Хроники «Тёмной реки»

— Я даже не использовал «Строй восемнадцати мечей», а ты уже проиграл, — Су Муюй не стал продолжать тему о городе Уцзянь, а лишь небрежно бросил эти слова. Му Бай замер, потом холодно усмехнулся и взмахнул рукой. Последняя кукла шагнула вперёд и заняла позицию перед ним, прикрывая хозяина. В этот момент с неба один за другим спустились белые силуэты. Увидев их, Су Муюй слегка нахмурился: все они были известными мастерами-убийцами рода Му. Пока он размышлял, за спиной вдруг повеяло холодом. Он мгновенно отклонил голову — мимо пролетела медная монета, направляясь прямо к Му Баю и его людям. Му Бай взмахнул рукой — кукла бросилась вперёд и одним ударом меча отбила монету. На землю опустился Му Цинъян в одеждах даоса, поймал монету и улыбнулся: — Цветок персика! Великая удача! — Цинъян, ты опоздал, — тихо сказал Му Бай. — Простите, простите! Пришлось немало потрудиться, чтобы увести Юймо подальше — она не должна видеть эту бойню, — Му Цинъян спрятал монету и повернулся к Су Муюю. — Господин Куй, надеюсь, вы в добром здравии? — Это ты, — Су Муюй слегка повернул рукоять меча. Ещё до того, как он стал Куем, Су Чанхэ рассказывал ему об этом «фальшивом даосе» из рода Му: «Выглядит ленивым бездельником, но на самом деле — глубина без дна». — Это я? — Му Цинъян приподнял бровь. — Так вы знаете меня, господин Куй? Для меня величайшая честь! Су Муюй окинул взглядом окружение: кроме Му Бая и Му Цинъяна, здесь было ещё семь элитных убийц рода Му. Если бы он был здоров и имел при себе «Строй восемнадцати мечей», у него нашлось бы три шанса из десяти сразиться до смерти. Но сейчас в руках лишь один меч — и даже против одного Му Цинъяна будет трудно… Он быстро принял решение: «отвлечь их, чтобы дать Байхэ Хуай шанс выбраться из тайного хода».  — Чёрт возьми! Этот парень Су Чанхэ — настоящий подлец! — раздался сзади грубый голос с сильным наречием. Су Муюй удивился, потом улыбнулся: — Дядя Чжэ, вы пришли. Все из рода Му повернулись. Лицо Му Бая, только что довольное, стало мрачным. «Су Чжэ из рода Су» — человек, с которым никто не хотел связываться. — Этот парень отправился в Паучье Гнездо «прогуляться», а мне велел сторожить здесь! Сторожил — и насчитал девять призраков из рода Му! — Су Чжэ с силой воткнул посох в землю, достал из-за пазухи бетельный орех и начал яростно жевать, будто снимая злость. — Что вы имеете в виду, дядя Чжэ? — холодно спросил Му Бай. — А тебя просили говорить? — Су Чжэ выхватил золотую трубку с пояса, взмахнул — и одно из колец на посохе сорвалось, сверкнув в воздухе. Кольцо пробило грудь последней куклы, но не остановилось. Оно закрутилось, перерезая невидимые нити управления, и лишь затем вернулось в руку Су Чжэ. Тот небрежно щёлкнул — и кольцо встало на место. Движения были плавными, исполненными презрения и высокомерия. — Дайте покурить, подумать надо, — Су Чжэ прикурил трубку и начал неторопливо затягиваться. Лицо Му Бая стало ещё мрачнее. Он сжал кулаки, но промолчал. Су Чжэ давно не был Куем — значит, он здесь не для того, чтобы спасать Су Муюя. Значит, конфликта можно избежать. Му Цинъян по-прежнему вертел в пальцах свою «Персиковую монету» — якобы полученную от мечника даоса Чжао Юйчжэня с горы Цинчэн — и весело наблюдал за Су Чжэ, не произнося ни слова. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Ирония в том, что самым спокойным теперь выглядел… «Су Муюй», который обычно казался напряжённым и замкнутым. — Дядя Чжэ, вы всё так же любите создавать атмосферу «я — величайший», — улыбнулся Су Муюй, сделав несколько шагов вперёд. Хотя он и понимал, что Су Чжэ не ради него явился, всё же почувствовал облегчение. — Не нужно создавать. Я и есть величайший, — Су Чжэ выпустил клуб дыма. Если бы не его ужасный путунхуа, он бы выглядел истинным мастером. *** В тайном ходе Байхэ Хуай уже догадалась, кто пришёл. Сердце её забилось быстрее — она инстинктивно хотела выбежать, но, шагнув вперëд, Су Муюй как раз загородил выход. Он, видимо, не верил, что она дочь Су Чжэ, но всё же боялся, что между ними есть связь. Если бы она сейчас выскочила — убийцы рода Му не стали бы ждать. — О чём думаете, дядя Чжэ? — спросил Су Муюй. Су Чжэ ответил гораздо мягче, чем ожидалось: — Думаю, как выполнить задание старика из рода Су, не убивая тебя. — Это будет непросто, — вздохнул Су Муюй. — И правда непросто. Но мы с тобой — друзья в беде! — Су Чжэ постучал трубкой о посох, стряхивая пепел. — Друзья-единомышленники, вы хотели сказать? — усмехнулся Су Муюй. — Где та целительница? Убью её — и уйду. В подарок рассею этих семерых призраков, — Су Чжэ посмотрел на Су Муюя. — Если Су Муюй согласится выдать целительницу из Долины Лекарей, мы уйдём, — внезапно сказал Му Бай. — Когда я разговариваю с братом из рода Су, тебе нечего болтать! — нахмурился Су Чжэ и метнул второе кольцо. — Отлично! — Му Цинъян сжал «Персиковую монету», подпрыгнул и встретил кольцо в воздухе. Раздался звонкий звук столкновения. Му Цинъян отлетел на три шага, а кольцо вернулось на посох, создав такой порыв ветра, что все кольца на посохе зазвенели. — Ого! Среди семи призраков рода Му нашёлся хоть один, кто может драться! — удивился Су Чжэ. Рука Му Цинъяна дрожала: — Давно слышал о вашей славе, дядя Чжэ. Даже если не могу — приходится делать вид! Су Чжэ сделал последнюю затяжку, посмотрел на Су Муюя: — Ситуация сложная. Что скажешь? Су Муюй опустил голову: — Готов сражаться с вами плечом к плечу, дядя Чжэ. — О? — уголки губ Су Чжэ дрогнули. — Не верю. — Тогда забирайте мою жизнь. И больше не спрашивайте о целительнице. Моя голова — достаточная плата. Старик из рода Су больше не станет вас прессовать, — Су Муюй говорил искренне, как человек, заключающий сделку. — Ты — убийца, а не герой, — вздохнул Су Чжэ. — Чанхэ прав: жаль, что твой ум не так силён, как твой меч.