Violet Eyes

***

Пять пальцев на руках и пять на ногах… крик новорождённого… вестник мира…

    Глаза Мо’ат блеснули под полуопущенными веками. Она сидела скрестив ноги перед пламенем, которое лизало и танцевало в центральном очаге её ниши. Клубы дыма поднимались от жаркого огня. Подняв руки ладонями к небу, она молила Великую Мать заговорить с ней, дать ей наставления и прояснить будущее её клана.     Женщина корчилась в муках родовых схваток в неглубоком озере,а на берегу вокруг пульсировала биолюминесценция рощи… Её крики были полны боли, пока она пыталась родить ребёнка самостоятельно…     Видение растворилось в мириадах зелёных искр, которые стали лесом их Великой Матери. Ketuwong ходила взад-вперёд… её волосы были растрёпаны, как у ребёнка, и падали на лицо… её глаза были фиолетовыми, как paysyul, что плавали на поверхности безмятежных трудов… Мо’ат охватило чувство одиночества… сердце, потерянное и ищущее свой дом…     Что-то острое укололо её в лодыжку, и Мо’ат очнулась от своих грёз с неожиданным возгласом. Она сердито посмотрела на насекомое, которое её укусило, и то поспешило убраться подальше. Теперь, когда она вернулась в реальность, она встала и размяла затекшие ноги.     Дождь хлестал по келутралю, ветер выл, голос стихии был слышен в этом бушующем шторме. Муссоны пришли вместе с тёплым сезоном. Они принесли с собой много влаги, пропитавшую весь воздух и оседающую липкой плёнкой на коже.     Пробираясь ко входу в свою нишу, она смотрела на бушующий шторм. Не всем в келутрале открывался этот величественный вид на то, что лежало за стенами их Древа-Дома. Ниша Мо’ат была одной из самых нижних, отчасти из-за её преклонного возраста, а также из-за того, что ей как целительнице и цахик нужно было быстро добираться до раненых на земле.     Её мысли вернулись к тому, что показала ей Великая Мать. Она нахмурилась. Женщина, рожающая в одиночестве. Как странно…     У на’ви рождение нового ребёнка было священным событием. Будущих матерей оберегали и лелеяли их близкие родственники и весь клан. Когда приходило время рожать, женщина и её партнёр отправлялись в рощу предков, чтобы встретить своего малыша в единой связи. Конечно, бывали печальные случаи, когда партнёр умирал и не мог присутствовать, и тогда роженицу поддерживали другие близкие.     Вспыхнула молния, освещая сумеречный горизонт и возвестив о приближении раскатов грома. Разведчики ещё не вернулись из экспедиции на базу Небесных Демонов. Свет быстро угасал. Путь домой в грозу будет непростым.     Мо’ат подумала о фиолетовых глазах… Принесут ли они с собой потерянную душу?

***

    Руки Джейка онемели, и по ним почти болезненно пробегали мурашки. Его эмоции смешались… Смятение, гнев, любопытство, жуткое ощущение обратного дежавю… Сжимая и разжимая кулаки, он пытался унять бурю эмоций, бушевавшую внутри него, пока разглядывал стоящую перед ним женщину-рекомбинанта.     Когда Нетейам позвонил ему и сообщил о живом рекомбинанте по имени Рия Брукс, он посчитал это невозможным     Джейк задал ей череду вопросов: кто, как, когда, каким образом. Поначалу английский язык казался ему чужим, ведь он так давно его не слышал, но родной язык невозможно забыть.        На часть вопросов из списка «К» получить ответ было легко, но с некоторыми возникли сложности.     «Я же сказала вам, что не знаю!» — в который раз воскликнула женщина.     Её заставили опуститься на колени, чтобы она села на свои ноги, всё ещё обутые в ботинки, — чтобы пресечь любую попытку побега, а также чтобы она могла сохранить хоть какую-то видимость скромности в своём положении. Джейк не упустил из виду ни её полуобнажённое тело, ни скомканную груду намеренно порванной ткани, которая еще недавно была её брюками. Он выругался про себя, точно зная, кто из его отряда разведчиков был виновен в попытке изнасилования.     Её волосы вились на висках, глаза широко раскрыты, зрачки расширены, оставляя лишь тонкое кольцо вокруг фиолетовых радужек. Она тяжело, загнанно дышала. Женщина сокрушённо покачала головой: «На плацдарме ничего не осталось. Там никого не осталось. Я бог знает сколько времени ни с кем не разговаривала. Я не знаю, почему я ещё жива, и не знаю, что мне делать дальше. Пожалуйста, это вся информация, что у меня есть».     На плацдарме ничего не осталось. Это было преуменьшением века.     Ранее сегодня Джейк и разведчики прибыли на место, где царила ужасающая картина. База была усеяна трупами и останками, словно адски украшенное кладбище. Запах был настолько отвратительным, что у них слезились глаза, а носы сморщились и зачесались. Всякая надежда найти в руинах полезные ресурсы быстро угасла.     Взгляд Джейка опустился на руки женщины, всё еще связанные, лежащие у неё на коленях. Он заметил, что её хвост плотно прижат к бедру, маленькая кисточка дрожит между согнутых колен. Он не чувствовал в её словах скрытых мотивов. Она не лгала… Джейк почувствовал, как её вид находит отклик в его душе. Она выглядела такой измученной. И эта знакомая сцена из его прошлого, из его прошлой жизни… Он быстро подавил это зародившееся сочувствие.     Она была членом RDA многие годы во время Долгой Войны. Мгновение её уязвимости не могло стереть раны, нанесённые ею и её народом. Он узнал от неё всё, что мог, во время допроса, хотя вопросов по-прежнему было больше, чем ответов. Однако за годы, проведённые в качестве военачальника и лидера клана, он научился справляться с жестокими ситуациями и принимать трудные решения.     Ва’Ононг и Рутао продолжали патрулировать небольшой участок вокруг них, высматривая опасность. Группа всё ещё находилась на открытом пространстве, и шум, который они производили, вскоре должен был привлечь хищников.     Джейку нужно было принять решение, а Рия Брукс уже показала свою бесполезность.

***

    Над головой сгущались тяжёлые тучи. Вдалеке прокатились лёгкие раскаты грома, и свежий запах влажной земли наполнил ноздри Рии. Она была разбита. Адреналин, бурливший в её крови, теперь отступал, оставляя за собой затуманенный разум, тяжёлые конечности и желание закрыть глаза и больше никогда не открывать их. Спокойствие…     Допрос казался вечностью, но на самом деле прошло не более получаса. Она отлично понимала, что ответы, которые искал Джейк Салли, были теми же самыми, которые ускользали от неё всё это время. Она рассказала ему всё, что знала. Она была последней. Больше никого не осталось.     «А теперь вы убьёте меня?» — спросила Рия. Её голос был так тих, что она не была уверена, услышал ли вообще этот мужчина хоть что-нибудь.     Она услышала скрежет обнажаемого кинжала и подняла взгляд. Он выглядел решительным, но за маской проглядывал намёк на смятение. Он сделает то, что нужно, но это не значит, что ему это нравится.     Паук резко двинулся, выбросив вперёд руку: «Стой! Нет!»     Джейк склонил голову набок, и на его лице появилось вопросительное выражение при виде реакции Паука.     Приглушённое проклятие раздалось на заднем плане, и Нетейам подошёл к Джейку, положив свою руку на его и опуская клинок. Отец и сын встретились взглядами. Это было похоже на два образа одного и того же мужчины, один старше, другой моложе, но оба одинаково грозные и поразительные.     Нетейам уставился стальными глазами на Рию, обращаясь к отцу: «Tìrey yoa. Она та самая, со сражения на Корабле Демонов, о которой мы рассказывали…»     Риа слышала о традиции на’ви; «txìrey yoa» вольно переводится как «обмен на жизнь». Спасённая жизнь означала долг жизни.     Челюсть Джейка отвисла, его взгляд метнулся между обоими сыновьями, а затем обратно к Рии: «Это ты спасла моих сыновей». Его слова прозвучали хрипло. Демоны прошлого мелькнули в глазах главы клана, и в тот миг Риа поклялась бы, что он перенёсся в прошлое, в тот роковой день.     Всё это время Нетеям сверлил лицо Рии взглядом. Она повернула голову, и её фиолетовые глаза встретились с его. Она почувствовала, как от этого загорелись щёки. Выражение его лица было нечитаемым, почти непроницаемым, но, по крайней мере, в нём не было того презрения, с которым он смотрел на неё в самом начале.     Ва’Ононг и Рутао подошли к ним, глядя на зловещее небо, когда прозвучал ещё один громовой раскат.     — Нам нужно двигаться, Джейк. Путешествие в грозу будет нелёгким, и лучше нам вылететь пораньше, — сказал Ва’Ононг.     Он был старше, ближе по возрасту к Джейку. Бусины в его заплетённых волосах загремели, когда он резко повернул голову к Рии с усмешкой:     — Если ты не можешь заставить себя убить женщину демона, то оставь её здесь. Существа нашей Великой Матери рано или поздно до неё доберутся.     Рутао усмехнулся. Сморщенная кожа его шрама натянулась, подчёркивая неприятное выражение лица. Растянутые в зловещей улыбке губы обнажали кривые зубы во рту, слишком непропорциональном для его острого лица. Плевок пролетел мимо её плеча, едва не задев. От воспоминания о его зловонном дыхании к горлу подкатила желчь, и Рия с трудом сглотнула, чтобы её не стошнило.     Джейк стиснул зубы и вложил кинжал в ножны. Он бросил ещё один взгляд на Рию, и его лицо приняло выражение, почти похожее на извинение:     — Развяжите её и оставьте.     Паук наклонился и разрезал её путы маленьким ножом. Он неуверенно поднял глаза и посмотрел на неё. Его синий облик был в новинку, но она отчётливо видела в нём сходство с с тем человеком, которым он когда-то был. Его тёплая рука легла ей на плечо.     — Увидимся, Брукс, — на лице Паука отразилось сожаление.     Освобождённые запястья упали на колени, и реальность положения обрушилась на неё ушатом холодной воды. Они не собирались убивать её. Они собирались оставить её здесь, давая продолжить своё бесцельное, одинокое существование в ожидании скорой неминуемой смерти. Она была согласна с таким раскладом сегодня утром, ещё когда покидала Зону Смерти ради исследования леса. Она ожидала быструю встречу со смертью, как только ступит в дикую местность.     Мужчины вокруг неё издали несколько щебетаний и криков. Отвечающие визги раздались сразу же над головой, и в течение считанных секунд кроны деревьев затряслись под какофонию звуков хлопающих крыльев и воплей. Пять поразительных икранов приземлились вблизи, приветствуя своих на’ви нежными тычками и подталкиваниями.     Возьмите меня с собой… Риа не понимала этого, не понимала она и откуда взялось это внезапное побуждение. Она не знала, что переменилось в ней. Может быть, дело в том, что она снова увидела людей; может быть, в том, что она увидела Паука, Нетейама... Ужас пронзил её, когда она увидела, как они садятся на икранов, чтобы отправиться в путь.     — Rutxe! Погодите, возьмите меня с собой! — крикнула она на на'ви. Она слышала отчаяние в собственном голосе, явное даже сквозь сильный акцент. Прилив стыда затопил её, когда пришло осознание, насколько смешной была сама мысль о том, что использование их языка может хоть как-то расположить их к ней. Оттолкнувшись от пяток, она вскочила и сделала шаткий шаг вперёд.     Движение слева от неё. Кто-то проходил мимо…     Ноги онемели от долгого стояния на коленях, и Рия споткнулась на своем первом шаге. Она выбросила вперёд руки и столкнулась с парой ног, проходивших мимо. Раздался испуганный возглас.     — Возьмите меня с собой. Не оставляйте меня здесь, прошу! — она отчаянно уцепилась за эти ноги.     Запрокинув голову, чтобы умолять обладателя этих ног, она увидела Нетейама, смотрящего на неё сверху вниз. Рия почувствовала жжение подступающих слёз, пока нескладные слова продолжали срываться с её губ.     — Прошу, я сделаю что угодно. Я буду полезной. Я буду…     — Полезной? Ты, идиотка, инопланетянка. Единственная полезная цель, которой ты послужишь, — это лежать на спине с раздвинутыми ногами! — Презрительное фырканье и резкий лающий смех оборвали её, когда Рутао кричал с высоты своего зверя.     Внезапно твёрдые руки Нетейама схватили её за плечи и дёрнули вверх. Она осела и рухнула на него на подкашивающихся ногах. Её щека ударилась о его ключицу, а безвольные руки слабо обвились вокруг мужской талии. Риа часто задышала, у неё началась гипервентиляция, и папоротники за его плечом закачались, когда мир перед глазами поплыл.     — Найдите, чем прикрыть её, пока мы летим, — скомандовал Джейк, вызвав горячие протесты Рутао и Ва’Ононга. Произошёл обмен резкими словами, шипением и рычанием, прежде чем вождь клана прогремел:     — Хватит! Я принял решение. Посмотрим, что скажет цахик.     — Паук, возьми её. Она поедет с тобой, — она смутно уловила голос Нетейама и едва поняла смысл слов, когда её оторвали от него.     Это последнее, что она запомнила, прежде чем потерять сознание

***

    Эмоции Нетейама воевали в нём после событий дня. Гнев, печаль, ужас, отвращение, неверие, радость... боролись за своё место. Он знал, что встреча лицом к лицу с человеческой базой сегодня вытащит на поверхность старые воспоминания и посыплет солью ещё заживающие раны. Однако его удивило то уродливое удовлетворение, которое он почувствовал при виде того уродливого кладбища, в которое всё превратилось. Настоящий некрополь.     За Кири, говорил он себе. И благодаря Кири...     Их икраны быстро летели, мрачные и гневные грозовые тучи преследовали их сзади. Свет на горизонте быстро угасал. Ночь уже наступит к тому времени, как они достигнут Древа-Дома. Нетеям точно знал, что беспокойный разум не даст ему заснуть. Ему нужно было посетить рощу предков, нужно было найти свою сестру, чтобы рассказать ей, что они видели; рассказать ей о женщине-рекоме, которую они обнаружили живой.     Её зовут Рия... Уши Нетейама прижались в насмешке при мысли о ней.     Она никогда не сражалась на передовой... Она ушла в медицину и лингвистику...     Во время допроса она утверждала, что никого не убивала. В первые годы службы в армии она занималась только базовой охраной, прежде чем была признана непригодной к бою после ранения во время битвы при Корабле Демонов. Это не имело значения. Она была членом RDA. Она была врагом...     И всё же она спасла его жизнь много лет назад...     В конце концов они с головы до ног укутали обмякшее тело Рии в шаль, чтобы прикрыть её и защитить от хлещущего ветра во время полёта. Благодаря этому её руки оставались прижатыми к бокам. Так было проще привязать её перед Пауком и к его икрану, чтобы она не упала, а руки Паука оставались свободными для контроля полёта.     Иронично, что обычно именно так на икранах перевозили мёртвые тела соплеменников, если трагедия случалась вдали от Древа-Дома. Но эта женщина совсем не была мертва. Единственное, что сохранило ей жизнь сегодня, была традиция tìrey yoa.     Ты мог оставить её там... Нетейам боролся с этими мыслями. Её крики всё-ещё звучали в его ушах. До сих по чувствовалась липкая хватка её пальцев на его ногах, когда она умоляла не оставлять её… Кожа на его груди покалывала там, где её щека коснулась его кожи. Отчётливо ощущались быстрые выдохи на плече...     Он скривился, зажмурив глаза, пытаясь изгнать воспоминание из сознания. Её глаза, те фиолетовые глаза, полные слёз. Те же глаза, что он помнил с того дня морского сражения...

*** ФЛЭШБЭК ***

        Взрывы гремели повсюду, снаряды сыпались на нижнюю палубу Корабля Демонов, словно металлический град.         Нетейам и Ло’ак завернули за угол и лицом к лицу столкнулись с братом, которого они искали. Он бежал по другому пути.     — Паук!!    — Не останавливайтесь! Бегите! — кричала женщина-рекомбинант, наступая Пауку на пятки, пока втроём они приближались к перилам тонущего корабля.     Два других рекомбинантных аватара обрушили на них град пуль, и Нетейам пригнулся. Уперевшись плечом в опору платформы, он прицелился из штурмовой винтовки и открыл ответный огонь. Ему удалось вывести из строя одного, но другой реком продолжал наступать.     Чьи-то руки схватили его за плечи, и он резко обернулся, чтобы встретиться лицом к лицу с той молодой женщиной-солдатом. Она вырвала у него штурмовую винтовку и толкнула в сторону безопасного океана.     — Иди, поторопись! Я прикрою тебя! — пронзительные фиолетовые глаза впились в его собственные. Он развернулся и побежал к перилам, слыша за спиной новые выстрелы.     Он был на расстоянии вытянутой руки от безопасности, когда тень икрана пронеслась над головой. Солдат обернулся и открыл огонь, когда Нетейам перепрыгнул через перила. Всплеск океана о его тело стал долгожданным облегчением…

*** КОНЕЦ ФЛЕШБЭКА ***

    Нетейам почувствовал первую каплю дождя на носу. Капли становились крупнее и падали всё чаще, пока не превратились в полноценный ливень. Дождь жёг его кожу из-за скорости, с которой он летел сквозь него.     Ты мог оставить её там…     Жизнь за жизнь. Вот что значит tìrey yoa.     Был бы он верен себе, если бы они бросили её умирать? Был бы его долг оплачен, если бы он всё равно обрёк её на верную смерть, оставив её, даже если бы она умерла не от его руки?     Его грудь снова закололо воспоминание о том, как её щека коснулась его кожи…     Нет, он не мог оставить её там… Но он мог отказаться от перспективы провести полдня полёта с её телом, прижатым к его…

***

    Вода хлестала её по лицу как быстрые щелчки резинки, пока она приходила в себя. Следующее, что она заметила, это невозможность пошевелиться. Её запеленали во чо-то. Последнее, что она заметила, болтающиеся ноги... Рия резко открыла глаза и посмотрела вниз.     Пронзительный визг вырвался из неё, когда она осознала, что находится в десятках метров над землёй. Она даже отчётливо её не видела! Только пышные верхушки леса Пандоры, проносящиеся под ней.     Икран Паука взвизгнул от тревоги, когда Рия начала бесцельно дёргаться.     — Эй! Эй, всё в порядке! Я тебя держу. Я держу тебя, — успокаивающие слова звучали у её уха, пока Паук менял положение позади неё, чтобы сохранять равновесие. — Ты пристёгнута ко мне, Брукс, ты не упадёшь.     У Рии была акрофобия. Она совсем не дружила с высотой. Рия отчаянно пыталась отдышаться под звук стука собственных зубов.     — Чёрт, я не переношу высоту! Блять, остановите это! — Её голос дрожал, когда она наконец ответила.     — Ш-ш-ш, полегче, просто откинься на меня. Смотри вперёд и вверх, только на небо.     Паук усмехнулся про себя, когда понял, что это легче сказать, чем сделать. Лил сильный дождь, и большинство людей инстинктивно наклоняли головы вниз и вперёд, чтобы избежать попадания капель в глаза.     Сегодняшний день был для Рии одним долгим кошмаром. Пережитые события проигрывались в её сознании одно за другим, а эмоции закручивались в её животе водоворотом тошноты. Вместе со вспыхнувшим страхом высоты эмоции окончательно переполнили её. Между ног возникло предательское влажное тепло. Собственное тело предало Рию, и она заплакала.     Если Паук и заметил что-то, то ничего не сказал. Он просто продолжал успокаивать её.     — Эй, эй, тише, всё в порядке. Откинься. Вот так. Закрой глаза и просто дыши. Мы почти на месте.     Её дыхание всё ещё прерывалось рыданиями, но закрытые глаза и запрокинутая голова помогали. В конце концов дыхание углубилось и замедлилось, а страх утих до лёгкого беспокойства в животе.     — Помнишь то время, когда мы оба получили по полной, потому что ты выпустила меня ночью выпить горячего шоколада?     — Да, ты всегда хотел горячий шоколад по ночам. Начальство прогрело тогда наши задницы, — на губах Рии появилась маленькая улыбка при этом воспоминании.     Она была одним из основных охранников Паука в дни его нахождения в плену RDA. На самом деле это было больше похоже на роль няньки с обязанностями надзирателя. Он был бойким подростком с молчаливым, непоколебимым мужеством, которое она уважала.     — Ты была самой милой из моих охранников. Я всегда ждал твоих смен, — тепло улыбнулся Паук.     — Спасибо.     Добродушие Паука было бальзамом для её расшатанных нервов, пусть даже эффект и был временным.     — Нет, это тебе спасибо. Раньше всё не удавалось это сказать, — его тон изменился, весёлость сменилась более мрачной нотой. — Мы никогда не забывали то, что ты тогда сделала.     Похоже, некоторые люди менее озлоблены, чем другие.

***

    В рог протрубили дважды, и гулкий баритон его зова отозвался внутри стен Древа-Дома. Разведчики вернулись.     Тук вскочила на ноги в семейной нише и метнулась к выходу. Её отец и братья отсутствовали дольше, чем ожидалось, и бушующая снаружи гроза только усилила её беспокойство по поводу их возвращения.     «Ma’ite! Осторожно!» — крикнула Нейтири вслед дочери, тоже поднимаясь вслед за ней     Тук закатила глаза незаметно от матери. Она же уже не маленькая. Ловко спустившись по центральной спирали келутраля, она присоединилась к растущей толпе из членов клана, собравшихся приветствовать разведывательный отряд.     Облегчённый смешок вырвался из неё, когда она увидела, как вдалеке разведчики входят в Древо-Дом. Будучи подростком, она была ещё недостаточно высока, чтобы смотреть поверх голов и плеч взрослых. Не удовлетворившись видом, она осторожно начала пробираться сквозь толпу к передним рядам, попутно вежливо извиняясь. Она была дочерью вождя, и члены клана мягко улыбались, пропуская её.     По обычаю толпа расступилась из центра в две стороны, позволяя вернувшейся группе пройти к центру келутраля, где стояла бабушка. Тук почти пробралась вперёд, когда поняла, что что-то не так.     Зародившийся низкий гул голосов подтвердил её предчувствие, ропот и неуверенное бормотание прошлись по толпе, сменившись резкими вздохами и проклятиями с приближением процессии. Улыбка Тук сменилась хмурым выражением. Пожалуйста, пусть никто не пострадал…     Она помахала рукой отцу и братьям, которые наклонили головы в её сторону в знак приветствия. Выражения их лиц оставались крайне серьёзными. Затем она увидела причину переполоха. Её отец шёл во главе процессии, а за ним, с Пауком и Нетейамом по бокам, шла чужачка.     Лицо Нетейама было похоже на грозовую тучу.     Все они были промокшими до нитки от ливня, женщина сжимала вокруг плеч промокшую шаль. Материал стал полупрозрачным от влаги, и хотя Тук отметила тщетные попытки женщины скрыть этот предмет одежды, тёмно-зелёная ткань с логотипом RDA отчётливо проглядывалась под шалью.     И никто не упустил пять пальцев, говоривших, кем она была.     Рутао и Ва’Ононг замыкали процессию. Рутао дурачился, шипя и плюясь в сторону женщины и размахивая руками, подстрекая, раздувая пламя волнения в и без того встревоженной толпе. Тук поморщилась от отвращения, глядя на Рутао. Он был мерзким. Даже в клане он был известен своими дикими привычками и вульгарными вкусами. Единственное, что спасало его репутацию, это исключительное мастерство охотника.     Мо’ат подняла руки перед собой, стоя на возвышении центральной платформы. Шёпот толпы затих. Нейтири присоединилась к Мо’ат, медленно подходя и вставая рядом с матерью. Её напряжённый взгляд не отрываясь следил за рекомбинантной женщиной-аватаром, которую только что привели.     Взойдя на платформу и повернувшись лицом к собравшемуся клану, Джейк поприветствовал их.     — Братья и сёстры! Наша экспедиция в город Небесных Демонов прошла успешно. Он разрушен, и ничего не осталось. Разрушен так сильно, что не удалось найти ничего полезного.     В ответ прозвучали некоторые торжествующие возгласы и вой, но встревоженный ропот также нарастал.     — Однако мы нашли эту женщину, — продолжил голос её отца, но его перебили.     — Убьём это!     — Убить её!     — Демонское отродье! — враждебные возгласы лились из толпы нарастающим хором голосов     Множество вопросов «как» и «почему» также звучали отовсюду.     Джейк поднял руку, чтобы утихомирить толпу, его низкий голос вновь уверенно прозвучал.     — Сегодня её жизнь сохранена по традиции tìrey yoa! Она в прошлом спасла двоих наших людей в одной из Первых Битв... Мои сыновья не были бы живы сегодня, если бы не она.     Тук ахнула, поднеся руку к приоткрывшемуся от изумления рту. Она видела, что выражение лица её матери отражало её собственное. Вся семья слышала об этом солдате. Паук рассказывал о ней в своих историях о том, что произошло, когда его похитили. Ло’ак и Нетейам также подтверждали её помощь в их побеге с Корабля Демонов.     Губы её отца сжались, когда он повернулся к Мо’ат     — Цахик, эта женщина ищет убежища. Я предоставлю его ей, если такова воля Эйвы.     Среди собравшихся прозвучало возмущение. Даже её мать выглядела поражённой.     Джейк глубоко вздохнул, когда Мо’ат шагнула вперёд, размеренными шагами спускаясь к Рии. Чувство дежавю вернулось к Джейку, когда цахик вытащила острый шип из украшения на груди.     Тук смотрела, как её бабушка обходит женщину кругом. Мо’ат ударила женщину по руке, прокалывая кожу до крови, и та издала испуганный крик. Кровь была попробована, шип возвращён в ножны. До сих пор голова женщины была наклонена вперёд, глаза опущены в землю, её промокшая фигура дрожала. Наверное, и от холода, и от страха… подумала Тук.     Пальцы потянулись к подбородку женщины, и Мо’ат подняла её лицо к мерцающему огню. Глаза, фиолетовые, как paysyul… Удивление отразилось на лице Тук. Она задалась вопросом, не показалось ли ей, но могла поклясться, что заметила лёгкую улыбку в уголках губ бабушки.     — Я видела эту женщину в оке Эйвы», — начала Мо’ат искренне. — Известно немного, но убежище будет предоставлено. Пока что.

***

    Дальше произошла какая-то суматоха. Толпа рассеивалась, но шум недовольства и изумления всё ещё громко звенел в её ушах. Рия смутно заметила, как Паук отвернулся, чтобы крикнуть на кого-то позади неё. Справа из толпы выскочила юная девушка.     — Нетейам! — Голос девушки был радостным, когда она обняла его, и он ласково ответил на приветствие.     Так у него есть и другие эмоции, кроме мрачности и задумчивости…     Нетейам оглянулся на Рию.     — Тук, это Рия Брукс. Не могла бы ты отвести её и найти для неё что-нибудь из одежды, пожалуйста.     Взгляд Рии перескочил с Нетейама на Тук. У них были схожие черты лица и узоры кожи, так что Тук, должно быть, его родственница. Младшая сестра, возможно...     Круглые глаза Тук встретились с глазами Рии, и девушка быстро изучила ее.     — Пойдём. Давай высушим тебя, — Тук добродушно улыбнулась и, взяв Рию за локоть, повела её прочь.     Свинцовые ноги Рии сделали несколько шагов, прежде чем она вспомнила, что ей нужно что-то сказать.     — Нетейам, — она обернулась и крикнула ему вслед.     Это был первый раз, когда она произнесла его имя вслух, и слегка задрожала, почувствовав, как оно слетело с ее губ...     Другая девушка уже подошла к нему. Рия смотрела, как та обвила его талию стройной рукой, положила ладонь на его грудь, улыбнулась и поцеловала его прямо в губы. Эта уж точно не была сестрой...     Уши Нетейама дёрнулись в сторону Рии при звуке её голоса, прежде чем за ними последовал и его взгляд.     — Спасибо, — произнесла Риа с искренностью во взгляде.     Медленное моргание зелёно-золотыми глазами и едва заметный наклон головы в ответ на услышанное.     — Пошли! Надо побыстрее тебя переодеть. Если мы задержимся, Паук съест всю еду, которая еще осталась — Тук взяла Рию за руку и потянула за собой.     Ее отвели в небольшую нишу неподалеку, в центре которой горел большой костер. Рия была слишком утомлена, чтобы обращать внимание на что-либо еще. Однако она была очень благодарна за тепло, исходившее от огня, помогающее ей унять постукивание зубов.     Тук шуршала чем-то на заднем плане, напевая и бормоча что-то себе под нос. Она вернулась с чем-то похожим на набедренную повязку и тонкой ниткой из связанных листьев и бусин. У Рии не было времени почувствовать смущение. Промокшая шаль, в которую она была завёрнута, была развязана и осторожно снята с неё. Ей помогли надеть набедренную повязку, и она почувствовала, как ловкие пальцы Тук закрепляют ткань вокруг её бёдер и под основанием хвоста.     Следующей была майка. Тук поднялась с колен, когда набедренная повязка была на месте. Мгновение колебания, когда она заметила логотип. Рия сглотнула и нервно переминалась с ноги на ногу босыми ступнями. Её ботинки сняли в какой-то момент перед полётом обратно, и ощущение земли и песка под её обнажёнными ступнями было непривычным и слегка неудобным.     Едва слышный вздох вырвался у Тук, но затем она снова тепло улыбнулась Рии, держа в руках изящную нить из листьев и бусин.     Рия стянула майку через голову и бросила её на пол. Она инстинктивно обхватила себя руками, не привыкшая обнажаться перед другими. Она посмотрела на голую кожу Тук, и её разум на мгновение переключился на мысли о безупречной коже девушки, которую она видела с Нетейамом ранее.     — У тебя есть что-нибудь, что прикрывает, э-э, побольше? — спросила она, пытаясь подобрать нужные слова, жестом руки указывая на область груди, а затем живота. Восприятие на’ви на слух у Рии было лучше, чем речь. Её знание их языка всё ещё не было беглым, но она могла удовлетворительно поддерживать разговор.     Тук в замешательстве наклонила голову, затем проследила за взглядом Рии и увидела изуродованную плоть на левой стороне ее туловища над бедром. Два выпуклых, стянутых шрама от попадания пуль и осколков...     — Это всё, что у нас есть, но не переживай. Никто ничего не скажет, — мягко сказала Тук.     Наклонив голову, Рия позволила ей надеть нагрудное украшение через голову и завязать шнурки на шее и вокруг спины.     — Вот, пока сойдёт. Утром найдём тебе что-нибудь ещё.     Тук подняла с земли мокрую шаль и скомкала её в руках. Риа сглотнула комок в горле, вспомнив о том, что произошло во время полёта.     — Ах, я могу взять её. Я почищу её утром, — она протянула руку, чтобы забрать шаль.     Молодая девушка ответила вопросительным взглядом.     — Я её испачкала, — призналась Рия. Её щёки горели от стыда, пока она пыталась подобрать нужные слова. — Я, э-э, случайно её испачкала.     — Не думай об этом, — взгляд Тук смягчился от понимания, и она мягко отстранила руку Рии.     Девушка ненадолго исчезла глубже в нише и появилась без шали в руках. Возможно, там у них было что-то вроде прачечной. Тук повела её обратно тем же путём, которым они пришли.     Рия замерла. Её майка с логотипом RDA лежала на земле скомканная. Она молча стиснула зубы на мгновение, а затем резким пинком отправила кучу ткани в огонь. Костёр зашипел и затрещал, прежде чем лижущие языки пламени поглотили одежду и начали уничтожать её.     Рия не испытывала никаких чувств к этой вещи. Одежда могла сгореть, как и всё остальное её грязное прошлое.     Рия вышла из ниши, замечая фигуру Тук поблизости. Набедренная повязка скользила по её бёдрам во время ходьбы, и она чувствовала холод воздуха по всей коже. Клан уже разошёлся, предположительно, вернувшись в свои семейные ниши. Паук, Джейк и Нетейам всё ещё стояли на том же месте, разговаривая и подводя итоги.     Тук помахала им, проходя мимо, и повела Рию к тому, что выглядело как гигантская спираль в центре дерева. Огромные размеры растения, в котором они находились, поразили Рию в тот момент, она начала осознавать увиденное. Они были внутри дерева. Абсолютно колоссального дерева.     В спиральную сердцевину были врезаны комнаты по всей высоте и окружности. Их называли нишами. Огромные ветви, отходящие от сердцевины дерева, держали сотни растительных «коконов», подвешенных, словно гамаки. Если присмотреться, можно было разглядеть спящих в них людей.     Чёрт. Кошмар продолжался. Эти на’ви жили в гнёздах там, наверху. Рии нужно будет забраться наверх, чтобы добраться до них.     — Давай, ты, наверное, умираешь от голода, — Тук жестом показала Рии следовать за собой и начала подниматься по спирали сама.     Живот Рии свело. Она была голодна, но, столкнувшись с задачей, которая ждала её впереди, она нерешительно покачала головой, всерьёз размышляя о голодовке.     — Можно мне остаться здесь, внизу?     Глубокий смешок раздался позади неё, когда Спайдер подошёл и положил руку ей на плечо.     — Нет. На уровне земли после наступления темноты небезопасно. Сюда приходят хищники, чтобы попытать счастья найти закуску из на’ви. Поднимайся. Мы покажем тебе, куда ставить руки и ноги.     Нет, голод и потенциальная опасность в данный момент казались куда привлекательнее..

***

    Итак, она боялась высоты. Это будет проблемой.     В ближайшие дни будет созвано собрание всех членов совета клана. Прибытие Рии и факт предоставления ей убежища были встречены негативно, и необходимо было провести обсуждения.     Нетейам смотрел, скрестив руки, как Тук и Паук пытались уговорить Рию подняться по сердцевине келутраля. Она выглядела неловко после того, как переоделась. Её пальцы безостановочно теребили шнурки нагрудного украшения.     Чувствовалась лёгкость в том, как Паук общался с ней. Не удивительно, учитывая их общую историю. Паук говорил, что она была добра к нему. Что касается Тук, она, казалось, была достаточно открыта к Рии.     Что-то кольнуло его в животе. Ему было совсем не комфортно рядом с ней.     Нетейам испытывал к ней многое. Некоторые чувства были легко узнаваемы, например гнев на то, что она из себя представляла, или неверие в то, что она жива. Затем было бурлящее болото всего остального внутри него, перемешанное и хаотичное.     Он не мог оторваться от неё, когда Рия проходила рядом ранее. Она была миниатюрнее большинства, ниже ростом, но всё равно изящная. Его взгляд скользнул от ее встревоженных глаз, плотно сжатых губ вниз по округлости груди, бедрам и стройным ногам. Волна чего-то горячего поднялась в глубине. Он отбросил это.     Что-то ещё поднялось из бурлящего болота в его животе. Он заметил шрамы на изгибе её талии. Её объявили негодной к бою после сражения на Корабле Демонов... В тот день она была ранена.     Нетейам потянул шею, склоняя голову то в одну, то в другую сторону, ёрзая под этим ощущением. Что это было? Благодарность? Сострадание? Нет, это была нежность...