосы. Но она заметила, как его взгляд задержался на банкомате.       Это её позабавило.       Проходя мимо Королевского оперного театра, Гермиона вспомнила чёрно-белую фотографию из «Ежедневного пророка».       — Ты же обручился с Дафной, да? Я даже не знала, что вы встречались, но поздравляю, Малфой.       Драко нахмурился. Он вдруг с преувеличенным интересом уставился на собственные ногти.       — Мы не…       — Не что?       — Не встречались.       — Тогда зачем ты сделал предложение?.. — она осеклась: Драко ускорил шаг, и ей пришлось почти бежать, чтобы не отстать.       Некоторое время они шли молча.       Уже почти у книжного магазина Драко, не оборачиваясь, спросил:       — Что ты вообще здесь делаешь, Грейнджер?       Гермиона остановилась. Может, он наконец раскусил её план с «перевоспитанием» его отца? Или просто вспомнил, что в Хогвартсе они вовсе не были друзьями.       Она подняла на него взгляд.       — Ты хочешь, чтобы я… ушла?       — Нет, — коротко ответил он, метнув в неё испепеляющий взгляд. — Разве ты не должна быть где-нибудь в Румынии?       — Ах, это… — тихо ответила Гермиона, чувствуя, как внутри всё обрывается. — Да. Я взяла отпуск по… семейным обстоятельствам.       Губы Драко сжались в тонкую линию, и он снова зашагал вперёд. Спустя несколько мгновений он произнёс:       — Вся моя семейная грязь выставлена напоказ. Что бы у тебя ни происходило, вряд ли это хуже Азкабана и публичного позора.       Гермиона смотрела ему в спину.       — Вообще-то мой папа серьёзно болен, — тихо сказала она. — Не знаю, слышал ли ты о раке…       — Я знаю, что это, — перебил он, но голос его стал мягче. Он замедлил шаг, позволяя ей поравняться. — Мой двоюродный дед умер от лейкемии ещё до того, как изобрели… как это называется… химиотерапию. Рак — не только магловская болезнь.       Гермиона кивнула.       — Похоже, от него никто не застрахован. Папу прооперировали, теперь ему предстоит лучевая терапия. Я приехала помочь. Я единственный ребёнок, значит, это моя ответственность. — Она сглотнула. — Если задержусь надолго, придётся отказаться от стажировки. Я пока не знаю, как поступить. Часть меня хочет остаться. Всё слишком сложно.       Они подошли к огромному книжному магазину, куда больше «Флориш и Блоттс». Внутри было людно.       Перед входом Драко взглянул на неё.       — Почему бы тебе просто не мотаться туда-сюда? Работать на стажировке в будни, а по выходным навещать родителей? — произнёс он так, будто решение лежало на поверхности.       Из Гермионы вырвался странный звук — то ли нервный смешок, то ли сдавленный всхлип. Разговор внезапно задел самое больное, и она держалась из последних сил.       — Поверь, я бы так и сделала. Но Восточная Европа слишком далеко для трансгрессии, — пробормотала она.       — Я не идиот, Грейнджер, — резко ответил Драко. — Есть такие магические изобретения, как международные портключи. Слышала о них?       — Да, — тихо сказала Гермиона. — Дело не в этом.       — Тогда в чём?       Слёзы подступили к глазам — те самые, которые она ни за что не собиралась проливать. Приходить сюда вообще было ошибкой. Если она разрыдается перед Драко, этот язвительный мерзавец никогда не даст ей об этом забыть. И скорее уж она продаст собственные ногти, чем признается, что международные портключи ей просто не по карману.       Она сунула ему в руки список.       — Мне нужно идти. Всё написано там. Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь.       Гермиона развернулась и почти бегом вышла, оставив Драко одного посреди магловского книжного магазина. Он так и остался стоять посреди прохода, а люди раздражённо задевали его плечами.       В руках у него остался список её любимых книг.       И в голове — один-единственный вопрос:       «Что, чёрт возьми, только что произошло?»