Хроники «Тёмной реки»

Байхэ Хуай узнала это лицо — это был тот самый мужчина с буддийским посохом, которого она встретила при выходе из лекарской усадьбы. Только здесь, в сновидении, он выглядел моложе. Черты его лица могли бы считаться даже красивыми, но из-за крайней худобы казались измождёнными. Он отложил трубку. — Су Чжэ, дам тебе обещание, — тихо сказал Глава. — Если мы сегодня выживем, ты сможешь покинуть «Тёмную Реку» и вернуться к жене и дочери. — Не надо, — ответил мужчина, затягиваясь дымом. — Моё существование — их величайшее несчастье. Что бы ни случилось — жив я или мёртв — передай им, что я погиб здесь. — Жена и дочь… — прошептала Байхэ Хуай и медленно подошла к нему. Она наклонилась, чтобы схватить его за ворот. Но в тот же миг иллюзия закружилась, и Байхэ Хуай, проскользнув по полу, была отшвырнута в угол комнаты. Глава выхватил Меч Спящего Дракона и бросился вперёд, а Су Чжэ сжал свой посох. Картина сменилась. Теперь они оказались среди пожара. Меч Главы был залит кровью, вокруг лежали трупы. Су Чжэ стоял, пронзённый длинным клинком в плечо; кровь медленно стекала, окрашивая одежды в алый. Он достал трубку, но рука дрогнула — и та упала на землю. — Какой же я ничтожный… От такого пустяка руки трясутся, — горько усмехнулся он. Байхэ Хуай перешагнула через тела и бросилась к Су Чжэ. Тот медленно повернул голову. Взгляд его стал расфокусированным, затем совсем погас. Перед тем как потерять сознание, он тихо прошептал: — А-Хэ… И только потом рухнул навзничь. Это имя — «А-Хэ» — прозвучало прямо в сторону Байхэ Хуай. Но она знала: в мире сознания Главы никто не может её видеть. Все, кто здесь появляются, — лишь отражения прошлого. Она подбежала к Су Чжэ, наклонилась — и на шее, под подбородком, увидела крошечный след — отпечаток когтя.  «Жизненный Коготь» — страшнейший яд рода Вэнь. Даже после исцеления этот знак остаётся навсегда, его невозможно стереть. «Это мой след на нём. Пусть бежит хоть на край света, пусть никогда не посмеет со мной встретиться — он не забудет меня». Так сказала мать Байхэ Хуай перед смертью. — Так это он! Он жив! — рассмеялась Байхэ Хуай. — Кто ты? — раздался за спиной голос Главы. Байхэ Хуай замерла. В обычном сне все фигуры слепы к присутствию постороннего — ведь это лишь воспоминания. Но бывает редкое исключение: если сознание того, чей сон исследуется, просыпается внутри самого сна, он может увидеть того, кто применяет Великое Искусство Переноса Души. — Кто ты? — повторил Глава. Тело Байхэ Хуай окаменело. Она медленно обернулась, глядя на Главу, и нарочно понизила голос: — Это сон. — Сон? — нахмурился он. — Да. Я всего лишь путник в твоём сне, — она начала отступать шаг за шагом. Если удастся уйти, не попав в поле его зрения, последствия будут не такими страшными. Но удача отвернулась. Глава резко вскочил, выхватил меч: — Кто послал тебя сюда?! — Он прыгнул вперёд, рубанув сверху. Байхэ Хуай едва увернулась. — «Призрачный Шаг!» Ты из рода Су! Род Су предал меня! — Глава снова нанёс удар. Байхэ Хуай откинулась назад — клинок просвистел у груди. Она попыталась сделать шаг, но споткнулась и упала. «Чёрт… Если убьют в иллюзии — я умру на самом деле? Учитель об этом не говорил…» — мелькали в голове мысли, но ноги будто налились свинцом. — Нет… Род Су давно предал меня, — пробормотал Глава, держа меч над ней. — Почему я всё ещё удивлён?.. Уголки губ Байхэ Хуай дрогнули. Она поняла: настоящее сознание Главы вторглось в прошлое, вызвав смешение воспоминаний. Это означало, что Великое Искусство Переноса Души дало сбой. Наихудший исход — Глава во сне убьёт самого себя. Единственный шанс — если его воля твёрда, как камень, прочна, как сталь. Но сколько людей в мире достигают такого уровня? Глаза Главы медленно переходили от растерянности к ярости. Он, глядя на Байхэ Хуай, холодно спросил: — Кто ты? — Я… я Байхэ Хуай, целительница, которая лечит вас! — выпалила она. — Я здесь, чтобы найти способ излечить вас! — Тогда почему ты владеешь боевым искусством рода Су?! — рявкнул Глава и без колебаний рубанул мечом. — А-а! — Байхэ Хуай вскрикнула — и мгновенно вырвалась из сна. Она распахнула глаза, посмотрела на ладони, покрытые потом, и глубоко выдохнула. Жива. Значит, смерть в иллюзии — лишь изгнание из сна. Но тут она что-то почувствовала — и резко подняла голову. Её запястья сжали старые, но мощные руки. — Я задам тот же вопрос ещё раз, — прохрипел Глава. — Кто. Ты. Такая?! Байхэ Хуай схватила его за запястья, но не могла вырваться. — Глава, у меня нет злого умысла! — выдавила она. — Я видел: ты используешь технику рода Су! И это Великое Искусство Переноса Души — ты ищешь в моём сознании тайны, а не путь к исцелению! — Глава усилил хватку. — Вы ошибаетесь… — задыхаясь, прошептала она. — Отпустите… я всё расскажу! — Не нужно. Вы хотите узнать секреты «Тёмной Реки». Но трём кланам и в голову не приходило: чем больше знаешь — тем быстрее умрёшь, — Глава вдруг закашлялся, ослабил хватку, упал на руки и выплюнул кровь. Байхэ Хуай тоже лежала, тяжело дыша, но всё ещё пыталась объясниться: — Глава, я… Но тот, извергнув кровь, потянулся к Мечу Спящего Дракона рядом. Байхэ Хуай наконец поняла: после череды предательств Глава потерял всякое доверие. Его прежняя доброта была лишь маской, которую он носил из последних сил. Теперь его разум рухнул — и все его действия станут крайними, безумными, необратимыми.  — Умри! — зарычал он и взмахнул мечом.