Кайбё

Тридцать минут назад

Рен чувствовал странную тоскующую боль в груди, каждый раз, как видел очередной труп. Сопляк выглядел ещё хуже, чем когда лежал на больничной койке. Рен отослал его туда, где будет меньше всего этого дерьма. Он знает, что рано или поздно сопляку придётся увидеть картины и похуже. Но сейчас, когда грудь неприятно щемило, он хотел дать ему ещё немного времени. В своё время это делал Хираги, а Рен должен сделать это с Сакурой. Полуобратившись в Пантеру, он прыгал выше, смотрел дальше и видел больше. Ему нужно найти медиков, безопасно доставить либо их, либо пострадавших. Или оставить знак, что человека уже бесполезно спасать. Он одним из первых отправился узнать, в чём причина аварии. Такие больше столкновения бывают на гололёде - когда невозможно нормально затормозить. Но не было никакого льда. Зима, конечно, началась, но никакого льда на дорогах не могло быть. Рен перебирался через дымящиеся, а иногда и горящие, машины, прыгая от обрушенного столба к козырькам магазинов. Шум давил на уши не хуже музыки в наушниках. Запах вызывал тошноту. Но Рен справится, сколько бы раз ему не пришлось присутствовать на таких происшествиях, он будет справляться. Наконец, ему предстал перекрёсток с тремя обрушенными светофорами, которые не совсем аккуратно уложили в одну большую стену. Нужно вызывать подкрепление. Потому что столбы лежат слишком близко друг к другу, слишком далеко от мест, где были изначально установлены. И положили их настолько быстро, что первый водитель не успел затормозить. Аварию подстроили и Рену чертовски нужно подкрепление, потому что даже вчетвером они не управятся с человеком, имеющим такой уровень силы и скорости, что бы уложить ёбаные столбы за пару секунд. Рен прикладывает палец к коммуникатору и говорит как можно спокойней : –Приём, группа Т1-2, крупная подстроеная авария на Акахана 13, требуется подкрепление. В ответ только тишина. Рен для верности ждёт пару минут, а потом снова нажимает на коммуникатор : –Приё-ё-ём, группа Т1-2, Кадзи Рен-тайчо, крупная подстроеная авария на Акахана 13, требуется подкрепление. Снова тишина. Рен ругается как сапожник, снимает с уха коммуникатор, чуть ли не разламывая его на половину. Что там происходит у Дзикоку?! Обычно все техоператоры на месте и даже иногда разговаривают во время патрулей, но сейчас, в самое нужное время! Вдруг слышатся помехи и Рен поспешно прижимает устройство обратно к уху. –При-... –слышатся помехи, больно режущие по уху, –Эт-... централь-... -отдел. Подкрепление не может при-... На компл-... Нападение. Кровь стынет в жилах и авария кажется ещё более спланированной, хотя куда уже больше. –Повторяю, –голос на пару секунд восстанавливается, –подкрепление не может прийти. На комплекс Фуурин совершенно нападение. Выходы были перекрыты, мы пытаемся отправить людей, но- Тут голос испаряется как небывало, превращаясь в помехи, а дальше просто обрываясь. Это был разрыв связи. Либо заработали чьи-то глушители, либо все остальные вышки. Чертовски маловероятно, что весь центральный техотдел был уничтожен подчистую. Такого не может быть. Рен даже мысли такой допускать не будет. И не смотря на собственную уверенность, он уже не так сильно верит, что авария закончится так же хорошо, как он мог рассчитывать. Если собрать атаку на Бофурин и аварию, то ситуация явно не сахар и даже не соль. Бофурин был атакован. Рен сжимает кулаки и отворачивается от поваленных столбов. Бофурин атакован и ему даже не нужно думать, кто бы это мог быть. Злость начинает набирать силу, а когти становятся длиннее. Как эти ублюдку смеют? Настолько ахуели что кинулись сражаться прямо на территории Бофурин! Он прыгает на разбитую машину с большей силой, чем стоило бы, но ему всё равно. Нороши - ублюдки - напали на его дом. На его людей. На близких людей. Рен не будет терпеть подобное. Работа на месте аварии продолжается, появляется всё больше и больше машин, полевых медпунктов, улица пустеет от людей, а пантера внутри начинает издавать рычание. Рен чувствует мурашки на спине, будто чей-то взгляд постоянно к нему прикован, но не может углядеть кто же смотрит. Вокруг много людей, все они так или иначе пересекаются. А Пантера не может успокоиться, продолжает рвать когти внутри его тела, заставляя проявляться шерсть и когти на ногах. Рену нужно держаться. Сейчас самый не подходящий момент, что бы потерять контроль над ней. Ночная работа помогла ему лучше всего, он не терял контроль больше пяти месяцев - это рекорд. Он не имеет право сорваться. –Кусуми! –Он видит его рядом с разрушеным магазином, проверяющим - есть там кто или нет. –Видел Эномото и Сопляка? Кусуми отрицательно махает головой. Все волосы на шее резко встают дыбом. Вот блять- Он пытается схватить Кусуми за рукав, за плечо, вообще за что угодно, лишь бы сдвинуть с места, с траектории удара. Рен знает, кто напал. Волосы не встают дыбом просто из чувства опасности, он не человек паук. Так они реагируют на электричество. Рядом слышится треск, сердце пропускает удар, а ярость нарастает до предела. Потому что Рен не успевает. Кусок бетона с большой скоростью попадает по Кусуми и он отлетает вглубь магазина, не издав ни звука. В полной тишине. А сзади слышится голос : –Давно не виделись, Кадзи-кун! –Голос противно писклявый, выдавленный из горла и заставляет Рена вспоминать то, чего он не хотел. Канон Банджо. Ярость поглощает не хуже болота. И хоть сердце всего пару секунд назад не могло работать нормально, пропускало удары и холодило руки, сейчас оно набирает обороты. Стук, стук, стук. Набатом пульс звучит в ушах. Глаза находят урода, но Рен не видит рожу. Белые вспышки, то справа, то слева, слепят его не хуже фонариков прямо в лицо. Что-то щёлкает, у него дёргается голова. Его трясёт, Рен не может контролировать собственное тело. Боль, появляющаяся глубоко внутри желудка - разрывает внутренности. Но ни капли крови не видно. Это последний рубеж, Рен не вернётся обратно. Он не может дышать, вспышки и молнии заполняют весь обзор. Мир теряет цвета, становится острее и громче. Боль пропадает, так же, как и сознание Рена. Он чувствует сонливость. Нет, нет, нет! Я не могу пропасть сейчас! Кусуми! Эномото! Сакура! Я могу им навредить, пантера не различает друзей и врагов! Пантера разрывает человеческую оболочку и издаёт рёв.

***

Сейчас

Харука не мог отвлекаться на голос пантеры, но всё таки повернул голову. Это был Кадзи. Как в тот день на перекрёстке, пантера вырвалась наружу и начала крушить город. Капелька пота скатилась по его виску. Ситуация пиздец. Он еле успел скрыться от удара Эндо, а тут ещё будет блуждать агрессивное животное. У него нет столько сил, что бы справиться со всем. Радует только то, что Харука не один. Эномото совсем рядом, хоть и раненый. Кусуми должен справиться с пантерой. Наверное. Ему говорили что только Хираги мог её победить. Но, вдруг, всё таки повезёт? Учитывая положение, удача уже съебалась на Багамы. Эндо выбрался из кратера с большим трудом и кряхтением. Харука бы уже подскочил и вломил этому уродцу в кабину, но нужно было помочь Эномото подняться. Им нужно было подкрепление. Удар Эндо прошёлся совсем рядом и образовал чуть ли не дыру в чёртовом бетоне. Попади он в Харуку - пришлось бы волноваться о похоронах. Эномото опирается на его плечо, но пытается держать свой вес на здоровой ноге. Им жутко не везло. Харука может его вылечить, но не было времени. Ему нужно переступить через Эномото, как это сделать, когда враг наступает? Харуке нужно перетащить Эномото куда подальше. И найти время вылечить. Это не должно забрать много сил. Наверно. Сейчас не важно. –Фух, не надо больше под себя бить!.. –Говорит себе под нос Эндо, отряхивая штаны. А потом на лице расплывается улыбка, на вид - доходящая до ушей. –Ну привет, Сакура! Ладно, сам виноват что своё имя ему сказал. Думает Харука, подхватывает вторую сторону Эномото тенями и пытается перепрыгнуть образовавшиеся стены машин. Если смотреть на удары Эндо - он концентрирует силу в определённом месте своего тела и выпускает её. Но что-то явно не так. Форма вокруг кулаков странная. Почти не разглядеть, но Харука готов поставить своб почку, что видел очертание чьего-то глаза. Фу, мерзость. Причём такой ещё натуральный, что кажется настоящим. В чём сила этого уёбка? Как с ней бороться?! На анализ тоже времени нет. Да и не так что бы Харука был в этом силён. –Сакура, не дерись с ним, –шипит ему Эномото, чуть ли не на ухо. –Я не уйду от драки! –Он не трус! Харука не для того на патруль вышел, что бы от первого противника убегать! Конечно, с Эндо ему не справится, но всё же! –Он тебе не по зубам! –В голосе проглядывается злость. –И вот убегу я от него и что?! Тебя тут бросить?! –Слушайте, я понимаю, что дело неотложное, но я тоже тут! –Эндо спокойным шагом направлялся к ним. –Я так долго хорошо не дрался! Спорить с Эномото больше не было времени. Времени вообще не было! Куда оно девалось?! Почему этот чёртов Эндо так быстро к ним приближается?! Харука аккуратно опускает Эномото на землю и встаёт в максимально устойчивую позу. –Ой бля-я-я... –Слышит он. Заткнись!.. Эндо бьёт без предупреждения. Сакура не успел собрать тени вокруг себя, как получил мощнейший удар по руке. Боль пошла волнами и теперь он уверен, что без перелома сегодня точно не обойдётся. Не смотря на то, что кулак был вполне обычным, а сила удара не такой огромной как могла бы - было ужасно больно. Харука сдержал крик боли, наконец стянув тени. Он закрепил часть на руке, пытаясь создать импровизированную броню. Конечно, в её надёжности не было сомнений - она бы развалилась от первого же удара. И появился бы перелом. Единственная вещь на которую годится эта броня - не усугублять травму. Хорошо, что тень ещё и холодная. –Съебись, уёбище. –Ворчит он под нос. Харука пытается ударить ногой, но её так быстро перехватывают, что он даже растерялся. Сомнения не охватывали его так сильно с тех пор, как мозг впервые осознал, что герои могут быть хорошими людьми, а не ублюдками. –Ц-ц-ц, чего так агрессивно? Я ничего ещё не сделал! –Ногу опрокидывают вниз, Харука падает, но успевает перехватить себя тенями. Почти как на льду Харука заставляет себя проскользить рядом с Эндо и встать на ноги. –Не бегай от меня! Я драться пришёл, а не в ёбаные догонялки играть! В последней фразе ясно отражалось раздражение. У Харуки нет чертового времени на разговоры! Тут по округе может бегать злая как чёрт пантера, жрать и калечить людей! Эномото ранен, Кусуми в какой-то пизде, а тут этот разукрашенный татуировками урод ещё чего-то с ним разговаривает! Сакура бьёт рукой под ребра, но никакого видимого эффекта не получает. Эндо лишь улыбается и бьёт в ответ, прямо в плечевой сустав. Харука громко ругается в своих мыслях, отпрыгивает подальше, но чётко понимает - бегать от него, всё равно что бежать от гепарда. Догонит - оглянуться не успеешь. Он тихо распускает тени под ноги, создавая что-то типа линолеумного покрытия. Харука подкидывает себя вверх, бьёт в шею, чувствует как адреналин льётся через край. Ботинок попадает прямо в цель, но Эндо стои́т, лишь слегка двинувшись из-за силы удара. Он не падает, зато начинает падать Харука. Тени подхватывают, но тут появляться свечение из рук Эндо. Теперь рисунок напоминает простой квадрат, без каких-либо выебонов. Удар попадает прямо в теневое покрытие и оно разлетается на куски как от огромной бомбы. Волна, прошедшая от взрыва, откидывает Харуку за сбившиеся в кучу машины. Поднимается пыль, грязь, кашель разрывает лёгкие. Нельзя валяться. Сакура встаёт как раз вовремя, что бы получить удар коленом в нос. Кровь хлещет, заливает лицо, он чувствует отвратительный солёный вкус на языке. Это бесит. Харука давно такого не чувствовал, будто вернули с небес на землю. Второй удар прилетает по горлу и Харука задыхается. Чертовски больно. Хрипы вылетают из горла, но спустя пару секунд, всё восстанавливается. Всё равно этого времени хватает для Эндо. Рёбра болят сильнее обычного. Фантомная боль пронзает шрамы от ножа. Харука уворачивается от очередного удара ноги, хватает её, поднимает как можно выше со своего положения. Эндо не падает. Зато тени поднимают Сакуру на пару сантиметров выше и тут уже растяжка придурка подводит. –Блять! –Харука наслаждается звуком падающего тела. А потом - бежит. Нет, Сакура не трус. Ни в коем случае. Харука должен захватить как можно больше теней, как это сделать, если все подчинённые были разосланы обратно? Их нужно собрать заново, а потом попытаться использовать трёхмерные тени. Конечно, удар Эндо намного сильнее чем костяные пули того ублюдка. Они не выдержат. Но когда Харука получит перелом - когда, а не если - будет легче сохранить его в более менее нормальном состоянии. Будет меньше боли. Будет легче сражаться. –Эй, Сакура! –Он резко тормозит, поднимая облака пыли и оборачивается в сторону крика. Эномото сидит на земле, с кровоточащей ногой, показывает ему палец вверх. Харука ели сдерживает желание закатить глаза. Тут же слышит лёгкие шаги позади. Блять. Он срывается с места и бежит будто умрёт, если даст Эндо себя догнать. Ну... В принципе... Всё возможно. Когда он перепрыгивает Эномото, у него даже нет времени обернуться. Только когда звучит грохот, а следом и громкие ругательства с молитвами, он делает это. Эндо уже встаёт, но сразу понятно - искупался рожей в растрескавшемся бетоне. Эномото уже бежит к нему, пока из рукавов быстро втягиваются чёрные нити - волосы. Способность Эномото - одна из самых странных, встречаемых Харукой. Типа, серьёзно, чем могут быть полезны вырванные волосы? Ладно если бы волосы на голове могли становиться длиннее, крепче, туда-сюда. Но вырванные волосы? Причём их надо реально вырывать, не просто по одному волоску, почти безболезненно, вытаскивать с головы. Вырывать, иногда, если нужны сильные волосы, - с кровью и пучками. Все вырванные волосы спрятаны в рукавах, так что бы можно было использовать как ленты. Неудобно в тех случаях когда бьют по голове, уносят в подвал под отелем и для надёжности срезают рукава едва ли не по плечи. Харука хватает Эномото тенями и тянет к себе, пока ублюдок пытается оклематься. Да он даже вспотел от этих побегушек! Честно, даже сражения как такового не было. Эндо играется, не смотря на то, что твердит о серьёзной драке. Будто ждёт чего-то. Харука хмурится, ощущает отлив сил, как контроль над тенями слабеет. Блять. –Придурок, сказал же бежать!.. –Шепчет Эномото, пока они бегом направляются в сторону Кусуми. Он шёл вместе с Кадзи в ту сторону, но никаких вестей от него не слышно. Отличная возможность перегруппироваться, заодно, может быть, натравить пантеру на Эндо. –И как ты себе это представляешь?! Мы сейчас от него убежать что ли сможем?! Эномото цыкает, продолжая бег молча. –Кто вообще этот Эндо Ямато?! –Имя его знаешь, а откуда вылез нет?! –Эномото гневно смотрит на него и перепрыгивает через машину, поднимая себя волосами. Харука же может просто перепрыгнуть. –Быстрее! –Заместитель главы Нороши, самый ебанутый после Банджо. –Кадзи что-то говорил про Банджо... –Харука оглядывается назад и не видит Эндо. Блять, куда он делся?! –Сильная мразь, садомазохист, зуб на Кадзи имеет. А самое главное - до усрачки боится Хираги. За зубастика берёт гордость. А потом... Где ёбаное подкрепление?! Разве его не должны были взывать ещё час назад?! Серьёзно, рано или поздно Эномото устанет и тогда им точно придёт пиздец. Они останавливаются прямо в начале аварии, видят - поваленные столбы, перекрывающие дорогу. Харука молча ахуевает, как и Эномото. В одно и то же время им в мозг приходит одна мысль : Я знаю кто это сделал. Виновник сей картины как раз появляется прямо перед ними, будто на выходе из киоска. –Побежали, крысы чёртовы! От тебя я такого не ожидал, Сакура! –Он разводит руками, на ладонях которых появляются светящиеся картинки круга. Блять. Они прыгают в разные стороны, но мощность, видимо, была выкручена чуть выше, чем до этого. Ударной волной снесло машины, разбились некоторые окна, в ушах загремело. А ещё Харука отлетел на пару метров и не мог понять где находится до того момента, пока чёртов Эндо не въебал ему в живот. Воздух выбило, мир Сакуры опустел. Казалось, что жизнь остановилась совсем, а что бы она начала двигаться дальше, нужно сделать всего один заветный вдох, простой вдох, но горло перекрыло, лёгкие перекрыло, единственное на что он был способен - хрипы. Попытка вдоха приносила ещё большую пустоту, развивающуюся от очередного удара в живот и в нос. Будто до этого они оба были в порядке. Харука не успевает ничего сделать - не может дышать. Только открытые глаза спасают его от позорной участи проигравшего. Он ухватился за кулак, приподнялся - в одну секунду Эндо упал как подкошенный. Тени ударили по подколенным чашечкам, по двум точкам на шее и одной на спине. Пролежал этот ублюдок не долго. –Сколько можно меня ронять?! Дерись! Как ты сотрясение мозга ещё не заработал, так по уродски падая?! Мозгов нет?! Всё становится ещё хуже, когда появляется новый голос. Невероятно бесящий, писклявый, с манерой будто каждое движение - невероятный праздник, который непременно нужно отпраздновать в императорском дворце. –Эндо-чан, не видел Кадзи-куна? Мне кажется наша кошечка потерялась!.. –Завали хлебало, Банджо, я занят! –Раздражённо оборачивается Эндо. Харука и Эномото стоят, смотрят на этих двоих, думая, стоит ли продолжать сражаться. Но тут слышен рёв. Совсем рядом. Буквально у Сакуры за спиной. Откуда она вылезла?! Пантера выглядела точно так же, как когда он впервые встретил её. Светлая шерсть, почти светящиеся белым глаза, без зрачка. Отличие - хвост бьёт по бокам, явный признак злости. Не менее важное отличие - пантера вся в крови, наверняка, своей. Она хромает на одну ногу, с бока стекает кровь, оставляя кровавый след. Левый глаз почти полностью закрыт, а грудь вздымается тяжелее, чем у заплесневелого курильщика. Харука, в прочем, был бы не против начать сражаться с пантерой против этих двух, но... Не в обиду кусачке, даже так они не выиграют. Была бы их позиция чуть лучше!.. Вдруг в глазах пантеры что-то мелькает, - Харука не понимает что, - она кидается вперёд, буквально пытаясь сожрать Банджо одним укусом. Эндо был ей ненужен. Банджо отбивался от Пантеры как от надоедливого ребёнка - отходил на пару шагов перед её прыжком, пускал пыль в глаза, а когда пыталась укусить, давал ей это сделать с невероятно довольным выражением лица, следом пуская почти невидный глазу электрический заряд. –Не отвлекайся! –Эндо бьёт светящейся фигурой совсем рядом, создавая новый кратер. Сколько это надо будет чинить... Мелькает мысль, перед тем как чёртов белый луч попадает ему в руку, разламывая её пополам. –Хм-м-м, вроде не такой сильный был, а руку сломал... Слышит он среди шума в своей голове. –Ну ладно, раз ты так медленно от боли отходишь, нужно от тебя избавиться... Нет. Нет, Харука только разобрался с тем, что не один! Он только начал жить по настоящему. Он не готов отказаться от неё, не смотрят на то, что боль разрывает разум, мучает тело. Сводит с ума. Глаза видят как рука Эндо в очередной раз загорается белым, уже в виде цветка сакуры. Ха-ха, как смешно... Резко луч отклоняется от курса и частью попадает в соседнее здание. Слышны громкие ругательства, крики, а следом удар. Шипение, полное боли, заставило Харуку поднять глаза. Эндо потирал руку, с которой медленно сочилась кровь. А в другой стороне, хромая поднималась пантера. В её глазах искрился разум.

***

Отдавать пантере тело - тоже самое, что и тонуть. Рен видит через молочную дымку тумана, в котором разглядеть собственную руку уже удача. У пантеры маленькое сердце, достаточно маленькое, что бы не чувствовать его стук. Но нервные импульсы проходят через сознание Рена. Именно он осознаёт всю ту боль, которую ей причиняют. Каждый удар, как разряд, сотрясающий тело внутри пантеры, заставляющий сжиматься комочком и просить всех известных ему богов - хватит. До пантеры невозможно достучаться. Она никого не различает голосов, а лица для неё одно и то же пятно. Пантера видит в каждом врага. Пантера не чувствует боли. Только Рен. Он не видит Банджо. Но собственное сознание пульсирует узнаванием, страхом перед этим уродом. Будто Рен до сих пор подросток, не способный справиться с хилым парнем, управляющим электричеством. Пантера сражается по животному - напрямую, в лоб, будто никаких препятствий перед её жертвой не существует. Банджо бьёт точечно, заставляя мышцы напрягаться, становиться деревянными. Пантера не чувствует боли. Она пытается сражаться дальше, но у неё не выходит и уже чужой гнев поглощает Кадзи. Досада заставляет драться ещё отчаяние. Пантера получает и получает раны, пока Банджо игриво принимает удары, отвратительно смеётся от боли. Это бесит Рена. Эта самонадеянность, будто весь мир склонится перед ним, стоит лишь направить удар. Электричество Банджо - не молния. Молния бьёт быстро, бьёт сильнее. Убивает быстрее. С электричеством такая же история, один мощный удар - смерть. Электричество Банджо простой ток, достаточно сильный, что бы заставлять мышцы двигаться. Что бы чувствовать боль. Он получает силы для электричества из взаимной боли, ему необходимо касаться человека, что бы брать силы. Рен изучал этого ублюдка даже после его мнимой смерти, не мог заставить себя поверить, что тот больше никогда его не тронет. Прошло два года и уёбок вернулся. Рен делал это не напрасно. Всё эта разбилось о реальность. Рен не контролирует пантеру. Сколько бы знаний о Банджо он не вкладывал в свою голову, сколько бы не тренировался и не видел кошмаров с этим человеком - пантера никогда, никогда не сможет его победить. Собственный страх Рена перед этим чудилой заставляет пантеру нападать. Она чувствует то, что чувствует Рен. Прислушивается к его чувствам. Но не к мыслям, никогда не к ним. Рен не может справиться с разочарованием, ощущает боль в каждый чёртов промах. Ему нужно контролировать пантеру, заставить её слушать и понимать голос внутри. Но пантера - животное. Дикое, непоколебимое. Пантера не стареет, не меняется. Пантера бессмертна, застряла в одном состоянии. Рен ненавидит себя и свою слабость. Сколько у него было времени начать контролировать пантеру? Около двух лет, с присоединения к Бофурин. Чего он добился за это время? Ничего. Наполовину превращаться это хорошо, но всё равно не контроль. Рен, выходит, просто пинал балду всё это время? Сколько бы он мог сделать, умей контролировать пантеру, использовать её тело, как собственное? Много, наверняка много. Уж точно победил бы Банджо. Не испытывал бы сейчас постоянную боль от ударов током. Сознание тянется вперёд с максимальной силой, доступной Рену. Ему нужно взять контроль. Тяжело было бороться с желанием закрыть глаза, отпустить сознание, просто уснуть. Тогда пропадёт боль, пропадёт бесконечный туман. Но Рен должен что-то сделать. Вдруг сейчас вместо Банджо, пантера пытается убить раненого Кусуми? Или Эномото? Да кого угодно. Вдруг, пока Рен спит, пантера наносит непоправимый вред его близким. Или гражданским. Картинка перед ним не прояснется, но благодаря зрению пантеры, Рен видит лучше и ярче. Маленький плюс, для большого минуса. Он видит размытые силуэты машины, видит как пантера качается из стороны в сторону из-за потери крови. Видит перед собой размытые силуэты людей. Один - Эномото, второй - Сакура, а третий?.. Рен не узнаёт его. Никогда не видел до этого. Пантера снова начинает бесполезную драку. Рен думает, что ситуация пиздец. Он остался ни с чем. Остальная часть Бофурин борется с врагами в комплексе. Он не знает, что там происходит. В порядке ли оставшиеся в общежитии ребята? Как там остальные герои? В порядке ли Хираги? Сколько нападавших, как долго они осаждают комплекс? Справляются ли? Неизвестность сводит с ума не хуже чем постоянная боль. Рен не видит, не слышит, лишь боль его вечный спутник, ориентирующий во времени. Пантера до сих пор борется и её не волнует ничего, кроме драки. Не мертв ли Хираги, не избавились ли от всех тех, кто не имеет ценность как пленный? Не уничтожили ли Бофурин? Рен чувствует зияющую дыру там, где раньше было Бофурин. Чувствует больно горящее нечто, где всё ещё есть Кусуми, Эномото и Сакура, с остальным отрядом, пошедшим с Дзикоку. Когда голова пантеры отворачивается от Банджо, взгляд резко проявляется. Рену приходится прикрыть сознание, что бы точно не упасть в спячку от подобных ощущений. Только-только ощутив радость, что хоть что-то видно, он всю её теряет. Потому что пантера видит как неизвестный ублюдок направляет светящийся луч в сторону Эномото и Сакуры. Все инстинкты кричали - он нападает. И раз эти двое не смогли с ним справиться до появления пантеры, значит этот мужик силён. Это было нападение. На его людей. На его братьев. Рен понимает, что остался один. Ему неизвестно что с Фуурин, существует ли Бофурин в эту минуту. Дыра внутри становится всё шире, будто сам Рен тянет за края и заставляет её расти, поглощать всё, что умещалось в его сердце. Перед глазами живо встаёт картина разрушенного комплекса, сломанных тел и символ Нороши, нарисованный на каждом здании. Потеря Бофурин - потеря почти всего. Большей части Рена. Голова не может за пару минут осознать факт, что Бофурин может и не быть. Что Рен остался без дома. Что дом был уничтожен, безвозвратно потерян и он никогда больше его не увидит. Рядом остался только его отряд, Эномото, Кусуми и Сакура. Те, кого он должен защитить любой ценой. Поэтому он кричит. Пусти меня, мразь! Ты убьёшь их! Убьёшь! У меня ничего не осталось, дай мне спасти их! Съеби отсюда! Дай мне их спасти! Пусти меня! Пусти меня! Сознание тянется и тянется вперёд, но пантера не пускает за руль. Она стоит непоколебимой стеной. Пантеры - животные одиночки. У пантеры нет стаи. Пусти, сволочь! Уйди отсюда! Я помогу, они умрут, если мы не вмешаемся! Пусти меня, ёбаное животное, я не дам им умереть! Туман светлеет, глаза уже не болят от яркой картинки. Они единственное что у меня осталось, не дай им умереть! Пантера отдаёт своё тело, но не разум. Рен становится пантерой.

***

Эномото не дурак. Дурак не смог бы проникнуть в Нороши, получить доверие от двойного агента и встретиться с постами повыше, чем просто головорез. То, что его поймали и держали в плену, не особо на его интеллект влияет. Он не виноват, что не знал о втором предателе. По этому Такеши понимает, что сколько бы они не сражались, когда-нибудь этим двоим надоест и они убьют их. Как это попытался сделать Эндо пару секунд назад. Но он даже не думал сбежать. Тело, даже если бы он захотел - не двинулось бы. Такеши не может бросить этих троих идиотов, решивших, что драться с сильнейшими головорезами Нороши - пиздатая идея. Такеши умрёт вместе с ними, даже если здравый смысл будет кричать, что он мог бы выжить. Такеши выбирает остаться. Потому что он идёт за Кадзи, не смотря на то, что большая часть его идей - полнейший бред. Когда пантера отвлекается от Банджо, выбрав Эндо новым противником, Такеши удивляется. Что бы пантера сменила жертву, уже выбрав её? Да никогда! Рука Эндо кровоточит и Такеши понимает, что кровь у него самая обычная. Эндо всё ещё человек, не смотря на то, что способен снести несколько зданий своей способностью. Все ещё чудо, что он их не убил, но его можно ранить. Если бы только они могли двигаться так же быстро!.. Пантера получает удар лучом, беззвучно открыв пасть, полную зубов. Это странно. Пантера бы завизжала, зашипела как дикая зверюга, коей и являлась, но... Она молчала. Приняла удар, сразу встала, начиная вилять, пытаясь не дать Эндо прицелиться. Пантера так не делает. Может это Кусуми? Его способность, могла бы позволить подобное. Такеши сразу же себя переубеждает : Подобные мутации не происходят так внезапно, этому следуют предпосылки. Какие-нибудь, не знаю... Кусуми никогда не мог превращаться в пантеру, как бы не старался. Значит это всё таки та пантера, которую он знает. Почему же она так странно себя ведёт?.. На подобные раздумья нет времени. Такеши хватает Сакуру за ворот формы, пытаясь увести подальше от Эндо. Пантера справляется, ей нужно выиграть ещё пару секунд времени. Такеши сможет использовать волосы для захвата, а Сакура свои тени. Им всего-то нужно подходящие позиции! –Куда ты меня тащишь?! –Чуть ли не орёт Сакура. Чёрт бы тебя побрал, чего ты так орёшь?! –Не кричи, сейчас расскажу, потерпи-!.. Они не успевает найти места. Путь преграждает Банджо. Эномото помнит тот день, когда это чудище напало на них. Когда Кадзи и пантера боролись за него и Кусуми, один единственный раз, но не смогли с ним справиться. Страх, будто дикое животное скручивается внизу живота, высовывая голову только что бы зашипеть, а следом спрятать голову обратно. У Такеши нет и никогда не было сил справиться с Банджо. Слишком силён, слишком любит боль, что бы отвлекаться на раны. Сакура этого не знал. Он не останавливается, бежит прямо на Банджо и сносит его с ног. Но урод хватается за волосы, пуская по ним разряд. Сакура молчит, сжимает челюсти, игнорируя боль. Удар приходится ему по животу, когда тело падает на землю. Банджо с маникальным выражением лица пинает мальца в бок, из-за чего изо рта Сакуры вырывается хрип. Такеши хватает Банджо за руку волосами, прекрасно зная, что следующий удар электричеством придётся по нему. Волосы - так себе проводник, но Банджо это не остановит. Такеши готов, пытается не закрывать глаза в ожидании удара. Он не дурак - нельзя закрывать глаза во время драки. А с этими ублюдками так точно. Такеши радуется тому что видит дальше. Сакура вытягивает тени и берётся на верхнюю часть тела Банджо. Такеши держит нижнюю. Они одновременно тащат его в свои стороны. Крик разносится по округе только спустя полминуты : –А-а-а, как же больно! –Такеши морщится только от одной фразы. –Это так прекрасно! Вы тоже должны почувствовать это наслаждение! Такеши только хочет крикнуть, что бы Сакура отпустил тени, но не успевает. Тело сворачивает судорога, руки деревенеют почти сразу. Боль поглощает его всего, разум не видит дальше собственных рук. Он кричит, так громко, что уши закладывает. Банджо посылает разряд за разрядом, смеётся во всю глотку и это заставляет Такеши погрузиться так глубоко в себя, что закинутые подальше воспоминания - всплывают на поверхность. Я и так слишком много вспоминал, разве этого не достаточно?.. Когда перед глазами хоть немного проясняется, Такеши невероятно удивляется тому, что всё ещё держит Банджо. Потом взгляд устремляется в другой конец - узнать, как там Сакура. Сможет ли он продолжать сражаться, как на него повлияло электричество- Сакура стоит, держит тени и что-то ему кричит. Такеши оглушён, почти ничего не слышит, кроме треска в ушах и болючего покалывания в руках. Редкие мелкие судороги сводят с ума. Как и то, что Такеши не подумал о Сакуре до этого. Тени не проводят электричество. Радость затмевает все остальные чувства. Малец не почувствовал и толики той боли, что испытал Такеши. Тени всё крепче сжимали Банджо, заставляя того изнывать и вертеться, как сосиска на вертеле. Теперь, даже крики о прекрасной боли, наслаждении ей, обзывательствах и тому подобном, не бесили его. Чувство отвращения побледнело до цвета поганки. Но, конечно, всё не может быть так хорошо. –Заканчивай! –Слышит Такеши. Словно в замедленной съёмке он наблюдает как и его волосы, и тени Сакуры, разрывает световой луч в форме квадрата. Тени брыкаются обратно, светлеют, становятся обычными тенями. Его волосы втягиваются обратно, но спустя секунду уже готовы браться снова. Что не скажешь о Сакуре - тот с паническим выражением лица пытается притянуть их обратно. Тело пантеры падает рядом. Сердце замирает. Кадзи мёртв, думает он. Вместе с пантерой умрёт Кадзи, так же как Кадзи умрёт вместе с пантерой. На теле виднеются кровоточащие дыры, ожоги самых разных форм и стадий. Сердце бьёт удар. Слишком медленный. Кадзи мёртв. А? Нет, нет, быть не может, Кадзи не может умереть- Глаз пантеры открыт, зрачок с большей ленивостью чем обычно оглядывает место. Фух, Кадзи жив. Зря волновался. Он жив, этот идиот жив и только собирается умирать. Фух. Эндо кидается на Сакуру.

***

Он не помнит, сколько дерётся с этим чёртовым Эндо. Только когда уже один действующий кулак в крови, а тело не может взять само себя под контроль, Харука видит. Тот улыбается не хуже прославленного конченого Банджо, из носа хлещет кровь, руки сжаты в кулаки. Он явно хочет продолжить, вот только у Харуки уже сил нет. Каждый чёртов удар по этому ублюдку значит получать в ответ. Отлететь назад, не важно в чьём манёвре - в его собственном или в Эндо, перестать видеть мир на секунду и получить очередной удар по лицу. Эндо силён, а Харука не достаточно. Рука опускается, тени дрожат как в судорогах, а этот ублюдок стоит и лыбится, с отдышкой, потом, кровью. Харука думает : Маньяк. –Что же ты, ха, остановился, Сакура? –Махает руками, прыгает на одном месте, будто на ринге. –Ты хорош! Меня аж зацепило! Что-то мне подсказывает, что это не то, чем стоит гордиться... –Зря я решил тебя тогда убить, –наклоняет голову, будто в размышлениях. –А может и нет. Ты только от этой мысли и начал нормально драться. Проходит секунда и Харуке уже приходится ставить блок здоровой рукой, лишь бы Эндо не вырубил его. Ему всё хотелось узнать, что с Эномото, где мать его Кусуми, почему пантера лежит и ничего не делает?! Разве она не должна драться до самого конца?! Пока ей не отрубят все конечности?! Харука устал. Он стал медлителен, а Эндо держится на одном и том же уровне. Харука не должен думать о проигрыше, что будет если он не сможет остановить опасный удар, когда это произойдёт, сможет ли он вообще выжить в этой драке? А если нет, то найдут ли тело? Того вора, от которого остались только руки, найденные Харукой, никто не нашёл. Они так хорошо спрятали труп, что даже спустя столько времени, его ещё не обнаружили. Умрёт Сакура, а что станет с остальными? Кадзи, Эномото, Кусуми? Все размышления прервал очередной кулак в нос. Следом - крик, знакомый, заставляющий Сакуру отвлечься от драки и улыбнуться во всю ширь. –Эндо, какого хрена ты тут творишь?! Это был Хираги. Банджо, дравшийся с Эномото совсем рядом, резко опускает руки и пропускает удар. Ему хорошенько прохаживаются по лицу, перед тем как он издаёт непонятный звук скулежа : –Х-хираги?! –Он уворачивается от удара, бросает Эномото в сторону, но вместо того, что бы продолжить, поджимает руки к груди, пускает по себе мелкий заряд. –Ну уж нет, давай без меня, Эндо! Мы на такое не договаривались! Банджо сбегает, а Эномото падает без сил, глубоко дыша и дёргая кончиками пальцев, будто всё ещё получая мелкие разряды током. Харука сочувствует ему. –Хираги, съеби в закат, ты мне тут нахуй не нужен! –В Харуку летит новый удар, но не долетает, из-за появившейся рядом стены воды. Он вздыхает с облегчением. Наконец-то. Подкрепление. Наконец-то. Казалось, что с груди свалилась невероятная тяжесть, а внутри стало свободнее. Это подкрепление. Они больше не одни. Хираги пришёл. Он не бросил их. Подкрепление здесь. –А нехуй моих стажёров трогать, –рычит зубастик, подходя ближе. –У тебя только один достойный стажёр, –ухмыляется Эндо, взглядом указывая на Харуку. –Меня пугает, что ты это оценил, –Хираги преграждает Эндо обзор. Харука был бы этому рад, если бы ещё и ему не закрывали обзор. Тревога слабо зашевелилась, но он быстро её подавил. Тут подкрепление. Хираги. –Здесь есть кое-кто поинтереснее меня. Банджо, к примеру. Иди за ним, а я с Сакурой бой закончу- –Хватит торговаться, Эндо. От голоса Умэмии веет морозом, не смотря на то, что от этого человека всегда исходит тепло. Растения поползли по земле, становясь чем-то вроде охраны. Харука даже не пытается тронуть эти странные фиолетовые цветки и некоторые деревья. В прошлый раз, ему не очень зашло сидеть в лианах. Воспоминания о прошлом, заставили даже не пытаться анализировать разговор, произошедший совсем рядом с ним. Почему Хираги разговаривал с Эндо как с знакомым? Почему Умэмия повёл себя так холодно, если к другим преступникам всегда приходил с улыбкой? –Умэмия! –Шипит сквозь зубы Эндо. Харука слышит как тянутся деревья, разрушается асфальт от удара способности Эндо. В следующий миг он уже на навесе одного из магазинов, на другой стороне, прямо в поле зрения Харуки. –Меня послали с сообщением, –кричит он. –Я должен был оставить кого-то из прибывших в живых. Радуйтесь, что четверо живы. Или, по крайне мере, двое. На счёт других я не уверен. Голос становится всё громче с каждой секундой. –Нороши объявляет Бофурин войну! Готовьтесь, герои! Особенно ты, Умэмия! Такииши хочет драться с тобой! Улыбка расплывается на его лице : –А я хочу драться с тобой, Сакура! Эндо прыгает с помощью способности, исчезает за зданием. Деревья, последовавшие за ним, на успевают. Харука выдыхает. Вдох, выдох. Ублюдок ушёл. –Чего вы так долго? –Спрашивает он, ели сдерживая злость. Серьёзно, почему так долго?! –Кадзи не сказал? –Харука не успел спросить о чём кусачка не сказал. –Комплекс Фуурин был атакован. Мы ели смогли справиться с таким наплывом. Харука... не знает что чувствует. Злость? Да, конечно, но что-то ещё. Если бы Бофурин исчез, что бы он делал? Куда бы пошёл? Куда бы пошёл Кадзи, Хираги? А Умэмия? У него не могло возникнуть мысли, что Бофурин может с чем-то не справиться. Ему казалось, что эти герои всемогущи. Будто они неразрушимы. Харука ошибался? Раз они пришли, значит нет. Бофурин всё ещё стоит и сердце продолжает биться. –Сакура, где Кусуми? –Хираги осматривает поле боя. –Не знаю, –честно отвечает он, тоже начиная высматривать товарища. –Что с Кадзи? –Беспокойство теперь отчётливо слышно в его голосе. Харука представляет, как реагировал бы, если бы попал сюда как зубастик. Он бы разнёс всё что тут не было разнесено в клочья, лишь бы найти. От мысли о том, что Кусуми может быть мёртв, если пролежал с тяжёлой травмой так долго без помощи. Или что Эндо с Банджо убили его. Холодятся руки, всё ещё тёплые от своей и чужой крови. А Кадзи? Он ведь тоже лежит в облике пантеры уже долго, с опасными травмами. Харука помнит его живым, но вдруг он уже?.. –Он... превратился в пантеру и дрался с Эндо. Он должен лежать там, не знаю что с ним... Кадзи, не умирай, скотина! Нельзя умирать сегодня! Умэмия смотрит как никогда серьёзно, трогает Хираги за плечо. Тот кивает головой, переводит взгляд на Сакуру : –Нам надо всех найти и доставить в больницу. Сначала тебя, раз ты первый нашёлся. Эномото за тобой следом. У Харуки не было сил спорить. Как и стоять. Он грохается в обморок как впечатлительная девица в старых фильмах.