Мистер Ким и Мистер Хван

      — Думаю, можем перейти к главному. Расскажите, что именно вас не устраивает в партнёре, — Чанбин щёлкнул ручкой и приготовился записывать.       Пара переглянулась. Смущение уже улеглось, потому они синхронно фыркнули и отвернулись друг от друга.       Чанбин подавил вздох и поправил очки на переносице. Ладно, он справится.       — Господин Ким, ответите первым?       — Его извечная привычка вначале сделать, а потом поставить перед фактом, — спустя минуту молчания отвечает господин Ким. — Даже про приём к Вам, господин Со, я узнал за неделю, а у меня горящие сроки.       — Могу я узнать, кем вы работаете?       — Я аудитор одной крупной международной фирмы.       — С тех пор как он получил повышение, — вмешивается господин Хван, бросая недовольный взгляд на супруга, — у него появилась дурацкая привычка срываться посреди ночи или пропадать неделями.       — Справедливости ради я отчитываюсь перед тобой и стараюсь не будить, — чуть ли не рычит в ответ господин Ким. Кажется, подобные претензии звучат не впервой, иначе настолько бурной реакции не было бы.       — Ты знаешь насколько у меня чуткий сон, — кажется, или у господина Хвана дёрнулся глаз? Чанбин моргает.       — Если ты не забыл, у меня тоже. Но я хотя бы не шумлю, пока собираюсь посреди ночи в очередную поездку.       — Ты знал, за кого выходишь, — господин Хван фыркает в очередной раз и прокручивает на безымянном пальце обручальное кольцо с таким видом, будто не знает, как оно там оказалось. — Тебя всё совершенно устраивало.       — А кто Вы по профессии, господин Хван? — переключает внимание Чанбин, пока супруги не начали уже открыто ругаться. С другой стороны, выпустить пар можно и таким способом, но он совсем недавно обновил свой кабинет после очень буйной пары, не хотелось бы вновь делать ремонт.       Эти хотя бы лишь бросаются словами, а не горшками с цветами.       — Я фотограф и визажист, выезжаю на мероприятия.       — Как часто вы проводите время вдали друг от друга? — вдруг задал вопрос Чанбин.       Оба замирают, после чего господин Ким загибает пару пальцев и отвечает:       — Довольно часто.       — Вас это не устраивает?       — Что? Нет! — с неожиданным изумлением воскликнул господин Хван и замотал головой. — Нас устраивает наш график.       — Да, мы довольно… Спокойно принимаем тот факт, что у нас такая работа, — добавил господин Ким. — Всё, чего бы я хотел, так это чтобы Хёнджин отписывал мне, насколько долго он собирается пропасть в очередной раз.       — У меня бывают мероприятия, длящиеся чуть ли не месяц, — сказал господин Хван. В его голосе сквозила лёгкое сожаление, от которого господин Ким лишь приподнял уголок губы.       — В таком случае немного переформулирую вопрос, — задумчиво произнёс Чанбин, вновь щёлкая ручкой. —Что именно вы хотели бы изменить в вашем браке?       — Наверное, нам стало скучно друг с другом? — с сомнением ответил господин Ким, посмотрев на мужа. Тот согласно кивнул. — Мы выучили друг друга настолько, что даже подобные бытовые стычки ощущаются рутиной.       Чанбин наконец-то записал в свой блокнот «коммуникационный провал» и отложил блокнот в сторону.       — Скажите, как быстро вы поженились?       — Спустя три месяца отношений, — ответил господин Хван и вновь прокрутил кольцо на пальце.       — Что-то ты совсем растерял хватку, Хван, — услышал Хёнджин над собой во время расстяжки. Он поднял голову. — Слишком долго возишься со своими мышцами.       — Минхо-хён, просто отвык от подобной физической деятельности.       Минхо хмыкает и выразительно смотрит сверху вниз.       — Судя по твоей шее, ты перешёл на другой уровень разминки?       Хёнджин бросает взгляд на себя в зеркале и чертыхается, когда из-под ворота футболки выглядывает алеющий синяк на ключице. Ведь просил же, никаких следов!       — А я сразу заприметил! — довольно протянул своим низким голосом молчавший до этого Феликс. Его любопытные взгляды, кажется, в Хёнджине уже несколько дыр просверлили, но молчал до последнего. — Давай, рассказывай всё!       Он подошёл сзади и навалился на спину Хёнджина, вынуждая его сильнее прогнуться. И если бы ранее он был бы не против подобной помощи в разогреве мышц, то сейчас болезненно захрипел от боли в пояснице. И дело даже не в отсутствии должной физической подготовки.       — Кажется, поездка в город любви не прошла совсем бесследно? — опустился рядом Минхо и заглянул Хёнджину в лицо. Судя по всему, увиденным он был более чем доволен, раз улыбнулся. Эта улыбка Хёнджину, конечно же, не понравилась. Когда так зловеще улыбается прямое начальство, то хочется сбежать и побыстрее.       — И кто же это был? Я разочаруюсь, если это не какая-нибудь очаровательная француженка, — протянул Феликс над ухом, наваливаясь на Хёнджина до тех пор, пока его грудь не прижалась к полу на несколько секунд, и только потом отстранился.       Маленький садист.       — Нет, это не француженка, — фыркнул Минхо, наблюдая как Хёнджин со стоном выпрямляется и трёт спину. — Думаешь, стал бы он так разваливаться, если бы это была женщина?       Феликс забавно округлил глаза, после чего уставился на Хёнджина.       — Да ладно? Хён, француз?       — Нет, кореец, — фыркает Хёнджин и тянется к своей бутылке воды. От подобных манипуляций над своей измученной за ночь тушкой тошнота подкатила к горлу. — Аудитор в какой-то там компании. Он меня выручил, пока я заканчивал работу, так что…       — …Ты его хорошенько отблагодарил, судя по всему, прогревом его постели — закончил Минхо и беззаботно рассмеялся, увидев, как лица Феликса и Хёнджина синхронно скривились.       — Фу, хён, помой рот с мылом! Он не такой, — Хёнджин смахивает взмокшую чёлку со лба и поднимается на ноги. — У нас всё серьёзно.       — Когда у вас всего… Сколько, месяц прошёл с твоего приезда? Так вот, сложно назвать серьёзными отношения, которые длятся пока всего месяц.       — Ну… — Хёнджин растерянно потёр шею, ощущая как жар поднимается от неё к лицу. — Вообще-то…       — Я сделал ему предложение.       Воцарилось молчание. После чего изумлённое в самое ухо:       — …Сынмин-хён, ты сделал что?!       — Чонин, пощади мои уши, — хмурится Сынмин, после чего опускает палец на спусковой крючок.       Выстрел. Попадание ровно в центр мишени. Сынмин делает шаг в сторону, прижимается почти любовно щекой к холодной винтовке.       — Хён, ты правда уверен? Сколько вы друг друга знаете? Пару месяцев? — даже наушник не выдерживает силу голоса Чонина, отчего в нём едва слышно сквозят помехи.       — Это не так важно. Он умный, с ним весело и легко, а ещё он делает вкусный кофе.       — Как дёшево тебя купить, — раздаётся ещё один голос. Сынмин лишь дёргает щекой, но прицеливается и совершает ещё один выстрел. — Мне начать переживать?       — Ни в коем случае, Чан-хён, работы это не касается.       Сынмин отстраняется от винтовки, только чтобы перезарядить. Пару быстрых отточенных движений, и он вновь прицеливается. За это время в эфире была тишина, как и в самом зале для стрельбы. Либо они это обсуждают, отключив микрофоны, либо пытаются переварить.       Очередной выстрел, вновь поражённая мишень.       — Очень надеюсь на это, Сынмин-а, — наконец произносит Чан и вздыхает. — Ты умный и один из лучших, не хотелось бы тебя потерять из-за какого-то фотографа.       Сынмин хмыкает.       — Не потеряете, работа для меня всегда превыше всего.       Минхо раздражённо сжимает переносицу, пока Феликс восторженно сжимает в крепких объятиях Хёнджина под его неловкий смех.       — Ты серьёзно? Замуж почти что за первого встречного? Хёнджин, ты хоть понимаешь, как это может сказаться в будущем?       — Хён, он ничего не знает, — отвечает Хёнджин. — Он думает, что я фотограф и у меня очень плавающий график. Он даже не разбирается в этом всём.       — Будто ты разбираешься в фотографиях! — чуть ли не шипит Минхо.       Дверь в спортивный зал открывается, и на пороге показывается девушка.       — Вы такие шумные, что вас слышно даже в коридоре даже через это, — она постучала по тяжёлой двери, плотно закрывая её за собой.       — Здравствуй, Йеджи, — Минхо делает вдох в попытках успокоиться, пока Йеджи подходит ближе и целует каждого из парней в щёку. Даже самого Минхо, отчего он не сдерживает лёгкой улыбки. — Как поездка в Россию?       — Всё хорошо, только слишком холодно, — девушка фыркает и смотрит строго на Хёнджина. — Что ты опять натворил?       — Да почему сразу я?! — возмутился Хёнджин, скрещивая руки на груди.       — Хён выходит замуж! — вместе с этим довольно мурлычет Феликс и виснет на Хёнджине. Рад так, будто это его туда позвали.       — Подожди… Что?!       — Оппа, я, конечно, понимаю, что не имею права тебе указывать, но… — Сынмин хмыкает, пока натягивает футболку. В раздевалке тихо, потому он легко улавливает растерянность в чужом голосе.       — Дживон, если тебе есть что сказать, то говори.       Дживон неловко жмёт плечами, после чего обнимает себя. Вздыхает, собираясь с силами.       — Я просто расстроена, что не первая узнала. Я не против того, что ты любишь мужчину, но!..       Сынмин не выдерживает и легко смеётся, треплет девушку по голове. Его сестра — само очарование.       — Прости, я хотел поделиться этим за обедом. Чонин рассказал?       Дживон кивает, после чего прижимается к его боку вместо объятий, почти как в детстве, заглядывает в глаза.       — Надеюсь, ты будешь счастлив. Эта работа совсем не располагает к подобной роскоши, — она поджимает недовольно губы, становясь похожей на сердитого утёнка.       — Меня всё устраивает, — Сынмин в последний раз гладит Дживон по голове и отстраняется, чтобы взять свою спортивную сумку. В груди сладко заворочалось тепло от мысли о Хёнджине, губы растянулись в улыбке. — Он тебе понравится, я уверен.       Хёнджин шипит, когда приземляется лопатками на спортивные маты. Над ним нависает довольная и вспотевшая от спарринга Йеджи, протягивает руку. Хёнджин хватается за неё, но только чтобы выбить у неё землю из-под ног и уложить рядом под недовольный вскрик.       — Эй, это нечестно!       — На поле боя все средства хороши, — выдыхает Хёнджин и пихает её ладонью в лицо под возмущённое ворчание.       — Я всё расскажу твоему жениху! Пускай знает, за какого монстра замуж собирается!       Хёнджин заливисто хохочет и приподнимается на локтях. Смех затихает, погружая в задумчивое состояние.       — Джи-а…       — Чего? — пробухтела позади Йеджи.       — Может, я правда тороплюсь? Ну, со свадьбой.       Йеджи вздыхает, после чего поднимается на ноги. В тренировочном зале только они вдвоём: Феликс и Минхо уже ушли обедать. В тишине слышно, как Йеджи подходит ближе и протягивает вновь руку, которую в этот раз Хёнджин предпочитает принять. Встав на ноги, он тянется, ощущая, как ноющая боль в мышцах сходит на нет. Как и в пояснице.       — Хёнджин-а, не смей сомневаться в том, что делаешь, — Йеджи пальцем тычет Хёнджина в грудь. — Скажи честно, когда у тебя будет следующий раз любить и быть любимым? Даже если вы вдруг разведётесь. Даже если ты вдруг не справишься с заданием, в чём сомневаюсь. Особенно сейчас, когда даже государство дало добро на подобное! Правда, я упустила в какой момент ты стал геем…       — Ну, эй, ты бы видела его! — Хёнджин подавил в себе улыбку от одной только мысли о Сынмине. Судя по лице Йеджи, получилось так себе, но…       — Плевать, это не главное! Главное, чтобы ты, Хван Хёнджин, стал самым счастливым с этим человеком, понял меня? Ну и чтобы это не повлияло на нас.       — Не переживай, работа для меня всегда на первом месте. Вместе с Сынмином. Думаю, он тебе понравится.       Чанбин поправляет очки, задумчиво почёсывает щёку.       — Значит, близкие обрадовались вашему решению?       — Не сразу, но да, — отвечает господин Хван, прекращая наконец крутить кольцо на пальце и вместо этого просто сжимая его в руке. — Думаю, наша реакция не отличалась бы, объяви они о подобном.       — Главное, что близкие нас принимают, — добавил господин Ким и сложил руки домиком, откинувшись на кресло. — Чужое мнение нас не касается, если только мы о нём не просим. Как вас, например, господин Со.       Чанбин кивнул, слегка улыбаясь. Господин Ким явно из любителей сказать всю правду, не сбавляя острот. Главное, что влияние первого сеанса понемногу проскальзывает. Господин Хван от слов супруга заметно расслабляется.       — Это приятно знать, господин Ким, что вы готовы отстоять своё. Надеюсь, это поможет нам и дальше на наших встречах, — взгляд падает на наручные часы. — Кажется, наш первый сеанс подходит к концу. Я был бы и рад дальше помогать вам на пути к вашему семейному счастью.       Он взглянул на супружескую пару. Они переглянулись, после чего господин Хван неуверенно кивнул, тут же добавляя:       — Я не против. Но, думаю, мне нужно сначала обсудить это со своим мужем.       — Конечно, я не буду вас торопить. Вот мой номер, можете написать или позвонить в любое время, — Чанбин положил перед ними визитку.       — Даже ночью? — хмыкает господин Ким, пока господин Хван убирает визитку в карман.       — Если только я не буду спать, конечно, но да, — улыбается Чанбин.       Когда дверь за супругами закрывается, Со Чанбин выжидает минуту, после чего снимает надоевшие уже очки и смотрит в окно.       Мысль, что господин Ким и господин Хван водят друг друга за нос, максимально ясна. К чему же эта ложь приведёт, остаётся лишь наблюдать.