Диагноз: Уокер

Солнце над Миннесотой впервые за долгое время не просто светило — оно жарило. Весна наконец-то перестала капризничать и сдалась на милость приближающемуся июню. Ноа попыталась открыть дверь, но раздражённо цыкнула. Она была закрыта. На другой стороне, послышалось шаги и деревяшка отварилась, Эми в штанах и майке встретила ее несколько безэмоциональ, по ее скромному мнению. — Кофе будешь? — голос брюнетки был сонным, немного хриплым. «А, она только проснулась, прощаю.» — Ноа прошла на кухню, как к себе домой, она вывалила на сонную Мур кучу информации, пока та варила ей кофе с опухшим ото сна лицом. — И это не обсуждается, — она стояла перед сидящей Эми с видом генерала перед наступлением. — Завтра мы едем на озеро. Дэни уже замариновал мясо, Оливер купил новый совочек, а я купила тебе купальник, который ты не наденешь, но будешь выглядеть в нём сногсшибательно хотя бы пять минут. — А если я откажусь? — Тогда я расскажу Дэни, кто на самом деле сбрил ему брови, пока он спал. — Это аргумент.— Мур закивала головой отпивая из своей кружки. Возьмём с собой Кевина? Я хочу научить его плавать. — Я его уже позвала, он как внебрачный родственник.— блондинка взмахнула руками и закатила глаза, губы Эми растянулись в улыбке от слов подруги, но та мгновенно сделала фальшиво-возмущенный вид. — Я думала, что я ваш внебрачный родственник. — Ноа захохотала. — Ну, ничегг не поделаешь, будет еще один. Кстати, на природе легче подкрадываться, не упускай возможность напасть на Уокера. — она заиграла бровями и показала непотребный жест руками за, что получила по лицу прихваткой и полный смущенного возмущения возглас: — Как, блять, тебя считать за мать двух детей, Ноа???— та весело задыхалась. Озеро встретило их запахом нагретой сосновой коры, тихим плеском воды, и абсолютной, оглушающей тишиной, в которой не было привычного, давящего городского гула. Лишь пение птиц, стрекочущих кузнечиков в высокой траве и звуки деревьев на ветру. Элиас приехал первым, Дэни попросил привезти его дров, пива и себя. Когда Эми припарковала свой Audi, мужчина уже разгружал багажник, Кевин, в который раз в восторге от поездки на ее машине, сразу же бросился помогать своему Мистеру Уокеру, ака тренеру. Эми на это фыркнула и развернулась, чтобы вытащить из салона купленные овощи. Ноа и Дэни остались ответственными за мясо, мангал и лимонады. Эми собиралась напиться и посадить за руль Кевина, она злорадно ухмыльнулась, посматривая на мальчишку. Брюнетка оценивающе оглядела Элиаса. Тот был в легкой рубашке, расстегнутой на пару пуговицы снизу и сверху и с закатанными рукавами, открывающими вид на сильные предплечья и пресс. — Салют, Уокер! — Она потащила овощи в их сторону, но ближе к озеру, под мышкой был зажат стол-раскладушка. Элиас при ее виде улыбнулся ей той, редкой, искренней улыбкой с его невозможными яммочками. Солнце било ему в спину, превращая его силуэт в мощную, сильную статую, но даже это не помогло ее сердцу не дрогнуть. — Вижу ты сегодня в духе! — Эми закатила глаза, на его подколку, пусть радуеться, что она поздоровалась первая. Женщина поставила на более или менее ровную поверхность земли стол, поставила туда овощи в пакетах. Как раз в этот момент приехала семья Хоффманов, Мур всегда находила их фамилию изысканной. Шумная толпа вышла из машины как ураган, Оливер побежал к берегу озера, за ним Амелия, чтобы тот в него не окунулся. Ноа и Дэни поздоровались в унисон и также стали выгребать из машины напитки и мангал. Эми промывала промывала овощи, единственный отвлекающим фактором был Элиас. Мужчина схватил топор, направляясь к куче брёвен у костровища, перед тем, как приступить к расскалыванию дров, он скинул с себя рубашку. Мур промывала редиску, сильно отвлекаясь на руки и мышцы спины, что плавно перекатывались под кожей бывшего военного. Она проглотила слюну, что предательски скопилась во рту. «Господи, Уокер, ты понимаешь насколько это убийственно?» Ее лицо презрительно скривилось, Кевин закрыл ей весь обзор, ей пришлось сосредоточиться на овощах, как и было положено. К сожалению. — Ты так на него смотришь, что у меня лук запотел. — ухмыльнулась подошедшая с небольшой корзинкой Ноа. — Пошла на хуй, Кевин закрыл мне всю картину маслом. — Эми достала из принесенной корзины нож, под раздачу попал огурец. — Сначала дождись, пока Дэни разведет костёр, дорогая. — промурчала блондинка, вытаскивая вышеупомянутый лук, Мур забыла его купить. Оливер рыл яму ближе к суше, со стараниями Амелии, которая между прочим пыталась строить глазки Кевину. Эми поправила очки, чтобы лучше видеть их. Она толкнула локтем Ноа и они обе замерли, чтобы расслышать, о чем говорили ребята. — Ты умеешь делать искусственное дыхание? — Мел выглядела очень заинтересованной этим вопросом. Кевин же, гордясь тем, что Эми хвалила его технику выполнения СЛР, гордо выпятил грудь. Может он сможет вдохновить Амелию ступить на путь медика? — Да! Я спас не мало жизней благодаря этому! — Эми услышав это закивала, парень и вправду держался молодцом при реанимации, но следующий слова заставили ее почти подавиться слайсом огурца. — А ты сделаешь его на мне, если я поцарапаю ногу? — Лицо Кевина потеряла весь энтузиазм, приобретая красный оттенок от подбородка до корней волос, тот почти запищал: —Н-ну, при царапине , делать искусственное дыхание не положено! — слишком громко произносил он некоторые слоги, пытаясь уйти от этого разговора пробегом к Дэни. Эми захохотала в голос чуть не порезавшись ножом, Ноа пороженно открыла рот, но тоже быстро раскололась, они задыхались в смехе, пока Ноа не заговорила через смешки. — Это у нее от Дэни, я не причём, честно! — она подняла руки в знаке капитуляции, брюнетку прорвало сильнее прежнего, она стала стучать кулаком по ноге от переполняющих ее эмоций. — Уокер, ты слышал? Амелия попросила твоего протеже подышать ей в ротик! — она готова была валиться с ног от увиденного, взрослый парень убежал от 15-ти летки. — Почему ты его к такому не подготовил, пацан убежал в страхе! Элиас, услышав её крик, обернулся. Топор замер в воздухе, мышцы на спине перекатились, и он опустил его, опираясь на топорище. Солнце блестело на его ключицах, на тёмной дорожке волос, уходящей под ткань низко сидящей на его бедрах. Эми заметила как тот начал краснеть под лучами солнца. — Насколько же ты профессионал, что для тебя Сердесно-легочная реанимация — это подышать в ротик? — она насмешиливо ухмыльнулся от чего у Эми подкосились бы колени, будь она моложе. Ноа ушла к мужу, чтобы проверить обстановку и Оливера, который решил найти древний артефакт под толщей песка. — Хочешь проверить? — она весело сверкнула глазами, отправляя в рот слайс огурца. Элиас смотрел на ее губы пару мгновений и опустив топор пошел к ней. Мур на секунду подумала, что он и вправду хочет попробовать и уже готовила нервно отстаивать свои границы. Элиас наклонился к ней, и она почувствовала запах пота, дерева и того самого кедра, от которого у неё появлялись непрошенные мысли. Он взял с доски кружок огурца и отправил в рот. — Солёный, — заметил он. — Я знаю, что делаю, — огрызнулась Эми, чувствуя, как щёки теплеют. — Знаешь, — согласился он, устремляясь небесный глазами в сторону озера, вид был отменный. Мур хлопнула его по руке, когда он снова хотел взять огурец. — Не люблю, когда так делают.— она прищурила на него глаза, пригрозив пальцем, Элиас обратил внимание на завязку купальника под ее майкой. Эми приподняла бровь на его пристальный взгляд. — Ты будешь купаться? — Мужчина осмотрела стол, что еще можно было бы закинуть в рот, пока мясо не готово. — И бухать, не зря же я привезла Кевина.— Эми заправляла салат и закинула помидор в рот — не пересолен ли он. Элиас умоляю на нее посмотрел, Мур закатила глаза, но достала еще один для него. Брюнетка терпеливо ожидала пока он возьмёт дольку, вместо этого Уокер притянул ее за запястье и съел помидор с ее пальцев. —Не хочу пачкать руки. — Ты похож на псину. — скривив лицо произнесла брюнетка, хотя и замерла от неожиданности на секунду, округлившимися глазами наблюдая, как его рот обхватывает помидор, и как нежно он сжал ее запястье, приблизив к себе. Элиас стоял близко, он смотрел на ее выражение лица, выискивая другие эмоции, кроме выдавленного отвращения. В этот момент на его чистое запясть крепко легла рука Мур — полностью вымазанная в майонезе. Она по-чеширски улыбалась, задевая еще больше чистой кожи. Ой, — пропела она самым невинным голосом. — Какая неловкость. Рука соскользнула. Элиас медленно опустил взгляд на свою руку, покрытую жирным белым слоем. Потом поднял глаза на Эми. В них не было злости. Там разгоралось что-то опасное. — Ты пожалеешь, Мур. — Ой, да ладно тебе, Уокер, это ж просто май... АЙ! Он рванул к ней, но Эми, предвидя это, уже отскочила назад, хохоча в голос. Ее руки, все еще щедро смазанные майонезом, были ее главным оружием. Она выставила их перед собой, как боксер в стойке. — Не подходи! У меня WMD! Оружие массового поражения! — У меня тоже, — Элиас спокойно зачерпнул из миски с салатом остатки майонеза и двинулся на нее. — Эй! Это наш салат! — возмутилась Ноа, но тут же была остановлена Дэни, который прикрыл ей рот рукой. Эми с визгом рванула в сторону, пытаясь обогнуть стол, но Элиас был быстрее. Его рука с майонезом метнулась к ней, оставляя жирный след на плече. — Вот же сука! — заорала Эми, и, развернувшись, влепила ему ладонью прямо в грудь. Майонез потек по его груди. — Ты почти Супермен, Уокер! — крикнула она, отбегая. — Ага, сейчас же пойду спасть мир. Он схватил ее за руку, пытаясь притянуть к себе, но Эми извернулась и, прежде чем он успел среагировать, провела второй рукой по его щеке, оставляя жирное пятно на скуле. — Ха! — зашлась она смехом. Элиас замер. Медленно выдохнул. И в его глазах мелькнуло то самое выражение, которое Эми видела перед тем, как он в прачечной загнал ее в угол. — Ой, — сказала она, понимая, что переборщила. — Ой, бля... Она рванула к озеру, но Элиас настиг ее в два шага. Подхватил за талию и, не церемонясь, перекинул через плечо, как мешок с картошкой. — Элиас! Элиас, твою мать, отпусти! — Эми заколотила кулаками по его спине, забыв, что руки все еще в майонезе. — Это забота о тебе, честно, чтобы ты не сгорел, ты же бледный как поганка! — Я очень ценю твою заботу. — невозмутимо ответил он шагая к воде. Ноа и Дэни, стоя у мангала, откровенно угорали. Ноа утирала слезы, Дэни хлопал себя по ляжкам. — Это лучшее, что я видел в своей жизни! — выдохнул он. — Я же говорила! — Ноа сияла. — Я же говорила, что надо просто оставить их в покое и они сами себя на раз-два! Оливер, вылезший из своей ямы, с восторгом наблюдал за происходящим. — Дядя Элиас несет тетю Эми как принцессу! — от замечания сына они забились в истерике еще сильнее, ага принцесса, несет как мешок картошки! Амелия, сидящая на пледе с книгой, подняла глаза и замерла. Кевин, который как раз проходил мимо с пакетом угля, тоже замер. Их взгляды встретились ровно на секунду, после чего Кевин мгновенно отвел глаза и уставился на Элиаса с Эми, делая вид, что его очень интересует эта сцена.Амелия вздохнула и снова уткнулась в книгу. Которая, как заметил бы любой внимательный наблюдатель, была перевернута вверх ногами. Например как Кевин. Элиас дошел до воды. Эми, поняв его намерения, заорала так, что, наверное, в соседнем лесу проснулись все белки. — НЕТ! УОКЕР, НЕ СМЕЙ! Я ТЕБЕ ГОЛОВУ ОТОРВУ! ОНА ЖЕ ЛЯДЯНАЯ!!!! — Не слышу, — Элиас зашел по колено в воду. — Ветер. Шумит. Он разжал руки. — МОИ ОЧКИ! Эми с громким «ПЛЮХ!» ушла под воду, поднимая тучу брызг. Ноа зашлась в истерическом хохоте, Дэни упал на колени, держась за живот. Оливер захлопал в ладоши и запрыгал: — Я тоже так хочу! Элиас стоял по колено в воде, довольно улыбаясь, и спокойно мыл руки, счищая остатки майонеза. —Мудила! — Эми вынырнула, отплевываясь. Волосы облепили лицо, очки куда-то исчезли, но глаза горели таким огнем, что позавидовал бы любой костер. — Ублюдок, мать твою, я тебе каждый болт в машине откручу! Ищи свою щётку плавющей в унитазе, надеюсь ты получишь на нем геморрой! Элиас стоял по колено в воде, слушал этот поток отборнейшего мата и... улыбался. Широко, довольно, с теми самыми ямочками на щеках, от которых у Эми обычно подкашивались колени. Он наслаждался. Каждым словом. Каждым оскорблением. Каждой нотой её праведного гнева. — Ты закончила? — спросил он, когда она сделала паузу, чтобы перевести дыхание. —НЕТ! Я размещу твой номер на сайте для знакомств геев и тебе будут звонить толпами, что ты даже на Дэни потом смотреть не сможешь! Дэни трясущимися руками снимал происходящие на телефон и хрюкал, чтобы сдержать свой смех, на видео должно быть слышно, как эти двое препираються. Амелия широко улыбалась, переводя взгляд с родителей на ту парочку, забыв на время о Кевине и перевернутой книге. Кевин не понимал, что за отношения между этими двумя. —Ты без очков. — Элиас шагнул ближе. —Потому что ты кинул меня в воду, урод! —Кинул,— согласился он,— и не жалею. Эми отплевалась от воды, убирая мокрые волосы с лица, и, наконец, разразилась смехом — громким, заразительным, смешанным с кашлем и новыми проклятиями. — Я тебе в бензобак сахара насыплю, клянусь! — кричала она, пытаясь устоять на илистом дне. Вода была ледяной, но адреналин кипятил кровь. — Я твои протеиновые батончики заменю на слабительное, Уокер! Ты с толчка не слезешь неделю! Она хохотала так, что ей приходилось держаться за живот. Её злость была яркой, как фейерверк, и такой же красивой. Элиас стоял напротив, по колено в воде, мокрый от брызг, и не мог сдержать широкой улыбки. Он чувствовал себя мальчишкой, который только что дернул самую красивую девочку в классе за косичку, и теперь наслаждался её вниманием. — Слабительное? — переспросил он, скрестив руки на груди. — Это низко даже для тебя, Мур. — Низко?! — она ударила ладонями по воде, отправляя в него новый фонтан брызг. — Ты меня утопил! В одежде! Мокрая майка противно липла к телу, сковывая движения и холодя кожу. Эми раздраженно дернула плечом. — К черту, — выдохнула она. Она схватилась за край своей белой, теперь уже прозрачной от воды майки, и потянула её вверх. Элиас замер. Его улыбка медленно сползла с лица, сменяясь выражением, которое можно было описать как «тяжелая контузия». Эми стянула мокрую ткань через голову, открывая вид на тот самый купальник, который выбрала Ноа. Это было бикини глубокого винного цвета — дерзкое, на тонких завязках, которые, казалось, держались на честном слове. Оно не скрывало почти ничего: ни капель воды, бегущих по ложбинке на груди, ни плоского живота, который резко втягивался от холода, ни россыпи родинок на плечах, которые Элиас так хотел изучить ближе. — Лови, придурок! — и с размаху швырнула в него макрый ком одежды. Элиас блистательно поймал его лицом. Она набрала в грудь побольше воздуха, изогнулась дугой и нырнула под воду в поисках своей пропажи.Мокрая ткань с влажным чавканьем залепила ему обзор, мгновенно остужая разгоряченную кожу лица. Элиас медленно, с показным спокойствием стянул майку вниз. Она была тяжелой от воды и пахла озером, тиной и тем самым сладким ароматом, который Эми умудрялась сохранять даже после купания в ледяной воде.Он сжал мокрый ком в кулаке, чувствуя, как по предплечью стекает вода. А потом поднял глаза. И перестал дышать. Эми уже ушла под воду. Её силуэт — смазанное, тёмное пятно — скользил где-то в глубине, метрах в трёх от него. Солнце пробивало толщу озера, и в этом мутном, зелёноватом свете он видел, как двигается её тело: плавно, совершенно не заботясь о том, что на поверхности кто-то забыл, как дышать. Он благодарил всех богов, за то, что она сняла только футболку. Открытый вид ее спины уже заставлял кровь кипеть в жилах. Темные лямки обливали ее шею, винные, из-за воды почти чёрные. Элиас сглотнул. В горле пересохло так, будто он не стоял по пояс в озере, а шёл по пустыне последние три дня. Он сжал её майку сильнее — пальцы впились в мокрую ткань, выжимая остатки воды, но это не помогало. Мысли плавились, как воск, стекая куда-то вниз живота.Эми вынырнула метрах в двух от него, с победным возгласом взметнув вверх руку с зажатыми очками. Вода стекала с неё ручьями — по лицу, по шее, по ключицам, сбегая в ложбинку между грудей и дальше, по животу, к вине, к бёдрам, к этим чёртовым завязкам, которые держались, кажется, на честном слове и его пошатнувшемся самообладании. — Нашла! — выдохнула она, запрокидывая голову и жмурясь от солнца. Элиас молчал. Он просто стоял и смотрел, как солнце сушит капли на её коже. Как родинка над ключицей — та самая, которую он заметил ещё тогда, на озере, когда застёгивал купалон, — сейчас выглядит особенно тёмной на фоне покрасневшей от холода кожи. Как двигаются мышцы на её животе, когда она глубоко дышит, пытаясь отдышаться после нырка. Она повернула голову, встретилась с ним взглядом. И замерла. В его глазах не было той привычной насмешки. Того спокойного превосходства, с которым он обычно смотрел на её выходки. Там было что-то другое. Тяжёлое. Горячее. То, от чего у неё внутри всё сжалось в тугой, болезненно сладкий узел. Воздух между ними стал вязким, как патока. Эми перестала улыбаться. Её рука с очками медленно опустилась, повиснув вдоль тела. Она стояла в воде по пояс, мокрая, почти голая, и чувствовала, как его взгляд буквально ощупывает каждый миллиметр её кожи. — Что, мать вспомнил? — волшебство момента разбилось об трех брошенных ею слов. Она подошла к нему и бесцеремонно протекла все еще грязную щеку. — Фу, блять, ты бы хотя бы умылся что-ли. — она напоследок щелкнула его по носу и вышла на сушу, кутаясь в полотенце, что уже на готове держала Ноа.Элиас остался стоять в воде еще на несколько секунд, глядя, как Мур — мокрая, полуобнаженная и невыносимо живая — выходит на берег под победный клич Ноа. Его щека, которую она только что «вытерла», горела так, будто она приложила к ней не ладонь, а дефибриллятор.