Перейти черту

Люси шла за Купером, её взгляд был прикован к его напряжённой спине, когда он шагал по пустыне, поднимая пыль своими сапогами, а длинный плащ развевался за ним, словно накидка. Может быть, если она будет смотреть достаточно внимательно, ей удастся понять, что с ним не так и почему он так решительно оттолкнул её прошлой ночью. Минуту назад он целовал её, словно выдыхая её жизнь, а на следующей — отталкивал, как если бы она была дикой собакой, пытающейся укусить его лицо. Этот мужчина был непостоянен, словно рождён быть занозой в заднице. Этого было достаточно, чтобы свести женщину с ума. Свести её с ума. Не говоря уже о том, что это было уже второе отвержение, которое она получила с момента выхода на поверхность. Она начинала сомневаться в себе. Люси всегда была уверена в своей внешности, и люди её любили, но пребывание на поверхности заставляло её серьёзно пересматривать самооценку. В её убежище она легко находила друзей, а любые романтические встречи, которые ей хотелось, случались без труда. Если ей кто-то нравился, она говорила об этом прямо, и обычно получала взаимность. Черт возьми, Чет едва не умолял её «поэкспериментировать» с ним. И да, он был её кузеном, но в её убежище это считалось обычной практикой. Секс был одной из основных человеческих потребностей, и когда выбор ограничен, спишь со своим кузеном. Она не видела в этом ничего особенного, учитывая, что они не были женаты и не планировали детей. Но судя по реакции Купера на этот факт, «кузенская практика» на поверхности явно не в ходу. Возможно, именно поэтому он так взбесился из-за их поцелуя. Разве факт, что она спала с кузеном, вызывал у него отвращение? Нет, это не могло быть причиной, потому что он поцеловал её после того, как она поделилась этим фактом. Так что, может быть, он считал это странным, но она сомневалась, что именно это стало причиной его внезапного отторжения. Но очевидно, что что-то заставило Купера паниковать и убежать. Она просто ещё не знала, что именно… Что касается Макса, Люси имела куда больше представления, почему он отказался. Она предполагала, что причиной его отказа была неопытность. Кроме того, она даже не рассказывала ему о том, что спала с кузеном, так что это явно не объяснение. Плюс, он был рыцарем, а, как известно, рыцари соблюдают целибат. Она считала это куда более странной практикой, чем эксперименты с кузенами. Но каждому своё. Следовательно… проблема была не в ней. Нет, проблема была в них. Жителях поверхности. Они были настоящей проблемой. Может, у всех этих людей странное отношение к сексу или что-то вроде того. Но отказы всё равно обидные, независимо от возможных объяснений. Неинтерес к её… формам немного задевал её эго. Но у него были свои причины, и они были вполне понятны. Отказ Купера, напротив, жёг сильнее. То, что она не знала, почему он её оттолкнул, только усугубляло ситуацию. Он явно не был сторонником целибата. Он тоже испытывал к ней влечение, иначе не поцеловал бы её. Так почему же он убежал, словно за ним гналась стая блохастых мух? Всю прошлую ночь она хотела задать ему этот вопрос, даже пыталась не спать, дожидаясь его возвращения. Но он не вернулся. Половина её была уверена, что он просто оставит её здесь и исчезнет в ночи. Хуже всего было то, что она не смогла насладиться ванной. Большую часть времени в тёплой воде она прислушивалась к звону его шпор за дверью. Конечно, она смыла с кожи всю кровь и грязь, но не смогла насладиться тёплой водой и лёгким ароматом мыла. Даже когда она наконец-то вышла из ванны и надела новую одежду, она всё ещё злилась из-за резкого отказа Купера. Она даже не успела полностью полюбоваться купленными льняной рубашкой и джинсами, потому что боялась, что он её увидит наполовину обнажённой. Люси не стеснялась своего тела, но она знала: если бы он увидел её нагой, он снова убежал бы, визжа. Она никогда бы не подумала, что мужчина его возраста может вести себя как огромный, капризный ребёнок только из-за поцелуя. И всё же они были здесь. Поэтому она свернулась калачиком на кровати, головой к двери и одной рукой обняла Догмита, ожидая его. Хотя часть её боялась реакции, большая часть просто паниковала, что он больше не вернётся. В какой-то момент он, должно быть, вернулся в комнату, так как разбудил её, бросив рюкзак на кровать и приказав «пошевелить задницей». Когда она попыталась заговорить о поцелуе, он бросил на неё строгий взгляд с горящими глазами, и она замолчала. С тех пор он с ней не говорил; ни когда они продавали добычу торговцам, ни когда пополняли запасы, ни когда прощались с миссис Майерс и шерифом. Да, он много общался с ними, благодарил за помощь своим сладким голосом, но каждый раз, когда смотрел в её сторону, замолкал. Она уловила, что шериф и миссис Майерс были слегка развеселены их парой; последняя даже шептала слова поддержки о «своём мужчине», пока обнимала глубоко озадаченную Люси. Купер определённо не был её мужчиной. И она не хотела, чтобы он им был… верно? И она просто решила не думать об этом вовсе. Ни на секунду. Сначала Люси слегка раздражалась, но к середине утра её раздражение росло. К полудню оно переросло в злость, а к вечеру она была вне себя. Настолько, что даже подумывала выстрелить в него, чтобы вызвать реакцию. Несмотря на соблазн, она остановилась. Ей не нужен был риск, что он убьёт её или что-то в этом роде. Нападение с оружием редко заканчивалось для неё хорошо. Даже если он этого заслуживал. Она не понимала всей шумихи. Это был просто поцелуй. Конечно, лучший поцелуй в её жизни на тот момент, но всё же не повод для такой эпической истерики. Он драматизировал всё. Можно было бы подумать, что двухсотлетний мужчина умеет контролировать эмоции, но, очевидно, нет. Кто бы мог подумать, что он так странно отреагирует на поцелуй? И ладно, если бы он не остановился, она бы сама разделась и отдалась ему. Или позволила бы ему. Черт возьми, они оба могли бы получить своё. Но нет, кто-то должен был вести себя как большой ребёнок. Это был всего лишь секс. Или, в данном случае, почти секс. Едва. Даже если бы они спали вместе прошлой ночью, его реакция всё равно была бы неподобающей и грубой. Секс с ним был бы хорошей идеей? Вероятно, нет, но это не мешало ей хотеть забраться к нему в кровать. Это было единственное, о чём она думала всю прошлую ночь и сегодняшний день. Если бы он прямо сейчас предложил, она бы разделась и забралась к нему, словно на дерево. Что немного тревожно, если честно. Он её похитил, использовал как приманку, отрезал палец, а потом продал. Вряд ли это было романтичное «встреча-навстречу» из её детских грёз. Он ещё и в целом мудак. Плюс он не был обычным красавцем из-за отсутствующего носа и рубцов на коже. Не говоря уже о её истории с Максом и всех обещаниях, данных ему. Прошло совсем немного с момента их расставания. Определённо недостаточно, чтобы она была так возбуждена другим мужчиной. Хотя, учитывая её бурное желание к гулю, который шагал впереди, Люси начинала сомневаться, действительно ли у неё есть чувства к Максу, или её интерес к нему был продиктован обстоятельствами. Он был достаточно милым, и помогал ей каждый раз с момента её появления на поверхности. Он был именно тем типом мужчины, с которым ей следовало бы быть. Просто она не была уверена, что она действительно этого хочет. Люси гордилась тем, что всегда была честна, особенно с самой собой. И если быть откровенной, то её нынешний спутник интересовал её куда больше, чем Макс. Он, возможно, был более классически привлекательным, но она находила Купера довольно симпатичным. Может, даже более красивым, чем Макс, несмотря на отсутствие носа. Плюс, он точно знал, что делает, тогда как ей казалось, что Максимусу до секса как до Луны. Он просил её «взорвать ему член» — едва ли слова человека, умелым в интиме. Вся ситуация была запутанной. И давила на мозг. Сначала Макс, теперь Купер. Что с ней не так? Ничего, вот что. Настоящая проблема — что черт возьми с ним? По крайней мере с Купером. С Максом ситуация была менее… запутанной. Отчасти. Солнце только начало садиться за бесконечными холмами из песка и камня, когда Купер наконец остановился, дожидаясь, пока Люси догонит его. — Здесь устроимся, — сказал он грубо, глаза его всё ещё смотрели куда угодно, но только не на неё. Она с облегчением опустила рюкзак и, вздохнув, закатила плечи, пытаясь снять боль и усталость с истерзанного тела. Продолжая потягиваться, она чувствовала его взгляд, устремлённый на неё из-под козырька шляпы. Когда она наклонилась, чтобы дотронуться руками до верхушек стоп, она буквально ощущала жар его взгляда. Его реакция вызвала у неё улыбку удовлетворения. Он мог вести себя холодно и равнодушно, но явно был на неё подвержен. На самом деле, мужчина не мог отвести от неё глаз. Она сцепила руки за спиной и прогнулась так, чтобы грудь прижалась к ткани новой рубашки, надеясь вызвать у него реакцию. В ответ он пробурчал что-то про обход периметра, ушёл, приказав ей ставить лагерь. Она закатила глаза на его ворчливое поведение, но всё же сделала, как он сказал. Ну, как приказал, но ей это даже нравилось — этот процесс успокаивал её. К счастью, он оставил с ней Догмита для защиты, и Люси нравилась ее компания. По крайней мере, собака была рада быть рядом, с энтузиазмом вылизывая руки Люси. Она засмеялась, наслаждаясь лёгкой привязанностью пса. Продолжая хвалить Догмита, она занялась обустройством лагеря на ночь. Когда всё было готово, она села на камень и накинула плед на плечи, пытаясь согреться. Она всё ещё не привыкла к резким перепадам температур. — днём она потела, а ночью дрожала от холода. Она думала о том, чтобы развести маленький костёр, но решила подождать Купера. Ей не хотелось, чтобы он придирчиво ругался, если костёр ему не нужен. Пока она ждала, её мысли снова возвращались к гулю.В нём было что-то знакомое, словно она знала его всю жизнь. Его плавная манера говорить и уверенная походка напоминали героев вестернов, которые так нравились её отцу. Было много вечеров, когда она устраивалась с отцом на диване, смотря один из его любимых фильмов. Она видела некоторые из них так часто, что могла бы цитировать их слово в слово. Особенно фильм «Человек и его собака». Её отец обожал фильмы Купера Ховарда. Мысль вызвала у неё странное чувство, и она взглянула в сторону, куда гуля ушёл несколько минут назад. Не может быть… Купер Ховард умер больше 200 лет назад, верно? Или нет? Она вспомнила слова Купера своему отцу в обсерватории. Он процитировал один из любимых фильмов её отца, когда вошёл в комнату — фильм, где снимался любимый актёр её отца, Купер Ховард. Тогда она должна была уловить намёк, но день был слишком тяжёлым: она только что узнала, что её отец — убийца, а мать — дикий гуль, поэтому не особо обращала внимание. Плюс он сказал, что его зовут Купер. Он мог выдумать это имя, но Люси так не думала. Была причина, по которой Купер так напоминал ей Купера Ховарда, и это осознание чуть не свалило её с ног. — Боже мой, — выдохнула она, проводя пальцами по шерсти Догмита. Она не была полностью уверена, но почти наверняка считала, что гуль, с которым она путешествует — это Купер Ховард. Купер Ховард — гуль! Догмит залаял, когда мужчина вошёл в лагерь, прерывая её спутанные мысли. Она на мгновение подумала спросить его, действительно ли он Купер Ховард, но, глядя на его нахмуренное лицо, передумала. Поэтому она пока отложила это знание, решив докучать ему вопросами, когда он будет менее раздражён. Надеясь, что это произойдёт скоро. Иначе любопытство её просто убьёт. — Как чувствуешь себя после травмы сегодня, детка? — он присел, чтобы развести костёр, сосредоточив взгляд на работе, не смотря на Люси. Она хотела, чтобы он взглянул на неё, но хотя бы он снова признавал её существование. — Немного болит, но в целом вроде нормально. — Хорошо. — Он зажёг костёр, пламя подчёркивало резкие черты его лица. Его глаза, тёмные, как ночь вокруг, поднялись к её лицу. Он оставался безэмоциональным, встречая её взгляд. — Я бы не хотел тебя оставлять там. — Правда? — Она сохраняла ровное выражение, не желая показывать, как ей приятно услышать это. — Я бы подумала, что тебе будет радостно от того, что избавишься от меня. — Я бы не скучал по твоей болтовне, но Догмит, возможно, да. — Собака, услышав своё имя, завиляла хвостом, а Купер подмигнул Люси с игривой улыбкой. Этот маленький жест заставил её сердце пропустить удар. Он мог и не быть красавцем из сказки, но когда он улыбался так, как будто действительно это чувствовал, он был невероятно привлекателен. И он был самим Купером, чёртовым Ховардом! Хотя это сейчас было не так важно… но всё же. Теперь, когда она заметила сходство, оно никак не выходило из головы. — Я тронута. — Она поднесла насмешливую руку к сердцу, смеясь, когда он закатил глаза, хотя продолжал улыбаться. Эта обаятельная улыбка заставляла её хотеть протянуть руку и коснуться его. Вместо этого она сжала руки в своём кресле, чтобы не делать ничего глупого. Они погрузились в комфортное молчание у костра, каждый теряясь в своих мыслях. Люси, наблюдая краем глаза, поняла кое-что. Она думала, что их поцелуй прошлой ночью был случайностью, рожденной из эмоционально напряжённого разговора. Но теперь она начинала понимать, что это было нечто большее, что-то, что накапливалось уже некоторое время. Она хотела его. Она жаждала его рук на своём теле и его губ на своих. Больше всего ей нужно было знать, каким он был бы внутри неё, двигаясь этим стройным телом над её телом, пока она не развалится под ним. Или над ним (она была неприхотлива). Люси, будучи решительной натурой, решила, что она его возьмёт. Возможно, не сегодня и не завтра, но в ближайшее время она планировала соблазнить Купера Ховарда. Конечно, сначала ей нужно было убедить его. Он мог отвергнуть её прошлой ночью, но Люси не собиралась позволить этому остановить себя. Учитывая жаркий взгляд в его глазах, когда он мельком смотрел в её сторону, это должно было быть проще простого.

***

После нескольких дней без каких-либо вестей о Люси или о гуле, который её похитил, Максимус наконец получил достоверную информацию. Судя по всему, троица недавно была замечена в одном из поселений в Мохаве. Жаждущий туда добраться, он собрал Дейна и организовал транспорт. Из-за недавнего повышения никто не задавал лишних вопросов. Ну, кроме Дейна. Мак понял, что его друг считает это поиски бессмысленными, но после небольшого подталкивания и уговора тот согласился пойти с ним. Когда они прибыли, охранник на воротах подозрительно насупился, держа оружие на груди. — Не часто вижу вас здесь. Чем могу помочь? — спросил он. — Я ищу женщину. — Максимус старался звучать командно, но охранник не впечатлился. Может, стоило надеть силовой доспех вместо обычной формы Братства? Люди обычно относились с большим уважением, когда он был в костюме. — А кто из нас этого не ищет? — охранник хохотнул, а потом плюнул в песок всего в нескольких сантиметрах от ног Макса. Максимус проигнорировал этот жест, хотя и почувствовал лёгкое отвращение. Он молча ждал, пока человек перестанет смеяться, и продолжил: — Я ищу конкретную женщину. Люси МакЛин. Она в костюме Убежища и путешествует с гулем. Улыбка с лица охранника мгновенно сошла, вся шутка исчезла. — Почему Братство ищет их? — Мы полагаем, что она пленница гулея. Мы пришли, чтобы её спасти. — Вы уверены, что ищете правильную женщину? — охранник прищурился. — Потому что она не выглядела как пленница, которую я когда-либо видел. Наоборот, они казались довольно дружелюбными друг к другу, если вы понимаете, о чём я. Мак нахмурился от намёка охранника, сжав кулаки и с трудом сдерживаясь, чтобы не ударить его по красному лицу. Дейн, почувствовав настроение друга, вмешался, прежде чем Мак успел сделать что-то опрометчивое: — Можно нам просто расспросить народ? Мы хотим лишь убедиться, что с ней всё в порядке. Охранник подумал секунду, потом кивнул и отошёл в сторону. — Сначала поговорите с шерифом. Мак последовал его совету, а Дейн поблагодарил охранника и с тяжёлым вздохом пошёл за ним. По прибытии в тюрьму шериф дала им ту же информацию. Да, она их видела, и нет, Люси не вела себя так, будто её удерживают против воли. Гуль и девушка, по словам шерифа, выглядели как партнёры. Более того, шериф даже поручила им задание по уничтожению рейдеров. Они оказали огромную помощь городу. — Если бы она была пленницей, это было бы самое странное похищение, которое я когда-либо видела. — Она ухмыльнулась, голос её был сух, как пыль вокруг. — Большинство похитителей, по моему опыту, не водят своих жертв по магазинам. Максимус оставался неубеждённым. Он был уверен, что у гулея есть злые намерения по отношению к Люси. Его поведение, должно быть, было способом отвлечь подозрения. Очевидно, его обман сработал. Охотник за головами смог обвести вокруг пальца всех, даже шерифа. Человек оказался гораздо хитрее, чем Мак ожидал. Мак открыл рот, чтобы сообщить шерифу этот факт, но Дейн вмешался, поблагодарил женщину за помощь и утащил друга к пансионату. Дейн уже устал от всей этой затеи, считая её бесполезной. Все признаки указывали на то, что Люси ушла по собственной воле. Им было ясно, что потребуется гораздо больше доказательств, чтобы убедить Макса в этом. Но раз Мак был их другом и товарищем по оружию, Дейн оставался на его стороне до конца. В пансионате они получили аналогичную информацию от миссис Майерс. Хотя, по её словам, они были больше, чем просто дружелюбные партнёры. — Гарантирую, если они ещё не спят вместе, скоро будут. — Миссис Майерс подмигнула Дейну своим единственным глазом, на лице появилась кокетливая усмешка. — Искры между ними могут осветить всю Мохаву. Дейн ожидал, что Макс взорвётся, услышав это, но вместо этого тот просто развернулся на пятках и вышел из пансионата, не сказав ни слова. Миссис Майерс на мгновение моргнула своим глазом в сторону двери, потом обратилась к Дейну: — Я что-то сказала не так? Он пожал плечами, не желая разворачивать этот разговор с полной незнакомкой, даже если она дружелюбна. — Он просто в дурном настроении. Женщина явно им не поверила, но не настаивала. Дейн поблагодарил её за уделённое время и вышел, чтобы найти Макса. Они догадывались, что он не справляется с ситуацией, так что Дейн должен был найти его, прежде чем тот сделает что-то глупое. У Максимуса было много хороших качеств, которыми Дейн восхищался. Способность контролировать свой гнев — не одно из них. Они догадывались, что это маленькое приключение ещё далеко от завершения. Дейн мог только надеяться, что никто в итоге не пострадает.