Предпоследний акт

Первым шагнул вперёд Ли До – в его глазах вспыхнуло тепло. Мун Бэка прошибла насквозь острая, почти болезненная волна желания. Попался. Следующее, что он осознал – мягкие, осторожные губы Ли До на своих. Этого было слишком мало. Он хотел, чтобы этот поцелуй что-то значил. Чтобы Ли До запомнил его. Он поднял руки к его лицу и притянул к себе, делая поцелуй ещё более глубоким и лишающим воздуха. Повтора не будет. Это всё. Больше он ничего не получит. Заметать следы он и не думал – зачем? Так что, если всё пойдёт по плану, Ли До узнает, кого на самом деле целует, не сегодня так завтра. Этого момента Мун Бэк ждал с предвкушением. Но теперь эту мысль сопровождала странная пустота, и он, словно пытаясь её заглушить, прижал Ли До ещё крепче, засасывая его язык, отчаянно цепляясь за то, чего у него никогда не будет, даже если он станет целовать ещё жёстче, глубже, неистовее. Он попытался сбавить темп – пусть это продлится подольше – и слегка отстранился, давая обоим перевести дыхание. Ли До крепче сжал его плечи, но не стал сокращать расстояние. — Голова ещё болит? — спросил он. Мун Бэк застыл, сбитый с толку. — Что? — Ты хмурился, — пояснил Ли До. — Чего? — переспросил он, и в голосе, сквозь недоумение, уже просачивалось недоверие. — Да ладно. Нельзя же останавливаться из-за того, что я хмурюсь. — Я не останавливаюсь, — сказал Ли До. Его руки переместились с плеч Мун Бэка на лицо и медленно легли на него, прежде чем пальцы прижались к коже: большие – на висках, остальные – за ушами. Мун Бэк на долю секунды замер в непонимании – промелькнула мысль, что Ли До хочет свернуть ему шею, – а затем ощутил, как под давлением пальцев из тела уходит напряжение, а головная боль отступает. Прикосновение приносило облегчение, и в таком положение он чувствовал тепло ладоней, обхвативших его лицо. Это же положение заставляло его взгляд оставаться на Ли До и видеть, как тот за ним наблюдает. Он попытался изобразить улыбку, но почувствовал, как она сама соскальзывает с лица. Вот теперь он точно хмурился. Подушечки пальцев Ли До двигались кругами, неторопливо и размеренно. — Я не останавливаюсь, — повторил он. Словно видел мучительный голод в Мун Бэке; желание, просочившееся в каждую клеточку его тела. Мун Бэк и сам наконец задался вопросом, как внутри могло остаться место для чего-то ещё – для рака, для будущего, для того, кем он был там, когда его не было здесь. Осталось место только для Ли До и его заботливых глаз. Мун Бэк поднял руки и накрыл ими руки Ли До на своих висках, переплетая их пальцы, пока его собственные не сомкнулись вокруг чужих ладоней. — Больше не болит, — прошептал он и отвёл их сцепленные пальцы от своего лица. Ли До позволил ему, и руки оказались зажаты между их телами, когда Мун Бэк наклонился вперёд и снова поцеловал его. Этот поцелуй не был таким нетерпеливым – в нём не было, как в предыдущем, жажды прикоснуться, попробовать и почувствовать. У Мун Бэка в животе скрутилось желание, и он последовал за темпом, заданным Ли До. Размеренным он был недолго. Ли До засосал его нижнюю губу, и Мун Бэк с подавленным вздохом приоткрыл рот. Он разжал пальцы на руках Ли До, чтобы просунуть руку под футболку и коснуться голой кожи. Его руки, исследуя, скользили под тканью, собирающейся складками. Когда он провёл ладонью по рёбрам Ли До, пальцы наткнулись на шрам, и, сам не заметив как, он стал его поглаживать. Похоже, за ним стояла целая история, хотя Ли До – офицер Ли До – вряд ли захочет ей поделиться. Мун Бэк читал его досье. И он разбирался в шрамах. Знал, что одни истории стоят того, чтобы их рассказывать, а другие – нет. Он ведь соврал о своей. Если то, как пальцы Мун Бэка касались его старых ран, и задевало Ли До, он не подавал виду. Одной рукой он обвил Мун Бэка, широко раскинув ладонь на его пояснице, прямо над краем джинсов. Вторая впилась пальцами в его бедро, когда Мун Бэк поцеловал его в уголок рта, другим бедром прижимаясь к его нарастающей эрекции. — Постель? — предложил он, и их губы соприкоснулись. Они соприкоснулись снова – Ли До кивнул без тени сомнения – и встретились в ещё одном поцелуе, от которого у обоих перехватило дыхание. Он, должно быть, понимал, насколько это плохая идея, и всё равно продолжал – целовал Мун Бэка, словно у него не было подозрений, словно он не просил коллег проверить его прошлое, словно мог позволить себе ту цену, что за это придётся заплатить. А Мун Бэк целовал его в ответ. Словно сегодня его не пытались убить. Словно он достаточно хорошо замёл следы, чтобы правда, когда всплывёт наружу, не испепелила их обоих. Словно он, уходя, не планировал разрушить всё на своём пути. И снова та пустота, что возникла раньше, выгрызла себе место у него в груди. Он попытался заполнить её, углубляя поцелуй, тесня Ли До вперёд, пока они не добрались до спальни, не останавливаясь – даже когда Мун Бэк задел плечом книжный шкаф или когда пытался нащупать выключатель, но раз за разом промахивался. Ну, хотя бы с кроватью они не промахнулись. Это было контролируемое падение. Мун Бэк почувствовал, как его тянет вниз, когда Ли До наткнулся спиной на край матраса. Он замер, ухмыляясь, с коленом, втиснутым между раздвинутых ног Ли До. Дыхание выбило от жёсткого приземления. «Слишком много одежды», — мелькнуло в голове. Он одним движением стянул с себя худи и швырнул его на пол. Руки нащупали край футболки Ли До; пальцы замедлились на его коже, скользя вверх, пока он её снимал. Даже в тусклом свете из гостиной он разглядел, как грудь Ли До покрылась румянцем – краска сползала вниз от самого горла. К чёрту желание вывести его из себя. Вот это – куда лучше. Пальцы Ли До скользнули в его волосы, перебирая пряди, и их губы снова нашли друг друга. Мун Бэк подтянулся повыше, и теперь они двигались навстречу друг другу с новым, ещё более жадным пылом. Ткань, туго обтягивающая напряжённый член, натирала при каждом толчке бёдрами. Мун Бэк, задыхаясь, оборвал поцелуй, чтобы облизать кожу между шеей и плечом Ли До, и только потом протянул руку между их телами. Он стал расстёгивать джинсы Ли До, и уголки его рта сами изогнулись в ухмылку, пока он спускал молнию. Высвободившись из собственных джинсов и белья, он сжал оба члена в кулаке. Ли До глухо застонал – губы распухли от поцелуев – и медленно провёл ладонью по его спине. Рука замерла на тазу, пальцы широко расплылись по изгибу его ягодиц. Мун Бэк сжал кулак покрепче, наклонился, чтобы снова поцеловать, и его губы прильнули куда-то к щеке Ли До. Это был не столько поцелуй, сколько пит-стоп. Оба тяжело дышали, Мун Бэк прижался лбом к виску Ли До, а движения его руки замедлились. Он не хотел, чтобы всё закончилось так быстро. Он всё ещё лениво водил рукой, большим пальцем скользя по головке члена Ли До, размазывая смазку и с удовольствием наблюдая, как резко дёргались его бёдра, как вдруг вспомнил: — Презервативы остались в гостиной. Ли До заморгал, словно возвращаясь к реальности. — Ничего страшного, — отозвался он после секундной паузы. Голос у него был мягким – в нём слышался едва уловимый намёк на улыбку, – словно у них впереди всё время мира. Его глаза словно говорили: «Не торопись. Потом успеем». Только на самом деле между лекарствами и болью не могло быть никакого «потом». Если бы всё это было правдой, если бы он был тем, кем притворялся, у них была бы целая куча времени. Время на всё. Может, не сегодня, но он же не собирался умереть завтра. Впереди была бы ещё одна ночь, новые поцелуи, терпение, чтобы изучить тела друг друга. Он хотел, чтобы это было правдой. Он закрыл глаза, изменив хватку. Одна рука Ли До присоединилась к его руке, а другая обхватила его ягодицы, притягивая ближе. Мун Бэк сдался, позволив наслаждению достичь пика, и кончил. Он вдохнул через нос, вбирая в себя сдавленный стон Ли До, и, сжимая и разжимая кулак, использовал свою сперму как смазку, чтобы довести его до конца. Спустя всего несколько движений Ли До кончил вслед за ним. Мун Бэк откатился в сторону и растянулся на спине, не став прикрываться. В горле встал ком. Он почувствовал, как прогнулся матрас, когда Ли До растянулся рядом с ним, и повернул голову, чтобы не выпускать его из виду. Ли До, нахмурившись, разглядывал его грудь, и Мун Бэк чуть не отвернулся. Он ведь показал ему свои шрамы, потому что хотел избежать такого пристального внимания. Он постарался не поморщиться. Было бы странно, если бы он сейчас, внезапно застеснявшись, спрятался под одеяло, но если Ли До продолжит вглядываться, то точно сообразит, насколько давно появились эти шрамы. Он уже собирался поймать его взгляд, отвлечь, как вдруг понял: Ли До смотрит не на шрамы. Он пытался разобрать слова его татуировки при таком слабом освещении. — “I feel trapped in my own life”, — произнёс Мун Бэк на английском. Слова прозвучали неуместно в тишине спальни, словно принадлежали не ему, а вызывали того, другого Мун Бэка, который был здесь чужаком. И сам язык принадлежал другому миру. Это был язык бизнеса, щедрости Джейка, его сделок и схем. Мун Бэк вспомнил время, когда не говорил на нём – и как это усугубляло всё, даже после того, как его нашли на том операционном столе. Но это было словно в другой жизни. Он мог притворяться сколько угодно, но этот язык стал такой же неотъемлемой его частью, как и синий глаз. Хотя он так и не избавился от акцента, почти все его сны были на английском. В кошмарах те, кто лишил его глаза, говорили по-английски. Первая приёмная семья на английском обсуждала, что не может его оставить. Даже другие дети, тыча пальцем в свежую повязку на глазу, иногда спрашивали о ней по-английски. Он фыркнул, снова сосредоточившись на Ли До. — Слишком драматично, да? — спросил он, переходя обратно на корейский. — Я был молод, когда набил её. И очень глуп. Этого он не сказал – лишь покачал головой. Что это говорило о нём, если всё ещё было правдой? Он приподнялся на локте. — Некоторые набил сам, — он хотел ткнуть пальцем в свой торс, но поморщился, увидев руку в сперме. Ли До усмехнулся его гримасе. — Я сейчас, — он поднялся, на ходу застёгивая джинсы. Затем указал на одну из закрытых дверей в гостиной. — Это ванная? Мун Бэк искренне надеялся, что это была она. Он кивнул. *** Ли До вернулся быстро, с полотенцем в руке. Мун Бэк потянулся за ним, садясь с глухим стоном. — Дай я, — сказал Ли До и взял его за запястье, проводя полотенцем между пальцами. Когда он переключился на член, Мун Бэк уже жалел, что не в форме для второго раза. Но даже так было тяжело сохранять спокойствие, пока Ли До приводил его в порядок. Слишком интимно. Слишком похоже на то, что потом станет сожалением. Он перевёл взгляд на Ли До, отыскивая тот шрам, что нащупал пальцами, и заметил: то, что он принял за игру теней на коже, на самом деле было сходящим синяком. Он тянулся вдоль левого бока и местами всё ещё был пурпурным, хотя по краям начал светлеть. — Что случилось? — спросил Мун Бэк, ткнув в одно из фиолетовых пятен. Ли До слегка поморщился. Он замер и отложил полотенце в сторону. — Чон Вонсон. — О, — оживился Мун Бэк. — Тогда мы и познакомились. Между бровями Ли До пролегла морщинка, но в остальном он никак не отреагировал. — Ты знал, что я был рядом, когда ты в него стрелял? Ли До не поддался на провокацию. — Надо было остаться у машины. Там было опасно. — Ну не знаю, — пробормотал Мун Бэк. — А мне показалось, ты всё держал под контролем. Ли До напрягся. Мун Бэк подумал, что не заметил бы этого, не сиди они так близко – тело Ли До мгновенно одеревенело, лицо стало непроницаемым. И только сейчас он осознал, насколько был расслаблен Ли До то того, как он начал его провоцировать. Он не удержался и добавил: — Похоже, ты уже делал это раньше. Ли До молчал, глядя куда-то в сторону – может, перебирал в памяти все те другие разы, когда убивал. «Заговорит нескоро», — подумал Мун Бэк, улыбаясь про себя. Он и сам признавал: ему любопытно. Хотелось услышать, как Ли До говорит о своём прошлом. Как он его осмысливает. Прошлое и настоящее. Как перейти из одного в другое, не сломавшись? Что мешает ему просто позволить себе быть собой? И что нужно, чтобы он вернулся к тому, кем был? У Мун Бэка были кое-какие идеи. Он мог бы представить всё как выгодное предложение. Мог бы давить, пока тот не сорвётся. Мог бы всё подстроить так, чтобы его вынудили действовать обстоятельства. Но не сейчас. Сейчас ему не хотелось сыпать соль на старые раны. Он откинулся на кровать. Перед глазами появился потолок, разделённый надвое тусклым светом из гостиной. Он не мог здесь оставаться. Какой бы удобной ни была постель, какой бы приятной ни была компания, у него были дела. Боль всё равно не дала бы ему уснуть. Он уже чувствовал её приближение – странную, обострённую чувствительность во всём теле, что разливалась от кончиков пальцев до самого нутра. Он начал ощущать части тела, о которых вообще не должен был знать. Ещё несколько минут. Он полежит ещё всего несколько минут. А потом надо будет придумать, как уйти – задача непростая, учитывая, что формально это квартира Мун Бэка. Не выставлять же Ли До за дверь. И он не хочет доставать его, чтобы тому пришлось уйти. Он закрыл глаза. Ещё всего несколько минуточек. Максимум полчаса. *** Его разбудила не боль. Ли До ушёл в гостиную, но перед этим натянул на него угол одеяла. Мун Бэк откинул его и сел, прислушиваясь к тому, что привлекло его внимание. — Он не звонил? — из соседней комнаты донёсся приглушённый голос Ли До. Остальных слов Мун Бэк не разобрал. — Всё нормально? — крикнул он. Через мгновение в дверях появился Ли До – уже одетый, с телефоном у уха. — Всё нормально? — повторил Мун Бэк, на этот раз одними губами – чуть более выразительно, чем было нужно. Похоже, Ли До как раз закончил разговор. — Хорошо, — он попрощался с собеседником и убрал телефон. — Офицер Чан... — начал он, но замолчал, не решаясь продолжить. Мун Бэк поджал губы. — А, дай угадаю. Ты послал его проверить мою историю с пистолетом. Ну что? Он нашёл того типа? — Не знаю. Он не отвечает на звонки. Мун Бэка грызло подозрение: офицер Чан действительно кого-то нашёл. Может, и не того типа, но кого-то. Кто-то пришёл сюда за Мун Бэком, а вышел на офицера Чана. — Уже поздно, — только и сказал он. — Он полицейский. — Ну, это точно был не я, — Мун Бэк напустил невинный вид, играя бровями. — У меня есть алиби. Шутка не удалась – или, может быть, у Ли До просто не было чувства юмора, с грустью подумал Мун Бэк, – но прежде чем он успел сказать что-нибудь ещё, у Ли До снова зазвонил телефон. Мун Бэк проследил, как он уходит обратно в гостиную. Он не закрыл за собой дверь, но говорил тихо, и Мун Бэк оставил попытки подслушать. Он вылез из постели. Пошарил в поисках телефона и наконец нашёл его в заднем кармане джинсов. Его ждало единственное сообщение от Дэвида: «здесь ничего нет, босс» Значит, тот, кто за ним охотится, задействовал больше ресурсов, чем он предполагал. Не лучшая новость за сегодня. Новости и для офицера Чана были плохими – впрочем, он мог понять это и по лицу Ли До, когда тот снова появился в дверях. «Подожди», — мысль пришла сама собой. «Ещё рано». Но он всегда знал, что это ненадолго.