На грани правды и лжи

෴♕෴.♕෴

— Доброе утро, прекрасная незнакомка, — проговорил мужчина. — Вижу, сегодня вы в лучшем виде, чем вчера. Великолепно выглядите, мадемуазель. Он что, издевается надо мной? — Вы преследуете меня? — Что вы, совсем нет. Это сугубо чистая случайность. Не переживайте так, портить вам одежду не входило в мои планы. Только если вы сами её не запачкаете. Подозревать людей у вас в крови, я полагаю, — мужчина посмотрел прямо мне в глаза. — Не ёрничайте! Просто дайте мне спокойно долететь до места в полнейшей тишине. — Какие мы грозные. Что ж, не буду вам мешать. Хорошего перелёта, девушка с дивными глазами. От его последних слов почему-то стало ещё больше не по себе. Как он смеет издевается надо мной? Напыщенный павлин, с самовлюблённым синдромом. Самолёт медленно вырулил на взлётную полосу. Сердце с каждым метром билось всё быстрее, а ладони неприятно вспотели. Я уже сотню раз пожалела, что выбрала место возле окна. Двигатели загудели громче, настолько громко, что их вибрация ощущалась даже в груди. — Блядство, — едва слышно прошептала себе под нос, совершенно точно привлекая на себя внимание мужчины. Самолёт резко набрал скорость. За окном замелькали огни аэропорта, мокрый асфальт и служебные машины. Всё смешалось в одно большое размытое пятно. Ещё мгновение, и колёса оторвались от земли. Желудок неприятно ухнул вниз, заставив вцепиться в руку соседа, который прямо-таки предоставил помощь. Я не отдавала отчёт своим действиям, мой мозг выключился, как только мы взлетели. Лондон стремительно уменьшался под нами, дома превращались в крошечные квадратики, дороги — в тонкие серые линии, машины становились почти незаметными. Серые дождевые облака окружили самолёт со всех сторон. Мы летели сквозь густой туман, за иллюминатором не было видно ничего, кроме бесконечной белой дымки. А потом произошло нечто удивительное, самолёт поднялся выше облаков. Я невольно задержала дыхание. Внизу раскинулось огромное белоснежное море. Облака больше не выглядели мрачными и тяжёлыми. Отсюда они напоминали мягкие хлопковые волны, уходящие за горизонт. А над ними сияло чистое голубое небо, которого в дождливом Лондоне сегодня наверняка никто не видел. Солнечный свет заливал крыло самолёта золотистым сиянием. Всё вокруг выглядело настолько спокойным и красивым, что страх постепенно отступал. Отпустив руку незнакомца, я увидела следы от моих пальцев. Чувство вины захлестнуло меня с головой, хотелось извинится за причинённые неудобства. Не смотря на то, что наше знакомство выдалось, мягко говоря, не очень. Заламывая пальцы на второй руке, всё же собралась с мыслями. Тем более, что внимание мужчины полностью было приковано ко мне. Непроизвольно щеки залились румянцем. — Простите за мою вольность, — тихо проговорила, голос отказывался звучать громче. — Как оказалось, я катастрофически боюсь лететь одна. — Нет никаких проблем, Амала. Похоже, он внимательно меня изучал. Мой кулон дал подсказку на моё имя, хотя я совершенно не хотела знакомится. Или же запомнил имя возле полиции. Мне до сих пор стыдно за тот спектакль... Я прижалась лбом к прохладному стеклу иллюминатора, давая собеседнику понять, что диалог окончен. Где-то далеко позади оставалась моя прежняя жизнь. Лондон, знакомые улицы, воспоминания, люди, которых я любила. А впереди ждала Индия. Страна, которую я никогда не знала, но которая знала меня.

෴♕෴.♕෴

Прежде чем темнота поглотила меня, я почувствовала, как моя голова опустилась на плечо мужчины. Я настолько устала, что мне было плевать на всё, что подумает незнакомец, имени которого до сих пор не знала. Во сне ко мне пришла мама — Джотсана Басу. Она плакала и просила не возвращаться в Калькутту, говорила, что там меня ждут только слёзы и разочарования. Что никакой пользы от этого опасного путешествия не будет. — Мамочка, я просто хочу узнать всю правду. Мне важно найти Кирана. Чувствую, что он жив, что эта поездка поможет мне найти его. Я тебе это обещаю. Но Джотсана меня не слышала. Женщина всё повторяла одни и те же слова: — Они убьют тебя… Они страшные люди… В одно мгновение она растворилась в темноте. А я снова оказалась девятилетней девочкой в том злосчастном доме, где родители лежали бездыханные и холодные. — Нет… Мамочка… Папочка… Мой кошмар снова и снова повторялся. Почти все сны заканчивались смертью родителей и встречей с незнакомым молодым парнем в полицейской форме и с ярко-зелёными глазами. Я открыла глаза от того, что кто-то коснулся моей щеки. Зелёные глаза, точно такие же, как в моём сне. Моя голова всё так же лежала на его плече. Не знаю, сколько времени я провела в таком положении, но мужчина стойко выдержал это испытание. — Вы плакали во сне. Вам что-то снилось, Амала? — спросил он. — Простите, я не хочу это обсуждать, — ответила я, вытирая слёзы и отстраняясь от мужчины. И только тогда заметила его кофту — мокрую, с чёрными разводами от моей туши. — Простите, я своими слезами испачкала вам рубашку. Не обращая внимания на пятно, он всё так же смотрел на меня, не отводя взгляда. — Пустяки. Считайте, что мы квиты.

Прошло восемь часов.

Самолёт объявил о посадке в Калькутте через десять минут. Проснувшись, я потёрла глаза, ну и ночка выдалась. Солнце приветливо светило прямо в иллюминатор, заставляя щуриться. Погода разительно контрастировала с погодой в Лондоне. Пришлось снять вязаный кардиган, чтобы не сжариться ещё до выхода из самолёта. За окном постепенно появлялась Калькутта. Огромный город раскинулся до самого горизонта. Яркое солнце отражалось в окнах высоток, широкие дороги переплетались между собой, а где-то вдали виднелась река Хугли. Даже с высоты чувствовалось, насколько этот город живой, шумный и совершенно не похожий на Лондон. Мой сосед по сиденью куда-то запропастился, оставив на кресле свою бордовую кофту. Думаю, это даже к лучшему, не хочу продолжать это знакомство. И, скорее всего, мы затеряемся в городе сразу после выхода из аэропорта. Да и что там скрывать, этот незнакомец слишком умело вгонял меня в краску. Рядом с ним я смущалась, как школьница, впервые влюбившаяся. Что было особенно странно после всего, что произошло с Габриэлем. Впрочем, какая разница? Стоило выйти из аэропорта, как в лицо ударил горячий влажный воздух. Калькутта встретила меня шумом автомобилей, громкими голосами прохожих и запахами специй, которые доносились откуда-то с ближайшей улицы. Поправив ремень сумки на плече, я осмотрелась по сторонам в поисках встречающих. Эммет Роуз ещё несколько часов назад сообщил, что на время работы меня поселят в местную семью. По его словам, это должно было помочь быстрее адаптироваться и наладить контакт с местными жителями. В толпе людей я заметила табличку со своим именем. Возле неё стояла невысокая женщина, мужчина лет пятидесяти с добродушной улыбкой и молодой парень примерно моего возраста. Как только наши взгляды встретились, женщина тут же заулыбалась. — Амала? — уточнила она. Я кивнула. — Добро пожаловать, дорогая. Мужчина забрал мой чемодан, словно мы были знакомы уже много лет, а женщина неожиданно обняла меня. Так тепло, так искренне. Я даже растерялась. — Меня зовут Прия, это мой муж Раджив, а это наш сын Арджун, — представила она свою семью. — Надеюсь, тебе будет у нас комфортно. — Спасибо, — улыбнулась я. — Постараюсь не доставлять много хлопот. — Об этом можешь не переживать, — рассмеялся Арджун. — Мама уже три дня готовится к твоему приезду и, кажется, решила накормить тебя на год вперёд. — Арджун! — возмутилась женщина. Я невольно рассмеялась. Впервые за последние сутки стало немного легче. Возможно, Калькутта встретила меня не так уж и плохо. Достав из сумочки солнцезащитные очки, я направилась вслед за семьёй на улицу. Возле тротуара нас ждала ярко-красная «Хонда». Глянцевый кузов переливался под палящим солнцем, а чёрная радиаторная решётка и узкие фары придавали машине дорогой и немного хищный вид. Она выглядела ухоженной до мелочей, словно её регулярно отправляли на мойку и полировку. Арджун открыл багажник и без лишних слов убрал мой чемодан. В салоне пахло кожей и мятной ароматизирующей подвеской с едва уловимыми морскими нотками. Кондиционер приятно охлаждал воздух, спасая от индийской жары. Прия села рядом со мной на заднем сиденье. Теперь я смогла рассмотреть её внимательнее. Женщине было около пятидесяти лет. Её смуглое лицо украшала добрая улыбка, а в тёмных глазах читалось столько тепла, что рядом с ней невольно становилось спокойнее. Чёрные волосы были собраны в аккуратный пучок, а лёгкое хлопковое сари цвета индиго с серебристой каймой удивительно ей шло. С виду семья казалась очень дружной. Я представила, как они проводят вечера за ужином, спорят из-за выбора фильма, вместе гуляют по городу или просто собираются за одним столом после тяжёлого дня. В груди неприятно кольнуло. Интересно, какими были бы мы, если бы моих родителей не убили? Перевела взгляд на Раджива. Он сидел на переднем пассажирском сиденье и выглядел именно так, как я представляла себе главу семьи. Высокий, широкоплечий мужчина с лёгкой сединой на висках и аккуратно подстриженной бородой. На нём была светлая рубашка с закатанными рукавами. Несмотря на серьёзный вид, добродушная улыбка смягчала его черты. Поймав мой взгляд в зеркале заднего вида, мужчина приветливо кивнул. Я невольно улыбнулась в ответ. Затем мой взгляд встретился с Арджуном. Молодой парень был очень даже привлекательным. Смуглая кожа, густые чёрные волосы, слегка растрёпанные ветром, выразительные тёмно-карие глаза и правильные черты лица. Он напоминал молодую версию своего отца. Простая чёрная футболка подчёркивала спортивное телосложение, уверенность в движениях говорила о том, что он прекрасно знает себе цену. К счастью, сам Арджун был полностью сосредоточен на дороге и не замечал моего изучающего взгляда. И это было даже к лучшему. После Габриэля мне точно не стоило заглядываться на привлекательных мужчин. Остальное время нашего пути я разглядывала пейзажи за окном машины. Девушки разных возрастов, облачённые в красивые сари, спешили по своим делам. Для многих бенгальских женщин сари до сих пор оставалось обычной повседневной одеждой, а не только праздничным нарядом. Однако носили его далеко не все — нередко можно было встретить девушек в джинсах, лёгких блузках или современных платьях. Калькутта жила своей жизнью. Шумная, яркая, переполненная людьми и красками. Добрались мы на удивление быстро. Мой взгляд сразу зацепился за шикарный дом, скрытый за огромными коричневыми воротами. Оказавшись во дворе, я увидела удивительной красоты сад. Двухместные белые качели слегка покачивались от лёгкого ветерка. Кажется, я уже заприметила себе уютное местечко для вечерней чашки ароматного индийского чая. Рядом с качелями росли красивейшие красные розы, источая тонкий, волшебный аромат. По центру двора, ближе ко входу в дом, стоял белоснежный фонтан в виде русалки — интересный выбор. Вокруг него раскинулись десятки цветов самых разных оттенков и размеров. Тут были и яркие бархатцы, и нежные лилии, и кусты жасмина. Сразу видно, что Прия всей душой любит садоводство. В этом месте чувствовалась забота. Каждый цветок, каждая дорожка и каждый аккуратно подстриженный куст словно говорили о том, что здесь живут люди, которые любят свой дом. Внутри было ничуть не хуже. Стоило переступить порог, как я невольно замерла, разглядывая интерьер. Дом завораживал с первого взгляда. Высокие потолки создавали ощущение простора, огромные окна наполняли комнаты солнечным светом. С потолка свисали дорогие люстры, украшенные россыпью белых камней, которые красиво переливались при каждом движении света. Пол был выложен светлым мрамором с едва заметными золотистыми прожилками. Настолько чистым, что в нём можно было увидеть собственное отражение. Массивная деревянная лестница с резными перилами уходила на второй этаж, придавая дому какую-то особенную элегантность. Вдоль стен стояли шкафы из тёмного дерева, заполненные книгами, семейными фотографиями и различными статуэтками. На некоторых снимках были запечатлены совсем маленький Арджун и счастливо улыбающиеся Прия с Радживом. Бежевые диваны идеально сочетались с золотистыми шторами, множество декоративных подушек делали гостиную по-настоящему уютной. Было видно, что семья живёт в достатке. Однако дом не выглядел холодным или показательно роскошным. Наоборот. Здесь чувствовалась жизнь. Повсюду стояли вазы со свежими цветами, на журнальном столике лежали недочитанные книги, из глубины дома доносился аромат специй и чего-то домашнего. Неожиданно для себя я поймала мысль, что мне здесь нравится. Этот дом не пытался впечатлить дорогими вещами. Он создавал ощущение тепла. Прия провела меня в комнату, где я буду жить на протяжении некоторого времени. Всё же мне не хотелось хоть как-то тревожить совершенно чужих мне людей. После адаптации я планировала найти небольшое жильё и съехать. Комната была очень светлой и красивой. По всему полу был расстелен мягкий коричневый ковёр, на стенах висели картины известных художников, а в вазах стояли живые цветы. Широкая двуспальная кровать была застелена белоснежным покрывалом. Огромный шкаф и письменный стол — именно то, что было нужно. Хозяйка дома оставила меня отдохнуть после перелёта. Ванная была смежной со спальней, поэтому далеко ходить не пришлось. Приняв душ, я переоделась в домашний костюм — белую атласную майку на тонких бретелях и широкие невесомые штаны. Влажные волосы струились по спине, создавая приятную прохладу, которой так не хватало в этой жаре. Отодвинув белую штору, я заметила высокую удаляющуюся фигуру мужчины. Мне кажется, или эта походка мне уже знакома? Скорее всего, показалось. У меня в Индии ещё не было знакомых, помимо этой семьи. Это всё последствия перелёта и беспокойного сна. Разложив вещи в шкаф, я удобно устроилась на мягкой кровати и открыла блокнот в бордовой обложке. Здесь я записывала всё, что знала о деле своих родителей. Это всё, что мне удалось выудить из электронного архива полиции. И то с помощью Габриэля, будь он неладен. Заключение судмедэксперта гласило, что смерть обоих наступила в результате массивной кровопотери. Причиной стали глубокие ножевые ранения в область печени. Удар был нанесён с большой силой и высокой точностью, что говорило о том, что убийца либо хорошо владел ножом, либо уже имел подобный опыт. В отчёте также было указано, что смерть наступила достаточно быстро, а значит, шансов на спасение практически не было. Я перечитывала эти строки сотни раз. Каждый раз надеялась найти что-то новое, каждый раз безуспешно. Заключение криминалиста тоже не давало особых ответов. На месте преступления были обнаружены многочисленные отпечатки пальцев членов семьи, соседей и сотрудников экстренных служб, прибывших после вызова. Следов, принадлежавших предполагаемому убийце, найти так и не удалось. Орудие преступления бесследно исчезло, следов взлома не было. Украшения, деньги и другие ценные вещи остались на своих местах. Словно убийца пришёл не ради ограбления, он пришёл именно за моими родителями. Это пугало меня гораздо сильнее. Чем больше я читала документы, тем сильнее убеждалась: в этом деле было слишком много странностей. Словно кто-то очень постарался сделать так, чтобы правда навсегда осталась похороненной вместе с ними. Я это так просто не оставлю, даже, если прошло целых четырнадцать лет. Обязательно докопаюсь до правды.

෴♕෴.♕෴

Ужин прошёл прекрасно — индийская кухня, приятная компания. Знакомство с этой семьёй подбодрило меня. Чего стоила одна Прия — чем-то отдалённо она напоминала мне Алису. Этой женщине так же нужно из кожи вон накормить меня. Усмнхнувшись мыслям, я сообщила, что хочу немного прогуляться. Арджун предложил свою компанию, но я вежливо отказалась. Мне хотелось побыть наедине с собой и прекрасной природой. Домашнюю одежду сменила на своё любимое лёгкое платье с цветочным принтом. Открытые плечи и тонкие бретели делали его особенно нежным, а свободный крой позволял чувствовать себя комфортно даже в самый жаркий день. Ткань мягко струилась при ходьбе, крупные цветы на белом фоне добавляли образу свежести и летнего настроения. Собрав волосы в высокий хвост и взглянув на себя в зеркало, я улыбнулась. Такой наряд идеально подходит для неспешной прогулки, когда хочется просто наслаждаться хорошей погодой. Солнце уже почти зашло за горизонт, но всё ещё грело по-особенному ласково. Оранжевые с розовым оттенки прекрасно переливались. Прогуливаясь по улочкам Калькутты, я всё больше понимала, что этот город одновременно чужой и до боли родной. Четырнадцать лет назад я оставила здесь огромную часть себя, а теперь вернулась её искать. Ноги сами привели меня к дому, который снился мне по ночам, который не отпускал даже спустя годы. Он находился на соседней улице от дома семьи Банерджи, где я временно жила. Я не знала, жил ли кто-то здесь после случившегося или он всё это время стоял немым напоминанием о трагедии. Дом выглядел ухоженным. Всё тот же сад, почти такой же, как у семьи Банерджи, только немного меньше. Всё те же скамейки возле детской песочницы. Мне отчётливо врезалось в память, как в детстве я часто играла в этой песочнице, а родители сидели неподалёку и наблюдали за мной. Присмотревшись к стене дома, я ахнула от удивления. Там до сих пор сохранился рисунок, который я нарисовала, будучи ещё семилетним ребёнком. Неумелыми детскими руками была изображена наша семья — папа, мама и я. Вокруг росли цветы, деревья и много зелени. Когда-то в детстве я мечтала стать всемирно известной художницей. Но детские мечты давно испарились, оставшись где-то далеко в прошлом.

Четырнадцать лет назад.

Маленькая Амала выбежала на улицу, чтобы похвастаться папе новым сари, которое они купили — тёмно-зелёным, с золотыми вставками. Что-то похожее было у Джотсаны, а Амала очень хотела быть похожей на свою маму. Обрадовавшись новой покупке, она так рьяно бежала к отцу, что едва не споткнулась по дороге. — Папочка!.. — запыхавшись, звала девочка. — Посмотри, какое сари мне купила мама! Амала кружилась вокруг своей оси, хвастаясь новым нарядом. — Очень красиво, доченька, — проговорил Салим. — Только тише, дочка, Кирана разбудишь.

Наше время.

— У тебя красивые волосы, госпожа. Из мыслей меня вывел тоненький детский голосок, заговоривший на бенгальском. Вытерла подступившие слезы, вызваны прошлым. Обернувшись, я увидела девочку лет шести. Её смуглая кожа с тёплым медовым оттенком красиво сияла под уходящими лучами солнца. Большие миндалевидные глаза необычного зелёного цвета сразу притягивали взгляд. Они были такими яркими и живыми, что напоминали драгоценные камни на её маленьком личике. Длинные чёрные волосы, густые и блестящие, словно полированный обсидиан, были аккуратно заплетены в толстую косу. В неё была вплетена тонкая золотистая лента. Несколько прядей выбились возле круглых щёк, придавая ей ещё более очаровательный вид. Тёмные густые ресницы отбрасывали тени на щёки, а пухлые губы растянулись в такую искреннюю улыбку, что невозможно было остаться равнодушной. На девочке было ярко-жёлтое сари с тонкой вышивкой золотыми нитями. Несмотря на детский возраст, она носила его так уверенно, в точности настоящая маленькая принцесса. На тонких запястьях тихонько звенели золотистые браслеты, а в ушах поблёскивали маленькие серьги в форме цветков. В руках она держала бордовую розу, осторожно сжимая тонкий стебель маленькими пальчиками. Девочка внимательно разглядывала меня своими необычными глазами. — У тебя тоже красивые волосы, госпожа, — присев на корточки возле девочки, я заправила выбившуюся прядку ей за ухо. — Как тебя зовут? Почему ты одна? Где твоя мама? Девочка тут же отзеркалила моё движение и тоже заправила прядку за ухо. Я лишь улыбнулась этому. — Меня зовут Рошни. Я живу в том доме, — она показала пальчиком на особняк, который находился немного дальше. — Мы приехали в гости к моему дяде, мама там. Я увидела красивую госпожу и прибежала познакомиться. А как тебя зовут? Напрягая память, я попыталась вспомнить, чей это дом, но так и не смогла. Слишком маленькой была тогда, чтобы запомнить. Или потрясение просто вытеснило эти воспоминания. — Амала, — ответила я, поднимаясь. — Ты прекрасная девочка. Была рада с тобой познакомиться. Но мне уже пора. — Рошни! Послышался голос мужчины. Подул тёплый ветерок, принося хорошо знакомый аромат вишни и горького шоколада. Сердце пропустило удар. Возможно, мне просто показалось. Мои надежды рассыпались, как карточный домик. Потому что в нашу сторону направлялся уже знакомый мне мужчина. На нём была белая куртка, украшенная россыпью красных камней вдоль воротника и груди, и такие же белые штаны. Его одежда, вероятно, стоила больше, чем машина Киллиана. Контраст его образов невольно бросался в глаза. В Лондоне — белая рубашка и тёмно-синие брюки. В самолёте — чёрная футболка, чёрные брюки и бордовая кофта. Сейчас — традиционная индийская одежда. Кто же ты такой? Голова невольно пошла кругом. Мне нужно было как можно скорее уйти отсюда, пока мужчина не увидел меня. — Тебя уже ищут. Беги. Ещё увидимся, — я нашла в сумке заколку в виде бабочки, которую купила на распродаже ещё в Лондоне и протянула девочке. — А это тебе, в честь нашего знакомства. — Какая красивая. Спасибо, Амала, — Рошни обняла меня, а я обняла её в ответ. Развернувшись, я направилась обратно. Для завершения этого дня мне точно не нужна была ещё одна встреча с ним. Когда я уже достаточно отошла от дома, отдалённо услышала их разговор. Мужчина не ругал девочку. Наоборот, разговаривал с ней мягко и просил больше никуда не уходить одной. Я невольно улыбнулась. Этот самовлюблённый павлин открывался мне совсем с другой стороны. Интересно, это его дочь? — Это Амала. У неё красивые волосы и очень необычные глаза. А ещё, она мне подарила заколку, смотри. Это всё, что мне удалось услышать прежде, чем завернуть за угол и выйти на другую улицу.

෴♕෴.♕෴

Ночь прошла очень быстро. Удивительно, но я даже спала всю ночь без кошмаров и проснулась без будильника. Наверное, в родной стране и стены чужого дома будут лечить. Потянувшись в постели, я вдохнула тёплый воздух, который лился из приоткрытого окна. Послышался голос Арджуна — по звуку льющейся воды можно было понять, что он поливает цветы. Сделав все водные процедуры и одевшись в деловой костюм — бордовую атласную блузку на запах, чёрную расклёшенную юбку с чёрным ремнём — я дополнила образ бордовыми лодочками на небольшом устойчивом каблуке. Для первого рабочего дня — самое то. Лёгкий макияж состоял всего лишь из подкрашенных ресниц и бордового блеска на губах. На этот раз волосы решила выровнять плойкой и заколоть передние пряди по бокам чёрными невидимками. Спустившись в гостиную, я чуть не налетела на торопящегося Арджуна. Скорее всего, он спешил на работу, потому что был одет в строгий чёрный костюм. — Ой, прости, — начала я. — Немного переживаю, сегодня первый рабочий день. Никого перед собой не вижу. Солнечная улыбка появилась на лице мужчины, от неё мне тоже захотелось улыбнуться. — Выше нос, Амала. У тебя всё получится. А сейчас вынужден покинуть твою прекрасную компанию и отправиться на работу. Удачи! Арджун выпорхнул из дома, а я направилась на приятный аромат, который исходил от завтрака. В столовой уже был накрыт стол — массивный, из тёмного дерева, отполированный до мягкого матового блеска. На нём стояли аккуратные глиняные тарелки, небольшие чаши с соусами и медные стаканы, в которых поблёскивала вода с лимоном и мятой. Воздух был тёплым и пряным, пах кардамоном, жареным тестом и свежей зеленью. — Доброе утро, — поздоровалась я. — Доброе утро! Садись завтракать, — сказала Прия. Я улыбнулась и села за стол, уже узнавая всё, что стояло передо мной — этот вкус был мне родным с детства. Доса — тонкая, хрустящая, чуть золотистая лепёшка из риса и чечевицы. Я уже машинально отломила кусочек и макнула в самбар — горячий, пряный суп из чечевицы с овощами и тамариндом, с той самой приятной остринкой, которая сразу пробуждает. Рядом было кокосовое чатни — мягкое, нежное, слегка сладковатое, оно смягчало вкус и делало его более округлым. Хотелось попробовать всё, так оно аппетитно всвыглядело. Я взяла одну мягкую воздушную паровую лепёшку, даже не задумываясь. Попрощавшись с семьёй Банерджи, я села в такси и направилась в полицейское отделение. Доехали мы довольно-таки быстро. Поблагодарив таксиста, я оплатила проезд и пошла в здание полиции. Внутри всё было слишком блеклым, ничего лишнего. Серые стены, холодный свет ламп, ровные ряды стульев у входа и стойка регистрации с потрёпанными документами и телефонами. Воздух был немного сухой, с лёгким запахом бумаги, краски и металла. Где-то в глубине слышались приглушённые голоса, звон телефонов и быстрые шаги — всё здесь жило в своём строгом, рабочем ритме, без суеты, но и без уюта. Показав свои документы, дежурный полицейский пропустил меня дальше. Поднявшись на второй этаж, я заметила, что интерьер изменился — тут уже не было серости, как на первом. Белые стены и чёрный матовый пол. Возле каждого кабинета были зоны ожидания — мягкие коричневые диваны стояли напротив дверей. Красивые таблички с именами висели на каждой двери. Или тут делают ремонт и до первого этажа не дошли ещё руки, или же начальник — важная особа, раз только у себя на этаже позволял такую роскошь. Возле каждого диванчика стояли высокие белые вазы с разными живыми цветами. Я остановилась у нужной двери и на секунду задержала взгляд на табличке с именем. Сердце почему-то стукнуло чуть быстрее — от волнения или от любопытства, я сама не поняла. Постучала, услышав короткое «войдите», аккуратно толкнула дверь. Кабинет начальника отдела оказался просторным и строгим, но не лишённым ощущения порядка и власти. Большой овальный стол из тёмного дерева занимал центр комнаты, вокруг него уже сидели сотрудники. Все выглядели собранными, кто-то листал документы, кто-то делал короткие пометки в блокноте. На стене висела большая доска с фотографиями, схемами и заметками по делу — всё было разложено чётко, без хаоса, как будто каждый лист имел своё место. Рядом — аккуратные полки с папками, на корешках которых были подписи и даты. Свет падал из высокого окна с лёгкими жалюзи, делая кабинет чуть мягче, чем строгий коридор за дверью. В углу тихо шумел кулер с водой, а на столе стояло несколько чашек с уже остывшим чаем. Я на мгновение замерла, чувствуя на себе взгляды. В этой тишине было что-то особенное — напряжённое ожидание, будто сам воздух держал паузу. — Господин сейчас подойдёт, — тихо сказала девушка, отрываясь от документов, она подошла ко мне и протянула руку. — Меня зовут Рия. Я тут работаю патологоанатомом. — Очень приятно. Я — Амала, — мы пожали друг другу руки. — Новый криминалист. Все сотрудники уже были в сборе на утренней планёрке и ждали только начальника отдела. Какой же он тогда руководитель следственного отдела, если сам опаздывает? Какой пример он подаёт своим подчинённым? Я уже успела познакомиться с Рией — прекрасной девушкой с тёмно-каштановыми волосами и голубыми глазами. Как она сказала, начальник у них важная шишка, и перечить ему, мягко говоря, не стоит, если, конечно, хочется остаться на своём рабочем месте. Пф, какой зануда. А сам опаздывает... В этот самый момент дверь кабинета открылась, и внутрь вошёл мужчина. Мои глаза тут же столкнулись с его зелёными. Отвести взгляд уже не получилось — будто магнитом притянуло. Несколько долгих мгновений он смотрел на меня, не отрывая глаз, а потом на его лице появилась ухмылка. От неё меня сразу бросило в жар, несмотря на то, что в помещении работал кондиционер. А спустя секунду обоняние уловило уже знакомый аромат вишни и горького шоколада. — Только не говори мне, что этот самовлюблённый павлин ещё и мой новый начальник, — прошептала я своей новой знакомой. Рия легко пихнула меня в бок, заставляя замолчать. — Тише ты, услышит же... Потом расскажешь, откуда ты его знаешь. Потому что по выражению лица всё понятно. Павлин осмотрел всех, словно отмечая для себя, что все присутствуют. Сотрудники заняли свои места за столом, а я так и осталась стоять, будто вкопанная. Надо же, как судьба смеётся надо мной. Почему именно я могла вляпаться в такую ситуацию? Мужчина расстегнул пуговицу на бордовом пиджаке, выпрямился и начал говорить: — Очень хорошо, что все в сборе. В нашем отделе новый человек, — на этом моменте он осмотрел меня с ног до головы уже в который раз. — Амала Лайтвуд приехала к нам из Лондона и будет занимать должность криминалиста. Я почувствовала взгляды в свою сторону — меня изучали. Конечно, ведь я новый сотрудник. К тому же для них я иностранка. Они же ничего не знают о моей жизни. — Ты знаешь, что пришла на замену Архату? — спросил незнакомый мужчина, поразительно похожий на начальника. Я отрицательно покачала головой. — Его убили вчера, на рабочем месте, — продолжил он. — Не боишься, что можешь стать следующей? Мои глаза расширились от ужаса. Это у них так заведено — перебивать начальство и глумиться над другими сотрудниками? Не увидев удивления на лицах новоиспечённых коллег, я поняла, что подобная практика здесь далеко не впервые. Ладони вспотели от шока. Хотелось провалиться сквозь землю. Но меня всё ещё удерживало здесь дело родителей. Терпи, Амала. — Отставить, Риши, — произнёс начальник. — Амала, не обращайте внимания. Добро пожаловать в коллектив. Меня зовут Амрит. Мы снова встретились взглядами. Как будто я не прочитала твоё имя на табличке. Это будет сложнее, чем я предполагала. Что значит — убили криминалиста на его рабочем месте? Шестерёнки в голове тут же закрутились. Скорее всего, моим первым делом станет именно это расследование. — Амала, расслабься. Архат умер два года назад от сердечного приступа, — спокойным, но всё ещё насмешливым тоном произнёс Риши. Не удивлюсь, если они родственники. Потому что сходство поразительное, они даже одинаково стебутся. — Очень смешно, — издевательски улыбнулась я ему. — Запишу в свой блокнот, что с тобой лучше не иметь никаких дел. Амрит прыснул от смеха — ему явно нравилось наблюдать за этим спектаклем. Риши, слегка порозовев, отвёл от меня взгляд. То-то же. Лучше не иметь ни с кем тут личных дел, себе дороже будет. На данный момент никаких новых дел не было. Только мелкие кражи и разбои. Все разбежались по своим кабинетам, оставив меня наедине с Амритом. Стало ужасно неловко: вспомнились все наши встречи. Почему он в самолёте не сказал, что я его подчинённая? Неужели не знал? Кондиционер приятно холодил кожу, не давая окончательно расплавится от этого пристального взгляда. Я умело делала вид, что не замечаю этого. — А я всё думаю, кто же эта Амала, о которой мне все уши прожужжала Рошни. Мне пришлось перевести взгляд на него. Всё-таки я не ошиблась — вчера это точно был он. Как же я вляпалась... — Почему вы не сказали тогда, в самолёте? — всё же задала я вопрос, который мучил меня с тех пор, как он вошёл в кабинет. Он поднялся и медленно подошёл ко мне. Стоило ему оказаться ближе, как мне стало жутко неудобно. — Я хотел поддержать интригу, — улыбнулся он, обнажая ровный ряд зубов. Невыносимый... — На сегодня никаких дел нет, — продолжил он. — Вы можете быть свободны, Амала. Отдохните после перелёта, прогуляйтесь по городу. Завтра я буду ждать вас ровно в восемь утра на работе. Попрощавшись, я ушла. Только бы подальше от него.