Хроники «Тёмной реки»

— Ты любишь клинок? — Люблю. — Почему? — Мне кажется… он прекрасен.  — Прекрасен? — Да. Изгиб лезвия прекрасен. И линия, которую оно прочерчивает в воздухе, — тоже прекрасна. — Держи. Покажи, как ты им машешь. В семь лет Се Бу Се встретил Се Циданя — лучшего мастера клинка в роду Се. Се Цидань, несмотря на высокое положение, никогда не участвовал в делах клана — он был одержим лишь искусством клинка. А Се Бу Се потерял родителей ещё в шесть лет. Оба они были изгоями в роду Се — забытыми, незамеченными. Именно клинок свёл их вместе. — Ты никогда не держал клинка в руках. Как ты смеешь судить, красив он или нет? — Се Цидань протянул мальчику длинный клинок. Тот едва доставал до его конца, но без тени страха поднял оружие и плавно взмахнул. Глаза Се Циданя вспыхнули. Потому что этот удар был по-настоящему прекрасен.  Теперь, глядя на лес клинков под собой, Се Бу Се вспомнил тот день — день, когда он впервые взял в руки клинок. Тот удар не содержал ни одной техники, ни единой мысли. Это был чистый, ничем не замутнённый удар. Но именно потому, что он был чистым, он и был прекрасен. В этот миг Се Бу Се вдруг всё понял. Десять лет он оттачивал клинок, освоил семь божественных приёмов, переданных учителем, но так и не смог, как и сам Се Цидань, постичь восьмой удар. Потому что восьмого удара не существует. Оглянувшись назад, он понял: лучший удар — тот самый первый, самый простой и искренний. — Позволь мне вспомнить тот день, когда я впервые взял клинок… — Се Бу Се закрыл глаза и медленно выполнил удар. Лес клинков рухнул. Восемнадцать лезвий разлетелись в стороны. Даже Му Сюэвэй, стоявшая вдалеке, отшатнулась на три шага: — Этот удар… — Достоин уважения! — Су Муюй резко оттянул левую руку. Клинки взмыли в небо и обрушились вниз, словно дождь из стали, устремившись к Се Бу Се. Но тот уже не видел этого дождя. Выполнив восьмой удар, он освободился от всех оков. Его клинок стал быстрее, точнее — и один за другим отбивал все восемнадцать лезвий. Су Муюй схватил зонт, воткнутый в землю, и вытащил из него тончайший железный меч. Он подпрыгнул и бросился вперёд. Когда последний клинок упал, Се Бу Се обернулся — и увидел ту самую стальную нить холода. Он усмехнулся. Так и должно быть. Если «Строй восемнадцати мечей» ограничивается лишь тем, что было раньше, — это скучно. Он взмахнул клинком, встречая холод. Лезвие прошло у самого виска Су Муюя, срезав прядь волос. А меч Су Муюя пронзил плечо Се Бу Се. Кровь брызнула во все стороны. Битва окончена. Лицо Се Бу Се стало бесстрастным. Восторг и радость от прорыва в мастерстве медленно застыли на его лице. Он поднял глаза на Су Муюя и серьёзно спросил: — Почему? Су Муюй вытащил меч и отступил на три шага: — В твоём клинке нет ошибок. В чистом поединке меча и клинка ты сегодня не проиграл. — Но ты победил. Учитель говорил: если я постигну восьмой удар, то стану сильнейшим в этом поколении «Тёмной Реки». Похоже, он солгал, — без выражения сказал Се Бу Се. — Ты одержим клинком, поглощён им. Вся твоя битва — ради самого клинка. Но клинок — мертвая вещь. Тебе нужно найти то, ради чего стоит сражаться насмерть, — тихо сказал Су Муюй. Се Бу Се задумался, потом покачал головой: — Я не понимаю. — Я должен был победить, потому что не имею права проиграть. Если я проиграю — все, кто за моей спиной, умрут. Те, кто следует за мной, погибнут, — Су Муюй замолчал, потом покачал головой. — Каждый ищет свой смысл. Твой — тебе самому и находить. — Я не понимаю тебя… Но ради победы над тобой я постараюсь найти то, о чём ты говоришь, — Се Бу Се вдруг развернулся. — Ты уходишь? — удивилась Му Сюэвэй. — Я же говорил: я пришёл не для того, чтобы убивать, — Се Бу Се оттолкнулся от земли и исчез в направлении, откуда пришёл. — Су Муюй, надеюсь, у нас будет ещё шанс сразиться. С этого дня в «Тёмной Реке» исчез ученик рода Се с необычным именем. Лишь немногие знали, что его мастерство уже превзошло всех в роду Се, даже его учителя Се Циданя. Но много лет спустя этот странный мастер клинка прославился по всему миру 🔥воителей Цзянху, отправился даже на юг, в Наньцзюэ, где состоялась его легендарная битва с «Божественным Клинком». *** Су Муюй повернулся и вытер кровь с левой щеки. Последний удар Се Бу Се всё же задел его. Он улыбнулся Му Сюэвэй: — Сюэвэй, теперь ты хочешь сразиться со мной? — Сражаться? Ты же истекаешь кровью! — Му Сюэвэй вытащила из-за пазухи флакон и бросила ему. — Скорее обработай рану. — Твоё лекарство? Не осмелюсь, — Су Муюй с досадой посмотрел на флакон. — У меня за спиной теперь маленькая целительница. Боюсь, твоё зелье убьёт даже быка. — Маленькая целительница? — Му Сюэвэй приподняла бровь. *** В это время «маленькая целительница» лежала в глубине дома, погружённая в сон Главы «Тёмной Реки». Её брови были сведены, лицо исказила боль. В этом кошмаре она переходила из одного поля боя в другое, видя горы трупов и реки крови, пока не онемела от ужаса. «Какое же прошлое у этого старика, который иногда выглядит таким добродушным?» — думала Байхэ Хуай. Но, обернувшись, она увидела самого Главу за своей спиной. Его грудь была залита кровью, а Меч Спящего Дракона, упираясь в землю, едва держал его на ногах. — Сегодня, боюсь, мне суждено умереть здесь, — горько усмехнулся он. «Умереть?» — удивилась Байхэ Хуай. Ведь снаружи же Су Муюй! — Хватит болтать про смерть, старик, — раздался сзади хриплый голос с сильным диалектом. — Докурю эту трубку — и выйду, перебью их всех! Байхэ Хуай внезапно поняла: Глава в этом сне не видит её. Он говорит с кем-то другим — с призраками прошлого. Значит, и раньше, много лет назад, он уже попадал в подобную ловушку, уже стоял на краю гибели. Она повернулась — и увидела в углу высокого, худощавого мужчину. Он неторопливо курил трубку. Рядом лежал его буддийский посох, а золотые кольца на нём тихо позванивали: «динь-динь-дань…»