Синтаксис первого контакта

Вебер сжал челюсти так, что на скулах заиграли желваки. Он видел, как дрожат руки Уилла, видел этот странный, лихорадочный блеск в его глазах, но за этим блеском скрывалось нечто такое, что заставило полковника поверить. — Полковник, приказ о массированном ударе уже подтвержден сверху! — прохрипела рация на плече Вебера. — Цель активна, открывайте огонь всеми орудиями! Вебер взглянул на Уилла, затем на черную громаду М-12, которая безмолвно ждала их решения. Он понимал: если он сейчас нажмет на кнопку, пути назад не будет. — Отставить огонь! — рявкнул Вебер в гарнитуру так, что связисты на базе вздрогнули. — Всем подразделениям! Прекратить обстрел! Зачехлить орудия! — Сэр? — голос в рации сорвался на недоуменный писк. — Вы нарушаете прямой приказ командования сектора! Это трибунал! — Я беру ответственность на себя! — Вебер сорвал рацию и швырнул ее под ноги, раздавив тяжелым армейским ботинком. Гул в ушах Уилла начал стихать, сменяясь чистой, звенящей пустотой. — Опустите стволы, черт бы вас побрал! Вы что, не видите — он говорит! Солдаты, переглядываясь, начали медленно опускать винтовки. Напряжение в воздухе, которое еще минуту назад было почти осязаемым, начало медленно рассеиваться. Гул генераторов базы теперь казался неестественно громким в наступившей тишине. Вебер повернулся к Уиллу, его лицо было серым от усталости и осознания того, что он только что разрушил свою карьеру, а возможно, и жизнь. — У тебя есть твое время, Уилл, — тихо сказал он, кладя руку на плечо профессора. — Но если ты ошибся... если он хотя бы дернется в сторону базы, я не смогу их остановить во второй раз. Уилл кивнул. Его тело всё еще ныло от недавнего «контакта», а внутри, в самой глубине сознания, он чувствовал, как М-12 наблюдает за ними через его глаза. Существо в его голове затихло, словно оценивая этот акт доверия. — Он не дернется, — прошептал Уилл, глядя на Объект. — потому что ждет. В этот момент Уилл почувствовал странную, почти нежную пульсацию в затылке. М-12 был доволен. Прошло три часа. Уилл сидел на краю жесткой кушетки в стерильном медицинском боксе. Свет люминесцентных ламп казался ему невыносимо ярким, почти агрессивным. Его только что закончили обследовать: МРТ, анализы крови, сканирование сетчатки. Результаты озадачили врачей. На удивление, они не нашли ничего странного. Химический состав мозга был в пределах нормы (хотя Уилл знал, что «второе существо» просто мастерски замаскировало отсутствие глицина или превратило его в нечто невидимое для земных приборов). Он выглядел просто как человек, переживший сильный стресс. Дверь бокса с шипением отъехала в сторону. Вошел Вебер, а за ним — двое незнакомых людей в строгих темных костюмах, чьи лица не выражали ровным счетом ничего. Воздух в комнате мгновенно стал тяжелым. — Уилл, — Вебер остановился в паре шагов, его голос звучал сухо и официально. — Комиссия ознакомилась с твоими показаниями. Они готовы повременить с уничтожением Объекта, но условия изменились. Один из людей в костюмах сделал шаг вперед, его голос был холодным, как лед: — Профессор, мы не можем позволить этой громаде висеть над нашей территорией неопределенное время. Если вы утверждаете, что понимаете его и он не враждебен, докажите это. Уилл почувствовал, как в затылке закололо — Астриум слушал каждое слово через его нервную систему. — В каком смысле? — тихо спросил Уилл. — М-12 должен спуститься на землю и добровольно проследовать за нами. Мы подготовили специальный комплекс «Объект-451» в пустынном секторе — это изолированная подземная лаборатория глубокого заложения. Высококачественная база, созданная специально для аномальных контактов. Уилл похолодел. Он представил себе это существо — гордое, бесконечно чужое — запертым в бетонном бункере под присмотром сотен датчиков и военных. — Он не согласится на клетку, — отрезал Уилл. — Вы не понимаете, он... он не подопытный образец. — Тогда у нас нет выбора, — незнакомец в костюме посмотрел на часы. — У вас есть день, чтобы убедить его спуститься и войти в комплекс. В противном случае орбитальные платформы нанесут удар кинетическими зарядами. Нам не нужен «сосед», который диктует свои правила. Либо он в лаборатории под нашим контролем, либо его нет совсем. Вебер промолчал, но Уилл увидел, как он отвел взгляд. Полковник уже сделал всё, что мог. Уилл закрыл глаза, пытаясь дотянуться до того холодного, мерцающего пятна в своем мозгу. Он чувствовал ярость существа, которая начала закипать где-то на периферии сознания. Оно внутри него буквально содрогалось от отвращения к слову «лаборатория». — Клетка для Него... — эхом отозвалось в голове Уилла. — Они хотят... измерить бесконечность. Напряжение в боксе достигло предела. Уилл понимал: если он сейчас не подберет правильные слова, степь за стенами базы превратится в пепелище. — Я сделаю всё, что в моих силах, — тихо произнес Уилл, не поднимая взгляда от своих рук. Люди в костюмах обменялись короткими, холодными взглядами. Удовлетворенные ответом, они синхронно развернулись и покинули бокс. Тяжелая дверь с шипением отсекла их шаги, оставив в стерильной комнате лишь двоих. Уилл почувствовал, как внутри него, в самой глубине сознания, ворохнулось нечто чужое. Астриум — эта странная, неоновая нить, связавшая его с М-12, — запульсировал в затылке. Вебер не ушел. Он стоял у стены, сложив руки на груди, и смотрел на Уилла. Его взгляд, обычно жесткий и профессиональный, сейчас был наполнен такой неприкрытой тревогой и мягкостью, что Уиллу стало не по себе. Полковник подошел ближе, его голос звучал надломленно. — Уилл... — Вебер заговорил очень тихо. — Ты как? Скажи мне честно. Ты в порядке? В ту же секунду Астриум в голове Уилла отозвался резкой, холодной вспышкой. Это было похоже на ревнивый укол или глухое недовольство существа, которому не нравилось, что кто-то посторонний пытается заглянуть за завесу этой тайны. Уилл поморщился от внезапного давления в висках. Про связь нельзя было говорить. Никому. Уилл поднял на него усталые глаза. — Я просто очень устал, — ответил он мягко, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Всё это... слишком для одного человека. Мне нужно немного времени, чтобы собраться с мыслями перед разговором с Ним. Вебер долго всматривался в его лицо и наконец, он коротко кивнул и, не найдя слов, вышел из бокса. Как только замок щелкнул, маска спокойствия осыпалась. Внутренности скрутило так резко и болезненно, что Уилл едва успел вскочить. Он бросился к раковине в углу, и его вырвало горькой желчью. Тело сотрясала крупная дрожь. В затылке Астриум продолжал недовольно пульсировать. Уилл вцепился пальцами в края фаянсовой раковины, глядя на свое бледное отражение в мутном зеркале. Он действительно не знал, что делать. Внутри него росло нечто, чего он не понимал и это пугало его.