В плену ненависти

Комната была пропитана тяжелым запахом лекарств, как будто в спальне лежит тяжело больной человек. Шторы наполовину задернуты, и бледный серый свет медленно стекал по стенам, делая всё вокруг холодным и чужим, гнетущим на фоне распространяющегося аромата. На прикроватной тумбе стояли несколько пузырьков с таблетками, один из них был уже почти пуст.    Воздух казался густым, будто его можно было резать ножом.   В этой тишине внезапно раздался крик. Громкий, пронизанный негодованием. Так кричат звери, отчаянно и зло, когда пойманная и раненая добыча вдруг вырывается из когтистых лап и ему придётся снова прилагать усилия, чтобы её поймать.   Джихан ходил по комнате взад-вперёд, нервно проводя рукой по волосам. Его лицо было перекошено от злости, а глаза горели так, будто он не спал несколько ночей подряд. Налитые безудержной яростью, они бегали по комнате, лихорадочно, как у сумасшедшего.   — Настолько тупую идею я ещё не слышал! — почти рычал он. — Ты предлагаешь мне просто забыть всё и начать сначала?! Как вообще такое возможно, Минхо?! Ты хоть на что-то толковое способен?! Твой приблудыш во всём виноват!   Он резко ударил ладонью по столу, и пузырёк с таблетками покатился по поверхности, звякнув тёмным стеклом.   — Они притихли, да! Но это не значит, что меня оставят в покое! — продолжал он. — Ты вообще понимаешь, что это может быть? Они могут готовить новый удар!   За этот день он уже выпил третье успокоительное. Но таблетки не помогали. Сердце всё равно колотилось, мысли путались, а внутри росло неприятное чувство, надвигающейся катастрофы, которая не пощадить никого на своём пути. Сметёт всё без остатка.   Минхо сидел на краю кровати, лениво покачивая ногой. Он слушал альфу, но выражение его лица было скорее раздражённым, чем обеспокоенным. Для него вся эта паника казалась преувеличенной.   От так и не понял, как его младший сын умудрился связаться с охранником, к тому же наделать столько шума. Не то чтобы он переживал сильно по этому поводу, но осадок остался, что он недооценил сына. В какой момент Тэхён стал настолько опасен, что его муж рвёт на себе волосы?  Особняк разгромили, когда Ким Минхо вернулся с Чеджу и обнаружил на месте собственного дома пепелище, его чуть удар не хватил. Хорошо, что у их семьи был ещё один дом неподалёку, поменьше конечно и не такой роскошный, но ничего не поделаешь приходилось приспосабливаться. Хотя его это бесило.   Он украдкой посмотрел на дорогую сумку, стоящую возле шкафа. Новая. Джихан купил её совсем недавно. Минхо уже прикидывал, сколько денег можно будет выпросить, если выбрать правильный момент. Проблемы мужа его совсем не волновали, омега привык только тратить деньги, а не рассуждать как устранить конкурентов Джихана. В этом плане он был истинным омегой высшего света, который является лишь красивым дополнением к мужу.   Досадливо прикусив губу, Минхо поморщился от очередного крика мужа.    — Да откуда мне знать, что тебе нужно делать?! — наконец резко сказал он, поднимаясь. — Хватит уже! Я устал слушать это. Ты альфа в конце концов, глава семьи, так и решай свои проблемы! — он раздражённо провёл рукой по лицу. — Ты уже три дня такой. Три дня! Делай что хочешь, но прекрати ныть и причитать!   Минхо даже не посмотрел на него, когда выходил из комнаты. Дверь тихо закрылась, и в спальне снова воцарилась тишина.   Только тяжёлое дыхание Джихана нарушало безмолвие комнаты.   Альфа медленно подошёл к окну и опустился на кресло рядом, оглядывая пустым взглядом двор. Стекло было холодным. Снаружи город жил своей обычной жизнью: машины проезжали по улице, где-то вдали мелькали огни.   Но для него всё словно остановилось.   Его сыновья ещё в самом начале уехали из страны. Своего наследника он отослал в Европу, налаживать будущие связи, а младший омега увязался за братом с целью проветриться перед предстоящим браком. Они заботились только о себе и давно перестали интересоваться его проблемами, даже поездку Джихан организовывал сам, настоятельно рекомендуя сыну взять наконец часть управления компанией.    Папа… Папа исчез из больницы, будто растворился. Ким всю клинику перетряс, но результата так и не получил, врач, который занимался лечением папы, исчез из клиники вместе с его родителем.  Рядом остался только бесполезный Минхо, который думал лишь о деньгах. Омега так и не понял, ЧЕМ грозят образовавшиеся проблемы всем им.    Джихан стиснул зубы.   Нет. Так продолжаться не может.   Он уже понял, что единственный выход — исчезнуть на время. Собрать всё имущество, деньги, документы… и пропасть. Пусть остальные думают, что хотят. Компанию конечно жалко, но спасать тонущий корабль он не намерен. Может Минхо и прав, нужно начать всё сначала, но в первую очередь избавиться от врагов, особенно от осмелевшего пасынка. Этот выблядок Тэхён во всём виноват!   Сегодня вечером он планировал собрать совет. Сделать вид, будто всё в порядке. Произнести красивую речь, пообещать доли, успокоить их.   А потом…   Он заберёт всё и исчезнет.   Джихан медленно провёл пальцами по вискам. Голову снова сдавило напряжением.   — Главное… убедить их, — тихо пробормотал он самому себе. Совет уже несколько раз поднимал вопрос о его компетентности. Пока это были несколько альф, но недовольство нарастало с каждым днём.   В комнате снова запахло лекарством, а за окном медленно сгущались сумерки.    ***   Поздний вечер медленно перетекал в ночь. В доме стояла тишина, такая глубокая, что иногда казалось — даже часы на стене тикают слишком громко.   В гостиной горел только один мягкий светильник. Его тёплый свет падал на диван, на стол, на открытую крышку ноутбука. Экран освещал сосредоточенное лицо Чонгука холодным голубым светом.   Пальцы альфы быстро двигались по клавиатуре. Иногда он останавливался, щурился, перечитывал строки кода, затем снова начинал печатать. На столе рядом лежала кружка, давно остывшего кофе и несколько листов с записями.   Он работал уже несколько часов.   Завтра утром ему нужно будет уделить внимание Тэхёну. Омега вроде успокоился после последних событий, но Чонгук прекрасно знал — ему всё равно нужна близость, тепло, ощущение, что альфа рядом. И Чон собирался дать ему это, даже если ради этого придётся не спать почти всю ночь.   Юнги он намеренно оставил в покое.   У того была семья, ребёнок. Да и сам Мин в последнее время думал об этом деле даже больше, чем Чонгук. Конечно, без него Чон не справился бы. Юнги был тем человеком, который держал половину всей операции на своих плечах.   Не человек, а машина.   Он уже и так переработал. Да и не хотел альфа стать причиной очередного скандала между Юнги и Чимином или их разводом.   Чонгук на секунду откинулся на спинку дивана и устало провёл рукой по лицу.   О планах Джихана он узнал от Мицуи. Тот пока успешно оставался под прикрытием, хотя информации приходило мало — слишком мало, чтобы чувствовать себя спокойно. Но даже этих кусочков было достаточно, чтобы понять: финал близко.   Очень близко.   И именно поэтому ошибаться нельзя.   Чонгук снова наклонился к ноутбуку, пытаясь пробиться в систему Джихана. Экран на секунду мигнул, и альфа тихо выдохнул сквозь зубы, когда очередная попытка снова упёрлась в защиту.   Именно в этот момент за спиной тихо скрипнула дверь спальни.   — Чонгук?.. Не спишь? — голос был сонный, мягкий.   Мужчина обернулся.   В дверях стоял Тэхён. Волосы растрёпаны, глаза с поволокой прикрыты, как будто омега до конца не проснулся. На нём была только большая футболка Чонгука, которая доходила почти до середины бедра. Он медленно тёр глаза кулаком, будто ещё не до конца понимал, почему альфы нет рядом.   В груди потеплело. Его мальчик настолько мягкий сейчас и уютный, что хочется бросить всё, подхватить стройное тело, отнести его в кровать и залюбить, пока рассвет не постучится в окно.    — Малыш, — тихо сказал он, — Я решил немного поработать. Я разбудил тебя?   Тэхён ничего не ответил. Он медленно подошёл ближе, слегка шаркая босыми ногами по полу и покачивая покатыми бёдрами. Потом осторожно забрался на диван и устроился на коленях альфы, закрывая обзор на ноутбук и ткнулся носом мужчине в шею, делая глубокий вдох. Тэхён потёрся кончиком носа об кожу, вызывая мурашки на теле Чонгука, придвинулся теснее и обхватил за талию, крепко сжимая в объятьях. Альфа в ответ обхватил парня за спину, вдыхая запах вишни с растрёпанных волос.   Чонгук немного наклонился и прикрыл крышку ноутбука, хотя омега и так успел всё рассмотреть. Парень прищурил сонные глаза и хмыкнул от действий мужчины.   — Не пытайся… — пробормотал омега хриплым после сна голосом. — С твоего ноутбука это невозможно. Чонгук замер. — Процессор слишком слабый, да и баги он не потянет. Тебе нужен помощнее, — добавил Тэхён.   После этих слов Тэхён устроил свою голову на широком плече Чонгука и прикрыл глаза. Будто окончательно решил, что ночь закончилась и пора снова спать.   Чонгук несколько секунд просто смотрел на него. На расслабленное лицо, пухлые слегка приоткрытые губы. На мягкие волосы, пальцы, сжимающие ткань его футболки.   Напряжение, которое весь вечер держало его в тисках, отпускало, под тихое сопение его мальчика. Мужчина тихо усмехнулся и провёл ладонью по волосам Тэхёна.   — Спасибо, что предупредил, — прошептал он. — Завтра найду лучше. — он аккуратно закрыл ноутбук и отставил его в сторону. — Но спать тут мы не будем. — альфа подхватил парня под ягодицы и легко поднялся, Тэхён на его руках вздохнул тихонько, но глаза так и не открыл.   Альфа медленно прошёл по тёмному коридору в спальню, поднимаясь на второй этаж. Открыв ногой дверь, он дошёл до кровати и аккуратно уложил омегу на кровать, прикрыл одеялом. Несколько минут мужчина просто стоял возле постели, разглядывая спокойные красивые черты.   Ночь ещё не закончилась.   Но сейчас… несколько часов сна были важнее всех проблем, им нужны силы для нового рывка.   *** Мерный писк приборов, залитая утренним солнцем комната… Что он тут делал, Чонгук не смог бы себе ответить. Просто он проснулся раньше всех и решил сварить кофе.    В доме царила тишина, даже прислуга еще не проснулась, а он, оставив Тэхёна сладко спать, спустился в низ, но проходя именно рядом с этой дверью, что-то толкнуло его зайти. И вот он здесь, стоит возле окна и смотрит на дедушку Тэхёна.   Ким Сыхун лежал спокойно, размеренно дыша. С тех пор как его привезли в дом альфы, врачи говорили, что нужно только ждать пока он сам придёт в себя, применять какие-либо способы или терапию, нельзя в силу возраста омеги.   Чонгук повернулся к окну рассматривая унылый пейзаж, конец осени всегда ощущается тоскливым. Затяжные дожди, промозглый ветер на улицах, который загоняет поскорее спрятаться в любом тёплом помещении. Такая погода наводит тоску и заставляет переосмыслить свою жизнь.   Слуха касается едва уловимый шорох. Мужчина резко поворачивается, чтобы встретиться с внимательными светло-кофейными глазами Ким Сыхуна.   — Я вспомнил тебя, Чон Чонгук, —  голос прозвучал как гром среди ясного неба. Мужчина на упоминание своего имени из уст омеги, вздрогнул и нахмурился. — Ты сын Чон Тэджуна, его первенец и наследник. Миджун так любил тебя.   — Мои родители мертвы по вине вашего сына, — Чонгук понимал, что не стоит этого говорить, только что пришедшему в себя человеку, но упоминание его родителей и неожиданное пробуждение Сыхуна, навели смуту в его душе.   — Я слышал, что Тэджун погиб в аварии, а Миджун не выдержав потери мужа, угас от болезни. Джихан так горевал. Почему ты обвиняешь моего сына?   — Извините, но думаю сейчас не время обсуждать это. Вы не в том состоянии. — скрипнул зубами Чонгук.   — Я… — омег прервала тихо скрипнувшая дверь. На пороге стоял Джусан, альфа тяжело привалился плечом к дверному косяку, газа расширились в удивлении.   Мужчина оттолкнулся от двери, видимо взяв себя в руки и медленно стал заходить в комнату, жадно рассматривая омегу на постели.   — А этот что тут делает? — Сыхун приподнялся на подушках, удобно расположившись, скрестил руки на груди. — И где я вообще нахожусь? —  дедушка Тэхёна заозирался по сторонам, меж бровей пролегла складка.   — Вот так всегда, — вздохнул Джусан. —  Несмотря на обстоятельства Ким Сыхун всегда сначала выразит своё недовольство и только потом будет выяснять всё остальное. — мужчина осторожно присел на стул возле кровати.   — Я всё ещё не получил ответ на свой вопрос. — омега сузил глаза в недовольстве. — А с тобой я не хочу разговаривать. И что произошло? Я только помню, как лёг спать и проснулся от боли в груди из-за переживаний… — Сыхун замолчал видимо, пытаясь восстановить в памяти все события. — Тэхён… Где Тэхён? — тревога в чужом голосе заставила Чонгука вздрогнуть.    — С ним всё хорошо. А вы находитесь в моём доме, под моей защитой.   — Ты! Это ты его похитил! Где мой внук? — вскричал омега и стал тяжело дышать. Джусан тут же подскочил, подавая омеге стакан воды, а Чонгук стал вызывать врача. Медик к слову уже был в особняке, он тут же поспешил к своему пациенту. Ловко вколов успокоительное и проверив все необходимые параметры, хотя, судя по показателям всё на удивлении было в норме, но врач всё равно посоветовал Сыхуну меньше волноваться.   Когда на конец все немного успокоились, Сыхун тяжело вздохнув испепелял Чонгука тяжелым взглядом.   — Я хочу видеть своего внука, — отрезал омега.   — Он ещё спит, — в таком же тоне ответил альфа.   — Сыхун, как только Тэхён проснётся, Чонгук приведёт его. Поверь твоё пробуждение не останется в тайне. — поспешил успокоить Джусан, хотя омега на его слова только фыркнул.   Дальнейшую перепалку прервал вошедший с кружкой в руках Тэхён. Посуда выпала из ослабевших рук, глаза расширились.   — Дедушка…       Чонгук и Джусан оставили омег одних, хотя Чон был против, но умоляющие глаза омеги, заставили уступить молчаливой просьбе.     *** Чонгук дал возможность пообщаться Тэхёну с дедушкой в спокойной обстановке. Омега вышел из комнаты спустя час, со следами слёз на глазах, но широкой улыбкой. Мужчина притянул его к себе и поцеловал в макушку, успокаивающе поглаживая по плечам.   — Он просит чтобы ты зашёл один, — куда-то в шею пробормотал парень. Чонгук кивнул и отправил его завтракать, а сам вдохнул и пошёл в комнату к Ким Сыхуну. Знакомство его родителей и дедушки Тэхёна напрягало. Открыв дверь, он под внимательным взглядом старшего омеги прошёл в комнату и остановился у окна засунув руки в карманы.   — Я не верю, что Джихан способен на убийство. — прозвучал громом голос. — Тэхён всё рассказал, но мой внук очень доверчивый и всю информацию он получил от тебя. А я не могу верить в такое. Джихан своеобразный, сам себе на уме, но убийство, он не способен на такую жестокость. Чон сжал кулаки в карманах и сжал челюсть . Мужчина понимал, что не может сейчас орать на омегу, но эмоции зашкаливали.   — Интересная позиция, — пророкотал Чонгук. — А то что ваш сын держал Тэхёна в подвале, подвергая пыткам, при этом лично присутствуя, а потом приказал насиловать…— мужчина увидел, как глаза Сыхуна распахиваются в ужасе. — Ваш сын несколько лет издевался над пасынком, вы знали, что его мучают кошмары? Знали, что жених, которого выбрал Джихан, хотел его изнасиловать на первом же свидании под наркотиками? А когда парень узнал, что вы в больнице и попытался выяснить что произошло, ваш сука сын запер его в подвале! Этого Тэхён вам не рассказал? — альфа тяжело дышал. — Он просто пожалел вас, не стал говорить НАСКОЛЬКО Ким Джихан может перейти грань! Моего отца убили в подстроенной вашим сыном аварии! Папа сильно болел, я лично приходил в дом вашего сына и просил о помощи, но меня выгнали как щенка! — ярость разлилась по венам.    — Господи…— прошептал омега, из его глаз текли слезы. — Тэхён…мой мальчик…   — Ваш сын не достоин даже ходить по его следам! — Чонгук взбешенный вылетел из комнаты. За дверью стоял Джусан. Мужчина нахмурил брови, но промолчал. — Успокой его! — рявкнул Чонгук напоследок и ушел с едва сдерживаемое яростью. Если Ким Сыхун опять впадёт в кому, Тэхён не простит ему, но он просто не смог молчать, не смог терпеть чужое неверие.   *** Джихан пришёл в офис раньше назначенного времени. Совет директоров перенесли с вечера на сегодняшнее утро.  В офисе ещё практически никого не было, только секретарь, суетился в зале для заседаний, подготавливая помещение для совета. Юристы должны прийти с минуты на минуту. Здание ещё почти спало — в коридорах было тихо, лишь где-то вдалеке глухо гудел лифт и иногда щёлкали лампы, постепенно загораясь одна за другой.   Он открыл дверь переговорной и вошёл внутрь. Комната была просторной: длинный тёмный стол из лакированного дерева тянулся почти через всю комнату, вокруг него стояли строгие кожаные кресла. Огромные окна в пол выходили на город — утренний свет только начинал проникать вовнутрь, окрашивая стены холодным серо-голубым оттенком. На стекле ещё оставались следы ночной прохлады.   Альфа медленно прошёлся вдоль стола, кончиками пальцев коснулся его гладкой поверхности и тяжело выдохнул. Он сел в одно из кресел, откинулся на спинку и на мгновение закрыл глаза.   Голова оставалась ясной несмотря на обстоятельства, заготовленная речь прокручивались в голове раз за разом. Слова складывались в фразы, потом снова рассыпались. Он тихо проговаривал их почти шёпотом, словно репетировал перед невидимой аудиторией.   Мицуи верил ему. После исчезновения Тэхёна — омеги, который должен был выйти за него — именно Изаму оказался на его стороне. Джихан знал, что тот тоже злился на омегу, и именно поэтому был уверен: если всё сказать правильно, японец поддержит его перед остальными.   Но другие… У них не было столько личных причин вмешиваться. Их нужно было убедить.   Джихан поднялся со своего места и подошёл к окну. Город внизу постепенно просыпался: машины начинали заполнять улицы, люди торопились по делам, не подозревая, какие разговоры скоро будут происходить здесь, на верхнем этаже.   Он посмотрел на своё отражение в стекле, поправил воротник пиджака и тихо пробормотал:   —Спокойно… просто скажи всё как есть.   Прошло около двадцати минут.   В коридоре послышались шаги и приглушённые голоса. Дверь переговорной открылась, и первым вошёл Мицуи.   —Ооо, мой японский партнёр, — Джихан отошёл от окна, чтобы поприветствовать японца. Его лицо озарила приветливая, но немного напряжённая улыбка. Он подошёл ближе, крепко пожал Мицуи руку и почти по-дружески обнял его за плечо.   — Рано ты сегодня, — усмехнулся Мицуи.   —Дела не ждут, — коротко ответил Джихан.   Он повернул голову к двери, где в ожидании замер его секретарь.   —Сделай нам кофе. Быстрее. — секретарь кивнул и поспешил выйти.   Мужчины заняли места за общим столом. Джихан сел во главе, сцепив пальцы в замок и стараясь выглядеть спокойным, хотя внутри всё ещё чувствовал напряжение.   Постепенно в комнату начали заходить остальные. Каждый приветствовал друг друга короткими кивками, отодвигал кресло и садился. В воздухе стоял запах свежего кофе и смеси феромонов сильных мира сего.   Разговоры сначала были тихими и разрозненными — кто-то обсуждал работу, кто-то шутил. Но постепенно шум стихал.   Все были на месте.   Джихан медленно провёл взглядом по лицам присутствующих. Чашка кофе в его руке слегка нагрелась, но он почти не чувствовал этого.   Вот он — момент.   Он поставил чашку на стол, выпрямился в кресле и глубоко вдохнул.   Теперь ему нужно было начать свою речь.   — Дорогие коллеги… — начал Джихан, медленно поднявшись со своего места.   Комната постепенно затихла. Разговоры оборвались, кресла перестали скрипеть, и взгляды присутствующих обратились к нему. Джихан стоял у края длинного стола, положив ладони на его поверхность, и на мгновение задержал взгляд на каждом из сидящих, будто оценивая их реакцию.   — Всем вам, конечно, интересно, как обстоят дела в нашей компании, — продолжил он уже увереннее. — И я скажу честно: сейчас дела намного лучше, чем в начале года. Мне удалось заключить несколько крупных сделок и найти нового партнёра. — он сделал небольшую паузу, взял чашку кофе, сделал глоток и снова поставил её на стол. — Мы растём. Мы развиваемся. И всё это происходит благодаря сотрудникам… — он слегка кивнул в сторону людей за столом, — и, конечно же, благодаря вашему вкладу и доверию, которое вы оказали мне. — несколько человек согласно закивали. Кто-то тихо пробормотал что-то одобрительное.   Джихан говорил долго. Иногда он отходил от стола и медленно ходил вдоль окон, иногда останавливался, опираясь ладонями о спинку кресла. Он намеренно растягивал речь, добавлял детали, объяснял то, что можно было сказать намного короче.   Ему нужно было время — и ещё больше ему нужно было выглядеть убедительным.   Он говорил о планах, о возможностях, о новых вложениях. Слова звучали гладко, будто давно были отрепетированы.   Наконец он остановился и повернулся к одному из сидящих.   — И вот мой самый верный партнёр сегодня тоже здесь, — сказал он, протянув руку в сторону Мицуи. — все взгляды обратились к японцу.    Мицуи медленно поднялся со своего места. Он аккуратно поправил пиджак, провёл рукой по воротнику рубашки и на секунду опустил взгляд на стол перед собой. Его лицо изменилось — выражение стало более серьёзным и холодным, но для остальных это выглядело просто как сосредоточенность.   Джихан, увлечённый собственной речью и уверенный в поддержке, не заметил чужую перемену настроения.   — Он расскажет вам, как мы работаем вместе, — продолжил Джихан. — И почему сейчас особенно важно вкладываться в бизнес ещё больше.   Мицуи уже открыл рот, чтобы начать говорить.   Но в этот момент из коридора послышался шум.   Сначала тихий — будто кто-то быстро прошёл мимо двери. Затем громче. Послышались приглушённые голоса, потом резкий окрик, и вдруг — явные крики.   Несколько человек за столом настороженно переглянулись.   Один из охранников, стоявших у стены, сразу двинулся к двери.   — Я проверю, — коротко сказал он.   Он уже потянулся к ручке, когда шум в коридоре стал ещё ближе — шаги, быстрые и тяжёлые. У Джихана ёкнуло внутри о чувства надвигающейся беды.   Дверь резко распахнулась.   В кабинет зашли люди.   Охранники у двери сразу напряглись, кто-то из сидящих резко поднялся со своего кресла. В комнате повисла тяжёлая, напряжённая тишина.   Джихан медленно повернул голову к двери.   Его уверенность, с которой он говорил ещё секунду назад, начала медленно трескаться. Последним в переговорную зашёл статный черноволосый мужчина. Джихан сцепил руки в замок от напряжения. Какого хрена его охранник тут забыл, да еще ворвался таким наглым образом.   — Доброе утро господа. Меня зовут Чон Чонгук, многие из вас знают это имя. Но не знают, как оно связанно с вашим “многоуважаемым” Ким Джиханом…