talk to me dirty; talk to me sweet

             Майк всегда легко увлекался.              Когда ему нравилась новая игра или серия комиксов, он мог думать о них неделями. Он всегда считал это побочным эффектом своей натуры задрота — неумение радоваться вещам просто так, без желания докопаться до сути, впитать в себя все до последней крупицы. Не просто играть в настольную игру, а потратить месяцы на написание кампании, создание костюмов, размышления о своем персонаже перед сном.              С людьми у него было так же, когда он только с кем-то знакомился. Мозг словно выбирал человека, и Майку тут же хотелось подружиться, проводить с ним время, пока он не узнает о нем все.              С Уиллом это чувство всегда было сильнее, чем с другими друзьями. Так было, когда они только познакомились, потом снова, когда Уилла похитили, и опять, когда в него вселился Истязатель Разума. Когда Уилл вернулся из Леноры, Майку казалось, что им нужно столько всего наверстать, и он успокоился, только когда Уилл пересказал ему слово в слово каждый свой разговор с кем-либо в Калифорнии.              В последний раз Майк чувствовал нечто подобное, когда Уилл совершил каминг-аут. Тогда Майк несколько недель буквально висел над ним, словно пытаясь заполнить пустоту, которая появилась между ними из-за секрета Уилла. Именно тогда он начал кое-что изучать; читал про медицинские аспекты, юридические и, конечно, про однополый секс.              Его нынешняя одержимость Уиллом чем-то на это похожа, думает Майк. Ему хочется узнать все об этой новой стороне Уилла, которая была скрыта от него все эти годы.              Но сейчас это пугает — насколько сильно все это его поглощает.              Дело уже не только в словах Уилла. Дело в его плечах, слегка обгоревших на солнце, в его груди, в дорожке волос, уходящей от пупка в плавки. В его шее, которая стала самой знакомой частью его тела. Майк знает ее запах, знает ощущение его кожи, когда утыкается носом в ямочку у горла, прямо туда, где родинка.              Дело в руках Уилла, его пальцах, его спине, его талии. В его бедрах, которые крепче, чем у Майка, в его икрах, ступнях, заднице. В том, что его тело мягкое там, где у Майка одни кости. Словно его тело — это уже не просто тело парня, как у Лукаса или Дастина, а что-то совершенно иное.              И, конечно, его голос. Он думает о нем сейчас, на озере, под солнцем, где они валяются на полотенцах, проводя очередной летний день с друзьями.              — Что может быть такого особенного в кисточке? — спрашивает Лукас. — Это же просто… волоски, да?              Если хочешь спровоцировать долгий монолог Уилла Байерса, этот вопрос сработает безотказно.              — Что? — Уилл выглядит почти оскорбленным. — Ты знаешь, сколько слоев краски мне пришлось соскребать, потому что дешевые кисти постоянно теряли волоски, и они прилипали к рисунку?              Уилл говорит и говорит, а Майк слушает. Раньше он этого не замечал, но то, как Уилл произносит слова, как слоги слетают с его языка, завораживает. Майка иногда удивляет, как Дастин и Лукас этого не замечают, как они отмахиваются от Уилла или перебивают его, не понимая, как им повезло его слушать.              Майк повернут лицом к Уиллу, находясь спиной к остальным парням, пока одна его нога лениво закинута на колено Уилла. Кожа в месте соприкосновения скользкая от крема и пота, но ему все равно. Ему хочется просто лежать здесь и засыпать на солнце под звук голоса Уилла.              Он мог бы говорить о чем угодно. О сексе. О кисточках. О погоде.              Уилл продолжает говорить, а Майк вздыхает, придвигаясь ближе и утыкаясь лицом в плечо Уилла, не закрывая глаз, чтобы видеть его.              Майк знает, что в последнее время стал очень тактильным, и иногда Уилл смотрит на него так, будто ему это не нравится, пока его взгляд скользит по лицу Майка, словно пытаясь его прочесть. Но он ничего не говорит.              — Ты пялишься на меня, — прерывает сам себя Уилл. Его голос тихий, но остальные все равно все слышат.              — Тоже мне новость. — Лукас пинает ступню Майка ногой. — Эй, дай парню подышать, а? Мы его у тебя не отнимем.              — Отстань, — бормочет Майк в плечо Уилла и сверлит взглядом его самого за то, что тот так его подставил. Уилл просто смотрит на него, а потом переводит взгляд обратно на небо, ладонью прикрывая глаза от солнца.              Чуть позже, когда Лукас и Дастин снова утыкаются в свои книги, Уилл рядом с Майком шевелится. Их тела липкие от пота там, где соприкасаются, но Майк не хочет отодвигаться.              — Ты все еще смотришь на меня, — шепчет Уилл прямо в волосы Майка, губами касаясь его лба.              — Ага, — беззаботно бормочет Майк.              — Думаешь о чем-то конкретном?              Это звучит многозначительно, но, честно говоря, Майк даже не думал ни о чем грязном.              — Да не особо.              — Нет? — Уилл ждет, пока его любопытный взгляд скользит по лицу Майка, но когда Майк не подыгрывает, и он тоже не настаивает.              — Уилл? — спрашивает Майк через минуту.              — М?              — Останешься сегодня?              — Конечно.              Майк вытирает капельку пота с лица и снова кладет голову на плечо Уилла.              — Моих родителей не будет, — тихо говорит он.              — Звучит так, будто ты что-то задумал.              — О да. Хочу заняться безумными вещами вроде… потусоваться в гостиной. Посмотреть телик.              — Ничего себе.              Майк ухмыляется, не открывая глаз.              — Можем даже на кухне посидеть.              — Захватывающе.              — Правда? Весь дом в нашем распоряжении.              Уилл мычит в ответ, и Майк позволяет себе минуту просто вдыхать его запах, прежде чем наконец находит силы сесть. Он потягивается, чувствуя, как затекли конечности. Он и так прожарился на солнце больше, чем нужно.              — Ладно, — говорит он. — Кто хочет купаться?              

***

             По дороге домой они с Уиллом закупаются снэками в магазине и устраиваются поудобнее на диване Уилеров. Редко когда удается побыть в доме одним, и это ощущается как настоящая ночевка. Уилл ест слишком много сладкого, а потом ноет, что хорошие конфеты закончились, а Майк безрезультатно щелкает пультом, не в силах найти ничего стоящего.              — Ну, эти вообще отстой, — заявляет Уилл с набитым ртом и швыряет пачку леденцов в Майка, но сразу же жалеет об этом. — Стой, верни.              — Они все невкусные. — Майк кидает пачку обратно. — Сплошной сахар. Что будем смотреть?              Они плюют на вечернюю программу и останавливаются на старом фильме, который уже видели. Майк то и дело поглядывает на Уилла, развалившегося на диване рядом: его ступни касаются бедра Майка. Майк, не особо задумываясь, хватает его за лодыжки и кладет ноги Уилла себе на колени, чтобы тот мог вытянуться.              Уилл бросает на него нечитаемый взгляд.              — Что? — спрашивает он.              — Ничего.              Майк закатывает глаза.              — Ты уже несколько дней смотришь на меня как-то странно.              Уилл усмехается.              — А ты на меня пялишься.              — Да, но ты смотришь так, будто я сделал что-то не так.              Уилл тихо смеется.              — Нет. — Майк приподнимает бровь, выжидающе глядя на него, и наконец Уилл сдается. Его пальцы скользят по подушке. — Просто… ты стал очень тактильным.              Майк замирает.              — О. — Это правда, он просто не думал, что это проблема. Он убирает руку с лодыжек Уилла. — Точно. Прости, я перестану.              — Нет. — Уилл легонько тычет его пальцами ног в живот. — Э-э. Я не против. Просто… это просто что-то новое.              Майк смотрит на него, не зная, что сказать.              — Э-э, в плохом смысле?              — Нет. — Уилл сползает чуть ниже, устраиваясь поудобнее и по-прежнему держа ноги на коленях Майка.              Майк ждет, что он скажет что-то вроде «в хорошем смысле», чтобы подтвердить, что все в порядке, но этого не происходит. Уилл снова смотрит на экран; разговор окончен. Майк наблюдает за ним еще несколько секунд.              Слова Уилла не совсем совпадают с его действиями: если ему все равно, почему он продолжает так на него смотреть? Но Майк решает довериться его словам. Он снова откидывается на спинку дивана и возвращает руки на лодыжки Уилла, поглаживая кожу чуть выше носков.              Пока идет фильм, Майк то и дело поглядывает на ноги Уилла, и ему хочется подвинуть руки выше, на икры, потом на колени, на бедра. Шорты Уилла задрались из-за того, как он лежит, и Майк видит полоску загара высоко на бедре.              — Майк? — зовет Уилл через минуту.              Майк, которого снова поймали на том, что он пялится, поднимает взгляд.              — А?              — Э-э. — Взгляд Уилла скользит по его лицу. — Можно тебя на секунду?              — Зачем?              — Хочу кое-что спросить.              Майк пододвигается, наверное, слишком поспешно, приподнимая ноги Уилла, чтобы освободить себе место. Он останавливается, когда его бедро касается задней части бедра Уилла, почти под ягодицами, и ближе уже не подобраться из-за его позы.              — Помоги сесть, — просит Уилл, протягивая руку. Майк хватает ее, Уилл подтягивается, чуть сползает вперед и в итоге оказывается боком у Майка на коленях.              Лицо Уилла оказывается неожиданно близко, и Майку приходится откинуть голову назад, чтобы посмотреть на него. Одну руку он кладет на талию Уилла, чтобы тот не упал. Уилл опирается рукой на плечо Майка.              Приятно чувствовать другого человека так близко. Майку хочется провести руками по его талии, коснуться ребер, забраться под футболку, но он сдерживается.              — Так… что ты хотел спросить?              Уилл улыбается, внимательно вглядываясь в лицо Майка, а потом наклоняется.              — Я хотел спросить, — шепчет он ему на ухо. — Как думаешь, у нас есть время?              — Время на что? — хрипло выдавливает Майк.              Уилл снова делает паузу, заставляя его ждать. Потом шепчет:              — Чтобы ты быстро трахнул меня, пока твои родители не вернулись.              Знакомый жар мгновенно разливается внутри Майка. Делать это на семейном диване кажется не только неправильным, но от этого почему-то еще более захватывающим. Майк выпрямляется, чтобы дотянуться губами до уха Уилла.              — Если мы начнем прямо сейчас, — бормочет он.              — Интересно, что бы сказал твой папа. — Уилл придвигается ближе, и их щеки соприкасаются. Майк чувствует, как его волосы щекочут кожу. — О том, что мы трахаемся на его драгоценном диване.              — Мне как-то не хочется говорить сейчас о моем папе.              Уилл фыркает, выходя из образа.              — Точно, прости. — Он, кажется, собирается с мыслями, прежде чем снова вернуться в роль. — Так… как ты хочешь меня? Раком, сзади?              Майк закрывает глаза, представляя это, и утыкается носом в теплую кожу шеи Уилла.              — Тогда я не увижу твоего красивого лица, — шепчет он. Уилла ощутимо передергивает от этой реакции, и это возбуждает Майка. — Я хочу смотреть на тебя, пока вбиваюсь в тебя. Хочу слушать звуки, которые ты будешь издавать, пока я медленно втрахиваю тебя в эту подушку.              Уилл молчит, и Майк обожает, когда ему удается лишить его дара речи. Он наклоняется и целует Уилла прямо под ухом, просто чтобы вызвать реакцию посильнее. Дыхание Уилла у самого уха Майка перехватывает, и хватка на его плече усиливается.              — Тебе бы понравилось? — шепчет Майк, касаясь губами шеи Уилла. — Чувствовать меня глубоко в себе? Будешь паинькой и плотно обхватишь меня, чтобы я чувствовал, какой ты горячий и узкий?              — Да, — выдыхает Уилл, и его голос срывается так, что это бьет Майку прямо в пах.              — Будешь хорошо себя вести?              — Буду паинькой. Обещаю.              Майка внезапно накрывает желание быть еще ближе, тереться об него, чтобы все было по-настоящему. Они ничего не делали с тех пор, как Уилл подрочил ему несколько ночей назад, но Майк все это время жаждал этого, предвкушал настоящие прикосновения. Его пальцы касаются бедра Уилла, чуть выше колена, и он чувствует мгновенную реакцию: пальцы Уилла сильнее впиваются в его плечо.              — Уилл. — Майк кладет руку прямо на бедро Уилла, медленно ведет ее вверх, по внутренней стороне, и ему кажется, что он чувствует, как тело Уилла горит под его пальцами. — Можешь…              — Что? — хрипло выдыхает Уилл.              — Э-э… можешь просто сесть на меня сверху, а не… так?              — О. — Уилл краснеет, отстраняется и кивает.              Он устраивается поудобнее на коленях Майка, перекидывает одну ногу, пока его бедра не оказываются по обе стороны от бедер Майка. Он придвигается ближе и садится, оседлав его. Майк смотрит на его лицо снизу вверх широко распахнутыми глазами, и его руки снова ложатся на талию Уилла.              Они близко, их тела прижаты друг к другу, и Уилл наверняка чувствует член Майка, упирающийся ему в задницу.              — Э-э, — тянет Майк, глядя снизу вверх в глаза Уилла. — Тебе нормально?              Взгляд Уилла скользит по лицу Майка. Его голос слегка дрожит, когда он говорит:              — Да.              Они смотрят друг на друга. Уилл медленно обвивает руками шею Майка, и теперь у Майка есть доступ к его шее — именно то, что ему было нужно. Он снова наклоняется, целует его в шею, и от этого бедра Уилла дергаются, и его задница трется о выпуклость в штанах Майка.              Майк чувствует тепло внутренней стороны бедер Уилла, прижимающихся к нему, и ему хочется их трогать, но он не знает, как попросить. Он едва касается губами кожи Уилла, целует его горло. Шея Уилла горит под его лицом.              — Скажи мне тогда, — слабо шепчет Уилл. — Как ты хочешь меня трахнуть.              Майк вспоминает, что они играют в игру. Его шорты уже слишком тесны, и ему приходится сосредоточиться, чтобы придумать, что сказать.              — Сначала я хочу трахнуть тебя на диване, — бормочет он, прижимаясь к нему бедрами. — А потом хочу, чтобы ты оседлал меня в папином кресле.              — Он бы нас убил.              — Мне все равно.              Майк закрывает глаза, чувствуя, как жар разливается внутри. Майк понимает, что у Уилла стоит; его член упирается в живот Майка через ткань. Ощущать чужой член вот так непривычно, но Майк сходит с ума от мысли, что Уилл такой твердый из-за него.              — А потом?              — Потом… — Он пытается собраться с мыслями, но происходит слишком много всего, и сосредоточиться трудно. — Потом я трахнул бы тебя на ковре, и в этот раз я бы уже действительно тебя отымел, Уилл. — Он говорит это прямо в ухо Уиллу, наблюдая, как того пробирает дрожь. — Я бы взял тебя сзади и не сдерживался бы, трахая тебя, оттягивая твою голову назад за волосы.              От этих слов Уилл тихонько скулит прямо ему в ухо, и такая бурная реакция придает Майку уверенности. Он тянется вверх, запускает руку в волосы Уилла, мягко перебирает их, а потом сжимает прядь в кулак и тянет.              — Майк, — выдыхает Уилл, удивленно дергая бедрами.              — Прости.              — Нет, сделай так еще. Сильнее.              Майк делает глубокий вдох и тянет снова, чуть сильнее, и на этот раз Уилл стонет прямо в его кожу, и Майк чувствует головокружение от этой власти.              — Хочу, чтобы ты наполнил меня, Майк, — шепчет Уилл, ритмично двигая бедрами. Его голос звучит настолько искренне отчаянно, что Майк с трудом понимает, играет он еще или нет. — Я хочу твою сперму.              — Ты ее получишь.              — Хочу снова попробовать ее на вкус.              Член Майка дергается, когда он вспоминает, что Уилл действительно пробовал ее на вкус до этого.              — Хочешь, чтобы я кончил тебе в рот?              — Я… — Уилла перебивает собственный вздох, когда их бедра сталкиваются сильнее. — Я хочу отсосать тебе, — выдыхает он. Его рука двигается с плеча Майка вниз по груди, опускаясь все ниже. — Я хочу… я правда хочу тебе отсосать. — Он тянется вниз, просовывая руку между их телами, и надавливает прямо на выпуклость в шортах Майка.              — О. — Майк вздрагивает от прикосновения. Он не знал, что теперь они и до этого дошли.              — Прости, — говорит Уилл, убирая руку.              — Нет, ты можешь… — выдыхает Майк. — Ты можешь делать все, что хочешь.              Может, не стоило это говорить, когда нужно думать об установлении границ, но сейчас Майку все равно.              Уилл смотрит на него. Потом его взгляд темнеет, он наклоняется и прижимается губами к уху Майка.              — Все, что захочу? — шепчет он, и Майка пробирает дрожь. Сердце колотится, когда он чувствует, как Уилл приподнимается, чтобы как следует сжать его член через ткань шорт. Другой рукой он оттягивает ворот футболки Майка и целует ключицу. — Не думаю, что ты это выдержишь, — шепчет он низким голосом, и Майк издает постыдный гортанный стон.              — Уилл.              Это не похоже на прошлый раз. Уилл не стесняется. Он дразнит, надавливает ладонью на его член через одежду, и, может быть, ощущение того, насколько у Майка там твердо, придает Уиллу уверенности, от которой Майк просто обмякает рядом с ним. Он откидывается назад, пока Уилл двигается ниже.              Не отрывая губ от кожи Майка, он слезает с дивана и устраивается между его коленей. Он утыкается лицом в футболку Майка, прямо в живот. Майк смотрит на него сверху вниз, а его рука все еще в волосах Уилла. Несколько секунд Уилл просто дышит в его футболку, и Майку становится немного неловко, потому что сейчас лето, и он вспотел. Но потом Уилл делает глубокий вдох, словно вдыхая его запах, и тихо выдыхает, будто ему это нравится, и мысли Майка путаются.              — Уилл, — повторяет он, словно это единственное слово, которое у него осталось.              Руки Уилла крепко лежат на Майке, двигаясь по его тазовым косточкам. Майк всегда стеснялся своей худобы, но то, как Уилл вдавливает кончики пальцев в его бедра, похоже на то, будто он ждал возможности прикоснуться.              — Я хочу сделать тебе минет, — шепчет Уилл, его рот теперь почти касается ткани шорт Майка, в ложбинке между бедром и пахом.              — Да?              — Я очень этого хочу.              Даже когда Уилл произносит эти слова, стоя на коленях между его ног, Майк не может понять, серьезно ли он. Потому что Уилл говорит не своим обычным голосом, он не останавливается и не спрашивает, как в прошлый раз. Или, может, это сейчас и есть его обычный голос, и с каждым разом его все труднее расшифровать, особенно когда Уилл так возбужден.              Он смотрит на него снизу вверх, и его глаза блестят, а Майк снова мысленно отмечает их красоту. Затем, не отрывая взгляда, Уилл медленно трется щекой о выпуклость в шортах Майка, и тот выдыхает, впиваясь пальцами в подушку.              Широко распахнув глаза, он смотрит, как Уилл медленно трется о него носом, и даже через ткань он чувствует тепло его рта.              — Можно? — спрашивает Уилл, голос срывается. Может, он серьезно.              — Да, — шепчет Майк. Он наблюдает, как Уилл начинает тереться ртом об его член через одежду, и его бедра подаются вперед. Дыхание тяжелое. — Но, Уилл. Нам стоит… нам стоит спуститься в подвал.              — Не хочешь, чтобы родители застали нас вот так?              Майку кажется, что он может кончить уже от этого, просто от вида Уилла между его коленей и его лица, прижатого к его члену.              — Уилл, — произносит он, словно мольбу, и тот наконец отстраняется.              Лицо у него раскраснелось. Он выглядит безумным, зрачки расширены так, будто одна только мысль о минете ему уже не дает покоя. Уилл выглядит так, будто еле сдерживается.              — Мы можем спуститься? Прямо… сейчас?              — Да, — заикается Майк. — Да.              Они встают, чувствуя, как в штанах тесно и неудобно. Майку плевать, что телевизор все еще работает, а вокруг бардак, он приберется потом. Сейчас ему хочется только одного — идти за Уиллом в подвал. Он, не отрываясь, смотрит на спину Уилла, чувствуя, как все тело дрожит от возбуждения.              Но как только они спускаются в подвал, напряжение спадает. Прохладный воздух остужает разгоряченную кожу Майка, и что-то возвращает его к реальности. Словно они вдруг перестали быть просто двумя возбужденными парнями, которые хотят разрядки, и снова стали двумя лучшими друзьями с очень маленьким сексуальным опытом.              Уилл, кажется, осознает то же самое. Он стоит у матраса, выглядя немного неуверенно.              — Э-э, — говорит он.              Майк стоит напротив, вытирая вспотевшие ладони о шорты. Кожа горит. Он прочищает горло.              — Может… Э-э, где ты хочешь это сделать?              Уилл кивает в сторону матраса и медленно садится, скрестив ноги. Майк садится следом, держа небольшую дистанцию.              Наступает тишина. Их лица красные. Майк не знает, куда деть свое тело. Пальцы Уилла нервно теребят край шорт. Они смотрят куда угодно, но только не друг на друга.              — Ты серьезно, да? — начинает Майк через минуту; его кожа горит. — Ты действительно хочешь это сделать?              — Да, но… — Уилл наконец поднимает взгляд, встречаясь с глазами Майка. Его лицо раскраснелось. — В смысле, я хочу это попробовать. Но, конечно, мне не обязательно пробовать это с тобой. — Он слегка пожимает плечами, и его взгляд скользит по лицу Майка. — Уверен, у меня будет еще шанс сделать это, когда-нибудь.              — О. — Майк садится на пятки. — Ты имеешь в виду, с кем-то другим?              — Да. — Уилл смотрит на стену за ним. — Ну, может, в колледже или типа того.              Майк смотрит на него.              — Типа, когда у тебя будут отношения с парнем?              Вопрос Майка достаточно глуп, чтобы разрядить обстановку.              — Да, Майк. — Уилл усмехается, закатывая глаза. — Когда у меня будут отношения с парнем. Тебя это шокирует?              — Нет. Э-э, нет. — Майк прочищает горло. — Но, э-э. Ты бы хотел сделать это в первый раз… с тем парнем?              — Э-э. — Дразнящая улыбка исчезает с лица Уилла, и в его глазах появляется что-то, что Майк снова никак не может понять. Уилл медленно качает головой. — Нет. Я бы хотел сделать это с тобой. В смысле, если для тебя это не будет переходом границы.              Майк сглатывает, чувствуя, как тепло разливается в животе. Они должны были поговорить о границах, но не поговорили. И, честно говоря, Майк не хочет о них говорить. Даже думать не хочет.              Он прочищает горло и ненавидит то, как срывается его голос, когда он говорит:              — Э-э, нет. Я тоже этого хочу.              Уилл смотрит на него, внимательно изучая лицо.              — Э-э… и ты уверен, что действительно этого хочешь, а не просто… в теории? Потому что… мне кажется, я постоянно все начинаю. — Он откидывается назад, и его взгляд медленно перемещается на глаза Майка. — А ты просто соглашаешься.              — Э-э, — мычит Майк. — Да. То есть, я соглашаюсь, потому что… я хочу. Очевидно. — Он усмехается, но выходит как-то невпопад.              — Тебя это не будет смущать потом?              — Нет.              — Я не хочу, чтобы ты потом о чем-то жалел.              — Не буду.              Снова пауза. Пальцы Уилла все еще теребят край шорт; он колеблется. Спустя, кажется, еще минуту он говорит:              — Ладно.              Майк садится прямо, чувствуя, как возбуждение снова нарастает.              — Значит… мы это делаем?              — Да, э-э. Типа… прямо сейчас?              — Если ты готов.              — Я не знаю, как понять, что я готов.              — Я тоже.              Уилл медленно поднимается на колени и пододвигается чуть ближе. Майк откидывается на спину. Его ладони вспотели, и это неловко, потому что их тела уже остыли. Да и пошлых разговоров больше не слышно.              Он чувствует нервозность, как подросток, который встречается с другим подростком, чтобы заняться сексом в первый раз — что глупо, потому что они лучшие друзья, и Уилл уже дрочил ему раньше, и это не должно быть так уж по-другому. Но это ощущается иначе. Потому что сейчас это не сиюминутный порыв, а нечто, на что они только что очень осознанно согласились, сам акт минета, без всяких фантазий. Это почти как перепихон.              Майк возится с ремнем, просто чтобы чем-то занять руки, а Уилл сидит на пятках и смотрит, словно не знает, к чему прикоснуться. Ремень звякает, и Майк приподнимает бедра, чтобы стянуть шорты. Член все еще твердый, и его очертания отчетливо видны через боксеры.              Уилл смотрит на него и сглатывает. Все вдруг становится слишком реальным.              — Э-э, ладно, — говорит он, колеблясь, пока его пальцы барабанят по бедрам.              — Ты нервничаешь? — спрашивает Майк.              — Да. Вроде того.              — Я тоже.              Понимая, что Уилл не сдвинется с места и ситуация становится все более неловкой, Майк тянется к его руке и осторожно тянет.              — Можешь подойти сюда на секунду?              Уилл ложится рядом с Майком, устраиваясь в их обычной позе, уткнувшись лицом в шею Майка. Это легко и привычно.              — Я никогда этого не делал, — шепчет Уилл через несколько секунд.              — Я знаю, — шепчет в ответ Майк. Он поднимает руку и гладит Уилла по волосам. — Но у тебя отлично получится, — бормочет он низким голосом, едва дыша. — У тебя всегда все отлично получается.              Уилл чуть отстраняется, чтобы посмотреть на него.              — Правда? — спрашивает он, словно нуждаясь в подтверждении.              — Правда. — Майк ведет рукой по щеке Уилла ниже, провожая движение взглядом. Он останавливается у его губ, колеблется, а потом медленно проводит большим пальцем по нижней губе Уилла, чуть надавливая. Дыхание Уилла перехватывает, и оно такое горячее, прямо у руки Майка. — И ты будешь так красиво выглядеть, — шепчет Майк. — Так красиво с моим членом у себя во рту.              Уилл смотрит на него своими большими красивыми глазами и ничего не отвечает. Вместо этого он убирает руку Майка от своего рта и снова утыкается ему в шею, издавая дрожащий вздох. Он ничего не говорит, просто дышит в кожу Майка несколько секунд. Майк чувствует, как его сердце бьется о его грудь.              — Ты в порядке? — спрашивает он.              — Да. Ты?              — Да. — Майк прочищает горло. — Но я тут… вспотел.              Уилл фыркает ему в шею, разряжая обстановку.              — Я тоже. Мне все равно.              — Да, но я имею в виду, если ты собираешься… — Майк смотрит в потолок. — В смысле, мне, наверное, стоит помыться, прежде чем мы это сделаем, да?              Уилл колеблется, медленно дыша в шею Майка. Он молчит почти минуту. Потом его пальцы медленно двигаются по животу Майка, и он прижимается ближе. Он утыкается лицом в кожу Майка и делает долгий, глубокий вдох, словно вдыхая его запах.              — Нет, — шепчет он. — Я хочу попробовать тебя на вкус.              Тело Майка вспыхивает жаром. Он закрывает глаза, когда Уилл целует его в шею, начиная потихоньку спускаться ниже, чем обычно. Его рука проскальзывает под футболку Майка, двигаясь по ребрам вверх, к груди. Словно он знает, как хочет прикасаться, словно его руки уже изучили движения задолго до того, как коснулись его кожи.              Майка никогда так не трогали. Это так интимно — просто касаться, и Майк даже не может начать анализировать это, потому что сердце слишком громко стучит в груди, чтобы думать. Он может просто лежать, смотреть в потолок и быть благодарным за все, что делает для него Уилл.              Дыхание Уилла горячее; он задирает футболку Майка, чтобы провести губами по разгоряченной коже его груди. Майк извивается под ним.              — Уилл, — выдыхает он.              Что-то в его отчаянии, кажется, придает Уиллу уверенности, и его голос снова становится тем идеальным сочетанием сладости и пошлости, которое Майк так хорошо знает.              — Хочешь, чтобы я позаботился о тебе? — шепчет он в кожу на груди Майка.              — Пожалуйста.              — Хочешь, помогу рукой? — Уилл толкает Майка в бедро, а затем его пальцы легко скользят по боксерам Майка, осторожно касаясь выпуклости. Слишком осторожно. Майк подается бедрами навстречу прикосновению. — Или хочешь чего-то другого?              — Хочу твой рот, — выдавливает Майк. Уилл уже начал целовать его ребра и медленно продвигается ниже. Майку кажется, что все тело горит огнем.              — Скажи, где именно, — шепчет Уилл ему в кожу. Он медленно забирается на Майка сверху, устраиваясь между его ног, не убирая рук с его тела.              — Хочу, чтобы ты спустился ниже.              Уилл подчиняется, целуя живот Майка.              — Сюда? — Он всасывает кожу, лижет прямо под пупком, носом щекоча волоски там, и Майк резко вдыхает.              — Ниже, — выдыхает он.              Уилл опускается еще ниже, но оставляет боксеры Майка в покое, касаясь носом его паха через ткань. Майк невольно подается бедрами вверх, пока Уилл трется ртом о его член сквозь ткань, смачивая ее слюной.              — Блять. — Майк боится открыть глаза, потому что чувствует: одного этого вида было бы достаточно, чтобы кончить.              Наконец Уилл просовывает пальцы под резинку его боксеров, медленно стягивая их, и с каждым сантиметром освобождающейся кожи он целует Майка ниже живота. Майк чувствует нос Уилла в своих лобковых волосах — щекотно. А затем боксеры соскальзывают с бедер, и холодный воздух ударяет по разгоряченному члену. Уилл медленно и нежно приподнимает ногу Майка, чтобы стянуть их полностью.              Майк держит глаза закрытыми, тяжело дыша. Он чувствует дыхание Уилла на своем члене, и предвкушение заставляет его хотеть подаваться бедрами вверх. Но затем дыхание Уилла смещается ниже, а его рука ложится на бедро Майка.              — Уилл, — отчаянно выдыхает Майк. — Пожалуйста.              Уилл двигается, прижимаясь ртом к тазовой косточке Майка, оставляя там нежный поцелуй, потом еще один — на животе, и еще — на бедрах, целуя везде, кроме его члена, и вскоре Майк уже дрожит и тяжело дышит, жалко постанывая и толкаясь бедрами в воздух.              — Уилл! — Он наконец открывает глаза, чтобы посмотреть на парня, стоящего на коленях между его ног, с разрумянившимся от удовольствия лицом, придерживающего ногу Майка, чтобы пососать кожу на внутренней стороне бедра.              Уилл смотрит на него снизу вверх, и Майк сейчас готов то ли убить его, то ли поцеловать — он сам не уверен.              — Если ты продолжишь в том же духе, я кончу, даже не успев засунуть член тебе в рот.              Уилл тихо смеется Майку в бедро, и на секунду он выглядит таким знакомым, и Майк снова видит в нем своего лучшего друга, довольного тем, что довел его. Он опускает ногу Майка обратно на матрас и устраивается поудобнее на коленях между его ног. Дыхание у него сбивчивое и оно касается кожи Майка. По тому, как его рука теребит ткань простыни, Майк понимает: он не так уверен в себе, как хочет казаться.              — Можешь говорить мне, что делать? — просит Уилл, глядя на него снизу.              Майк смотрит на него.              — Думаю, ты и сам знаешь, что делать, ты же только и делаешь, что…              — Нет, — перебивает его Уилл, отводя взгляд. — Я хочу, чтобы ты мне говорил.              Глаза Майка расширяются. Ого.              Майк миллион раз за последние недели рассказывал ему, какими способами он хочет, чтобы ему отсосали. Но это одно дело — шептать свои грязные фантазии Уиллу на ухо, не надеясь, что они сбудутся. А сейчас Уилл просит инструкций, просит Майка вести его, чтобы сделать это реальностью.              — Ты… сделаешь все, что я скажу?              Уилл кивает, и в его глазах появляется блеск, которого Майк раньше не видел.              — Да.              У Майка перехватывает дыхание. Наверное, он должен сейчас паниковать, но это неважно, потому что перед ним на коленях Уилл, и он смотрит на его член так, будто хочет его сожрать. Майк сглатывает, впиваясь пальцами в простыни, готовясь к тому, что сейчас произойдет.              — Ладно, э-э. — Он прочищает горло, пытаясь звучать уверенно, но голос слегка дрожит. — Я хочу, чтобы ты… обхватил рукой основание моего члена.              Выражение лица Уилла — пьянящая смесь возбуждения и нервозности. Он медленно обхватывает пальцами член Майка, как в прошлый раз.              — Как ощущения? — выдыхает Майк.              — Горячо… и твердо.              — Хочешь попробовать на вкус?              — Да.              Майк не думает, что когда-либо в жизни был так возбужден. Он завороженно смотрит на Уилла, и произносит следующие слова:              — Тогда почему бы тебе не лизнуть?              Уилл медленно опускает голову, колеблясь. Он открывает рот и затем медленно, на пробу, немного проводит языком по длине. Они смотрят друг на друга. Потом Уилл лижет снова, на этот раз от основания и до самой головки.              У Майка все переворачивается внутри, и он чувствует, что все закончится унизительно быстро. Он впивается пальцами в простыни, наблюдая, как Уилл лижет его снова и снова, придерживая член обеими ладонями. Его язык горячее, мягче, чем Майк представлял. Уилл лижет головку, блестящую от смазки, и, осторожно пробуя на вкус, прикрывает глаза. Майк видит, как он сглатывает, и чувствует тяжелое дыхание прямо на своем члене.              Наконец Уилл снова поднимает на него взгляд, будто ждет новых указаний, и Майк боится, что кончит в любую секунду.              — Не уверен, что долго продержусь, — выдавливает он, и, наверное, это звучит жалко, но ему все равно.              — Говори, что делать, — шепчет Уилл, прижимаясь губами к его члену, словно даже не услышал предыдущей фразы.              Майк сглатывает, сосредотачиваясь.              — Я хочу… чтобы ты обхватил губами головку.              Уилл колеблется. Наверное, это не так просто, как им казалось в их фантазиях все эти недели. Одно дело — вести себя уверенно, разговаривая об этом, и совсем другое — делать это на самом деле. Он медленно открывает рот и обхватывает губами головку члена Майка.              От одного этого вида Майк почти кончает. Такая непристойная картина. Уилл Байерс, мальчик, с которым он дружит больше десяти лет, берет его член в рот. Это неправильно, но это и самое горячее, что Майк когда-либо видел.              — Блять, — выдавливает Майк, вцепляясь в простыни. Он даже моргнуть боится, не хочет пропустить ни секунды. — Пососи ее. Ну же.              Уилл закрывает глаза. Он осторожно начинает посасывать головку члена Майка, пальцами крепко обхватив основание. У Майка никогда не было ничего настолько горячего и влажного, и ему приходится так сильно концентрироваться, чтобы не кончить.              — Я хочу… снова почувствовать твой язык.              Продолжая посасывать головку, Уилл касается языком уретры Майка, слизывая еще больше смазки, и когда на этот раз он сглатывает, Майк чувствует, как рот Уилла сжимается вокруг него. Уилл дышит через нос и начинает медленно обводить его языком.              Майк стонет, выходя из образа.              — Блять, Уилл. Как у тебя так хорошо получается?              Уилл не может ответить с полным ртом, но его щеки краснеют, и он тихо вздыхает, не выпуская член.              — Теперь можешь двигать головой.              Уилл медленно опускает голову. Он выглядит сосредоточенным; его брови слегка нахмурены, и Майк даже представить не может, насколько это сложно. Все, что он знает — это ощущается просто невероятно. Уилл отстраняется, чтобы быстро вдохнуть и сглотнуть, затем возвращается обратно. С минуту он будто экспериментирует. Его движения медленные, словно он пытается понять, как лучше, неуверенно двигая головой вверх-вниз.              — Уилл, я долго не протяну. — При его словах Уилл поднимает на него взгляд. Их глаза встречаются, и в этом есть что-то особенное. Уилл смотрит на него с членом Майка во рту, и от этого Майк чувствует, что не протянет и секунды. Его бедра непроизвольно дергаются, из-за чего член проскальзывает немного глубже. — Блин, прости.              Но Уилла это, кажется, только мотивирует. Он зажмуривается и опускается ниже, пытаясь взять в рот больше. Он вбирает только половину длины, когда внезапно давится с громким звуком. Быстро Уилл отстраняется, отворачиваясь и кашляя в сгиб локтя.              — Черт.              Майк мгновенно садится и тянется к его руке.              — Блять. Ты в порядке?              — Ага. Секунду. — Уилл отворачивается, кашляя сильнее.              — Можем остановиться, если хочешь.              — Нет. Мне понравилось. Просто… — Уилл прочищает горло. Наконец он поворачивается обратно к Майку, и его грудь тяжело вздымается. Глаза Уилла немного влажные, а рука слегка дрожит. — Просто… это сложнее, чем я думал.              Майк смотрит на него, понимая, что это не одна из их фантазий. Они могут сколько угодно говорить о том, как Уилл давится его членом, но это реальность. Уилл на самом деле сосет ему, и делает это впервые в жизни. И хотя это ограничивает возможности, почему-то заводит Майка еще больше, потому что все происходит по-настоящему.              — Не надо было мне говорить, что я хорош в минетах, — говорит Уилл с виноватой улыбкой.              — Что? Нет. — Майк и слушать это не хочет. — Бля, Уилл. У тебя отлично получается. Было так хорошо.              — Ну да. А я хочу быть еще лучше.              — Надо же быть во всем идеальным, да?              — Ага, — говорит Уилл, будто это само собой разумеется. — Можно мне попробовать еще раз, или это… ты уже не хочешь?              Майк откидывается обратно на подушку.              — Похоже, что не хочу?              Уилл смеется.              — Нет.              Он делает глубокий вдох и снова устраивается перед Майком, опираясь одной рукой на его бедро.              Не касаясь члена, он начинает покрывать его поцелуями, осторожно лижет по всей длине, наклоняя голову, чтобы пососать сбоку, потом поднимается ртом к головке и наконец снова берет в рот.              Майк облегченно выдыхает и расслабляется на подушке, не сводя глаз с лучшего друга. С большей уверенностью Уилл находит устойчивый ритм. Он сосет ему так, будто давно этого хотел, постоянно поднимая взгляд, словно следит за реакцией Майка. Майк запрокидывает голову, приоткрыв рот, и его частое дыхание постепенно переходит в стоны, но глаза он не закрывает, продолжая смотреть. Он словно в тумане, в голове лишь гул. Он забывает направлять Уилла.              Уилл ровно дышит носом, пытаясь опуститься ниже, взять глубже. Он снова чуть-чуть давится, но совсем немного, и снова пробует. Он не торопится, учится, а Майк смотрит, не в силах вымолвить ни слова. Еще через минуту по подбородку Уилла течет слюна, смешанная с предэякулятом, и он уже выработал ровный, устойчивый ритм. Каждый раз, опуская голову, он замедляется, концентрируясь на том, чтобы держать горло расслабленным.              Майк вцепляется в простыни, сдерживаясь, чтобы не подаваться бедрами вверх, но тут он чувствует что-то теплое на своем пальце. Не прекращая движений, Уилл обхватывает рукой его запястье и медленно тянет к своей голове. Майк мгновенно все понимает, и по телу разливается жар. Он запускает пальцы в волосы Уилла, и, когда осторожно тянет, Уилл стонет, не выпуская член изо рта.              — Блять, Уилл, — выдыхает Майк, зарываясь пальцами в его волосы. Уилл смотрит на него снизу вверх, широко открыв рот, а его волосы прилипли ко лбу. — Ты выглядишь так чертовски красиво.              Глаза Уилла темнеют, и он снова стонет, посылая вибрации по члену Майка, и это последняя капля.              — Блин. Я сейчас… — предупреждает он, но Уилл не отстраняется.              Бедра Майка дергаются, и он кончает сильно, со стоном, вцепляясь рукой в волосы Уилла. Он не может сдержаться и чуть подается бедрами вверх, отчего член проскальзывает глубже. Глаза Уилла расширяются, и он быстро прижимает бедра Майка к матрасу, удерживая его на расстоянии, но продолжая сосать. Он выглядит сосредоточенным, принимая в себя сперму Майка, а его горло сжимается с каждым глотком.              Майк падает обратно на подушку, задыхаясь, но не сводит глаз с Уилла, пока тот медленно выпускает изо рта его член. Раздается влажный чмокающий звук, кажущийся невероятно грязным в тихой комнате. Майк наблюдает, как сперма и слюна текут по подбородку Уилла. Уилл тяжело дышит, его грудь вздымается, он откидывается назад и закрывает глаза от усталости.              Майк может только смотреть на него. На губах Уилла сперма, но он не вытирает ее. Майк смотрит вниз и видит мокрое пятно на передней части шорт Уилла, где сквозь ткань проступает смазка, а под ним — очень даже очевидный стояк, и от этого вида у Майка пересыхает во рту. Он садится, пододвигаясь ближе к тому месту, где стоит на коленях Уилл. Уилл смотрит на него полуприкрытыми глазами, словно в тумане.              Майк проводит рукой по щеке Уилла и медленно вытирает его подбородок от своей спермы. Кожа Уилла горячая и слегка влажная. Он не отрывает взгляда от глаз Майка, выглядит таким уставшим, но одновременно таким возбужденным, что по телу Майка пробегает дрожь. Уилл медленно открывает рот и высовывает язык, чтобы лизнуть большой палец Майка. Глаза Майка расширяются — на языке видно, что Уилл проглотил еще не все. На языке у него осталась густая лужица спермы Майка, будто он ее, черт возьми, смакует.              Майк смотрит на него.              — Уилл, — выдавливает он.              Ему так сильно хочется прикоснуться к Уиллу. Хочется дрочить ему, пока тот не задрожит под ним. Но не успевает он и пальцем пошевелить, как Уилл сам запускает руку в штаны и начинает ласкать себя, не сводя глаз с Майка.              Майк несколько секунд наблюдает за ним, а затем наклоняется, прижимаясь ртом к его уху и зарываясь рукой в волосы на затылке.              — Ты сводишь меня с ума, знаешь это? — шепчет он. У Уилла перехватывает дыхание, и Майк касается губами его уха. — Ты не собираешься глотать? Хочешь подольше насладиться вкусом?              Дыхание Уилла сбивается; его кожа влажная, но Майку все равно, он проводит ртом по его шее.              — Ты просто безумный, Уилл, — выдыхает он. — Мне нравится, какой ты безумный.              Уилл издает скулеж, и его рука двигается быстрее. Когда он кончает всего через несколько секунд, Майк слышит, как он сглатывает, дроча себе, второй рукой вцепившись в руку Майка.              Наконец Уилл падает на матрас, тяжело дыша и закрыв глаза. Майк понимает, что с того момента, как Уилл отсосал ему, тот не произнес ни слова. Он ложится рядом, наблюдая за ним, пока Уилл переводит дыхание. Майк медленно тянется и проводит указательным пальцем по его горлу.              — Болит? — спрашивает он.              Уилл не открывает глаз, качая головой.              — Нет, просто… — Голос у него хриплый и напряженный. — Нужно отдышаться.              Майк с минуту смотрит, как Уилл дышит. Он рассеяно проводит рукой по оголенному животу Уилла, где задралась футболка. Обычно, когда они заканчивают, они смеются и шутят, но сейчас Майку не до смеха.              — У тебя отлично получилось, — говорит он обычным голосом, чтобы Уилл понял: Майк говорит всерьез.              На лице Уилла появляется ленивая улыбка.              — Спасибо, — хрипит он.              — Хочешь воды? Для горла.              Уилл наконец открывает глаза, смотря на Майка.              — Ага, — говорит он, и взгляд у него такой уставший, но такой удовлетворенный, что у Майка сжимается живот.              Он не может сдержаться и тянется к волосам, прилипшим ко лбу Уилла, убирая их с лица.              — Можем больше не спешить, — тихо говорит он.              В глазах Уилла появляется что-то, чего Майк не может прочесть. Майк смотрит на него еще пару секунд, ожидая, вдруг Уилл захочет что-то сказать. Тот молчит, и Майк встает за водой.              Когда он возвращается, Уилл уже устроился в кровати. Майк молча забирается к нему под одеяло. Он обнимает его одной рукой, и Уилл не возражает. Майк прижимается к плечу Уилла и кладет руку ему на талию, легонько поглаживая кожу, пока не засыпает под звуки его ровного дыхания.