Хроники «Тёмной реки»

По сравнению с грубым и непредсказуемым Се Ба, молчаливый и коварный Се Цидань был куда более опасным противником. Но Му Цзычжэ всё же позволил ему уйти. Во-первых, он уже раскрыл все свои козыри в бою. Во-вторых, легендарное «Призывание Семи Клинками Смерти» Се Циданя так и не было применено. В одиночку против него Му Цзычжэ не был уверен в победе. Даже если бы одержал верх — битва оставила бы обоих израненными, открывая шанс роду Су, временно отошедшему в тень. — Глава, значит ли это, что род Се признал наш захват Меча Спящего Дракона? — Му Цинъян убрал персиковый меч и вытер кровь с уголка рта. — По крайней мере, род Се вышел из этой войны, — ответил Му Цзычжэ, глядя на меч. — Тогда что дальше? — Му Цинъян инстинктивно достал «Персиковую монету» и начал её вертеть. — В Паучье Гнездо. Найти Главу, — Му Цзычжэ направился вперёд. — Чтобы по-настоящему унаследовать Меч Спящего Дракона, нужно либо его признание… либо… Му Цинъян подбросил монету и поймал её: — …либо его смерть. *** У ворот Паучьего Гнезда. Су Чанхэ со своими людьми из «Того Берега» уже подоспел. Он подошёл и постучал в ворота. Су Муюй, дежуривший рядом с Главой, услышал стук, взял «Меч Моросящий Дождь» и неторопливо подошёл к воротам: — Кто там? — Это я! Су Чанхэ! Твой лучший друг, Су Муюй! — раздался весёлый голос. Су Муюй опешил. Убийцы «Тени Паука» за его спиной тоже замерли. Все готовились к бою, ожидая рода Му или Се, но не Су Чанхэ. — Ты разве не ранен? — спросил Су Муюй. — Ах, да ладно! Притворялся, притворялся! — махнул рукой Су Чанхэ. Су Муюй горько усмехнулся: — Зачем ты здесь? Неужели старик снова дал задание? — Су Цзиньхуэй? Он мёртв. Теперь род Су — под моим началом, — ответил Су Чанхэ. — Старик мёртв? Кто его убил? — нахмурился Су Муюй. — Конечно, я, — громко заявил Су Чанхэ. Су Муюй взглянул на Главу. Тот сидел во дворе, медленно покуривая трубку, будто ничего необычного не произошло. — Через дверь разговаривать утомительно. Впусти меня, — Су Чанхэ снова громко постучал. Убийцы «Тени Паука» обнажили оружие. Су Муюй махнул рукой, давая им отступить, и медленно открыл ворота. Су Чанхэ, до этого вертевший клинок, спрятал его, поправил усы и вошёл. Его люди из «Того Берега» напряжённо смотрели на Су Муюя. Тот заметил перстни с синим камнем на их пальцах и прищурился. Су Чанхэ воспользовался моментом, проскользнул внутрь, а Су Муюй, почувствовав неладное, тут же захлопнул ворота. Но Су Чанхэ уже шёл к Главе: — Ах, дорогой Глава! Наконец-то я вас вижу! — Стой! — Иньху и другие бросились вперёд с клинками. Но Су Чанхэ несколькими ловкими уклонениями проскочил мимо и оказался перед Главой. Байхэ Хуай, стоявшая рядом, сжала три серебряные иглы, её тело напряглось, как тетива лука. Глава по-прежнему неторопливо курил. Только когда Су Чанхэ остановился перед ним, он лениво поднял глаза: — Малый, где ты появляешься — там беда. — Глава, без меня вы бы и до этого Гнезда не добрались, — усмехнулся Су Чанхэ. — Цзиньхуэй мёртв? — спросил Глава. — По крайней мере, для «Тёмной Реки» — мёртв, — Су Чанхэ сел рядом. — Дайте и мне затянуться. Глава постучал трубкой о землю и протянул её. Су Чанхэ сделал глубокую затяжку, выпустил идеальное колечко дыма, которое медленно поднялось к крыше и растворилось. Он рассмеялся, как ребёнок: — Ха-ха-ха! Су Муюй, смотри! Я всё ещё мастер дымовых колец! Су Муюй сжимал «Меч Моросящий Дождь». Он не понимал ни замыслов Су Чанхэ, ни мыслей Главы. — Чанхэ, чего ты хочешь? — тихо спросил он. Су Чанхэ повернулся к Главе: — Глава, вы не могли бы умереть? Байхэ Хуай вздрогнула, чуть не метнув иглы. Но Глава остался невозмутим, снова затянулся: — А если я скажу — нет? Су Чанхэ провёл пальцем по перстню: — Глава, видите надпись внутри? «Тот Берег». Я собрал лучших молодых людей «Тёмной Реки». Мы хотим добраться до того берега, где будет «свет», а не вечная ночь. Глава кивнул: — Хорошая идея. — Но мы оба знаем: эта ночь кончится только с вашей смертью, — тихо сказал Су Чанхэ. — Чанхэ! Не смей! — резко оборвал его Су Муюй. Су Чанхэ встал, посмотрел на друга: — Мой брат, я знаю: ты тоже хочешь перемен. Но ты не хочешь платить за них чужой кровью. Поэтому ты цепляешься за свой меч, пытаясь сохранить этот хрупкий, смешной баланс. А я уже проложил путь. Пойдём вместе на Тот Берег. Он достал перстень с синим камнем и бросил Су Муюю. Тот поймал его, глядя на выгравированное «Тот Берег». Убийцы «Тени Паука» затаили дыхание. Какое бы решение ни принял Су Муюй — они последуют за ним. Глава молча курил, но Байхэ Хуай заметила: его дыхание стало частым. «Неужели даже Глава «Тёмной Реки» боится смерти?» — подумала она, пряча иглы. Ей вдруг показалось, что эта борьба больше не имеет к ней отношения. Су Муюй спрятал перстень, но не надел его: — Возможно, есть и другой путь. — Глупость! — лицо Су Чанхэ исказилось гневом. — Нельзя всё решить компромиссами! Глава должен умереть! Новые правила рождаются лишь на руинах старых! — Я — Куй, — тихо ответил Су Муюй. — Я клялся защищать Главу до самой смерти. Су Чанхэ громко рассмеялся: — Как я мог признать другом такого человека! Мы — совершенно разные! Это смешно! Слишком смешно!