Кайбё

Форма линчевателя потрёпана временем, драками, а ещё больше - кровью. Она настолько въелась в некоторые части костюма, что её запах и цвет уже невозможно отстирать. Пятна жёсткие, превратившиеся в мягкую корку, которую легко сломать, если просто сложить пополам. Штаны никогда не будут ему в пору - он никогда не вырастет таким высоким. Ботинки - никогда не перестанут натирать заднюю часть стопы и шататься от каждого шага, держась лишь на божьем слове и декоративных ремнях. Харуке нравится его костюм, даже такой уродливый и испорченный. Такой... Неудобный и большой. Никогда не принадлежащий ему по настоящему. Он не спал три ночи подряд и, видимо, из-за этого стал сентиментальным. От взгляда на вещи, которые Харука успел унести из квартиры вместе с компьютером, хотелось пустить скупую слезу. Теперь ему некуда вернуться. Даже когда опека, - когда, а не если - перестанет так тщательно за ним следить, Харуке придётся искать новый дом. Возможно, в том же здании, а может вообще на другом конце города. Вероятность того, что он больше никогда не увидит Нирея, Суо и Котоху из-за большого расстояния разочаровывает его. Харуке кажется, что он устал вставать. Раньше он вставал со сломанными ногами, с вывихнутыми руками и разбитой головой. Сейчас, когда почти всё его тело цело - мозг не хочет подниматься, что бы снова упасть. Харука повторяет одни и те же действия из раза в раз. Ему кажется, что он сходит с ума. Хираги так не считает, не смотрят на то, что они виделись в последний раз. Он больше не может спросить мнения героя в том или ином вопросе, ведь если они встретятся ещё раз - это будет арест. Сакура линчеватель, не стоит об этом забывать, даже если хочется. Кадзи говорил, что зубастик поможет, если попросить, но... Не поздно ли просить по помощи? Харуке уже ничем не помочь, он устал и покинут. Ему кажется, что вместе с компьютером у него забрали последние силы. Будто тот последний патруль, забрал с собой не только Хираги, но и часть Сакуры. То что он теперь один, не мешает Харуке снова выйти в патруль. Добираться до него довольно проблематично - не все пути проходят по крышам. Зато теперь он может предотвратить гораздо больше преступлений. Иногда казалось, что некоторые уроды вылазили только для того, что бы Харука их избил. Честное слово, ну не получается у тебя грабить магазины и хорошо драться, зачем ты снова за это берёшься? Некоторым людям Харука уже дал по прозвищу и пугал их не так сильно, как мог бы. Его любимым преступником был «Шуганный» ведь даже если заранее предупредить этого парня о своём приходе, он всё равно испугается и убежит, не успев закончить начатое. Это было весело. Когда он наконец добирается до своего района, Сакура с навязчивой грустью оглядывается на свой бывший дом. Окно разбито, он со своего места чувствует как там воняет отходами и потными телами. Пока что там нет трупа, так что Харука по крайней мере должен быть счастлив. Харука надеется кот никогда не вернётся в его квартиру. И надеется, что кот не будет настолько глуп, что бы попасться бродячим собакам или умереть от голода. С его кошачьим, чертовски жалостливым лицом, можно было вопросить столько еды, сколько захочется. Харука замечает знакомую фигуру на краю крыши. Рядом слышатся чьи-то крики - то ли мужчин, то ли женщин, - которые он умело игнорирует. В их словах столько ругани, что уши вянут. Кадзи, кажется, ждёт когда они серьёзно нарушат закон, потому что семь другим невозможно объяснить его поведение. Хираги... Хираги тоже пользовался подобной тактикой - ждал момента, когда человек переступит черту. Это было действенно. Конечно, если никто не собирался серьёзно нарушать закон, Хираги начинал либо вежливо говорить, либо орать, скаля зубы. Смотреть на это было весело. –Привет, –здоровается он. –Есть чего интересное? –Твою мать, не подкрадывайся так! –Кадзи чуть ли не вскакивает с места. Это смешит Харуку, он улыбается. –Ничего интересного, только подозрительно активничают какие-то бандосы с пятой улицы. Хираги волнуется, вместе со мной пошёл. –Хираги? –Ему не хотелось, что бы голос звучал так радостно. Он не должен радоваться героям, но Харуке не стыдно, хотя и тушит маленькую надежду на встречу. –Он сейчас где-то между шестой и десятой, рядом с складами. –Кадзи морщится, смотря на то, как какому то парню прилетает в челюсть. Сакура считает, что тот заслужил, но ничего не говорит. –Они считают, что где-то там основная база с нелегальным товаром. –Сходим? –Сакура не рассчитывает на положительный ответ. От этого ещё больше вгоняет в тоску. –Хираги сказал без сигнала не идти, –для стажёра это обычное дело - ждать сигнала, Харука понял это из рассказов, которые в тёмные ночи внутри сарая грели душу. Ему кажется, что вокруг холодно как зимой. Только стоит ему отвернуться - единственный источник тепла, настолько дорогой, что потерять до жути страшно, начинает тускнеть. Рассказы Кадзи вытесняются мыслями о безвыходности, горящими как огромный костёр. Он заставляет их тухнуть, а воспоминания гореть с новой силой. Харука не может позволить себе сдаться, когда столько боролся. (Хочется сдаться. Просто сказать имя, послушать Кадзи и получить помощь от Хираги. Он этого не делает. Ему страшно. Ничего не меняется.) –Смотри, –обращает его внимание на драку Кадзи, –закончили. –Чур мне с права! –Харука прыгает с крыши, слышит возмущённый возглас. Кусачка - тормоз, серьёзно. И с крыши предпочитает прыгать, лишь обратив часть ног. Вот Харука ловит себя тенями прямо перед землёй, что бы не сломать ноги. Первые пару раз он, конечно, ломал. Даже две сразу. Но Сакура научился. –В следующий раз я выбираю! –Слышит он голос позади, пока уворачивается от чёрного ботинка, похожего на его берцы. Драка заставляет Харуку встряхнуться и перестать думать о чем-то другом, кроме вероятности сломать себе кость от чьего либо удара. Адреналин медленно поступает в кровь, уже не так болят места, куда бил его дядя, а голова перестаёт гудеть. Ему кажется, что даже аппетит начинает появляться и ему невероятно хочется есть. Сегодня был нерабочий день, никакого обеда от стажёра не было. Сакура не чувствовал голод как обычно. Лишь мягкое головокружение напоминало ему об этом и он чувствовал себя странно. Ему всегда хотелось есть, потому что Харука всегда был голоден. Но сейчас - нет. Когда голод вернулся, Сакура почти обрадовался. У него не было с собой денег, что бы купить перекус. –Молодец, –Харука краснеет, агрессивно отворачивается назад. С чего бы Кадзи снова его хвалить? –Это был хороший удар. –О-отвали!.. –Выдавливает он из себя, будто что-то сдавило ему горло и издать хоть какой-то звук - невероятно тяжело. Кусачка вздыхает. Наступает тишина, за исключением тихих хрипов поверженных членов банды. Всё это нарушает ёбаное урчание живота. Его живота. –Ты что, голодный? –Скептический тон заставляет покраснеть ещё гуще. –Нет! –И снова урчание. –Не голодный он! –Вспыхивает Кадзи, хватает Сакуру за плечо и ведёт в неизвестном направлении. –Тебя дома-то хоть кормят или я один тебя едой обеспечиваю?! Сакура на отвечает, лишь хмурит лицо, не пытаясь сопротивляться. Кадзи продолжает ворчать. Вторым ухом слушая, как стажёр навязчиво и громко ругает его опекунов, а так же его самого, за то, что он слишком худой, Харука начинает медленно осознавать, куда его ведут. Всего через пару домов и дворов, должен быть круглосуточный магазин, у которого есть столик и чайник. Ему хочется чего-нибудь тёплого. Тётя с дядей никогда не дают ему поесть тёплое, только остатки и только холодные. Они не считают его достойным горячей еды. Уроды. Живот снова урчит. Харука прикладывает руку пытаясь хоть как-то заглушить звук. –Почти пришли, –Кадзи наконец отпускает его. –Из вариантов рамен и онигири. –Рамен! –Чуть ли не выкрикивает Сакура. Он невероятно скучал по рамену быстрого приготовления. Тёплый, минимум воды и желудок, хоть и не на долго, умолкает. Всегда работает и работало. –Тише, сопляк! –Прикрикивают на него, но Харуке всё рано. Крики Кадзи совсем не пугают, особенно в такой ситуации. Кусачка кричит невероятно часто, удивительно к этому не привыкнуть. –Люди спят по ночам! –Ты сам кричишь! –Сакура хочет показать язык. Прямо таки хочет. Ему абсолютно, кристаллически чисто поебать, что это по детски. Стажёр заслужил этого менее грубого варианта "пошёл нахуй". Правда, снимать маску посреди улицы... Есть тут камеры? Харука быстро оглядывает все углы, подъезды, стены. Нет камер. Он стягивает нижнюю часть маски с лица и показывает крикливому стажёру язык. Это лицо стоило увидеть. –Беги, сопляк! –Лицо Кадзи не такое злое, каким хочет казаться. Оно даже не так сильно искажается, становясь похожим на кошачье. Только сведённый вместе брови, сдавшиеся кулаки и сморщенный в недовольстве нос. Но Харука бежит, слегка смеясь себе под нос. В магазине обнаруживается один кассир и, судя по звукам, ещё один сотрудник, громко ругавшийся на тяжёлые коробки. Они предложили помощь, на что человек из кладовки мгновенно послал их со словами - «Не нужна нам помощь, идите ловите преступников!». Харука бы не прочь, но ответ Кадзи не дал надежд - «Сначала сопляк поест - потом пойдём!». Из кладовки громко крикнули что-то согласное, что он не разобрал. Странные люди. –Ты тут часто бываешь? –Как-то я разъебал этот магазин, –абсолютно спокойно говорит Кадзи, – эти две были на смене. Сакура не нашёл, что ответить. Просто пару секунд пялился на кусачку, испытывая нелицеприятное чувство зависти. Они не выгоняют его после такого? Что за бред?! Но Харука молчит, начиная заваривать себе сырный рамен, взятый с ближайшей полки. К сожалению, судьба никогда не на стороне Сакуры. Как он это понял? Стекло рядом с которым они сидели разбилось в дребезги, а дверь по левую от него сторону - оторвалась от петель и тоже разбилась. В какой-то момент его сердце страшно ёкнуло, грозившись остановиться. Хорошее настроение, навеяное запахом еды как рукой сняло. Мгновенно перевернувшись и встав на ноги, Харука посмотрел на нападавших - семеро парней, в белой куртке с синим рисунком довольно странного скелета. Это, наверняка, отбросы из банды, с которой сейчас должен был разбираться Хираги. Должен был. –Пригнись! –Харука реагирует сразу, не смотря на то, что крик Кадзи застал его врасплох. Над головой пролетает полка, смявшаяся в огромный чёртов мяч. –Это что, чёртов Магнито?! –Сакура достаёт арматуру с пояса, ударяя ближайшего противника по руке. Почти сразу её теряет, потому что тот же Магнито забирает её себе. Урод. От удара придурок громко кричит и отходит в тыл, становясь за человеком повыше. Кажется, все они собирались ограбить этот магазин. Разделившись на две группы, оставив как можно больше людей для сражения с ними, ублюдки двинулись к кассе. Харука не может позволить им навредить людям, столь благородным, что до сих пор пускали кусачку в магаз, не смотря на то, что тот его расхуярил. Кое-как он подсчитал врагов - пятеро, а двое отправились к гражданским. Трое на Кадзи, двое на нём. Тот, которого он ударил арматурой, кажется, исцелился. У них есть мобильный врач. Боже, сколько с этим мороки! Его глаза то и дело возвращаются к кассе, но Харука видит, что сотрудницы там больше нет. Чёрт, чёрт, чёрт. Он пытается как можно быстрее разобраться сразу с двумя врагами и вычислить целителя из этих ублюдков. А ещё, Харука пытается следить за Кадзи. По этому получает неприятный удар в челюсть. Ауч. –Внимательней, не отвлекайся! –И пропускает удар своего урода. –Сам не отвлекайся! –Харука... снова получает сильный удар в челюсть. Блять. Тени сами подползают к нему, обвиваются как змеи какого-нибудь злодея из мультфильма. Они становятся перчатками, слегка бледнея в свете разбитых ламп. Тени обхватывают плечо ублюдка, ударившего его в челюсть, в тот самый момент, когда происходит это. Раздался выстрел. Он кажется ему настолько оглушающим, что первым порывом было прикрыть собственные уши. Все в здании вздрогнули. Воздух разорвал крик, заставивший его сердце сжаться в комок, а мозг лихорадочно засталвять анализировать ситуацию. Это было неправильно. Выстрел. Может стрелок промазал? Было бы отлично. В панике Харука старается разобраться с врагами, думая о жертве выстрела. В кого целились? Он слышит как Кадзи запрашивает подкрепление, а из следующих криков другие новости - такие же ублюдки начали атаку на жилые дома. Разбивали окна, закидывали камнями двери, но не забирались внутрь. Трусы. Это не помешало им выстрелить из пистолета. В кого? Ему стало всё равно на врача, Харука не пробует его вычислять дальше, лишь хватает двух ублюдков тенями и выкидывает их за пределы магазина, заставив из перелететь через дыру, образовавшуюся из-за отсутствия стекла. Это опасно, Сакура слышит возмущённые крики и сигнализации пары машин. Ему всё равно. Нужно к гражданским. Свернув за стойку к складским помещениям, Харука тянул тени вперёд себя. Он должен повязать стрелка, быстро и болезненно. Обязательно болезненно. Возможно, он случайно сломает ему руку. Скажет, что перестарался, с кем не бывает, верно? Харука вбегает в комнату, чувствует как в углу тени определяют два очага тепла и хватает тот, от кого несёт металлом и дымом. Тени связывают стрелка полностью, закрывая даже рот, держась как можно крепче, стараясь не сползать. Заложник плачет, бежит к груде коробок, в котором валялось тело. Тени слабеют, как и его руки. Там лежит его мама. У девушки волосы распущенные, беспорядочно рассыпанные по застывшем, бледному лицу. Они почти перекрывают обескровленные губы, уже ставшими синими. Чёрные, как мгла космоса, с мялекими проблесками седины, не смотря на то, что выглядела довольно молодо. У неё маленькая родинка под глазом, руки неестественно вывернуты, спрятаны где-то за коробками, а ноги легли толстыми палками. Одежда - серый свитер, чёрные обтягивающие штаны и синий жилет, формы магазина. Она так похожа на маму Харуки, что воспоминания перемешиваются. Перед ним мама, лежит с разбитой головой и вскрытии венами. Кровь стекает с рук стройными ручейками, мерно капая на кафельный пол, образовывая лужу крови. Харука пытается повертеть головой, что бы убрать это со своих глаз, перестать видеть это, но ничего не выходит и картинка просто меняется. Перед ним Хираги, с ещё блестящими жизнью глазами. Тёмное пятно растекается из его бока, а горло издаёт низкие хриплый звуки, заставляя Харуку прикрыть уши. Он этого не делает. Ему не нужно думать, видеть, видеть это. Хватит. Картинка меняется. Кровь идёт из рук, появляется лужа, всех больше и больше и больше... Хватит, хватит, он устал. Харука не может, не может смотреть на это, нет, хватит. Черты лица становятся острыми, пятно идёт с бока, под ним образовывается огромная лужа, в которой Хираги почти тонет. Нет, нет, нет. Хираги должен жить, он не может умереть, Харука не хочет отпускать его, не хочет, Хираги не может просто уйти!.. Перед ним работница магазина, перед ним мама, перед ним Хираги. Кровь, кровь, кровь, столько крови, что Харуку начинает тошнить. Она идёт из перерезанных вен, рук - ставших бледными. Идёт из бока, Сакура слышит шёпот, слышит хрипы и хлюпы. Видит как кровь скапливается под телом. А когда что-то внутри него щёлкает, достигает собственного апогея, Харука видит работница магазина. Так похожую на его мать и так не похожую на Хираги. Харука чувствует как гнев поднимается внутри, как его начинает разрывать. Как эти уроды посмели?! Его мама не заслуживала этого, никогда и ни за что! Харука знал, кто виноват, знал, что ничего не мог поделать в свои пять лет. Но теперь, Харука мог. Он вырос, Сакура знал кто это сделал и может сделать то, что больше всего хотел. В её смерти виноваты герои; в её смерти виноваты бандиты. Не имеет значения, Харука слегка присылает на корточки перед трупом, смотрит, смотрит, смотрит- Он видит работницу, Хираги, маму. Харука знает, чего хотела бы мама, чего хотела бы работница. Знает, по этому касается крови пальцем, а потом чуть приняв маску - слизывает её языком. Он знает, чего хотела мама и эта женщина. В этот раз Сакура не подведёт маму, не подвезти Хираги и работницу магазина, даже если в лицо её видел первый раз. Они хотели мести. Харука тоже хотел.

***

Окей, Кадзи сейчас увидел действительно какую-то реальную дичь, так что ему нужно... нужно быстро адаптироваться и что-то сделать. Он в душе не ебёт что, но нужно! Потому что это не нормально, когда пацан выходит из комнаты в облике трупа с самыми явными в мире намерениями убить бандосов, которые так быстро слиняли с места преступления, когда услышали выстрел. Суки. Рен не смог ничего сделать - пытался перевязать руку и не умереть от тени, которая схватила его за ногу и не давала уйти. Действовал ли пацан осознанно или же нет не ясно. Нужно его остановить. Возможно, сознание сопляка прояснится через десять минут, но рисковать не стоит. –Хираги, это пиздец! –Кричит Рен в коммуникатор. –Язык! –Слышится возмущённое. –Что случилось? –Сопляк слетел с катушек! Увидал труп и пошёл за нападавшими! Да ещё и внешность сменил! Прямо вообще сменил, как метаморф. –Ему кажется, что он звучит слишком панически. –Как он выглядит?! Где он?! –Нет, похоже не слишком, раз Хираги не обратил внимания. –Девушка, чёрные волосы и родинка под глазом. Двинулся в сторону одиннадцатой, дальше не видел! –Скоро буду, попытайся найти и направить меня к нему. –Не могу, тут гражданский и труп! –Боже, боже, Рен не в первый раз видит труп, но... Я не смог их защитить. Не смог. Не теряйся! Соображай быстрее, потом разноешься! Поднимает он себя. Рен на работе, нужно действовать по протоколу. –Блять, ладно, я сам его найду, –секунда тишины, –будь осторожен. –Как пожелаешь. Связь обрывается и Рен дышит так глубоко, как позволяют лёгкие. Пора приступать к работе.