Хроники «Тёмной реки»

Тан Ляньюэ убрал «Иглы Груши под Дождём» и холодно произнёс: — Похоже, яд «Снег на ветке сливы» не извлечён. Не нужно мне тебя убивать — ты и так скоро умрёшь. Глава лишь слегка улыбнулся, не подтверждая и не отрицая. Су Муюй повернулся к Байхэ Хуай. Та побледнела и тихо вздохнула. Су Чанхэ многозначительно усмехнулся: — Думал, нынешняя ночь будет интересной… Но не ожидал, что она окажется столь захватывающей.  Тан Ляньюэ отступил на три шага: — Тогда прощаюсь. Путь в Жёлтые Источники будет долгим — прошу вас, Глава, добраться благополучно! Он подпрыгнул, перелетел через стену и исчез. Глава обернулся к молчавшим людям: — Целительница, Муюй, Чанхэ — идите за мной. Он направился внутрь, держа Меч Спящего Дракона. Байхэ Хуай тут же бросилась следом: — Глава! Нужно немедленно закрыть дыхание и поставить иглы! — Нет смысла, — покачал головой Глава. — Я чувствую: мой час пробил. Даже бессмертные не могут обратить ход смерти. Су Муюй и Су Чанхэ вошли вслед за ним. Су Чанхэ закрыл дверь. — Целительница, скажите, в чём дело? — спросил Су Муюй. Байхэ Хуай метнула три серебряные иглы в шею Главы: — После отравления он перенёс несколько тяжёлых ран. Я нашла способ лечения, но опоздала. Смогла лишь на несколько дней вернуть ему силы обычного человека. А теперь… — Не вините себя, — улыбнулся Глава. — Мои грехи глубоки. Даже перед лицом Яньлу-вана в Преисподней он сочтёт меня безнадёжным. — Кто в «Тёмной Реке» не такой? — тихо сказал Су Чанхэ, глядя на Су Муюя. — Хотя, возможно, ты — исключение. Все эти годы ты убивал лишь не чистых на руку чиновников и демонические секты. Если судить по заслугам в искоренении зла, тебе уготовано хорошее перерождение. Су Муюй проигнорировал его и спросил Главу: — Глава, а как быть с нынешней ситуацией? Глава покачал головой, давая понять, что не стоит продолжать. Он посмотрел на Су Чанхэ: — Ты хочешь изменить «Тёмную Реку?» Уголки губ Су Чанхэ дрогнули: — Я хочу изменить многое. Это лишь начало. Глава положил Меч Спящего Дракона перед собой: — Я могу отдать тебе этот меч. Хотя хотел бы передать его Муюю. В юности я сам мечтал о том же. Но ты не знаешь, насколько это труднее, чем кажется. Тебе придётся сразиться не только с Су Цзиньхуэем или мной… А с противником, в десятки раз более страшным.  Лицо Су Чанхэ изменилось: — Вы имеете в виду трёх старейшин «Зала Призыва Душ?» Глава фыркнул: — «Зал Призыва Душ» — всего лишь марионетка, которую они поставили в «Тёмной Реке». Сотни лет весь мир знает: «Тёмная Река» — самый ужасающий клан убийц. Но истину о «Тёмной Реке» не знает ни один из них. — Тогда в чём же эта истина? — спросил Су Чанхэ. — Её не расскажешь в трёх словах. Все тайны — в тайном ходе под этим домом. После моей смерти вы можете спуститься и увидеть всё сами. Хотя… и без этого — когда вы по-настоящему возьмёте Меч Спящего Дракона, они сами найдут вас.  Он положил меч на пол и отпустил рукоять: — Так кто же из вас двоих возьмёт его? — Су Муюй, бери! — не выдержала Байхэ Хуай. — Не отдавай этому мерзавцу! Су Чанхэ взглянул на Су Муюя и усмехнулся: — На свете есть лишь один человек, которому я уступлю этот меч — это ты. Ты получишь больше поддержки.Те, кто из «Тени Паука» готовы умереть за тебя, а мои люди из «Того Берега» могут и клинки обнажить против меня. Су Муюй долго молчал… и покачал головой. — Но я и знал, что ты откажешься, — улыбнулся Су Чанхэ. — Ты ненавидишь «Тёмную Реку», ненавидишь убивать, мечтаешь уйти и никогда больше не вспоминать об этом месте. — Ты правда хочешь изменить «Тёмную Реку?» — серьёзно спросил Су Муюй. — Да. Я хочу изменить многое. Это лишь начало. — Тогда бери меч, — Су Муюй закрыл глаза. — Стань первым Главой из числа Безымянных. — Тогда, Глава, я беру! — Су Чанхэ сжал рукоять. Глаза дракона на мече мгновенно распахнулись, озарив покои золотым светом. — Меч Спящего Дракона признаёт тебя, — кивнул Глава. — Иди и объяви всем. Су Чанхэ направился к двери, но у порога остановился. Он чуть повернул голову: — С сегодняшнего дня в «Тёмной Реке» больше нет Призрака с зонтом. Я разрушу «Зал Призыва Душ» — никто не посмеет выдать указ на твоё убийство. Ты любишь Цяньтан? У меня там особняк — куплен на деньги, которые я тайком копил годами. Зайди в лавку «Шоу Юэ Цяньчжуан», попроси управляющего — он отдаст тебе документы. Под двором закопано десять тысяч лянов серебра. Если понадобятся деньги — копай. Каждую осень, когда в Цяньтане цветут османтусы, я приду пить с тобой вино. — Если же ты не захочешь, чтобы кто-либо, даже я, знал твоё местоположение — просто продай особняк управляющему за те же десять тысяч. Но каждую осень, когда зацветут османтусы… я всё равно надеюсь встретиться с тобой хоть на день. — Ты никогда не принадлежал этому месту. Твой уход — неизбежен. А я… я с детства ползаю по трупам. Жизнь для меня — ничто. Соберись я уйти отсюда — мне некуда идти. — Но ты ведь глуп. Ты ненавидишь убийства, но умеешь только убивать. Всё остальное — не твоё. Ты был Куем почти всю жизнь, а всё ещё беден, как мышь из храма. Я, простой убийца, за несколько лет скопил двадцать тысяч лянов. Такого, как ты, в этом мире обязательно кто-нибудь обманет. — В «Тёмной Реке» множество женщин без ума от тебя. Люди ведь жаждут красоты. Но, думаю, тебе они не по душе. Ведь даже Юймо ты отверг — я тогда зубами скрипел от злости, ведь она мне очень нравилась! Но теперь у неё есть тот, кого она любит по-настоящему. Если человек из «Тёмной Реки» находит свою любовь за её пределами — это настоящее спасение. Эта целительница Байхэ — неплоха: ноги длинные, грудь пышная, пусть и не такая соблазнительная, как Юймо. Но, пожалуй, именно такая тебе и нужна. — Прощай, Су Муюй. Су Чанхэ потянулся к двери — но белая, изящная рука опередила его. Он обернулся. Су Муюй стоял рядом, спокойный и решительный. — После того, как ты станешь Главой, — тихо сказал он, — я возглавлю род Су. — Я не уйду. Мы останемся вместе. И создадим новую Тёмную Реку.