Пламя Чёрной Башни том 4

— Мама, скажи честно, — Лисян нашла Мэйлин в коридоре у покоев главы. — Ты справишься, или мне задержаться ещё? Мэйлин посмотрела на дочь — на её усталое лицо, на тени под глазами. — Я справлюсь, — она улыбнулась и погладила Лисян по волосам. — Я вижу, ты хочешь вернуться к своему хранителю. Лисян опустила глаза. — Мои родители у меня на первом месте, — сказала она серьёзно. — Как бы мне ни хотелось вернуться. — Знаю, — Мэйлин обняла её. — Но мы в порядке. Правда. Твой отец упрямый, но он поправится. А я за ним присмотрю. Она отстранилась и посмотрела дочери в глаза. — Передай Чжоу Шэну, что он может тебя забрать. Всё хорошо. И Ляньчжи забери — ему нужно отдохнуть в тишине. Здесь слишком шумно для него сейчас. — Ты уверена? — Уверена, — Мэйлин кивнула. — Мы справимся. Лети домой, дочь. Лисян послала весточку Чжоу Шэну — маленькую огненную птичку, которая унеслась в небо. Потом пошла искать Ляньчжи. Нашла его в гостевых покоях. Он сидел у окна и смотрел на небо. При звуке её шагов повернулся. — Лисян? — Отвечай мне честно, — она села рядом с ним. — Ты хочешь вернуться со мной в Звёздную башню или остаться в Чёрной? Ляньчжи молчал. — Я... — он замялся. — Я не знаю. Здесь моя семья. Яньлин, Лоу, госпожа Мэйлин. Но... — Но? — Здесь слишком громко, — он опустил глаза. — Слишком много эмоций. Слишком много огня. После всего, что случилось... мне тяжело. — Тогда возвращайся со мной, — Лисян взяла его за руку. — В Звёздной башне тихо. Спокойно. Ты сможешь отдохнуть. Ляньчжи посмотрел на неё. — Правда? — Правда, — она улыбнулась. — Ты нужен мне там, младший брат. Кто ещё будет помогать в лечебнице? Ляньчжи улыбнулся. — Я вернусь с тобой, старшая сестра. — Хорошо, — Лисян кивнула. — Тогда собирайся. Прощайся. Я написала Шэну, чтобы он прилетел за нами. Лисян поднялась в кабинет главы. Там кипела работа. Яньлин сидел за столом отца, заваленным свитками и докладами. Лоу метался между ним и полками, таская бумаги. Шаали стояла у окна. — ...это уже третий запрос от водных, — говорил Лоу. — Они хотят знать, нужна ли ещё помощь. — Напиши, что мы благодарны и справляемся сами, — Яньлин не поднимал головы от свитка. — А земные спрашивают про компенсацию за разрушения на их границе. — Какие разрушения? Разлом был на границе воздушных и земных, не наших. — Они говорят, что огненные войска прошли через их территорию. — Мы спасали их земли! — Яньлин наконец поднял голову. — Какая компенсация?! — Ну, ты же знаешь земных... — Напиши им... — Яньлин замолчал, увидев Лисян в дверях. — Лисян? — Ты как? — она подошла ближе. — Справляешься? — Вроде бы да, — он вздохнул. — Хотя иногда хочется всё это поджечь. — Это называется «быть главой», — Лисян улыбнулась. — Ты когда последний раз спал? — она присмотрелась к его лицу. — Вот не начинай, — Яньлин поморщился. — А ты когда? Зато голодным меня не оставляют, — он кивнул на стол, где стояла тарелка с недоеденными пирожками. — Все чем-то пытаются накормить. Слуги, стражи, даже командир разведчиков принёс каких-то сладостей. — Это хорошо, — Лисян подошла и обняла его. — Я возвращаюсь в Звёздную башню. Береги себя, младший брат. — До свидания, старшая сестра, — Яньлин обнял её в ответ. Крепко, тепло. — Как только разгребу дела — прилечу в гости. — Жду. Она отстранилась и посмотрела на Лоу. — Присматривай за ним. — Всегда, — Лоу кивнул. — Счастливого пути, госпожа Лисян. Лисян спустилась в лечебницу. Там было людно — раненые после битвы, усталые целители, запах трав и зелий. Жэньли металась между пациентами, проверяя повязки, раздавая лекарства. — Жэньли, — Лисян окликнула её. Жэньли обернулась. Её лицо было усталым, но спокойным. — Лисян? — Я возвращаюсь в Звёздную башню. Жэньли подошла и обняла её. — Береги себя, старшая сестра. — А ты береги себя и Яньлина, — Лисян отстранилась и посмотрела ей в глаза. — У женщин нашей семьи тяжёлая обязанность — стараться сохранить мужчин живыми. Остановить их всё равно невозможно. Жэньли слабо улыбнулась. — Я заметила. — Но можно быть рядом, — продолжила Лисян. — Поддерживать. Лечить. Ругать, когда они делают глупости. И любить — несмотря ни на что. — Я буду, — Жэньли кивнула. — Обещаю. — Хорошая девочка, — Лисян поцеловала её в лоб. — До встречи. Потом она поднялась к родителям. Постучала в дверь — тихо, осторожно. — Входи, — раздался голос матери. Лисян вошла — и улыбнулась. Си Ень и Мэйлин сидели в кровати, обнявшись. Его голова покоилась на её плече, её пальцы перебирали его волосы. Они тихо разговаривали, улыбаясь друг другу. — Вы похожи на молодожёнов, — сказала Лисян. — Только с седой прядью, — рассмеялась Мэйлин, касаясь серебристой пряди в своих волосах. — Ну, это пикантная деталь, — Лисян улыбнулась. — Я пришла попрощаться. Возвращаюсь в Звёздную башню. Мэйлин протянула к ней руки. — Иди сюда. Лисян подошла и села на край кровати. Мэйлин обняла её — крепко, тепло. — Будь счастлива, — прошептала она. — И не забывай нас. — Вас забудешь, — Лисян вздохнула. — С вашими-то приключениями. — Лёгкой дороги, — Си Ень тоже обнял её. — И прилетай в гости. Чаще. — Прилечу, — она поцеловала его в щёку. — И ты тоже, глава. Поправляйся. И не расстраивай маму. — Постараюсь. — Не постараешься, — она покачала головой. — Но хотя бы попытайся. Они обнялись втроём — отец, мать, дочь. Семья, которая прошла через огонь и выжила. Когда с прощаниями было закончено, Лисян зашла за Ляньчжи. Он ждал её у дверей гостевых покоев — с небольшой сумкой, с бледным лицом, но со спокойными глазами. — Готов? — Готов. Они вместе поднялись на крышу башни. Чжоу Шэн уже ждал их. Он стоял на краю крыши, его тёмные одежды развевались на ветру. При виде Лисян его лицо — обычно бесстрастное — озарилось чем-то похожим на улыбку. — Шэн! — Лисян бросилась к нему. Он поймал её, обнял — крепко, молча. — Я так соскучилась, — она прижалась к нему. — Так соскучилась. — И я, — он коснулся губами её волос. — Моё солнце. Они стояли так несколько мгновений — просто держа друг друга. Потом Чжоу Шэн отстранился и посмотрел на Ляньчжи. — Готов вернуться домой? — Да, хранитель, — Ляньчжи кивнул. — Тогда полетели, — Чжоу Шэн подхватил Лисян одной рукой, Ляньчжи — другой. Крылья тьмы развернулись за его спиной — огромные, чёрные, мерцающие серебром. — Полетели домой, — он посмотрел на Лисян. — Огненная госпожа Звёздной башни. Она улыбнулась ему — счастливо, светло. И они взмыли в небо. Яньлин стоял у окна кабинета и смотрел, как три фигуры исчезают в ночном небе. — Они улетели, — сказал Лоу, подходя к нему. — Да. — Ты в порядке? Яньлин молчал. — Яньлин? — Да, — он наконец отвернулся от окна. — Да. Я в порядке. Давай закончим с земными. И вернулся к работе. За окном луна освещала мир серебристым светом. *** Чжоу Шэн приземлился на террасе Звёздной башни. Крылья тьмы сложились за его спиной и растаяли в ночном воздухе. Он осторожно опустил Лисян и Ляньчжи на каменные плиты. Звёздная башня встретила их тишиной. После шума и хаоса Чёрной башни эта тишина казалась почти осязаемой. Мягкий серебристый свет лунных камней. Прохладный воздух. Покой. Ляньчжи глубоко вздохнул. — Иди отдыхать, Ляньчжи, — сказала Лисян. — Я проверю, не нужна ли моя помощь в лечебнице, — он слабо улыбнулся. — А потом отдыхать. — Ляньчжи... — Я в порядке, старшая сестра, — он поклонился ей и Чжоу Шэну. — Правда. Мне просто нужно... сделать что-то полезное. Чтобы не думать. Лисян понимала. После всего, что он пережил — спуск в разлом, направление потоков, страх за главу — ему нужно было занять руки и разум чем-то простым, понятным. — Хорошо, — кивнула она. — Но не больше часа. Потом — спать. — Слушаюсь, — Ляньчжи улыбнулся и ушёл. Лисян повернулась к Чжоу Шэну. При свете лунных камней она наконец рассмотрела его — по-настоящему. Тёмные круги под глазами. Осунувшееся лицо. Бледная даже для хранителя тьмы кожа. — На что ты опять похож? — она обняла его. — Ты вообще спал? — Я не могу спать без тебя, — он пожал плечами, прижимая её к себе. — Пытался. Не получается. — Шэн... — Ты тоже выглядишь уставшей, — он коснулся губами её волос. — Очень уставшей. Лисян закрыла глаза, прижимаясь к нему. — Мне спать было некогда, — сказала она тихо. — Пришлось выводить всех из шока. Следить за происходящим. Командовать. Она помолчала. — В Чёрной башне к отцу относятся как к богу. Не в том смысле, что молятся на него и приносят жертвы, — Лисян слабо улыбнулась. — А в том, что считают его всемогущим. Всезнающим. Непобедимым. И любят его — по-настоящему, искренне. Она вздохнула. — И то, что он чуть не умер... привело их в шок. Они не могли поверить. Не могли принять. Некоторые просто стояли и смотрели в пустоту. — Но сейчас всё наладилось? — Да, — Лисян кивнула. — Все занимаются своим делом. Яньлин держит башню. Жэньли — лечебницу. А зная моего отца... — она улыбнулась. — Через несколько дней он вернётся к своим обязанностям и заставит всех забыть о том, что произошло. Чжоу Шэн молчал, держа её в объятиях. — Твой отец действительно совершил нечеловеческий поступок, — сказал он наконец. — Он же сам выжег всю нечисть в разломе. Поставил печать. Поставил барьер. Закрыл разлом. Всё это — одновременно. Один. — Я знаю. — Я не уверен, что смог бы повторить это, — его голос был тихим. — И я — хранитель тьмы. Лисян отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Вряд ли кто-то думал, что он на это способен, — сказала она. — Вряд ли кто-то вообще думал, что такое возможно. Её голос стал жёстче. — Они думали ослабить башни. И у них почти получилось. Если бы отец погиб... Она замолчала. — Если бы отец погиб, — продолжила она тише, — Чёрная башня лишилась бы большей части своей силы. Не навсегда, но надолго. Яньлин ещё не готов. Преемника нет. Источник потерял бы своего главу — а это всегда удар. Она покачала головой. — Последствия могли быть страшными. Для всех башен. Для всего мира заклинателей. Чжоу Шэн смотрел на неё. — Ты говоришь как стратег, — сказал он. — Я исполняла обязанности главы каждый раз, когда отец покидал башню, — Лисян пожала плечами. — Многому научилась. Видеть картину целиком. Просчитывать последствия. Понимать, что стоит за каждым решением. Она вздохнула. — Но это понимание меня сейчас не радует. Потому что я понимаю также, что Белая башня — или кто бы ни стоял за этим — понимали то же самое. Они знали, что делали. Знали, чем рискуют. И всё равно сделали. — Война ещё не закончена, — тихо сказал Чжоу Шэн. — Нет, — Лисян покачала головой. — Не закончена. Но сегодня — сегодня я не хочу об этом думать. Чжоу Шэн взял её лицо в ладони. — Ладно, госпожа стратег, — он улыбнулся — едва заметно, но для него это было почти смехом. — Ты голодна. Ты хочешь спать. Так что пойдём тебя кормить и укладывать. — Нет, — Лисян попыталась возразить. — Я сначала должна проверить, что творится в лечебнице. И посмотреть отчёты. И... — Ничего там не творится, — Чжоу Шэн перебил её. — Всё под контролем. Мои целители справляются. Раненых немного. Всё может подождать тебя ещё день. — Но... — Лисян, — его голос стал мягче. — Ты не спала двое суток. Ты держала Чёрную башню. Ты заботилась обо всех. Позволь теперь мне позаботиться о тебе. Она смотрела на него — на его усталое лицо, на его чёрные глаза, полные нежности. — Ты тоже не спал, — сказала она тихо. — Тогда мы поедим и ляжем вместе, — он взял её за руку. — Идём. И Лисян с удовольствием подчинилась. Их покои были такими, какими она их оставила. Тёмные стены, серебристый свет, широкая кровать с чёрным пологом. Её вещи — на своих местах. Её книги — на полке. Её халат — на спинке кресла. Дом. Чжоу Шэн усадил её за стол и исчез — ненадолго. Вернулся с подносом — горячий суп, свежий хлеб, фрукты, чай. — Ешь, — он поставил поднос перед ней. — А ты? — И я, — он сел напротив. — Вместе. Они ели молча — слишком уставшие для разговоров. Суп был горячим и вкусным. Хлеб — мягким. Чай — сладким. Лисян чувствовала, как напряжение последних дней постепенно отпускает её. Плечи расслабились. Дыхание выровнялось. — Спасибо, — сказала она тихо. — За что? — За то, что ты есть, — она улыбнулась. — За то, что ждал. За то, что прилетел. — Я всегда прилечу, — он взял её руку. — Всегда буду ждать. Ты же знаешь. — Знаю. После еды Чжоу Шэн помог ей переодеться. Его руки были нежными, осторожными — расплетали её причёску, снимали тяжёлые одежды, надевали мягкую ночную рубашку. Лисян закрыла глаза и позволила ему заботиться о ней. Потом они легли — вместе, обнявшись. Кровать была мягкой. Подушки — прохладными. Тело Чжоу Шэна рядом — тёплым и надёжным. — Шэн, — прошептала она. — М? — Я люблю тебя. — И я тебя, — он поцеловал её в макушку. — Спи, моё солнце. Я рядом. Лисян закрыла глаза. И впервые за двое суток — уснула. Глубоко. Спокойно. Дома.