Хроники «Тёмной реки»

Резиденция Цзюнь-вана из Ланъя.  Во дворе сидел мужчина в изумрудных одеждах и пил чай. Его лицо было утончённым, одежда струилась до земли, а вся поза излучала ленивую расслабленность — совсем не похож на то самое «божество воинской доблести», о котором ходили легенды. Но едва он отложил донесение и поднял брови, как в его взгляде блеснула такая проницательность, что смотреть прямо в глаза стало невозможно. — Всё? — спросил Сяо Жофэн у солдата, принёсшего донесение. — Всё, — кивнул тот. — У этого второго старшего брата язык без костей, а в донесениях — хоть бы слово лишнее… — покачал головой Сяо Жофэн. — Сколько лет прошло — а всё равно. — Потому что в обычной речи болтает ерунду — вот и многословен. А в донесении каждое слово решает судьбы людей. Поэтому и пишет кратко, — раздался мягкий женский голос за воротами. — Сестра Синьюэ! — Сяо Жофэн встал с улыбкой. Солдат тут же забрал донесение и исчез. Ли Синьюэ вошла во двор: — Ты, кажется, в последнее время живёшь в полном покое. — Чешу затылок, смущённо улыбнулся он. — Вы пришли меня осуждать? Простите, простите… Опять послал второго старшего брата командовать армией. Сам должен был идти. — Шучу, не бойся, — Ли Синьюэ села и налила себе чая. — Я знаю, почему ты не хочешь. Сяо Жофэн кивнул: — В столице сейчас много дел. Скоро Большой Императорский Совет — надо готовиться. — Такие мелочи, как Совет, стоят того, чтобы ты тревожился? — вздохнула она. — Ты боишься, что снова одержишь победу. Твои военные заслуги превосходят всех в истории, кроме основателя династии Сяо И и императора Тяньу. Если продолжишь побеждать… — Сестра Синьюэ, хватит, — Сяо Жофэн мягко поставил чашу на стол. — Ты всё держишь в себе, — покачала головой она. — Живёшь слишком напряжённо. Так можно заболеть душой. Почему бы просто не сказать правду? Ведь даже трон ты сам ему уступил. Сяо Жофэн слегка нахмурился, хотел что-то сказать — но промолчал. — Знаю, о чём ты думаешь. Ладно, не стану больше. Просто помни: лучше выговориться, чем гнить внутри, — она сделала глоток чая. — Но я пришла не поэтому. — Что случилось? — спросил он. — Зачем вам лично приходить? — В Тяньци прибыли люди из «Тёмной Реки», — серьёзно сказала Ли Синьюэ. — Я знаю. Перед уходом второй старший брат их встретил. «Призрак с зонтом, Су Муюй». Младший брат упоминал его — отзывался неплохо. — Да. Сначала я не придала значения, что он один. Но прошлой ночью я встретила ещё одного — «Су Чжэ из рода Су», прежнего первого мастера клана. В битве при Тяньсюэхэ он в одиночку перебил девяносто шесть мастеров высшего уровня, — её меч «Сердечный Клинок» тихо зазвенел. — Опасный противник. — «Тёмная Река?» — Сяо Жофэн вертел чашу. — Куда бы они ни пошли — цель одна: убивать. Су Чжэ я видел однажды: сопровождал Чжэньси-гуна в Тяньци. Тогда «Тёмная Река» получила заказ убить его. Но Су Чжэ пришёл с Су Чанхэ и Су Муюем — и прервал задание. — В цзянху говорят: «Тёмная Река» берёт любой заказ. Даже на императора, — понизила голос Ли Синьюэ. — Неужели они пришли убить тебя? — Убить меня? — усмехнулся принц Ланъя. — Почему именно я? Я уж так ненавистен? — Ты угрожаешь слишком многим. Чжэньси-гун держит армию на западе — это далеко. А ты — в самом сердце империи. Как некогда великий генерал Е, — ответила она. — Опять за то же… — горько улыбнулся он. *** В гостинице.  Су Чжэ постучал золотым кольцом посоха: — Так ты и правда собрался убивать принца Ланъя? — Перед «Залом Призыва Душ» у меня три правила отказа. А принц Ланъя — не тот, кого я бы принял, — покачал головой Су Муюй. — Да и первый человек рода Сяо за три поколения… разве его легко убить? — И что ты собираешься делать? — спросил Су Чжэ. — Сначала будем торговаться с Сектой Тени. А потом найдём способ разом уничтожить все архивы о «Тёмной Реке». Чтобы она стала тем, чем и должна быть: организацией, рождённой в цзянху и живущей в нём, — вздохнул Су Муюй. — Думал, всё кончится в Городе Девяти Небес… Не знаю, будет ли после этого ещё одно испытание. — Где люди — там цзянху. Где цзянху — там борьба, — сказал Су Чжэ на чистейшим путунхуа. — Тем более у тебя есть брат, что любит заварухи. Когда он приедет? — Я уже отправил ему всё, что узнал в Тяньци, — Су Муюй взглянул в окно. — Но у него сейчас своё важное дело. Су Чжэ тоже посмотрел туда: — Опять гости! Не мог выбрать тихую гостиницу? Он метнул золотое кольцо в окно. То распахнулось — и юноша, ещё не достигший возраста шуфа (пятнадцати лет), взмахнул рукавом, пытаясь поймать кольцо. Но сила удара оказалась выше ожиданий — рукав обратился в лохмотья. Юноша нахмурился: — Пятьдесят лянов серебром — вылетели! Кольцо, ударившись о подоконник, вернулось к посоху. Су Чжэ почесал подбородок: — Малец! Неплохо держишься. — В таком возрасте поймать кольцо дяди Чжэ? Чей ученик? — спросил Су Муюй. — Мой, — из окна влетел беловолосый человек в демонической маске. — Давно не виделись, Призрак с зонтом! Су Муюй опешил: — Хранитель Байху?! — Белый Тигр из Четырёх Хранителей Тяньци! — воскликнул Су Чжэ. — С тех пор как стал этим проклятым Белым Тигром, все смотрят на меня, будто я не человек, — усмехнулся незнакомец. — За десять часов повстречали двух из Четырёх Хранителей! — рассмеялся Су Чжэ. — Мы в почёте! — Я здесь уже несколько дней — ни одного не видел. А вы прибыли на ночь — и сразу двое. Это ваша заслуга, дядя Чжэ, — улыбнулся Су Муюй. — О? — приподнял бровь Су Чжэ. — В битве при Тяньсюэхэ ты в одиночку сразился с девяноста шестью мастерами высшего уровня и спас Главу «Тёмной Реки» от неминуемой гибели. Ты — легенда, — сказал юноша. — Малец, да ты много знаешь! Как зовут? — спросил Су Чжэ. Юноша склонил голову: — Моя фамилия — Сяо.