Пламя Чёрной Башни том 4

Арена для поединков располагалась за пределами башни — на широкой площадке, окружённой каменными трибунами. Утро выдалось ясным, солнечным. Лёгкий ветерок трепал знамёна семи башен, развешанные по периметру. Зрители занимали места — старшие заклинатели, молодёжь, слуги. Атмосфера была праздничной, возбуждённой. Яньлин стоял у края арены, ожидая своей очереди. Он сменил торжественные одежды на простые тренировочные — чёрные, с алой отделкой, удобные для боя. Волосы были собраны в высокий хвост. Шаали в облике ящерки сидела на его плече. — Нервничаешь? — спросил Лоу, стоящий рядом. — Нет, — Яньлин улыбнулся. — Предвкушаю. Первые поединки уже начались. Земной против воздушного — медленный, тягучий бой, где непробиваемая защита встречалась с неуловимой скоростью. Закончился ничьей — оба выдохлись раньше, чем смогли пробить оборону противника. Водная против тёмной — красивый, почти танцевальный поединок. Потоки воды сплетались с тенями в причудливые узоры. Победила водная — на полшага быстрее. Золотой против лунного — яркие вспышки света, серебряные молнии. Лунный победил — его щиты оказались крепче. — Смотри, — Лоу толкнул Яньлина локтем. — Тот золотой, Цзинь Хуан. Он следующий. Яньлин повернул голову, хотя не мог видеть. — Его энергия... спокойная. Уверенная. Он хорош. Цзинь Хуан вышел на арену против воздушного. Бой был коротким — золотой двигался быстро, точно, без лишних движений. Три удара — и воздушный признал поражение. — Очень хорош, — поправил себя Яньлин. *** — Яньлин из Чёрной башни! — объявил распорядитель. Яньлин шагнул на арену. И трибуны затихли. Он шёл уверенно — несмотря на слепоту, несмотря на незнакомую территорию. Шаали направляла его через связь, но со стороны казалось, что он видит каждый камень, каждую трещину. Чёрные одежды развевались на ветру. Огненные пряди в волосах вспыхивали на солнце. Его лицо было спокойным, почти безмятежным. — Красивый, — прошептала какая-то девушка на трибунах. — Это сын главы, — ответила её подруга. — Тот самый. Слепой. — Слепой? Но он... — Говорят, он видит энергию. И создал новый источник. И чуть не умер. Дважды. Шёпот пробежал по трибунам как волна. Яньлин остановился в центре арены и поклонился зрителям. — Против него — Лю Цин из Земной башни! — объявил распорядитель. Земной вышел на арену — крепкий, широкоплечий, с уверенной походкой. Они встали друг напротив друга. Поклонились. — Начинайте! Бой был коротким. Земной атаковал первым — каменные шипы вырвались из-под земли, целясь в Яньлина. Яньлин ушёл в сторону — плавно, легко. Взмахнул рукой — и огненный хлыст обвился вокруг шипов, превращая их в расплавленную лаву. Земной отступил, поднимая щит. Каменная стена выросла перед ним — толстая, прочная. Яньлин улыбнулся. Один удар — концентрированное пламя, раскалённое добела. Стена треснула. Второй удар — и она рассыпалась. Земной оказался на земле, с огненным клинком у горла. — Сдаюсь, — выдохнул он. Трибуны взорвались аплодисментами. — Яньлин из Чёрной башни — победа! Он поклонился противнику, помог ему встать. — Хороший бой, — сказал земной. — Ты быстрый. — Ты крепкий, — Яньлин улыбнулся. — В следующий раз будет сложнее. Они пожали друг другу руки — и земной ушёл, качая головой, но без обиды. Следующие поединки прошли так же быстро. Воздушный — три минуты. Яньлин просто не дал ему взлететь, окружив кольцом огня. Тёмный — пять минут. Тени пытались обвить Яньлина, но он сжигал их быстрее, чем они успевали сформироваться. Золотой — две минуты. Яньлин прошёл сквозь его световые щиты, как нож сквозь масло. — Он невероятен, — прошептал кто-то на трибунах. — Это нечестно, — буркнул другой. — Он же сын главы. Его учили лучшие. — Его учил сам глава, — поправил третий. *** — Яньлин из Чёрной башни против Хэ Юня из Водной башни! Яньлин вышел на арену в четвёртый раз. Его противник был молодым — примерно его возраста — с холодными голубыми глазами и спокойным лицом. Он двигался плавно, как вода. — Слышал о тебе, — сказал Хэ Юнь. — Говорят, ты непобедим. — Говорят много чего, — Яньлин улыбнулся. — Посмотрим, что правда. Они поклонились друг другу. — Начинайте! Хэ Юнь атаковал первым. Водяной хлыст — быстрый, гибкий — метнулся к Яньлину. Тот уклонился, ответил огненным ударом. Вода встретила огонь — и погасила его. Яньлин нахмурился. Он знал это. Знал, что вода гасит огонь. Но в пылу боя, после трёх лёгких побед... забыл. Хэ Юнь не дал ему времени на размышления. Водяные копья летели одно за другим — быстро, точно. Яньлин уклонялся, ставил щиты... Щиты, которые вода гасила. Он поднял огненную стену — Хэ Юнь просто прошёл сквозь неё, окутанный водяным коконом. Яньлин отступил, пытаясь перестроить тактику. Ему нужно было что-то другое. Не просто огонь — концентрированный жар. Испарить воду раньше, чем она достигнет цели. Но Хэ Юнь был быстрее. Водяной клинок прошёл сквозь ослабленный щит — и рассёк Яньлину предплечье. Кровь брызнула на камни арены. Хэ Юнь замер. — Он поднял руки, останавливая атаку. — Я... прости. Я не хотел... Яньлин посмотрел на свою руку. Рана была неглубокой, но кровоточила обильно. — Не за что извиняться, — сказал он спокойно. — Я сам виноват. Недооценил. Забыл базовые принципы. Он поклонился. — Признаю поражение. Трибуны загудели. Непобедимый сын главы — проиграл? Хэ Юнь подошёл к нему. — Ты уверен? Мы можем продолжить, когда тебя подлечат... — Нет, — Яньлин покачал головой. — Правила есть правила. Первая кровь — поражение. Он протянул здоровую руку. — Хороший бой. Ты меня удивил. Хэ Юнь пожал её. — Ты тоже, — он помолчал. — Ещё один поединок? Потом? Когда заживёт? Яньлин улыбнулся. — Договорились. *** Яньлин сошёл с арены, зажимая рану рукой. Шаали шла рядом — в человеческом облике, с непроницаемым лицом. — Спасибо, — сказал он тихо. — За что? — Что не вмешалась. Шаали фыркнула. — Решила, что тебе будет полезно. — Полезно проиграть? — Полезно вспомнить, что ты не бессмертен, — она посмотрела на него. — И что даже сын главы может ошибаться. Яньлин рассмеялся. — Жёстко. — Справедливо. Жэньли налетела на него как вихрь. — Что это было?! — она схватила его за раненую руку. — Ты же говорил, что будешь осторожен! — Я был осторожен... — Осторожен?! — её голос поднялся на октаву. — У тебя рука в крови! — Это царапина... — Это не царапина! — Жэньли потащила его в сторону целительского шатра. — Пойдём, я тебя залечу. — Жэньли, оно уже само заживает... — Само?! — Огненные быстро исцеляются, — Яньлин попытался освободить руку. — Правда, посмотри. Жэньли остановилась и посмотрела. Рана действительно затягивалась — медленно, но заметно. Кровь уже перестала течь. — Это... — она моргнула. — Я же говорил, — Яньлин улыбнулся. — Царапина. — Это была не царапина минуту назад! — А теперь — царапина. Жэньли смотрела на него — на его улыбку, на его спокойствие, на рану, которая исчезала на глазах. — Ты невозможен, — сказала она наконец. — Ты вторая, кто мне это сегодня говорит, — Яньлин притянул её к себе здоровой рукой. — Первой была Шаали. — Она права. — Знаю. Жэньли уткнулась лицом ему в грудь. — Я так испугалась, — прошептала она. — Когда увидела кровь... — Прости, — он обнял её. — Я правда не думал, что так получится. Недооценил водного. — Ты переоценил себя, — Жэньли подняла голову. — Ты так привык побеждать, что забыл, как проигрывать. Яньлин молчал. — Это был хороший урок, — сказала Шаали, подходя к ним. — Дорогой, но хороший. — Дорогой? — Яньлин поднял бровь. — Это царапина. — Это твоя гордость, — поправила Шаали. — А гордость заживает дольше, чем кожа. Яньлин не нашёл, что ответить. На арене продолжались поединки. Зрители кричали, аплодировали, спорили. Где-то в толпе Лоу рассказывал кому-то о том, как его господин «специально проиграл, чтобы дать водному шанс». А Яньлин стоял, обнимая жену, и думал о том, что иногда поражение учит больше, чем победа. *** Солнце поднялось выше, когда Яньлин снова вышел на арену. Рана на руке полностью зажила — остался только тонкий розовый шрам, который исчезнет через несколько дней. Но урок остался. Хэ Юнь уже ждал его в центре площадки. — Готов? — спросил водный. — Готов, — Яньлин улыбнулся. — В этот раз я не забуду, с кем сражаюсь. Хэ Юнь рассмеялся. — Посмотрим. Они поклонились друг другу. — Начинайте! В этот раз Яньлин не торопился. Он отступил назад, давая себе пространство. Не атаковал первым — ждал. Хэ Юнь нахмурился. В прошлый раз огненный был агрессивным, напористым. Сейчас — другой. Водный атаковал первым — тот же водяной хлыст, быстрый и гибкий. Яньлин не стал ставить щит. Вместо этого он шагнул в сторону — и ударил не по воде, а по воздуху вокруг неё. Жар. Концентрированный, раскалённый. Не огонь — именно жар. Водяной хлыст испарился, не долетев до цели. Хэ Юнь моргнул. — Хитро. — Учусь, — Яньлин улыбнулся. Бой изменился. Хэ Юнь больше не мог просто гасить огонь водой — Яньлин не давал воде даже приблизиться. Вокруг него висело марево раскалённого воздуха, в котором любая влага мгновенно превращалась в пар. Водный попробовал другую тактику — ледяные копья. Они были плотнее, держались дольше. Яньлин сжёг первое в полёте. Второе. Третье. Четвёртое он пропустил специально — и ушёл в сторону в последний момент, заставив Хэ Юня потерять равновесие. Огненный удар — не в водного, а под его ноги. Камни арены раскалились докрасна. Хэ Юнь отпрыгнул — и оказался именно там, где Яньлин хотел. Кольцо огня замкнулось вокруг него. Не обжигающее — просто стена пламени, отрезающая пути к отступлению. — Сдаёшься? — спросил Яньлин. Хэ Юнь посмотрел на огненное кольцо. Посмотрел на Яньлина. Улыбнулся. — Сдаюсь. Трибуны взорвались. Часть вторая. Знакомство — Хороший бой, — Хэ Юнь пожал Яньлину руку. — Совсем другой. — Ты меня многому научил в прошлый раз, — Яньлин улыбнулся. — Спасибо за урок. — Дорогой урок, — водный кивнул на его руку, где ещё виднелся след от раны. — Лучшие уроки всегда дорогие. Они отошли от арены вместе, пока следующая пара готовилась к бою. — Как ты это сделал? — спросил Хэ Юнь. — С жаром? Я думал, огненные могут только... ну, огонь. — Огонь — это не только пламя, — Яньлин пожал плечами. — Это тепло. Жар. Энергия. Мой отец учил меня, что настоящий мастер огня управляет температурой, а не просто бросается файерболами. — Умно. — Он умный человек. Хэ Юнь рассмеялся. — Глава Чёрной башни — «умный человек». Это... мягко сказано. — Он мой отец, — Яньлин улыбнулся. — Для меня он просто отец. Который иногда бывает невыносимым. — Все отцы иногда бывают невыносимыми. — Твой тоже? — О да, — Хэ Юнь закатил глаза. — Он хотел, чтобы я стал дипломатом. Представляешь? Я, который не умею держать язык за зубами. — Сочувствую. — А твой? Чего хотел от тебя? Яньлин помолчал. — Чтобы я жил, — сказал он наконец. — Долго. Это всё, чего он хотел. Хэ Юнь посмотрел на него — внимательно, серьёзно. — Я слышал истории, — сказал он тихо. — О том, что ты был болен. Что чуть не умер. Несколько раз. — Истории преувеличивают. — Правда? — Нет, — Яньлин улыбнулся. — Истории преуменьшают. Хэ Юнь моргнул. — Ты странный. — Мне говорили. — Мне нравится, — водный хлопнул его по плечу. — Давай ещё как-нибудь подерёмся. Без зрителей. Просто так. — Договорились. Лоу нашёл их у столика с напитками. — Познакомились? — он протянул Яньлину чашку с чаем. — Лоу, это Хэ Юнь, — Яньлин взял чашку. — Тот, кто меня порезал. — Я помню, — Лоу смерил водного взглядом. — Хороший удар был. — Спасибо, — Хэ Юнь не смутился. — Хотя я не хотел ранить. Просто... увлёкся. — Бывает, — Лоу пожал плечами. — Яньлин тоже увлекается. Постоянно. — Эй! — возмутился Яньлин. — Что? Это правда. Хэ Юнь рассмеялся. — Вы двое... вы друзья? — Он мой помощник, — сказал Яньлин. — Он мой господин, — сказал Лоу. Они переглянулись. — И друг, — добавили оба одновременно. Хэ Юнь покачал головой. — Странные вы, огненные. — Ты ещё Шаали не видел, — буркнул Лоу. — Кто такая Шаали? — Его саламандра, — Лоу кивнул на Яньлина. — Высший дух огня. Очень... заботливая. — Заботливая? — Она хотела вмешаться, когда ты его порезал, — объяснил Лоу. — Еле сдержалась. Хэ Юнь побледнел. — Высший дух... хотел вмешаться... в дружеский поединок? — Она очень заботливая, — повторил Яньлин с улыбкой. — Я рад, что она сдержалась. — Я тоже. *** После полудня объявили последний поединок дня. — Яньлин из Чёрной башни против Цзинь Хуана из Белой башни! Трибуны затихли. Это было... символично. Сын главы Чёрной башни против молодого золотого. После всего, что произошло между башнями. Яньлин вышел на арену. Цзинь Хуан уже ждал его — спокойный, собранный. Его золотые одежды сияли на солнце. — Наконец-то, — сказал золотой негромко. — Я ждал этого боя. — Я тоже, — Яньлин поклонился. — Покажи мне, на что способны золотые. Они встали друг напротив друга. — Начинайте! Цзинь Хуан был другим. Не как тот золотой, которого Яньлин победил за две минуты. Не как большинство золотых, которых он видел — напыщенных, самоуверенных, полагающихся на грубую силу света. Цзинь Хуан двигался как танцор. Его атаки были точными, экономными — ни одного лишнего движения. Световые клинки возникали и исчезали, не давая Яньлину предугадать следующий удар. Яньлин отвечал огнём — но золотой не пытался гасить пламя. Он уклонялся. Отступал. Контратаковал с неожиданных углов. Они кружили по арене — огонь и свет, алое и золотое. — Ты хорош, — сказал Яньлин, уклоняясь от очередного клинка. — Ты тоже, — Цзинь Хуан улыбнулся. — Но я лучше. Он атаковал — быстро, резко. Три удара подряд. Яньлин заблокировал первые два. Третий прошёл сквозь его защиту... И остановился в сантиметре от горла. — Сдавайся, — сказал Цзинь Хуан. Яньлин замер. Он мог бы продолжить. Мог бы попытаться вывернуться, контратаковать. Но... — Сдаюсь, — сказал он. Цзинь Хуан опустил клинок. — Хороший бой. — Очень хороший. Трибуны молчали. Сын главы Чёрной башни проиграл. Снова. На этот раз — золотому. Потом кто-то захлопал. Ещё кто-то. И ещё. Аплодисменты нарастали — не для победителя, не для проигравшего. Для боя. Для обоих. Яньлин и Цзинь Хуан поклонились друг другу. — Ты мог бы победить, — сказал золотой тихо. — Почему не стал? — Потому что ты был лучше, — Яньлин пожал плечами. — В этом бою. В этот момент. — Ты мог бы использовать больше силы. Я чувствовал — ты сдерживался. — Это дружеский поединок, — Яньлин улыбнулся. — Не война. Цзинь Хуан смотрел на него долго. — Ты не такой, как я думал, — сказал он наконец. — Какой я по-твоему? — Сын демона, — золотой не отвёл взгляда. — Так о тебе говорят в Белой башне. Сын демона, который разрушил нашу башню. Опасный. Безжалостный. — А теперь? — Теперь... — Цзинь Хуан помолчал. — Теперь я думаю, что слухи врут. Как обычно. Яньлин протянул руку. — Друзья? Цзинь Хуан посмотрел на его руку. На его лицо. На трибуны, где сидели золотые — напряжённые, настороженные. И пожал её. — Друзья. *** Вечером Яньлин сидел в своих покоях, анализируя прошедший день. Жэньли была рядом — читала свиток о целебных травах. Шаали дремала у камина. Лоу ушёл к Ляньчжи — обсудить поединки. — О чём думаешь? — спросила Жэньли, не отрывая глаз от свитка. — О золотых, — Яньлин откинулся на подушки. — О Цзинь Хуане. — Он тебя победил. — Да. — И ты не расстроен? — Нет, — Яньлин улыбнулся. — Я рад. Жэньли отложила свиток и посмотрела на него. — Рад, что проиграл? — Рад, что нашёл его, — Яньлин сел прямо. — Понимаешь... я искал среди золотых нормальных людей. Тех, с кем можно говорить. С кем можно... строить будущее. — И нашёл? — Нашёл, — он кивнул. — Цзинь Хуан и его сестра. Они другие. Не такие, как их глава. Не такие, как те, кто... — он замолчал. — Кто что? — Кто ненавидит нас просто потому, что мы огненные, — Яньлин вздохнул. — Белая башня... она больна. Страхом. Ненавистью. Старыми обидами. Но не все там такие. — И что ты собираешься делать? — Пока ничего, — он пожал плечами. — Просто... помнить. Что среди золотых есть те, кому можно доверять. Это важно. Жэньли подошла к нему и села рядом. — Ты думаешь о будущем. — Я наследник Чёрной башни, — Яньлин взял её руку. — Я должен думать о будущем. — Ты ещё не наследник. — Но буду, — он улыбнулся. — Когда-нибудь. Если доживу. — Яньлин! — Шучу, шучу, — он притянул её к себе. — Я собираюсь жить очень долго. И очень скучно. С тобой. — Скучно? — Жэньли фыркнула. — С тобой? Это невозможно. — Постараюсь. — Не старайся, — она положила голову ему на плечо. — Мне нравится, когда ты невозможен. Шаали открыла один глаз, посмотрела на них — и снова закрыла. Огонь в камине горел ровно. За окном садилось солнце. День поединков закончился. *** Вечером Яньлин поднялся в кабинет отца. Си Ень сидел за столом, просматривая отчёты о поединках. Цзин Юй устроился в своём кресле у окна, Ли Чжэнь дремал на его плече. Мэйлин разливала чай. — А, вот и наш герой дня, — Си Ень поднял голову. — Две победы, два поражения. Интересный счёт. — Поучительный, — поправил Яньлин, садясь напротив отца. — Поучительный, — согласился Си Ень. — Расскажи. Яньлин принял чашку от матери. — Водный меня удивил, — начал он. — Я недооценил. Забыл базовые принципы взаимодействия стихий. Вода гасит огонь — это же первое, чему учат. — И второй бой? — Учёл ошибки. Использовал жар вместо пламени. Испарял воду до того, как она могла меня достать. Си Ень кивнул с одобрением. — Хорошо. А золотой? Яньлин помолчал. — Цзинь Хуан... он другой. Не как остальные золотые. Он двигается как боец, а не как заклинатель. — Что это значит? — Большинство заклинателей полагаются на силу источника, — Яньлин поставил чашку. — Бросают заклинания, ставят щиты. Цзинь Хуан использует магию как продолжение тела. Каждое движение — и атака, и защита одновременно. — Как ты, — заметил Цзин Юй от окна. — Как я, — согласился Яньлин. — Поэтому он меня и победил. Мы слишком похожи, но он опытнее. Си Ень откинулся в кресле. — И какие выводы? Яньлин собрался с мыслями. — Белая башня больна, — сказал он. — Это очевидно. Страх, ненависть, старые обиды. Их глава смотрит на нас так, будто мы вот-вот его убьём. — Разумное опасение, — хмыкнул Си Ень. — Отец. — Продолжай. — Но не все там такие, — Яньлин наклонился вперёд. — Цзинь Хуан и его сестра Цзинь Мэй — они другие. Их тётя, госпожа Цзинь Линь, просила маму присмотреть за племянником. На случай, если он захочет сменить башню. Мэйлин кивнула. — Она боится за него. За них обоих. — Вот именно, — Яньлин посмотрел на отца. — В Белой башне есть люди, которые не согласны с политикой своего главы. Которые хотят мира. Которые могут стать... мостом. — Мостом? — Между нашими башнями, — Яньлин пожал плечами. — Война закончилась, но мир ещё не наступил. Нам нужны союзники внутри Белой башни. Люди, которым можно доверять. Си Ень смотрел на сына долго, молча. — Ты думаешь как глава, — сказал он наконец. — Я учусь. — У кого? — У тебя, — Яньлин улыбнулся. — Ты же сам говорил — наблюдай. Смотри, кто с кем разговаривает. Кто нервничает. Кто может быть полезен. Си Ень рассмеялся. — Хорошо, — он кивнул. — Продолжай наблюдать. И держи Цзинь Хуана близко. Такие люди — редкость. — Я знаю. Часть третья. Вопрос о водных Яньлин помолчал, вертя в руках чашку. — Отец, — сказал он. — Можно вопрос? — Спрашивай. — Почему ты не любишь водных? Си Ень приподнял бровь. — С чего ты взял? — Я видел, — Яньлин пожал плечами. — Как ты разговаривал с их главой на пиру. Вежливо, но... холодно. Не так, как с земными или воздушными. Си Ень переглянулся с Мэйлин. — Наблюдательный, — сказала она. — Он мой сын. — Так почему? — настаивал Яньлин. — Они вроде бы вполне ничего. Хэ Юнь — отличный боец. Честный. Прямой. Не пытался меня обмануть, не злорадствовал, когда ранил. Сразу остановился и извинился. — Молодой Хэ Юнь — не Водная башня, — сказал Си Ень. — А в чём разница? Си Ень вздохнул. — Водные... — он подбирал слова. — Они текучие. Во всём. Не только в магии. — Что это значит? — Это значит, что сегодня они твои союзники, а завтра — союзники твоего врага, — Си Ень скрестил руки на груди. — Они не предают — они просто... перетекают. Туда, где выгоднее. Где безопаснее. Где больше силы. Яньлин нахмурился. — Но это же... — Разумно? — Си Ень кивнул. — Да. Очень разумно. Именно поэтому они так опасны. Я не ненавижу водных. Я им не доверяю. Это разные вещи. — А Хэ Юнь? — Молодой Хэ Юнь — хороший мальчик, — Си Ень пожал плечами. — Честный. Прямой. Как ты сказал. Но он молод. Он ещё не научился быть водным по-настоящему. — Может, и не научится, — сказал Яньлин. — Может, — согласился Си Ень. — А может, через десять лет он станет таким же, как его отец. Или его глава. Вода принимает форму сосуда, в который её наливают. Яньлин молчал, обдумывая услышанное. — Но дружить с ним можно? — спросил он наконец. Си Ень улыбнулся. — Дружить — можно. Доверять безоговорочно — нет. — Ты вообще кому-нибудь доверяешь безоговорочно? — Твоей матери, — Си Ень посмотрел на Мэйлин. — Цзин Юю. Тебе. Твоей сестре. — Это всё? — Этого достаточно, — Си Ень вернулся к столу. — Настоящее доверие — редкость. Не разбрасывайся им. Цзин Юй кашлянул от окна. — Могу добавить, — сказал он. — Водные не злые. Они просто... другие. У них другая логика. Другие ценности. — Какие? — Выживание, — Цзин Юй пожал плечами. — Вода всегда находит путь. Обтекает препятствия. Просачивается в щели. Это не трусость — это стратегия. Они выживали тысячи лет, пока другие башни воевали и разрушались. — Звучит... мудро, — сказал Яньлин. — Звучит скользко, — поправил Си Ень. — Но Юй прав. Они не злые. Просто другие. Он посмотрел на сына. — Запомни это. Не все, кто не с тобой — против тебя. Но и не все, кто с тобой — за тебя. Мир сложнее. Яньлин кивнул. — Я запомню. Мэйлин подлила всем чаю. — Ты хорошо справился сегодня, — сказала она Яньлину. — Не только в боях. В наблюдениях тоже. — Спасибо, мама. — Но не переусердствуй, — она улыбнулась. — Ты ещё молод. У тебя есть время учиться. — Время — это роскошь, — сказал Яньлин. — Я научился это ценить. Мэйлин и Си Ень переглянулись. — Он точно твой сын, — сказала Мэйлин. — К сожалению, — вздохнул Си Ень. — Эй! — возмутился Яньлин. — К счастью, — поправился Си Ень с улыбкой. — Я хотел сказать — к счастью.