Хроники «Тёмной реки»

Гора Уван. Хижина Безымянного. Средних лет мужчина, обнажённый до пояса, сидел и точил клинок.   Это был очень длинный клинок — и при этом необычайно тяжёлый: его вес превосходил обычный длинный меч более чем вдвое. Но когда мужчина закончил заточку и легко взмахнул им, казалось, будто в его руке — лёгкий, как перо, тончайший клинок. — Учитель, — в хижину вошёл юноша в простых одеждах и почтительно поклонился. — Разве я не говорил: не беспокоить без дела? — глухо спросил мужчина. — На этот раз у меня три дела, — серьёзно ответил юноша. — Три дела сразу? — нахмурился тот. — Только что… вернулся Бу Се, — после паузы сказал юноша. — О? Вернулся? Задание выполнил? Почему не пришёл ко мне? — Мужчина отложил клинок и поднял глаза. Юноша покачал головой: — Он ничего не сказал о задании. Просто оставил это.   Он достал из-за пазухи камень. Мужчина прищурился: — Брось сюда. Юноша кивнул и метнул камень. Тот взлетел в воздух. Мужчина поднял лицо, заметил на камне след от клинка — и мгновенно вскочил. Он выхватил свой меч, рубанул в небо — и рассёк камень надвое. — Он сражался с Су Муюем? Это и есть его восьмой удар? — спросил он. — Нет, — покачал головой юноша. — Бу Се сказал: это ещё не настоящий восьмой удар. Попросил несколько лет на странствия. Когда найдёт ответ — вернётся. — Странствовать по Цзянху?! — нахмурился мужчина. — Он сошёл с ума? Через десять дней «Зал Призыва Душ» без колебаний выпустит приказ на его убийство! — Это как раз второе дело, — юноша достал письмо и протянул. — Глава рода Се прислал послание. — Что там написано? Их болтовню читать не хочу. Говори прямо, — нетерпеливо бросил мужчина, услышав, от кого письмо. — Глава пишет: Се Бу Се нарушил приказ, самовольно покинул «Тёмную Реку» — это смертный грех. Но если вы, учитель, согласитесь выйти из уединения и помочь роду Се в Городе Цзюйсяо, они получат от «Зала Призыва Душ» указ об амнистии для Се Бу Се. — Хм! Се Ба отлично считает! Ушёл один малый — и хочет заполучить старого! — холодно усмехнулся мужчина. — Значит… вы не пойдёте? — робко спросил юноша. — Неужели только два дела? Говори третье, — махнул рукой тот. — Третье… Кто-то принёс вот это, — юноша достал конверт, слегка выпуклый посередине. — Оставил и сразу ушёл. Увидев конверт, мужчина вдруг оживился. Он поднял руку — и тот сам собой оказался в его ладони. Лёгким движением он разорвал конверт; бумага рассыпалась в прах, а внутри осталось лишь одно. Юноша, не скрывая любопытства, подошёл ближе. В руке учителя лежал перстень с синим камнем.  Под солнцем камень сверкал зловещим, гипнотическим блеском. В «Тёмной Реке» богатств — не счесть. Такой перстень в мире стоил бы целое состояние, но для человека вроде Се Циданя — это была безделушка. Но лицо Се Циданя стало серьёзным. Он осторожно поднял перстень, поднёс к свету — и увидел, что внутри синего камня выгравированы два иероглифа. — «彼岸» «Тот берег», — медленно произнёс он. *** Город Цзюйсяо. Двор рода Су. Су Чанхэ лежал на крыше, жуя стебелёк конского хвоста, и наслаждался солнцем. — Ах, знал бы я, что ранение так приятно! Никаких боёв — просто лежать, греться на солнышке… Отлично! — весело пробормотал он. — Тебе — отдых, а мне — беда, — раздался голос за спиной. Су Муцюй стоял, держа в руках раскрытый веер. — Дядя Муцюй, вы — человек рассудительный, из главной ветви рода, мастер боевых искусств, пользуетесь авторитетом. Вам гораздо больше подходит быть полководцем! Всё в ваших руках! — Су Чанхэ зевнул. — Как только раны заживут — буду служить вам до последней капли крови. Су Муцюй медленно помахал веером: — Конечно, подождём. Ведь мой нынешний план — ждать. — Мой план тоже был — ждать! Почему тогда старик привёл отряд и начал угрожать? — возмутился Су Чанхэ. — Потому что тогда Се и Му уже действовали, а ты всё смотрел. Сейчас же всё иначе: оба клана понесли тяжёлые потери и теперь видят в нас главного врага. Если мы двинемся первыми — они объединятся против нас, — спокойно объяснил Су Муцюй. — Не волнуйся, — усмехнулся Су Чанхэ. — Старик сказал: отныне вся «Тёмная Река» будет носить имя Су. — В этой осаде Паучьего Гнезда Му потерял наследника, Се — Се Фаньхуа, да ещё и Се Бу Се исчез. А мы, род Су, будто бы без потерь. Кажется, мы — главные победители. Но если подумать глубже… именно мы сейчас в самом невыгодном положении, — Су Муцюй поднял глаза к небу. — Словно чья-то невидимая рука управляет всем этим. И её цель — чтобы в этой смуте не осталось победителей! — О? — В глазах Су Чанхэ мелькнула убийственная аура. — Кто способен на такое? Сюэ Юэчэн? Ушванчэн? Или тот самый непревзойдённый ван из Тяньци? — Неужели «Тёмная Река» так важна, что ради неё ван лично вмешается? Ты слишком высокого мнения о нас, — усмехнулся Су Муцюй. — Кто ещё может? — парировал Су Чанхэ. — В городе Сюэ Юэ есть люди, с которыми я знаком. Может, схожу, спрошу? — С тобой интересно говорить. Из сотни твоих слов девяносто девять — ложь. Но то единственное — правда — может изменить многое, — Су Муцюй подошёл ближе. — Если кто и сможет развеять эту завесу — надеюсь, это будешь ты. — Я?.. Простой Безымянный? Дядя Муцюй, вы слишком высокого мнения обо мне, — Су Чанхэ прищурился, улыбаясь. — Благодать благородного рода угасает через три поколения, а к пятому — исчезает совсем, — тихо сказал Су Муцюй. — «Тёмная Река» существует столько веков лишь благодаря таким, как вы — Безымянным. Я не из тех коротковидцев. Отдыхай. Когда придет время обнажить меч — покажи мне свой клинок. *** Примечание переводчика.  Непревзойдённый ван — титул Чжао Сюаньцзи, младшего сына императора Бэйли и правителя столицы Тяньци. В мире «Хроник Тёмной Реки» он считается гением политики и войны, человеком, не имеющим равных в Поднебесной. Его влияние простирается на всё Цзянху, и даже великие кланы трепещут перед его волей.