Неназванные

***

      — Если кэп надеется, что я оставлю ему хоть кусок после того, как он «тактично» смылся в штаб, то он глубоко заблуждается, — Чейз вытер лоб тыльной стороной ладони, оставив на коже широкую белую полосу муки.       Парень вбивал кулаки в податливую массу теста с таким ожесточением, точно представлял на месте будущего пасхального хлеба самого Уильямса.       — «Срочная замена на секторе», как же, — продолжал он, не оборачиваясь. — У Эша феноменальный талант обнаруживать критические поломки в штабе ровно в тот момент, когда появляется работа по дому. Зак, скажи мне, это профессиональное чутье или он просто боится испачкать свои мозоли?       Айзек, стоящий у окна, брезгливо дернулся. Он все еще не смирился с этим убогим сокращением его имени, но давно понял, что говорить об этом Чейзу — без толку.       Джонсон выудил из торбы очередной пакет сахара и, быстро пересчитав покупки глазами, повернулся к Рэндольфу.       — Капитан прагматик, — отозвался парень, разглаживая мятый край упаковки. — Его присутствие здесь всё равно создавало бы лишнюю суету.       Клэр коротко фыркнула, выуживая из сумки лоток с яйцами.       — Наверное, сейчас сидит в кабинете Хейла с самым суровым видом, лишь бы не заниматься тестом, — она сгрузила продукты на стол и кивнула Айзеку на шкаф с посудой. — Ладно, раз кэп у нас «занят спасением мира», за старшего по глазури будешь ты. Взобьешь белки, ладно?       Айзек коротко кивнул и, оставив продукты на Клэр, переместился в другой конец кухни. Он покопался в посуде, откладывая в сторону помятые железные миски, больше походившие на чашу, из которой когда-то ела соседская собака, и остановил свой выбор на небольшой кастрюльке. Взяв венчик, Айзек на мгновение замер, проверяя, не осталось ли на дне кастрюли лишней влаги. Убедившись, что всё сухо, он принялся за работу.       Взбивать белки вручную было удовольствием сомнительным, но выбирать не приходилось. Рука двигалась по инерции, послушно удерживая ритм, пока сам Айзек с интересом наблюдал за тем, как за стеклом густеют сумерки Сен-Валери.       Чейз уже окончательно расправился с тестом и теперь делил его на небольшие кусочки, раскладывая по формам.       — Да подвинься ты, — беззлобно буркнула Клэр, когда Чейз в очередной раз врезался в нее локтем.       — Это вы накупили, будто мы целый полк кормить собрались. Теперь не протолкнуться, — отозвался Чейз, вытирая руки о заляпанный передник.       Айзек слушал их перепалку лишь краем уха. Рука начинала неприятно ныть, но он только перехватил венчик поудобнее, наблюдая, как прозрачная жижа в кастрюле постепенно мутнеет и превращается в густую пену. Это было по-своему медитативно — стоять в углу, занимаясь чем-то, что не требует мозговой активности, пока мимо суетливо сновали Рэндольфы.       Тяжелый щелчок замка в прихожей заставил Айзека оторваться от созерцания стены. Он отрешенно перевел взгляд на темный коридор, где в вечернем сумраке возник силуэт Уильямса. На мгновение их глаза встретились, но Айзек скользнул взглядом ниже, на увесистую коробку в руках капитана, и вопросительно приподнял брови.       Эшли на немой вопрос не ответил: лишь неопределенно махнул свободной рукой и, не разуваясь, прошел к столу, по-хозяйски отодвинув в сторону пустые пакеты. Ящик с глухим стуком опустился на единственный свободный край стола.       — Это ещё что такое? — Клэр с опаской заглянула в коробку, не спеша притрагиваться к холодным жестяным банкам.       Уильямс расстегнул куртку и бросил короткий взгляд на гору яиц, которую она успела выложить.       — Вы же яйца красить собирались, — ровным и абсолютно серьезным голосом ответил он. — Это краска.       Айзек на мгновение перестал водить венчиком по дну кастрюли. Он принюхался и едва заметно поморщился от резкого, ударившего в нос запаха химии.       — Это... — он замолчал на секунду, подбирая слово, которое не звучало бы как лекция. — Это техническая эмаль?       — Я не знаю, какая именно вам нужна, поэтому взял разную, — пожал плечами капитан и потянулся к тарелке с очищенными орехами.       Чейз, до этого момента молча сражавшийся с противнями, наконец обернулся. Он перевел взгляд с невозмутимого капитана на Айзека, который всё ещё с сомнением разглядывал маркировку на банках, и тяжело вздохнул.       — Вы двое друг друга стоите, — буркнул Чейз, покачав головой. — Один заполняет отчеты так, что их потом шифровальный отдел неделю разобрать не может, второй приносит яд, чтобы покрасить еду. Семейство гениев, честное слово.       Уильямс театрально закатил глаза, а Клэр не выдержала и прыснула в кулак.       — Ты вообще дышал пока это тащил? Боже, вынеси на балкон, это невозможно! Эш перевел взгляд на свои банки, потом на Чейза. В его глазах на мгновение промелькнуло что-то похожее на тень сомнения.       — Запах выветрится.                      — Нет, не выветрится, — мягко вставил Айзек, возвращаясь к взбиванию глазури. — Она на масляной основе. Мы просто испортим продукты.       Эшли недовольно поджал губы, но спорить не стал — резкий запах и правда начал заполнять тесную кухню, перебивая аромат выпечки. Он подцепил ящик и, ворча что-то об «излишней чувствительности», вынес его в подъезд. Вернувшись, он снова замер у стола, на этот раз заглядывая в кастрюлю к Айзеку. Белковую массу уже нельзя было назвать жижей: она стала ослепительно белой и начала тянуться за венчиком густыми пиками.       — Это всё? — Эш кивнул на глазурь. — Выглядит готовым.       — Еще нет, — не оборачиваясь, отозвался Айзек. Его рука продолжала двигаться в том же ритме, хотя по напряженным плечам было видно, что усталость дает о себе знать. — Пудру добавить надо.       — Раз уж ты вернулся из своих «важных командировок», займись делом. Садись и чисти миндаль. Весь, — Рэндольф угрожающе помахал полотенцем, явно намекая, что на сей раз сбежать у капитана не выйдет.       Уильямс перевел взгляд на гору орехов, потом на свою мозолистую ладонь, и тяжело вздохнул. Садиться за стол рядом с Клэр и заниматься мелкой, кропотливой работой однозначно не входило в его планы на вечер.       — Айзек, поменяемся? — с надеждой спросил капитан. — Я буду махать этой штукой, а ты... ты же любишь ковыряться в мелочах. Айзек на секунду замер, переводя взгляд с густеющей глазури на гору миндаля, а затем — на Чейза. Тот стоял, скрестив руки на груди, и в его взгляде читалось недвусмысленное: «Даже не думай».       — Как я вот этим буду орехи чистить? — парень махнул рукой, демонстрируя команде серебристый протез.       — Как конструктор собирать — так ты первый, а как орехи почистить — так «Айзек, помоги!», — Чейз фыркнул и пододвинул к нему миску с орехами и нож.       Эш, признав поражение, грузно приземлился рядом с Клэр. Его большие ладони на фоне маленькой кучки миндаля смотрелись почти комично. Он взял один орех, подозрительно его осмотрел и попытался поддеть шкурку ногтем.       — Это издевательство, — констатировал он спустя полминуты борьбы с одним несчастным миндалем. — Почему мы просто не купили чищеные?       — Потому что в Сен-Валери их нет, — Клэр ловко очистила очередной орех и бросила его в чистую тарелку. — И вообще, это развивает мелкую моторику. Полезно для стрельбы, разве нет?       Эш взял один орех, пару секунд рассматривал его и попытался очистить. Миндаль предательски выскользнул из его пальцев и с сухим стуком покатился по полу.       — Эх, — негромко и безэмоционально произнес капитан.       — Ножом поддевай, — Клэр, которая к этому моменту уже успела наполнить половину тарелки, даже не подняла глаз.       Айзек слушал их тихую перепалку, ощущая, как глазурь становится совсем плотной. Она уже не просто пенилась, а ложилась красивыми тяжелыми складками. Он добавил немного пудры, и по кухне поплыл сладкий аромат ванили, который на мгновение перекрыл даже запах краски.       Чейз наконец захлопнул дверцу духовки и с облегчением выпрямился, вытирая руки о передник.       — Ну всё. Теперь не дышать в ту сторону полчаса, — он обернулся к сидящим за столом. — Как там наши ореховые магнаты? Ого, ты за это время успел очистить целых пять штук? Это прогресс. К следующей Пасхе как раз закончишь.       — Шесть, — деловито поправил он. — А с краской что делать? Я вообще не понимаю, зачем красить яйца.       — Ну не начинай, а… — взмолился Рэндольф. — Будто ты в детстве не радовался этой фише на Пасху.       — Я только от вас узнал, что Пасху отмечают, — капитан слегка нахмурился, перебирая мысли, а потом усмехнулся. — А когда святоша сказал про крашенные яйца, то вообще решил, что он издевается.       — Вы в своем секторе хоть один праздник отмечаете? — в голосе Клэр проскользнула нота сочувствия.       — Рождество, — на секунду задумавшись, Уильямс добавил: — Иногда.       — А день рождения?                      — Нет, — отрезал он. — Зачем нам столько орехов?       — Чтобы тебе было чем заняться, раз уж с краской ты пролетел, — всплеснул Чейз почти злобно. — Что теперь делать будем? Магазины закрыты уже наверняка.       — Пусть будут белыми, какая разница?       — Никакой, если тебе все равно на традиции, — Клэр вздохнула и подперла щеку рукой, глядя на гору яиц. — Но было бы здорово, если бы они хоть немного отличались от обычного завтрака.       Закончив соскребать остатки пудры с краев кастрюльки, Айзек все-таки обернулся к ним. Он молча подошел к торбе с овощами и, покопавшись в ней, вытащил горсть сухой, золотисто-коричневой луковой шелухи.       — Просто сварим в этом и все, — Джонсон слегка нахмурился, пытаясь вспомнить, как прошла его прошлая Пасха, но с грустью осознал, что время празднования выпало на те три месяца, что он провел на курсах латыни. — Еще можно в свекле, только я не помню, как. Чейз замер, глядя на шелуху в ладони Айзека. На мгновение в кухне воцарилась тишина, прерываемая только треском разогревающейся духовки.       — Черт возьми, Айзек, — Чейз хлопнул себя ладонью по лбу, оставив на нем очередное белое пятно муки. — Ну конечно!       Клэр недоверчиво прищурилась, переведя взгляд с сияющего Чейза на сомнительного вида шелуху в руках Джонсона.       — И вы серьезно хотите сказать, что вот это вот превратит яйца во что-то праздничное? — она скептически оглядела воодушевленное лицо брата. — Мы будто снова собираемся варить суп из отходов.       — А ты не помнишь, что у нас бабка только так и делала? Еще злилась, когда родители привозили цветные, мол: «Травите детей этой химией!» Эш, который до этого момента молча переводил взгляд с одного на другого, лишь пожал плечами и вернулся к своему седьмому ореху.

***

      Когда последняя ложка глазури легла на верхушку кекса, Айзек отставил кастрюльку в сторону. Рука неприятно ныла, и он просто хотел поскорее закончить с уборкой.       — Помойте кто-нибудь, — негромко попросил он, кивнув на посуду. — А то присохнет. Уильямс, безучастно наблюдавший за процессом, оттолкнулся от дверного косяка. Он не сказал ни слова, но Айзек понял его мотив и благодарно кивнул, вернувшись к Рэндольфам. Чейз и Клэр уже увлеклись «финальной композицией», выкладывая медно-рыжие яйца вокруг кекса. До ушей то и дело доносились их споры: то миндаля с одного краю слишком много, то яйца не так лежат.       Айзек проскользнул мимо, чтобы не мешаться, и только краем глаза заметил, как Эш подошел к столу. Капитан взял со столешницы кастрюльку, выудил из неё ложку и, прислонившись спиной к косяку, принялся неспешно снимать остатки сладкой массы со стенок. Он делал это так спокойно и методично, словно чистил свой протез.       Почувствовав взгляд, Уильямс поднял на парня свои темно-зеленые глаза. Айзек тут же смутился, словно застал капитана за чем-то совершенно непозволительным. Он уже хотел отвернуться, не дожидаясь момента, когда Эш начнет отшучиваться или оправдываться, но тот лишь молча кивнул на кастрюлю, вопросительно приподняв брови.       Было ли это немым вопросом или предложением присоединиться — Айзек не понял, лишь спешно мотнул головой. Уильямс в ответ едва заметно пожал плечами и, невозмутимо зачерпнув еще немного глазури, отправил ее в рот.       — Эй, вы там скоро? — Чейз обернулся, сияя от гордости за их общий результат. — Идите сюда, а то я сейчас сам всё съем!       В полумраке кухни медно-рыжие яйца отливали благородным металлом, а кекс под белой шапкой выглядел так, будто его принесли из какой-то другой, мирной жизни. Клэр, обхватив плечи руками, смотрела на всё это с тихой, немного сонной улыбкой. Даже Эшли замер на секунду, разглядывая результат их хаоса.       — Неплохо для команды, которая даже краску выбрать не может, — подал голос Уильямс. Он потянулся к тарелке и, выбрав самое темное яйцо, аккуратно стукнул им по столу.       — Эй, подожди! — возмутился Чейз, хватая второе. — Мы еще даже не... ай, ладно. Зак, Клэр, берите, а то этот терминатор сейчас всё уничтожит.