Пламя Чёрной Башни том 4

Си Ень проявлял чудеса благоразумия. Он не пытался встать раньше времени. Не порывался проверить отчёты. Не требовал доклада о состоянии дел. Не рвался в кабинет, не звал командиров, не диктовал распоряжений. Он просто лежал рядом с Мэйлин и позволял ей о себе заботиться. — Ты меня пугаешь, — сказала она на второй день. — Чем? — Своим послушанием, — она приложила ладонь к его лбу. — Ты точно не бредишь? Си Ень рассмеялся — тихо, чтобы не потревожить заживающие раны. — Я решил попробовать что-то новое, — он поймал её руку и поцеловал ладонь. — Говорят, это называется «слушать жену». — За тридцать лет брака — впервые? — Надо же когда-то начинать. Мэйлин не отходила от него. Она не спускалась в лечебницу. Не проверяла запасы. Не принимала учеников. Не разбирала травы. Только он. Только они вдвоём. Она меняла повязки — осторожно, нежно. Готовила отвары — сама, не доверяя слугам. Кормила его с ложки, когда он был слишком слаб, чтобы держать палочки. Читала ему вслух, когда он не мог уснуть. Просто сидела рядом, держа его за руку, когда не нужно было ничего делать. — Ты устанешь, — сказал он на третий день. — Не устану. — Мэйлин... — Я чуть не потеряла тебя, — её голос дрогнул. — Позволь мне... просто побыть рядом. Убедиться, что ты здесь. Что ты живой. Что ты дышишь. Он притянул её к себе. — Я здесь, — прошептал он ей в волосы. — Я живой. Я дышу. Благодаря тебе. Их никто не беспокоил. Это было странно. Непривычно. Почти невозможно. Обычно день главы начинался с доклада командира стражей. Потом — отчёты управляющих. Потом — прошения. Потом — споры между заклинателями. Потом — письма от других башен. Потом — ещё что-нибудь срочное, неотложное, требующее немедленного решения. Но сейчас — тишина. Никто не стучал в дверь с «простите, что беспокою, но...». Никто не присылал записок с «требуется ваше мнение по...». Никто не врывался с криком «неотложное дело!». — Они что, все умерли? — спросил Си Ень на четвёртый день. — Яньлин, — коротко ответила Мэйлин. — Что — Яньлин? — Он сказал, что если кто-то побеспокоит главу раньше, чем через пять дней, этот кто-то будет разбираться лично с ним, — Мэйлин улыбнулась. — А потом — с Шаали. — И что, все послушались? — Все, — она кивнула. — Даже командир стражей. Даже управляющий. Даже тот торговец, который три дня добивался аудиенции. Си Ень молчал. — Наш сын, — сказал он наконец, — иногда бывает очень убедительным. — Весь в отца. На пятый день Мэйлин проснулась от того, что Си Ень перебирал её волосы. Утренний свет пробивался сквозь занавески. За окном пели птицы. В комнате пахло травами и теплом. — Доброе утро, — сказала она, не открывая глаз. — Доброе, — он поцеловал её в висок. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, — он помолчал. — Правда хорошо. Впервые за пять дней — по-настоящему хорошо. Мэйлин открыла глаза и посмотрела на него. Цвет лица стал лучше. Глаза — яснее. Движения — увереннее. — Ты поправляешься, — она улыбнулась. — Благодаря тебе. — Благодаря твоему неожиданному благоразумию, — она приподнялась на локте. — Я до сих пор не могу поверить, что ты ни разу не попытался сбежать. — Я подумал... — он замолчал. — Что ты заслуживаешь мужа, который иногда слушает. Хотя бы иногда. Хотя бы когда чуть не умер. Мэйлин рассмеялась — тихо, счастливо. — Это самое романтичное, что ты мне говорил за последние десять лет. — Неправда. Я говорю тебе романтичные вещи постоянно. — «Мэйлин, где мой меч» — не считается. — А «Мэйлин, ты прекрасна, а теперь скажи, где мой меч»? Она ткнула его в бок. — Невыносимый. — Но ты меня любишь. — Люблю, — она наклонилась и поцеловала его. — Небеса знают почему, но люблю. Они лежали в тишине, слушая утренние звуки башни. — Пять дней, — сказала Мэйлин задумчиво. — Мы провели пять дней вдвоём. Практически не расставаясь. — Непозволительная роскошь. — Для главы и верховной целительницы — да, — она вздохнула. — Когда это было в последний раз? Си Ень задумался. — Когда Яньлину было три года. Он заболел, и мы оба сидели с ним неделю. — Это не считается. Мы не были вдвоём — мы были втроём. — Тогда... — он нахмурился. — Наше свадебное путешествие? — Которое длилось два дня, потому что тебя вызвали обратно? — Технически — два с половиной. Мэйлин покачала головой. — Тридцать лет, — сказала она. — Тридцать лет брака. И пять дней вдвоём — это рекорд. — Надо будет повторить, — Си Ень притянул её ближе. — Без части «чуть не умереть». — Договорились. Позже, когда солнце поднялось выше, в дверь осторожно постучали. — Войдите, — сказал Си Ень. Дверь приоткрылась. В щель просунулась голова Яньлина. — Пять дней прошли, — сказал он. — Я могу войти или вы хотите ещё? Си Ень и Мэйлин переглянулись. — Входи, — сказала Мэйлин. Яньлин вошёл — с подносом завтрака, с пачкой свитков под мышкой, с Шаали на плече в виде маленькой ящерки. — Как ты? — спросил он отца. — Лучше, — Си Ень сел в кровати. — Благодаря твоей матери и твоей... охране. Кто-то пытался пробиться? — Торговец. Управляющий. Командир стражей — трижды. Посланник от земных. И какой-то очень настойчивый проситель, который утверждал, что его дело не может ждать. — И? — Шаали показала ему зубы, — Яньлин улыбнулся. — Он решил, что может подождать. Мэйлин рассмеялась. — Спасибо, — сказала она сыну. — За всё. За эти пять дней. За то, что держал башню. За то, что не дал никому нас побеспокоить. — Это меньшее, что я мог сделать, — Яньлин поставил поднос на стол. — После всего, что вы сделали для меня. Он помолчал. — Завтракайте. Отчёты могут подождать ещё час. И вышел, тихо прикрыв дверь. Си Ень смотрел на закрывшуюся дверь. — Он вырос, — сказал он тихо. — Давно, — Мэйлин кивнула. — Нет. Я имею в виду — по-настоящему вырос. Не просто стал старше или сильнее. Он стал... — Си Ень искал слово. — Стал тем, кем должен был стать. — Хорошим человеком? — Хорошим главой, — он покачал головой. — Когда-нибудь. Когда придёт время. Мэйлин взяла его за руку. — Не скоро, — сказала она твёрдо. — Очень не скоро. — Конечно, — он улыбнулся. — У меня ещё есть дела. И внуков надо дождаться. — Вот это правильный настрой. Они улыбнулись друг другу — и потянулись за завтраком. Впереди был ещё один день. Вместе. *** На шестой день Си Ень проснулся раньше Мэйлин. Он лежал, глядя в потолок, слушая её ровное дыхание. За окном занимался рассвет — небо окрасилось в розовые и золотые тона. Он чувствовал себя хорошо. По-настоящему хорошо. Раны почти не болели. Голова была ясной. Тело слушалось. И совесть не давала покоя. — Мэйлин, — он осторожно коснулся её плеча. — М-м? — она приоткрыла глаза. — Ты должна подумать о нашем сыне. Мэйлин моргнула, просыпаясь. — Что? — Яньлин, — Си Ень сел в кровати. — Ему приходится одному со всем справляться. Уже шесть дней. Это слишком много для него. — Он справляется. — Знаю, — Си Ень кивнул. — Но он не должен нести это бремя один. Не сейчас. Не когда я уже могу встать. Мэйлин села рядом с ним, внимательно глядя ему в лицо. — Ты уверен, что готов? — Да. — Си Ень... — Я не буду ничего делать сверх необходимого, — он взял её руки в свои. — Обещаю. Просто сяду в кабинете. Посмотрю отчёты. Поговорю с сыном. Никаких поединков, никаких полётов, никакой магии. Мэйлин молчала, изучая его глаза. — Месяц, — сказала она наконец. — Что? — Месяц без магии, — её голос стал твёрдым. — Вообще. Ни капли. Ни искры. Ни даже чтобы свечу зажечь. — Мэйлин... — Это не обсуждается, — она сжала его руки. — Твой контур восстанавливается. Если ты начнёшь использовать силу раньше времени — всё, чего мы добились за эти дни, пойдёт прахом. Си Ень хотел возразить. Хотел сказать, что месяц — это слишком долго. Что глава не может быть беспомощным целый месяц. Что враги могут воспользоваться его слабостью. Но посмотрел в её глаза — и промолчал. — Хорошо, — сказал он. — Месяц. Мэйлин выдохнула. — Спасибо. — За что? — За то, что не споришь, — она наклонилась и поцеловала его. — Я начинаю привыкать к этому новому тебе. — Не привыкай слишком сильно, — он улыбнулся. — Это временно. Си Ень оделся сам. Впервые за шесть дней — сам выбрал одежду, сам завязал пояс, сам уложил волосы. Мэйлин сидела на кровати и наблюдала, готовая помочь, но он справился. Чёрные одежды с огненной вышивкой. Тяжёлый пояс с символом главы. Волосы собраны в высокий узел, закреплённый шпилькой из чёрного металла. Он посмотрел на себя в зеркало. Бледнее, чем обычно. Немного осунувшийся. Но спина прямая, плечи расправлены, взгляд твёрдый. Великолепный. Как всегда. — Ну? — он повернулся к Мэйлин. — Сойдёт, — она улыбнулась. — Для человека, который неделю назад чуть не умер. — Какой комплимент. — Не зазнавайся. Он шёл по коридорам башни. Стражи при виде него вытягивались в струнку. Слуги кланялись, украдкой улыбаясь. Заклинатели останавливались, приветствуя главу. Никто не говорил ничего лишнего. Никто не спрашивал о здоровье. Никто не выражал беспокойства. Но в их глазах Си Ень видел облегчение. Радость. Веру. Их глава вернулся. Всё будет хорошо. Кабинет главы встретил его запахом чернил и бумаги. Яньлин сидел за столом — за его, Си Еня, столом — и разбирал свитки. Лоу стоял рядом, сортируя документы на стопки. Шаали в человеческом облике расхаживала по комнате, время от времени заглядывая в бумаги. При звуке шагов все трое подняли головы. — Отец, — Яньлин встал. — Ты... — Доброе утро, — Си Ень вошёл в кабинет. — Хочешь продолжать быть главой? Яньлин моргнул. — Что? — Простой вопрос, — Си Ень подошёл к столу. — Ты справлялся шесть дней. Хочешь продолжать? Яньлин молчал мгновение — потом рассмеялся. — С огромным облегчением вернусь к роли помощника главы, — сказал он. — Если ты достаточно оправился. — Достаточно, — Си Ень кивнул. — Твоя мать запретила мне использовать магию месяц, но сидеть в кабинете и читать бумаги я могу. — Месяц? — Лоу присвистнул. — Госпожа Мэйлин не шутит. — Госпожа Мэйлин никогда не шутит, когда дело касается здоровья, — Шаали фыркнула. — Это все знают. Си Ень сел в своё кресло. Провёл рукой по подлокотнику. Знакомое ощущение — гладкое дерево, отполированное годами. — Введи меня в курс дел, — сказал он сыну. Яньлин сел напротив отца. — С чего начать? — С самого важного. — Хорошо, — Яньлин кивнул Лоу. — Первую стопку. Лоу подал ему несколько свитков. — Разлом закрыт, — начал Яньлин. — Полностью. Твоя печать держится. Барьер стабилен. Команда наблюдателей отправлена, докладывают каждый день — никаких изменений. — Потери? — Семеро погибших. Двадцать три раненых, из них пятеро — тяжело. Все в лечебнице, все идут на поправку. Си Ень кивнул. Семеро. Меньше, чем он боялся. Больше, чем хотел бы. — Дальше. — Другие башни, — Яньлин взял следующий свиток. — Звёздная — Чжоу Шэн прислал официальное письмо с благодарностью за помощь в закрытии разлома. Лисян и Ляньчжи вернулись туда, оба в порядке. — Белая? — Молчит, — Яньлин нахмурился. — Ни слова с момента событий. Это... странно. — Это настораживает, — поправил Си Ень. — Что говорят разведчики? — Шаали? Шаали подошла ближе. — Мои маленькие друзья летали к Белой башне, — сказала она. — Там тихо. Слишком тихо. Никаких собраний, никаких тренировок, никаких перемещений войск. Как будто они чего-то ждут. — Или готовятся, — добавил Лоу мрачно. — Или готовятся, — согласился Си Ень. — Продолжай наблюдение. Если что-то изменится — докладывай немедленно. — Слушаюсь, глава. Они работали до полудня. Свиток за свитком. Доклад за докладом. Прошение за прошением. Водная башня просила о встрече — хотели обсудить совместное патрулирование границ после событий с разломом. Земная башня выражала обеспокоенность — слишком много магических возмущений в последнее время. Воздушная башня присылала формальные соболезнования о погибших — холодно, вежливо, ничего не значащие слова. — Они все напуганы, — сказал Яньлин, откладывая очередной свиток. — После того, что ты сделал. — Напуганы? — Ты в одиночку закрыл разлом, который угрожал всему миру заклинателей, — Яньлин покачал головой. — Они не знали, что такое возможно. Теперь знают. И думают — если он может это, что ещё он может? Си Ень молчал. — Это хорошо или плохо? — спросил Лоу. — И то, и другое, — ответил Си Ень. — Страх удерживает от глупостей. Но страх также толкает на отчаянные поступки. — Как Белая башня? — Возможно. Яньлин потёр переносицу. — Что будем делать? — То же, что всегда, — Си Ень откинулся в кресле. — Защищать своих. Держать границы. Быть готовыми к худшему и надеяться на лучшее. Он посмотрел на сына. — Ты хорошо справился, — сказал он. — Эти шесть дней. Башня стояла. Люди были спокойны. Дела шли. Яньлин слегка порозовел. — Я просто делал то, чему ты меня учил. — Значит, я хорошо учил. Ближе к вечеру в кабинет заглянула Мэйлин. — Как вы тут? — Работаем, — Си Ень улыбнулся ей. — Без магии. Как ты и велела. Мэйлин окинула взглядом комнату — свитки на столе, уставших мужчин, Шаали, дремлющую в кресле в виде ящерки. — Ужин через час, — сказала она. — Всем. Без исключений. — Да, госпожа, — хором ответили Лоу и Яньлин. Мэйлин фыркнула и ушла. Си Ень смотрел ей вслед. — Отец? — Яньлин заметил его взгляд. — Ничего, — Си Ень покачал головой. — Просто думаю, как мне повезло. — С чем? — С ней. С тобой. Со всеми вами. Яньлин не нашёлся что ответить. Лоу деликатно отвернулся, делая вид, что очень занят сортировкой бумаг. Шаали приоткрыла один глаз, посмотрела на них — и снова закрыла. Глава Чёрной башни вернулся к работе. Всё было как должно быть.