practice (makes perfect)

      Из компьютера Оливера негромко доносится инди-песня с медленным барабанным ритмом и проникновенным текстом.       — У тебя реально никогда не было секса? — спрашивает Оливер, и в его глазах читается искреннее изумление. Кими фыркает, поражённый такой прямолинейностью.       Он лежит на полу, прижимая подушку к груди, и играет в какой-то мобильный симулятор — кажется, в какой-то момент он упомянул, что это Monoposto.       — Да нет, как-то не довелось, — отвечает Кими с сильным акцентом. Его голос звучит слегка рассеянно, пока он наклоняет телефон, чтобы войти в поворот.       — «Как-то не довелось?» — повторяет Оливер, глядя на него сверху вниз со своего места на кровати, где он сидит, скрестив ноги.       — Нет, — вздыхает Кими, и его плечи слегка поникают.       — Ты хоть целовался когда-нибудь? — не унимается Оливер, склонив голову набок и поправляя шорты, натягивая их пониже на бёдра.       — Тебе-то какая разница? — огрызается Кими, на мгновение обернувшись и продемонстрировав нахмуренные брови, из-за этого чуть не вылетев с трассы. Потеряв сразу две позиции в гонке, он что-то недовольно ворчит под нос.       — Потому что ты мой лучший друг, и мне любопытно! — выдаёт Оливер в своё оправдание. — Ну же, все парни об этом постоянно болтают.       — Со сколькими людьми ты спал? — спрашивает Кими, надеясь, что это покажет Оливеру, насколько неуместен был вопрос. Но Оливер лишь на мгновение задумывается и невозмутимо отвечает:       — С четырьмя или пятью, — Оливер мягко кивает, — Но всего я занимался сексом, наверное, раз девять или десять. Я обычно не веду счёт, — он улыбается той самой мимолётной улыбкой и теми милыми розовыми губами, которые так любит Кими.       Внезапно Кими ощущает странное чувство неловкости. Он знал, что Оливер более общителен, но 10 раз?       — А целовался ты сколько раз?.. — спрашивает Кими уже куда более робко.       — Наверное, примерно столько же, плюс пара незнакомцев на вечеринках, — Оливер пожимает плечами, всё ещё поглядывая в экран Кими через его плечо.       — Тебе нужно на пит-стоп, — замечает Оливер. Кими бросает на него быстрый взгляд. — Посмотри на переднее крыло.       Оливер сползает с кровати и садится рядом с Кими, указывая на небольшой сектор в углу экрана, на который тот не обращал внимания: его переднее антикрыло светится ярко-красным.       Кими сглатывает и на следующем круге сворачивает на пит-лейн.       Оливер, явно не понимая намёка — или просто игнорируя его — продолжает гнуть свою линию.       — Тебе кто-нибудь нравится? — спрашивает он, лениво обхватив свои голени и наблюдая за тем, как плечи Кими перекатываются под тканью футболки.       — …Не совсем, — бормочет Кими. Он вполне может признать, что кто-то чертовски хорош собой, но все вокруг кажутся какими-то… недосягаемыми. Так что Кими никогда не позволял себе по-настоящему в кого-то влюбиться.       Когда он впервые осознал, что ему могут нравиться парни, у него был период, когда он буквально сводил себя с ума, пытаясь понять свои чувства и отличить романтическую привязанность от обычной дружбы со всеми своими друзьями-парнями.       Оливер был главным источником его ночного самокопания. Он был очень ласковым, мог задержать ладонь на пояснице Кими или на изгибе его талии, мог мимоходом коснуться щеки или запустить руку в его волосы, и это просто сводило Кими с ума.       В конце концов он почти переболел этим. Ну, по большей части. Он всё ещё заглядывался на Оливера в спортзале или у бассейна, восхищаясь его телосложением. Оливер был чертовски привлекательным парнем и отличным другом, но Кими не мог отрицать, как сильно порой ему хотелось поцеловать эти розовые губы.       Когда Оливер улыбался, и его глаза чуть щурились, а уголки губ едва заметно приоткрывались… Кими казалось, что красивее этого парня нет никого на всей планете.       Но он слишком дорожил их дружбой. Он знал, что Оливер бисексуален или, по крайней мере, не прочь поэкспериментировать. Но Кими до ужаса боялся, что если он сделает первый шаг, всё станет неловким или навсегда изменится.       — Не совсем, — эхом отзывается Оливер. Его голос звучит приглушённо, словно он о чём-то задумывается, а взгляд медленно скользит по изгибу спины Кими, который всё так же прижимает подушку к груди.       Оливер прикусывает губу изнутри, а на мини-карте в телефоне Кими становится видно, что тот уже вырвался на первое место.       — А ты хорош в этом, — нежно произносит он.       — Это намного проще, чем на настоящем симуляторе, мне, наверное, стоит подкрутить сложность ботов… — тараторит Кими, тут же по привычке выискивая лазейки, чтобы обесценить похвалу.       Оливер про себя улыбается. «Просто прими комплимент», — едва не срывается у него с языка.       Его мысли уносятся куда-то далеко. «Просто прими его», — проносится в голове.       «Давай, Кими. Возьми его целиком, до самого основания».       «Вот так…»       Оливер сглатывает и откашливается.       — Знаешь, если хочешь получить хоть какой-то шанс расстаться с девственностью, тебе стоит как-нибудь сходить со мной по клубам. На афтепати всегда полно девчонок, — голос Оливера звучит неожиданно резко и хрипло.       Кими чуть не давится собственной слюной, похоже, Оливер ещё не закончил этот разговор.       — Я не хочу лишаться её с какой-то девчонкой, — тихо произносит Кими. Его телефон резко наклоняется влево.       Оливер прислушивается, внимательно и сосредоточенно вглядываясь в профиль Кими.       — Я хочу, чтобы это был кто-то, кого я знаю, — продолжает Кими, — я понимаю, что девственность это вроде как социальный конструкт и всё такое, но я всё равно хочу, чтобы мой первый раз был… особенным? Наверное? — тихо произносит он. Из открытой вкладки Spotify на компьютере Оливера звучит знакомая мелодия, и Кими на мгновение поднимает взгляд.       — Да, конечно, — отвечает Оливер. Он непринуждённо кладёт руку на плечо Кими и несколько секунд медленно поглаживает его лопатку. Кими обожает, когда Оливер касается его, — А с кем бы ты хотел? — спрашивает он тем же нежным голосом.       Кими всерьёз задумывается. У него в голове, конечно, был небольшой список. Но он всё равно прокручивает его в мыслях несколько раз.       Он хмурится, когда понимает, что какой бы вопрос он ни задавал самому себе, ответ неизменно приводит к одному человеку — Оливеру.       Кто был бы ласковым?       Оливер.       Кто бы направлял в процессе?       Оливер.       Кто бы позаботился после?       Оливер.       — Я… я пока не уверен, — выдавливает он вместо этого, лениво скрестив ноги в носках. Оливер не верит ему ни на секунду.       Оливер издаёт негромкое «хм», и его взгляд снова скользит по фигуре Кими. Тот более миниатюрный, ниже дюймов на пять, но при этом стройный и худощавый.       Оливер задумчиво перебирает шнурок своих шорт указательным, средним и большим пальцами. Кими практически физически ощущает на себе его взгляд.       Кими неловко дёргает локтем и слишком сильно наклоняет телефон — его болид впечатывается в стену, и переднее правое колесо отлетает напрочь. Из динамика тут же раздаётся знакомый писк радиосвязи.       — Чёрт! — ругается Кими. Экран становится серым, а записанный голос начинает что-то вещать про машину безопасности.       — Я был на шестьдесят шестом круге… — ворчит Кими, закрывая приложение.       — Я могу тебя научить, — перебивает его Оливер. Его голос звучит куда спокойнее, чем у Кими, а мысли явно заняты чем-то совсем другим.       — Чего? — переспрашивает Кими, всё ещё резковато из-за своего DNF.       Взгляд Оливера прикован к Кими когда тот прижимает телефон к ковру и поворачивается к нему. Кими не ожидает такой глубины в его глазах.       — Я могу научить тебя целоваться, — повторяет Оливер. Кими смотрит на него, от удивления чуть приподняв брови, — Просто для практики. Это не считается за первый раз, если мы просто потренируемся, — голос Оливера звучит спокойно и мягко. Он почти убаюкивает Кими, заставляя его лихорадочные мысли наконец утихнуть.       Кими сглатывает так, что это заметно, его кадык дёргается, а взгляд мечется по лицу Оливера: нос, глаза, губы… Оливер же не шевелится, его взор замирает на одних лишь глазах Кими, пугающе неподвижный и сосредоточенный.       — Ам, если… если это не считается… — бормочет Кими, потупив взгляд и нервно теребя пальцы.       — Сядь, — командует Оливер, кивнув, и Кими поспешно подчиняется. Он поправляет пижамные штаны и усаживается по-турецки прямо напротив Оливера, зеркально повторяя его позу.       Волнение буквально читается в каждом его жесте, глаза расширяются больше обычного, а тело словно каменеет. Само собой, он чертовски нервничает.       «Это не считается», — твердит себе Кими.       «Это точно считается», — думает Оливер в ответ, и его губы расплываются в улыбке.       Кими, не отрываясь, следит за рукой Оливера, тот тянется к нему и касается его щеки так нежно, что Кими невольно выдыхает и сам, подсознательно, прижимается к тёплой ладони.       Пальцы Оливера скользят под ухо Кими, кончики пальцев проходятся вдоль линии роста волос, а подушечка большого пальца ложится на хрящик его уха.       Прикосновение очень тёплое, к Кими ещё никогда не прикасались с таким благоговением, с такой нежностью. Лишь мимолётные ласки Оливера — но они не шли ни в какое сравнение с теплом, разливающимся по его спине.       Кими на миг прикрывает глаза, погружаясь на несколько секунд в умиротворяющую темноту, а когда открывает их — встречает взгляд Оливера. Его лицо освещает лишь прикроватная лампа, отбрасывающая на кожу оранжево-жёлтое свечение.       Кими ещё никогда не видел, чтобы человек выглядел настолько красиво.       Оливер заворожённо смотрит на пухлые и идеально очерченные губы Кими.       — Я буду целовать тебя медленно, только губами. Просто следуй за мной, и ты быстро всё поймёшь, — тихо проговаривает он, уже подаваясь вперёд.       Прежде чем Кими осознаёт, насколько близко Оливер на самом деле, его глаза уже закрываются, а мягкие розовые губы прижимаются к его собственным. Веки Кими тут же плотно смыкаются.       Он хмурится, а его рука ложится на бедро Оливера — он просто не знает, куда её деть.       Оливер целует его медленно, как и обещал: мягкое, длившееся секунд пять нажатие губ, прежде чем он осторожно отстраняется и открывает глаза, чтобы изучить реакцию Кими.       Кими выглядит совершенно ошеломлённым: его зрачки расширились, а глаза распахнулись. Рука Оливера всё ещё покоится на лице Кими, и тот поднимает свою, обхватив запястье Оливера, удерживая его ладонь на месте.       — Видишь? Совсем не страшно, — Оливер нежно улыбается, и в его голосе звучит искреннее обожание.       Кими не может устоять: он облизывает пересохшую губу кончиком языка. На губах остаётся вкус мятного бальзама Оливера.       — Хочешь, я покажу тебе, как целоваться по-французски? — скрашивает Оливер, и в его голосе мелькают дразнящие нотки. Кими слегка втягивает голову в плечи, но осторожно кивает.       Оливер подаётся вперёд, целует его раз, другой, а на третий задерживается на несколько секунд дольше. У Кими уже кружится голова, его руки сами собой ложатся на плечи Оливера, замирают там, где шея переходит в ключицы.       Язык Оливера скользит вперёд, на мгновение мазнув по губам Кими. Тот непроизвольно хмурится и нерешительно, почти неуклюже приоткрывает рот.       Оливер начинает осторожно, его свободная рука скользит Кими за затылок, пальцы зарываются в кудри, мягко массируя кожу головы.       Кими издаёт тихий прерывистый звук, мелко задрожав. Оливер целует Кими, приоткрывая рот. Звук, который при этом возникает, заставляет Кими покраснеть до самых плеч.       Оливер медленно, осторожно прижимает свой язык к языку Кими. Кими никогда не чувствовал ничего подобного.       — Целуешься ты паршиво, — отстраняется Оливер. Когда Кими наконец открывает глаза, его веки дрожат.       Кими чувствует себя совершенно ошеломлённым, он никогда раньше не испытывал ничего подобного, его никогда так не касались и не целовали.       — Ты очень вкусный, — робко бормочет Кими, прижимая язык к нёбу. Оливер расплывается в такой широкой улыбке, что показываются зубы.       — Ты милашка, — шепчет он. Кими чувствует, как щёки обдаёт жаром, а Оливер снова подаётся вперёд.       На этот раз Кими отвечает на поцелуй, настолько умело, насколько может. Он скользит ладонью выше, обхватив затылок Оливера, и пальцы замирают в его волосах.       Оливер покрывает губы Кими глубокими, влажными поцелуями, и Кими изо всех сил старается поймать этот ритм, подаваясь вперёд всякий раз, когда Оливер чуть отстраняется.       Кими прерывисто дышит, в то время как дыхание Оливера остаётся ровным и глубоким.       — Дыши, — шепчет Оливер прямо в губы Кими, вырвав у того тихий всхлип. Оливер крепче сжимает кулак на затылке Кими, потянув за кудри и отклоняя его голову назад под удобным углом, чтобы нависнуть над ним.       Оливер вновь проходится языком по губам Кими, и тот подаётся навстречу, их движения сливаются воедино. Другая рука Кими, лежавшая на плече Оливера, чуть сильнее сжимается.       Кими хмурится ещё сильнее — это его обычное выражение лица, когда он максимально сосредоточен. Он изо всех сил старается сфокусироваться на губах Оливера и в точности повторить его движения.       Но он быстро возбуждается, и это начинает его всерьёз беспокоить. Ему хочется провалиться сквозь землю. «Практика», — напоминает он себе. — «Всего лишь практика».       — Уже лучше, — выдыхает Оливер прямо в губы Кими, и тот едва не стонет в ответ.       Оливер выпускает пряди на затылке Кими и перехватывает его руку, которой тот до этого вцеплялся ему в шею, чтобы прижать её к своей щеке. Кими понимает намёк и ласково обхватывает его лицо ладонью.       Кими увереннее прижимается к губам Оливера, увлекая его язык за собой в ответном жесте. Всё происходит само собой: нужно лишь ловить движения Оливера и повторять их.       Когда Оливер отстраняется, Кими инстинктивно подаётся вслед за его губами. Его глаза резко распахиваются, и он смотрит на Оливера. Щёки горят лихорадочным румянцем, а влажные алые губы торопливо ловят воздух.       Пальцы Кими дрожат на его щеке, он выглядит так прекрасно.       Кими уверен, что сам он выглядит не лучше: на губах блестит слюна (он даже не уверен, что его собственная), дыхание сбилось и стало тяжёлым, а зрачки расширились до размеров блюдец. Он буквально кожей чувствует, как пылают его щёки и шея.       Они просто замирают так на какое-то время. В наступившей тишине у Кими звенит в ушах, плейлист Оливера по какой-то причине затихает. Он слышит, как поскрипывают и трещат стены, остывают трубы, пока в комнату пробирается ночная прохлада.       — Пожалуйста, можно я ещё раз поцелую тебя? — выдыхает Кими, задыхаясь, но Оливер уже притягивает его за затылок к себе, грубо впиваясь в его губы.       Кими издаёт сдавленный звук и мгновенно обмякает, когда Оливер властно толкает язык ему в рот. Ему плевать, насколько это может казаться грязным, он просто хочет чувствовать вкус Оливера.       Они сталкиваются носами, и рука Оливера скользит к бедру Кими, замирая. Это прикосновение интимное, многообещающее.       Оливер отстраняется, шумно сглотнув.       — Сядь ко мне на колени. Пожалуйста, — выдыхает он, откидываясь на свою кровать. Кими тут же подчиняется.       Он неловко перелезает через Оливера, устраиваясь верхом на его бёдрах. Две широкие ладони властно прижимают его бёдра к своим, выбивая из груди Кими сдавленный, прерывистый звук.       Кими открывает рот, чтобы заговорить, но Оливер не даёт ему шанса — его язык уже скользит внутрь, дразня кончики зубов. Из горла Кими вырывается приглушённый стон, он обхватывает лицо Оливера обеими ладонями, наклоняя голову, чтобы углубить поцелуй.       Они замирают в этой позе: Оливер на полу, откинувшись спиной на край кровати, а Кими у него на коленях. Чужие ладони то поднимаются к талии Кими, то скользят вниз по его бёдрам, они оба целуются с каким-то исступлением, жадно ловя губы друг друга.       Сквозь влажные, бесстыдные звуки их поцелуев Кими едва слышит, как включается вентиляция. Ему невыносимо жарко, и он втайне надеется, что это заработал кондиционер.       Тело Кими горит в каждом месте, где его касается Оливер, чужая слюна кажется расплавленным свинцом во рту и в горле. Любой звук мгновенно поглощается поцелуем, даже если большинство из них срывается с его собственных губ.       — Ты так хорошо справляешься, — шепчет Оливер, закрыв глаза и осторожно целуя Кими в подбородок, прямо в линию челюсти.       Кими стонет, эта похвала отзывается жаром прямо внизу живота. Одна его рука скользит к волосам Оливера, убирая их назад, подальше от лица, а затем спускается, замирая на его виске.       Оливер прижимается лицом к шее Кими, оставляя нежные поцелуи на его горле. Кими обмякает в его руках, подставляясь под ласки и позволяя Оливеру делать всё, что тот пожелает. Его пальцы запутываются в волосах Оливера, крепко удерживая его.       — Олли… — почти неслышно шепчет Кими. Оливер чувствует, как голосовые связки вибрируют под его губами, и запечатлевает влажный поцелуй на бледной коже, заставляя младшего мелко вздрогнуть.       Кими дышит ещё тяжелее, его тело реагирует вопреки его воле, бёдра непроизвольно дёргаются навстречу Оливеру, а ткань пижамы натягивается от возбуждения.       Оливер продолжает покрывать шею Кими поцелуями и засосами, выискивая самые чувствительные точки. Он легонько прикусывает напряжённые сухожилия на его горле и нежно целует кадык.       В голове у Кими стоит сплошной туман, любые мысли, кроме Оливера, его тела, прикосновений, губ и языка, просто не доходят до его сознания.       Рука скользит вниз и ложится на поясницу Кими. Оливер прижимается лицом к его шее, заставляя парня наклониться назад, и Антонелли выгибается в спине, продолжая цепляться за Оливера.       Кими тяжело сглатывает, его кулаки ещё сильнее сжимают чужие волосы. Оливер оттягивает ворот его футболки в сторону, освобождая место для губ, и припадает к его плечу. Кими кажется, что он сгорает заживо.       — Я думал, мы просто тренируемся… — дрожащим голосом выдавливает Кими, чувствуя, как с каждой секундой ситуация становится всё более реальной.       — Ты этого не хочешь? — выдох Оливера обжигает пульсирующую жилку на шее Кими. Тот на мгновение замирает.       «Хочу ли я этого?»       Оливер отстраняется, заглядывая Кими в глаза. Его ладони остаются на бёдрах, медленно скользя вверх-вниз короткими, едва заметными движениями.       Кими тяжело сглатывает, прикусив губу изнутри, в уголках его рта всё ещё ощущается вкус Оливера. Он осторожно кивает.       — Я… я хочу этого, — тихо произносит он.       Оливер любяще улыбается и целует его в уголок рта, после чего сразу же спускается ниже, возвращаясь к засосам на шее.