Хроники «Тёмной реки»

В окрестностях Паучьего Гнезда небо наполнилось бумажными бабочками. Су Чанхэ подпрыгнул в воздух, его пальцы мелькали, пять клинков крутились между ними, выписывая изящные узоры и сбивая бабочек одну за другой. — Глава рода Му — и только такие женственные фокусы? — насмешливо крикнул он. Му Цзычжэ поднял указательный палец: — «Танец бабочек. Девять станков».  Бумажные бабочки замерли, окружив Су Чанхэ. Он пригляделся: на каждой была почти невидимая нить, посыпанная светящимся порошком, отчего они мерцали таинственным сине-голубым светом. — Чёрт! — выругался Су Чанхэ, но было уже поздно. По нитям стремительно побежало сине-голубое пламя, перекинулось на бабочек — и те взорвались, превратившись в ослепительные цветы огня. Му Цзычжэ поднял лицо и холодно усмехнулся: — Гробовщик «Тёмной Реки» — всего лишь это? Пламя рассеялось. Одеяние Су Чанхэ было изорвано в клочья. Он рухнул с неба, пробил крышу дома и упал в кучу соломы, выглядя крайне жалко. — Вот почему я ненавижу драться с людьми рода Му, — горько усмехнулся он. — Они разве убийцы? Просто фокусники! Му Цзычжэ одним прыжком оказался на обломках крыши и посмотрел вниз на Су Чанхэ. Он поднял руку — и одна бумажная бабочка медленно поплыла вниз. — В ближнем бою даже самый сильный может ошибиться. Поэтому в пределах трёх чжанов я никому не позволяю приближаться, — сказал он. — Слишком много болтовни, — внезапно рявкнул Су Чанхэ, который казался уже поверженным. Он метнул клинок прямо сквозь бабочку — тот полетел в лицо Му Цзычжэ. Тот взмахнул рукавом, поймал клинок — но тут же изменился в лице и попытался отпустить его. Было поздно. На клинке Су Чанхэ тоже была невидимая нить. Род Му был непревзойдён в искусстве нитей-кукольников, но в роду Су тоже был мастер — Су Муюй, воссоздавший с их помощью утраченный «Строй восемнадцати мечей». А Су Чанхэ, будучи его лучшим другом, тоже освоил кое-что и соединил это со своим «Мечом Пальцевый Удар». Когда Му Цзычжэ поймал клинок рукавом, Су Чанхэ резко дёрнул нить и притянул себя прямо к противнику.  — За три чжана вы непобедимы. Но теперь мы на расстоянии трёх чи — а это уже «моё царство», — Су Чанхэ метнул клинок к горлу Му Цзычжэ. Тот использовал рукав как меч, отбил удар и тут же рубанул в грудь Су Чанхэ. Тот выхватил ещё два клинка — три лезвия вспыхнули, и белый рукав рассыпался в клочья. Му Цзычжэ нахмурился, ступил на две бабочки у ног и отпрыгнул назад — он хотел снова установить дистанцию. Су Чанхэ, потеряв опору, уже падал вниз — но вдруг метнул один клинок в стену впереди, второй — в стену позади. Нити натянулись, образуя невидимый мост. Он схватился за него, перевернулся и помчался по этой линии прямо к Му Цзычжэ. — Истинное мастерство убийцы, — тихо произнёс Му Цзычжэ, и в его голосе прозвучало восхищение. Он уклонился от удара, начал падать — и перед этим слегка коснулся нити. По ней мгновенно побежал огонь. Му Цзычжэ приземлился, взмахнул рукавом и отступил на десяток шагов. Су Чанхэ тоже спрыгнул. Расстояние снова стало три чжана. Единственное различие: у Му Цзычжэ был лишь изорванный рукав. А у Су Чанхэ вся верхняя одежда сгорела, обнажившееся тело было покрыто кровью, и он выглядел жалко. — Твоё царство мимолётно, — насмешливо сказал Му Цзычжэ. — Моё царство — одно мгновение, но оно — вечность, — ответил Су Чанхэ, глядя на клинок. На лезвии была капля крови. Крошечная. Почти незаметная. Му Цзычжэ опустил взгляд — на груди его одежда была рассечена, и он нащупал несколько капель крови. Удар Су Чанхэ всё же достиг цели. Пусть рана и была ничтожной… если только на клинке не было яда.  — Яд есть, — прямо сказал Су Чанхэ. Му Цзычжэ усмехнулся: — Использовать яд против человека из рода Му? Ты? — Мой яд, конечно, не убьёт главу рода Му. Но… — Су Чанхэ кивнул за спину Му Цзычжэ. Там стояли двое: «Лысый мужчина, и средних лет человек в элегантных одеждах».  Один держал огромный меч за плечом, другой — пару клинков у пояса. Му Цзычжэ прищурился: — Если бы здесь был Су Цзиньхуэй — я бы обеспокоился. Остальные мне безразличны. — Допустим, ты прав, — усмехнулся Су Чанхэ. — Но теперь тебе придётся сражаться с нами троими. У тебя не будет времени вывести яд. Сейчас он ничего не значит… но через час даже тебе понадобится помощь той самой целительницы. Му Цзычжэ понял: это не угроза, а констатация. Он повернулся к двоим. Лысый почесал голову, раздражённо буркнув: — Слушай, старший Му, не мог бы ты постараться и прикончить этого психа до нашего прихода? Элегантный мужчина вежливо поклонился: — С глубоким уважением провожаем главу рода Му. Му Цзычжэ фыркнул и одним прыжком проскользнул мимо них. — Ну что, господа? — обратился Су Чанхэ к прибывшим. — Вы видели моё выступление? Я чуть не погиб! Не забудьте рассказать старику, как я сражался! Лысый плюнул: — Жаль, что по дороге не выпили. Хотелось бы увидеть, как тебя Му Цзычжэ превратит в фарш. — Старик хочет тебя видеть, — улыбнулся элегантный. — Опять? — Су Чанхэ оглянулся на Паучье Гнездо. — Сейчас там лучший момент для удара! — Будешь делать, что сказано! Или ты уже глава рода Су? — огрызнулся лысый. Су Чанхэ потянулся: — Ладно. Только не забудьте передать старику: «Один против главы рода Му. В трёх чи — мгновение стало вечностью. Едва не снёс голову главе!» *** Примечание переводчика.  Чжан (zhàng) — традиционная китайская мера длины, примерно 3,33 метра. «Три чжана» — около 10 метров, дистанция, на которой убийца может контролировать пространство без прямого контакта. Чи (chǐ) — традиционная китайская мера длины, примерно 33 сантиметра. «Три чи» — чуть менее метра, расстояние ближнего боя, где решающими становятся скорость и техника рук.