Пламя Чёрной Башни том 4

Прошло несколько недель. Ляньчжи работал в лечебнице Чёрной башни — усердно, старательно. Он приходил на рассвете и уходил затемно. Лечил пациентов, готовил зелья, помогал Мэйлин и другим целителям. Его знак целителя сиял на груди, и он носил его с гордостью. Но что-то было не так. Мэйлин замечала — как он иногда замирает посреди работы, глядя в никуда. Как перечитывает письма от Лисян — снова и снова. Как вздыхает, когда думает, что никто не видит. Она ждала. Знала, что рано или поздно он придёт к ней. Он пришёл вечером, когда лечебница опустела. Мэйлин сидела за столом, разбирая записи. При звуке шагов подняла голову. — Ляньчжи, — она улыбнулась. — Я думала, ты уже ушёл. — Госпожа, — он остановился у двери, сжимая руки. — Я... я хотел с вами поговорить. — Садись. Он сел напротив неё — напряжённый, нервный. Его пальцы теребили край рукава. Мэйлин молчала, ждала. — Госпожа, — начал он наконец. Голос дрожал. — Я... я хотел бы... — он запнулся. — Говори, — она сказала мягко. — Я слушаю. Ляньчжи глубоко вздохнул. — Я хотел бы отправиться в Звёздную башню, — выпалил он. — Помочь Лисян. Я знаю, это звучит... — он заторопился. — Я знаю, что вы столько для меня сделали. Вы учили меня, заботились обо мне, дали мне дом. И теперь я прошу отпустить меня, и это... это, наверное, выглядит ужасно неблагодарно... — Ляньчжи, — Мэйлин подняла руку, останавливая его. — Почему ты хочешь уехать? Он опустил глаза. — В Чёрной башне нет недостатка в целителях, — сказал он тихо. — Здесь я один из многих. А Лисян... ей там тяжело. Она пишет, что справляется, но я читаю между строк. Она одна огненная на всю башню. Он поднял голову. — Я хочу помочь старшей сестре, — его голос окреп. — Хочу быть там, где я нужен. Где я могу сделать что-то важное. Мэйлин смотрела на него — на его решительное лицо, на его глаза, полные страха и надежды одновременно. — Ты боишься показаться неблагодарным, — сказала она. Он кивнул. — Да. — И всё равно пришёл спросить. — Да. — Почему? Ляньчжи помолчал. — Потому что вы учили меня быть честным, — сказал он. — С собой и с другими. Я не могу притворяться, что моё сердце здесь, когда оно... когда оно там. Мэйлин встала и подошла к окну. Долго смотрела на закат — красный, золотой, пылающий. — Знаешь, — сказала она наконец, — когда Лисян ушла в Звёздную башню, я думала, что потеряю её. Что она уйдёт в этот холодный, тёмный мир и забудет нас. Она обернулась. — Но она не забыла. Она просто нашла своё место. Своё призвание. Свою любовь. Мэйлин подошла к Ляньчжи и взяла его руки в свои. — Огненные всегда следуют зову сердца, — сказала она. — Это ваша природа. Вы не можете жить там, где вас не зовёт пламя. Ляньчжи смотрел на неё — не дыша, не моргая. — Если Лисян не против, — продолжила Мэйлин, — и если это действительно твоё желание... я даю тебе своё благословение. — Госпожа... — Ты мой ученик, — она улыбнулась. — Но ты больше не ребёнок. Ты целитель. И ты должен идти туда, где нужен. Ляньчжи почувствовал, как глаза наполняются слезами. — Спасибо, — прошептал он. — Спасибо, госпожа. Я... я никогда не забуду всё, что вы для меня сделали. — Не забывай, — она сжала его руки. — И пиши. Часто. — Каждую неделю. — И приезжай в гости. — Обязательно. Мэйлин обняла его — крепко, по-матерински. — Иди, — сказала она. — Помоги моей дочери. Позаботься о ней. — Я буду, — Ляньчжи кивнул. — Обещаю. *** Новость разнеслась по башне быстро. Вечером, когда все собрались на ужин, Яньлин поднял чашку. — Итак, — он улыбнулся. — Наш Ляньчжи покидает нас. Ляньчжи покраснел. — Я не покидаю, я просто... — Сбегаешь, — закончил Лоу с ухмылкой. — Что? — Признайся, — Лоу откинулся на спинку стула. — Тебе слишком шумно в Чёрной башне. Все эти огненные вокруг — кричат, смеются, взрывают вещи. Невозможно работать. — Это не так! — Конечно, конечно, — Яньлин кивнул с преувеличенной серьёзностью. — Ты просто решил переехать в башню, где все ходят тихо, говорят шёпотом и никогда ничего не взрывают. — Идеальное место для чтения, — добавил Лоу. — И для медитации. — И для долгих задумчивых прогулок под луной. Ляньчжи открыл рот, чтобы возразить, но не нашёл слов. — Там будет холодно, — продолжил Яньлин задумчиво. — Темно. Тихо. Никаких тебе праздников с фейерверками. — Никаких пьяных песен в три часа ночи. — Никаких Лоу, который врывается в комнату без стука. — Эй! — возмутился Лоу. — Я стучу! — Ты стучишь одновременно с тем, как открываешь дверь. Это не считается. — Это эффективно. Жэньли, сидевшая рядом с Яньлином, наконец не выдержала. — Хватит издеваться над Ляньчжи! — она хлопнула ладонью по столу. Яньлин и Лоу замолчали. — Он принял важное решение, — продолжила Жэньли строго. — Он хочет помочь Лисян. Это благородно и правильно. А вы над ним смеётесь! — Мы не смеёмся, — Яньлин поднял руки. — Мы просто... — Издеваетесь. — Немного. Жэньли посмотрела на него с осуждением. — Ляньчжи, — она повернулась к нему. — Не слушай их. Ты делаешь правильно. Лисян будет рада. Ляньчжи улыбнулся — благодарно, смущённо. — Спасибо, Жэньли. — Ладно, ладно, — Яньлин вздохнул. — Прости, Ляньчжи. Мы правда рады за тебя. — Очень рады, — добавил Лоу. — Просто... будем скучать. — Правда? — Конечно, — Лоу пожал плечами. — Кто теперь будет краснеть каждый раз, когда я шучу? Это было моё главное развлечение. — Лоу! — Что? Это правда! Все рассмеялись — даже Ляньчжи. Позже, когда ужин закончился, Яньлин нашёл Ляньчжи на балконе. — Эй, — он подошёл и встал рядом. — Ты в порядке? Ляньчжи кивнул. — Да. Просто... думаю. — О чём? — О том, как всё изменилось, — Ляньчжи посмотрел на звёзды. — Я был принцем без будущего. Проклятым. Обречённым. А теперь... — Теперь ты целитель со знаком, — Яньлин улыбнулся. — С семьёй, которая тебя любит. И с местом, куда ты нужен. — Да, — Ляньчжи кивнул. — Именно так. Они помолчали. — Я буду скучать, — сказал Яньлин тихо. — По-настоящему. — И я, — Ляньчжи повернулся к нему. — Ты... ты спас мне жизнь, Яньлин. Дал мне шанс. Я никогда этого не забуду. — Не забывай, — Яньлин улыбнулся. — И возвращайся. Часто. — Обещаю. Они обнялись — коротко, крепко. Два брата, которые нашли друг друга. — А теперь иди спать, — сказал Яньлин. — Завтра тебе собираться. — Завтра? — А чего тянуть? Лисян ждёт. Ляньчжи улыбнулся. — Ты прав, — сказал он. — Лисян ждёт. *** Утро выдалось солнечным и тёплым. Весь двор Чёрной башни собрался проводить Ляньчжи. Слуги, стражи, целители, ученики — все хотели попрощаться с тихим целителем, который успел стать частью их семьи. Ляньчжи стоял у ворот с небольшим дорожным мешком. Шаали настояла, чтобы он взял тёплые вещи — в Звёздной башне холодно. Мэйлин собрала ему запас зелий и трав — на первое время. Лоу сунул в мешок какие-то свёртки — «это тебе на дорогу, не спрашивай». — Ну что, — Си Ень подошёл к нему. — Готов? Ляньчжи поклонился — низко, почтительно. — Благодарю вас, глава. За всё. За дом, за защиту, за... — Хватит, — Си Ень поднял руку. — Ты наш. Был, есть и будешь. Просто теперь ты наш в другом месте. Он положил руку Ляньчжи на плечо. — Позаботься о моей дочери, — сказал он тихо. — И о себе. — Я буду, глава. Обещаю. Мэйлин подошла следующей. Она долго смотрела на Ляньчжи — на его лицо, на знак целителя на груди, на его глаза, полные благодарности и грусти. — Мой ученик, — сказала она наконец. — Мой первый ученик, получивший знак под моим наставничеством. — Госпожа... — Я горжусь тобой, — она взяла его руки в свои. — Каждый день. С того момента, как ты впервые взял в руки ступку и пестик. Ляньчжи почувствовал, как глаза защипало. — Вы научили меня всему, — прошептал он. — Не только целительству. Вы научили меня быть... человеком. После всего, что случилось. После проклятия, после дворца, после всего. Мэйлин обняла его — крепко, по-матерински. — Пиши, — сказала она ему в ухо. — Каждую неделю. И если что-то случится — любое что-то — немедленно сообщай. — Да, госпожа. — И ешь нормально. Ты слишком худой. — Да, госпожа. — И не забывай отдыхать. Лисян тоже забывает, вы оба склонны работать до упаду. — Да, госпожа. Она отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Я люблю тебя, — сказала она просто. — Как сына. Помни это. Ляньчжи не смог ответить — горло перехватило. Он только кивнул. Лоу подошёл, засунув руки в карманы. — Ну, — он пожал плечами. — Вот и всё. — Лоу... — Не начинай, — Лоу поморщился. — Терпеть не могу прощания. Все эти слёзы, объятия, «я буду скучать»... — Я буду скучать. — Вот! — Лоу ткнул в него пальцем. — Именно это! Не делай так! Ляньчжи улыбнулся. — Ты тоже будешь скучать. — Нет. — Будешь. — Не буду, — Лоу скрестил руки на груди. — Мне будет прекрасно. Тихо. Спокойно. Никто не будет краснеть от моих шуток. — Лоу. — Что? — Спасибо, — Ляньчжи протянул руку. — За всё. За дружбу. За то, что принял меня. Лоу посмотрел на его руку. Потом на лицо. Потом вздохнул. — Ладно, — он пожал руку. — Ладно. Может, немного буду скучать. Совсем чуть-чуть. И вдруг притянул Ляньчжи к себе и обнял — быстро, крепко. — Береги себя, идиот, — пробормотал он. — И пиши. А то прилечу и надеру тебе уши. — Ты не умеешь летать. — Найду способ. Они отстранились друг от друга. Лоу отвернулся, но Ляньчжи заметил, как он украдкой вытер глаза. Жэньли подошла последней. — Ляньчжи, — она улыбнулась. — Старший брат. — Младшая сестра, — он улыбнулся в ответ. Она обняла его — нежно, тепло. — Позаботься о Лисян, — прошептала она. — Она сильная, но ей нужен кто-то рядом. Кто-то, кроме хранителя. — Я знаю. — И пиши мне тоже. Не только госпоже Мэйлин. — Обещаю. Жэньли отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Ты найдёшь своё счастье там, — сказала она уверенно. — Я чувствую. — Откуда ты знаешь? — Просто знаю, — она улыбнулась загадочно. — Воздушная интуиция. Яньлин подошёл и хлопнул его по плечу. — Готов лететь? — Да, — Ляньчжи кивнул. — Готов. — Тогда держись крепче. Огненные крылья развернулись за спиной Яньлина — яркие, пылающие. Он обнял Ляньчжи за пояс. — Не бойся, — сказал он с усмешкой. — Я ещё никого не ронял. — Утешает. Они взмыли в небо. Ляньчжи смотрел вниз — на башню, на двор, на людей, которые махали им вслед. На Мэйлин, которая прижала руку к сердцу. На Лоу, который что-то кричал. На Жэньли, которая улыбалась. На свой дом. Я вернусь, — подумал он. — Обязательно вернусь. Они летели долго. Мир внизу менялся — зелёные леса сменялись серыми равнинами, потом тёмными скалами. Воздух становился холоднее, небо — темнее. — Как ты? — спросил Яньлин. — Нормально, — Ляньчжи стучал зубами. — Просто немного холодно. — Немного? — Очень холодно. Яньлин усилил жар своих крыльев, и Ляньчжи почувствовал, как тепло окутывает его. — Спасибо. — Привыкай, — Яньлин усмехнулся. — В Звёздной башне ещё холоднее. — Я знаю. Лисян писала. Звёздная башня показалась на горизонте к вечеру. Тёмные стены, серебряные шпили, мерцающий свет в окнах. Она возвышалась над серыми скалами как страж — величественная и немного пугающая. Они приземлились во внутреннем дворе. Сразу же их окружили заклинатели тьмы — тихие, настороженные. Но при виде Яньлина их лица смягчились. — Господин Яньлин, — один из них поклонился. — Госпожа Лисян ждёт вас. — Где она? — В лечебнице. Как всегда. Яньлин усмехнулся. — Конечно. Где же ещё. Лисян нашлась именно там, где и ожидалось. Она склонилась над пациентом, её руки светились мягким огненным светом. При звуке шагов она подняла голову — и её лицо озарилось улыбкой. — Яньлин! — она выпрямилась. — И... Ляньчжи? — Привет, старшая сестра, — Ляньчжи поклонился. — Я... я приехал помочь тебе. — Помочь? — Если ты не против, — он заторопился. — Я знаю, что не спросил заранее, но госпожа Мэйлин дала благословение, и я подумал... — Ляньчжи, — Лисян подошла к нему и взяла его руки. — Ты серьёзно? — Да. — Ты хочешь остаться здесь? В Звёздной башне? — Да, — он кивнул. — Если ты позволишь. Я хочу помочь тебе. Хочу быть полезным. Хочу... Лисян обняла его — крепко, радостно. — Конечно я позволю! — она смеялась. — Конечно! Ты даже не представляешь, как я рада! Ляньчжи замер в её объятиях — ошеломлённый, счастливый. — Правда? — Правда! — Лисян отстранилась и посмотрела на него сияющими глазами. — Мне так нужен помощник. Настоящий огненный целитель, не просто травник. Кто-то, кому я могу доверять. — Я... я постараюсь оправдать твоё доверие. Яньлин стоял в стороне и наблюдал. Лисян выглядела... хорошо. Уставшей, но счастливой. Её огонь горел ярко, её улыбка была искренней. Она действительно нашла своё место здесь. — Яньлин, — она обернулась к нему. — Спасибо, что привёз его. — Не за что, — он улыбнулся. — Я заодно проверить, как ты. — Как видишь — жива. — Вижу. И рад. Лисян подошла и обняла его. — Спасибо, младший брат, — прошептала она. — За всё. За то, что заботишься. За то, что не забываешь. — Я никогда не забуду, — он обнял её в ответ. — Ты моя сестра. Моя семья. Они стояли так несколько мгновений — брат и сестра, разделённые расстоянием, но связанные любовью. Вечером они ужинали вместе — Яньлин, Лисян, Ляньчжи и Чжоу Шэн. Хранитель Звёздной башни был тих и сдержан, как всегда. Но Яньлин заметил, как он смотрит на Лисян — с такой нежностью, с такой любовью. Она в хороших руках, — подумал он. — В очень хороших. — Ляньчжи, — Чжоу Шэн повернулся к новому целителю. — Добро пожаловать в Звёздную башню. — Благодарю вас, хранитель. — Я рад, что Лисян больше не будет одна в лечебнице, — он чуть улыбнулся. — Она работает слишком много. — Я работаю столько, сколько нужно, — возразила Лисян. — Ты работаешь до обморока. — Это было один раз! — Два. — Ладно, два. Но... Яньлин рассмеялся. — Вижу, Ляньчжи будет чем заняться, — сказал он. — Присматривать за старшей сестрой. — Я не нуждаюсь в присмотре! — Конечно, нет, — Чжоу Шэн кивнул с невозмутимым лицом. — Совсем нет. Лисян посмотрела на него с возмущением. Потом на Яньлина. Потом на Ляньчжи. — Вы все сговорились, — сказала она. — Возможно, — Яньлин улыбнулся. — Совсем немного. На следующее утро Яньлин собрался улетать. Лисян и Ляньчжи провожали его во дворе. Чжоу Шэн стоял чуть поодаль — молчаливый страж. — Передай маме, что у меня всё хорошо, — сказала Лисян. — И папе. И Жэньли. И Лоу. — Передам. — И скажи, что я скоро напишу. — Скажу. — И что я их люблю. — Они знают, — Яньлин улыбнулся. — Но я скажу. Он обнял сестру — крепко, быстро. Потом повернулся к Ляньчжи. — Береги её, — сказал он. — Буду. — И себя тоже. — Буду. — И пиши. А то Лоу правда прилетит надирать уши. Ляньчжи рассмеялся. — Обещаю. Яньлин развернул огненные крылья и взмыл в небо. Он летел домой — к Жэньли, к родителям, к башне. Но часть его сердца осталась здесь, в Звёздной башне, с сестрой и братом, которых он так любил.