Гиперфиксация

— Если… всё сложится, дева Не сможет и сама это увидеть. Если? Будь уверен.       От этой фразы я невольно краснею, закрывая и открывая глаза, чтобы прийти в себя. Он уже говорит так, словно представляет меня хозяйкой Пристани Лотоса. Будда… какие речи. — Буду ждать с нетерпением, — отвечаю я с улыбкой.       Он настораживается, явно пытаясь понять смысл моих слов: ждать поездки в Юньмэн — или стать его будущей женой? Что ж, пусть это будет моим игривым намёком. Думаю, я достаточно ясно дала понять, что не так проста и что действительно хочу этого.       Цзянь Чэн, кажется, не знает, как продолжить разговор, прокручивая мысли в голове. — Дева Не, пока венчание ещё официально не назначено, я хочу убедиться… — он явно решается, становится серьёзнее, сжимая руки в кулаки. — Я не хочу быть для вас тягостью. Скажите… вы правда этого хотите? — Хочу.       Я не даю ему договорить и довольно громко произношу это вслух. Просто не смогла удержаться. Если он вдруг решит, что его навязали мне, всё может пойти прахом. Этого нельзя допустить. Вся моя цель — он. Как он вообще может думать иначе? — Кхм… Мы ведь раньше не встречались, и… — он запинается. — Как вы можете быть так уверены? Это ведь на всю жизнь. А если потом вы… — Я была бы счастлива! — не сдерживаясь, хватаю его за ладонь и слегка сжимаю. — Я не могу позволить вам продолжать говорить подобные глупости. Осознавая, что перешла грань, я резко смущаюсь. — Кхм… простите… — щеки мгновенно заливает румянец. Я неохотно отпускаю его руку и опускаю взгляд. Давай. Ты должна быть милой. — Мне… я… — стоит ли говорить, что именно я была инициатором всей этой помолвки? Не спугну ли? — Мы не можем обсуждать всё вот так. Мы узнаем друг друга ближе, времени ещё много. И я уверена, что вы будете нравиться мне ещё больше. — Да куда уж больше… — Так что, пожалуйста, дайте нам шанс. Дайте мне шанс узнать вас получше.       Я поднимаю взгляд и надеваю самую невинную и мягкую улыбку, на какую только способна. — Я бы хотела создать счастливую, любящую семью. — Цзянь Чэн замирает. Затем, словно заклинивший механизм, резкими, неловкими движениями отворачивается, пряча лицо. Его уши — цвета ягод боярышника. — А… — он явно не может подобрать слов. — Вы… у… — Только бы не улыбнуться слишком глупо. — Узнаем друг друга получше.       Я не сдерживаю улыбку. Атмосфера между нами заметно теплеет. После моих слов ему стало легче говорить со мной. Ясность — идеальная стратегия для наших зарождающихся отношений.       Мы ведём спокойную светскую беседу, осторожно узнавая друг друга. Он рассказывает о Вэй Усяне, о своей сестре; я — о братьях. Делимся мелкими опасениями и недовольствами. Пару раз Цзянь Чэн шутит — осторожно, присматриваясь, какие шутки я принимаю. К счастью для него, все они кажутся мне смешными.       Чаще же я просто любуюсь его профилем. Ветер доносит его запах — лотосы, влага и едкие благовония. Хм… туя? Значит, это его любимый аромат?       Внезапно наши взгляды встречаются. В этот раз он не отводит глаз. Внимательно смотрит, будто пытается понять, о чём я думаю на самом деле. Его взгляд опускается ниже — к моим губам. Я вижу, как двигается его кадык. Ох…       Внутри вспархивают бабочки, пытаясь вырваться наружу, щекоча нутро. Теперь уже я смущённо отвожу взгляд — становится жарко. И тут же замечаю взгляды моей матери и мадам Юй. Боги… Сколько же они за нами наблюдают?       Мать Цзянь Чэна выглядит довольной. Надеюсь, наши переглядывания пошли в копилку помолвки. Во всяком случае, вместе мы выглядим мило. Он улыбается, шутит — очевидно, между нами есть искра.       Я точно понравилась его матери. А будь мы без присмотра, я бы, пожалуй, решилась пофлиртовать с ним сильнее. Он бы снова покраснел… и посмотрел бы на меня тем самым взглядом, от которого всё внутри сжимается. Нужно потерпеть. — Мм… я подумала и… — мысли опять уносят меня не туда, щеки пылают. — Мне всё понравилось. Вы очень… — Только не «милый», давай! — Я рада, что вы будете моим м… — я не выдерживаю и глупо хихикаю. — Мы могли бы обмениваться письмами? Вы мне очень понравились. Вы красивый, забавный… — осторожно касаюсь лишь кончиков его пальцев. — Очень обаятельны и так добры ко мне. — А… да, — он слегка подаётся вперёд, неловко сцепляя наши пальцы. Что-то внутри переворачивается. — Думаю, мы можем. Прогресс. Мы почти держимся за руки.       Через несколько минут нас подзывают матери — официальная часть встречи завершена. Гостей провожают с добрыми пожеланиями. Стоит им скрыться, как мама тут же оживляется: она довольна союзом даже больше меня и велит готовиться усерднее. Теперь остальное — за ней и старшим братом.

***

      Пристань Лотоса в вечерних сумерках выглядела ещё прекраснее. Фонарики, стрёкот цикад и спокойный аромат наполняли место особым очарованием. Теперь оно казалось Цзянь Чэну ещё более привлекательным. Пока они летели, он думал, куда поведёт деву Не, когда она приедет сюда.       Вэй Усянь удивительно молчал — то ли ждал подходящего момента, то ли просто наслаждался. Матушка лишь сдержанно кивала, ничего не говоря: она и сама видела, насколько счастлива была Не Мейли.       Их встретили отец и сестра. Мадам Юй сразу перешла к делу, уведя взрослых в сторону. Молодые же поспешили вглубь пристани. — Госпожа Не была крайне радушной и гостеприимной хозяйкой, — начал щебетать Вэй Ин. — А еда девы Не была просто восхитительна. Цзянь Чэну повезло, — он хитро улыбнулся. Ох, он что-то задумал. — Шицзе, ты бы видела Цзянь Чэна… Он так робел… — Вэй Ин! — рявкнул он, пытаясь схватить того, но Вэй Усянь ловко увернулся. — Деве Не приходилось всякий раз вовлекать его в разговор… Делать комплименты, быть откровенной, насколько это возможно… — Вэй Ин! — гордость не позволяла принять эти слова, хотя в глубине души он знал — тот прав. Бедной девушке пришлось его развлекать, ухаживать за ним… А ведь это должен был делать он. — Казалось, будто это наш А-Чэн — невеста… Эти слова больно ударили под дых. — Ты покойник. — А ты — надутый индюк!