Camp Open Sky

Майк стоял облокотившись на капот машины и нетерпеливо постукивал пальцами по горячему металлу. Солнце уже припекало, асфальт под ногами как будто плавился, воздух дрожал над парковкой. Уилл стоял чуть дальше, Линда что-то быстро ему втолковывала показывая список на листе бумаги. Уилл кивал, пару раз переспрашивал. Майк глянул на часы, стрелки будто застыли. Он выдохнул сквозь зубы, пытаясь унять нервную дрожь в ногах. Уилл наконец повернулся, поймал взгляд Майка, улыбнулся уголком рта, коротко кивнул Линде и двинулся к машине. Майк уже открыл дверь, собираясь сесть за руль, как вдруг кто-то тронул его за плечо. — Майк?  Майк обернулся, рядом стоял Джейк, он переминался с ноги на ногу. — Да? — А можно… можно мне поехать с вами? Майк приподнял бровь. Конечно, Джейк бы помешал. Конечно, он усложнил бы поход в аптеку. Конечно, Майк хотел провести эти часы только с Уиллом, он хотел держать его за колено в машине и рассказывать что он собирается делать со смазкой, которую они собираются купить. Но Джейк смотрел так жалобно, так искренне… — И по какой причине мы должны тебя брать? — спросил Майк, стараясь, чтобы голос звучал строго. Джейк засмущался ещё сильнее, опустил взгляд, покраснел до ушей. — Я хочу что-то купить для Холли, — прошептал он, будто боялся, что кто-то услышит. Майк выдохнул. Чего не сделаешь ради сестры. — Ладно. Но даже на шаг от нас не отходи. Джейк радостно закивал. — Иди предупреди Меган, чтоб она тебя не потеряла. Джейк убежал, Майк сел на водительское сиденье. Уилл уже был рядом на пассажирском, он приоткрыл окно, положил локоть на подлокотник. — Что Джейк хотел?  Майк завёл двигатель, машина тихо  заурчала. — Он едет с нами. Хочет купить Холли подарок. Уилл заулыбался. — Как мило. Майк проследил в зеркало заднего вида, как Джейк подбежал к Меган, что-то быстро объясняя и указывая на машину. Меган посмотрела в их сторону, Майк через рукой махнул ей рукой: «всё ок». Она кивнула и улыбнулась. Джейк вернулся бегом, запрыгнул на заднее сиденье, дверь хлопнула. Они выехали. Майк поглядывал на Уилла, тот сидел расслабленно, локоть на подоконнике, ветер трепал волосы. Майк думал о том, что было если бы Джейк не поехал с ними. Рука на колене Уилла, пальцы медленно скользят выше, Уилл тихо смеётся, откидывает голову на подголовник, шепчет «Майк, не здесь…».  Но теперь сзади сидел Джейк, болтал ногами, смотрел в окно, иногда задавал вопросы. Мечта лопнула как мыльный пузырь. — Так что ты собираешься купить? — спросил Уилл, поворачиваясь к Джейку. — Не знаю. Наверное цветы… и ещё что-то. Думал, может вы мне поможете. Уилл так серьёзно кивнул, как будто это была важная миссия. — Конечно поможем.  Майк слушал их вполуха, мысли уплыли куда-то в сторону. Он вспомнил, как искал подарок для Эл. Как ходил по магазинам в торговом центре в Хоукинсе и ничего не подходило. Не только потому что у него было мало денег. А потому что он не знал, что ей нужно. Потому что каждый раз, когда он пытался быть «хорошим парнем» всё шло не так, как нужно. Он так и не купил ничего. Не подарил. А потом стало поздно. Майк крепко сжал руль, костяшки побелели. Он не хотел думать об этом.  Уилл и Джейк продолжали обсуждать варианты. Майк молчал всю дорогу, только иногда кивал, когда Уилл спрашивал: «Майк, как думаешь, ей понравится?». В торговом центре было ярко и шумно, кондиционеры гудели, люди толпились, музыка из магазинов смешивалась с разговорами. Майк слишком привык к лагерю, к тишине, к природе, к запаху сосен и озера. Здесь всё казалось чужим, слишком громким и слишком быстрым. Они зашли в продуктовый, взяли всё по списку от Линды. Майк ещё прихватил бутылку хорошего вина, конфеты и набор фруктов для Меган в благодарность. Потом они нашли цветочный магазин. Джейк долго выбирал, Уилл помогал, советовал цвета и форму букета. В итоге Джейк взял самый красивый и дорогой букет. Уилл одобрительно улыбнулся. — Она будет в восторге, — сказал он, хлопнув Джейка по плечу. Они пошли дальше, обошли ещё кучу магазинов. Джейк то и дело останавливался: «А это? А вот это?» Но ничего не подходило.  Майк уже начинал нервничать. За поворотом он заметил аптеку. Он легко толкнул Уилла локтем показывая взглядом. Уилл понял и кивнул. — Джейк, давай зайдём сюда, — сказал он, указывая на магазин украшений напротив аптеки. — Там могут быть хорошие браслеты или кулоны. Холли любит такое. Джейк радостно кивнул и зашёл внутрь. Майк быстро заскочил в аптеку. Купил смазку и презервативы. Руки дрожали, он то и дело оглядывался назад, боясь, что Джейк его увидит. Он подошёл к кассе и быстро оплатил, пряча покупки в непрозрачный пакет. Когда Джейк наконец выбрал подарок, они выехали обратно в лагерь. Дорога назад прошла спокойно, Джейк сиял на заднем сиденье поглядывая на цветы и коробочку с подарком, Уилл тихо напевал что-то под радио, а Майк молча вёл машину, то и дело бросая взгляды на Уилла. Внутри всё трепетало от предвкушения. Майк целый день провёл в нервном, но счастливом ожидании. После торгового центра они с Уиллом не виделись, у них были отдельные занятия. Майк вёл спортивные игры на поляне, Уилл проводил арт-класс для старших. Майк то и дело оглядывался в сторону арт-павильона, он надеялся поймать взгляд Уилла через окно, но видел только его силуэт, склонившийся над мольбертом.  Каждый раз, когда кто-то из детей спрашивал: «Майк, ты чего улыбаешься?», он отмахивался и отвечал: «Просто день хороший». Вечером, когда солнце уже садилось, окрашивая небо в розово-оранжевый, Майк шел к домику. Он уже представлял, как войдёт, как увидит Уилла, как они наконец останутся вдвоём. Но его остановила Холли. Она выбежала из-за дерева. — Майк, посмотри! — она протянула руку.  На запястье красовался тонкий серебряный браслет с маленькими звёздочками. Майк широко и искренне улыбнулся. — Красиво. Очень тебе идёт. Холли сияла. — Джейк рассказал, что ездил с вами. Спасибо, что ты взял его с собой. Мне так нравится! И букет — это нечто. Мне все девочки завидуют. Майк шагнул ближе и крепко обнял её. — Я очень рад за тебя. Холли отстранилась и посмотрела на него снизу вверх. — Можно поговорить с тобой? Майк больше всего хотел вернуться к Уиллу, он уже представлял, как тот ждёт в домике, как они наконец останутся одни. Но он знал, что нужно поговорить. Холли редко просила о таком. — Конечно. Они сели за ближайший столик. Холли сложила руки на столе, покрутила браслет на запястье. — Мне правда очень нравится Джейк, — начала она тихо. — Он… он добрый. И смешной. И когда он смотрит на меня… я чувствую себя особенной. Майк кивнул. — А что ты о нём думаешь?- спросила Холли. — Джейк очень хороший парень, — сказал Майк честно. — Спокойный, надёжный, не выпендривается. Я рад, что он тебе нравится. Холли чуть застенчиво улыбнулась. — Мы планируем видеться после лагеря. Он живёт в соседнем городе, не так далеко. Будем стараться встречаться так часто, как сможем. Майк кивнул, внутри что-то сжалось. Холли росла. Быстро. — Спасибо тебе, — вдруг сказала она. — За то, что взял Джейка с собой. И… вообще… за то, что ты здесь. Майк удивлённо моргнул. Холли опустила взгляд. — Я не хотела, чтобы ты ехал в лагерь. Ты был… невыносимым до этого. Всё время злился, молчал, от всех отгораживался. Мне было стыдно, что я так думала, ведь я знала, что произошло. Просто с тобой очень тяжело было находиться рядом. — Я знаю, — сказал Майк тихо. — И не обижаюсь. Я сам себя ненавидел в то время. Холли подняла взгляд, её глаза блестели. — Но сейчас… тебе лучше. Ты улыбаешься. Ты снова мой брат. Я рада. Майк слабо улыбнулся, протянул руку и сжал её ладонь. — Спасибо, что сказала. И прости, что был таким. Холли покачала головой. — Главное ты вернулся. Они снова крепко обнялись. Холли уткнулась носом в его плечо. — Ладно, я ещё должна встретиться с Джейком. Майк отстранился и улыбнулся. — Аккуратней там. Без глупостей. Холли закатила глаза. — Да знаю я, знаю. Она убежала. Майк смотрел ей вслед, потом наконец-то вернулся в домик. Внутри было душно. Свет ночника на тумбочке тускло горел освещая кровать Уилла.  Уилл лежал на боку, свернувшись под одеялом, которое сбилось к ногам. Лицо было красным и влажным от пота, щёки горели, губы потрескались, под глазами залегли тени. Волосы прилипли ко лбу. Дыхание было тяжёлым и прерывистым, каждый вдох сопровождался лёгким хрипом, а выдох тихим стоном. Его футболка задралась обнажив живот, мышцы подрагивали от озноба. Он выглядел маленьким, уязвимым, совсем не тем Уиллом, который ещё сегодня сидел и пел в его машине. Майк замер в дверях, сердце сжалось так сильно, что стало больно дышать. — Вот чёрт… — выдохнул он тихо.  Уилл приоткрыл глаза. — Не подходи близко, — прохрипел он, голос был сиплым. — Ты заразишься. — Надо сказать Линде и взять лекарства. Майк развернулся и дверь хлопнула за ним. Он бежал к офису менеджера, мысли метались в голове. Если он скажет Линде, что Уилл заболел, того точно закроют на карантин в домике, а Майка куда-то переселят. Этого он точно не хотел. Ни за что. Он влетел в офис, постучал и сразу открыл, не дожидаясь ответа. Линда сидела за столом. Она выглядела уставшей, глаза были красными, перед ней лежал стопка бумаг и телефон. — Мы с Уиллом заболели, — выпалил Майк, даже не поздоровавшись. Линда подняла взгляд и прищурилась. — Ты выглядишь нормально. Майк сглотнул, горло и правда уже саднило, но он не знал, от вируса или от нервов. — Пока ещё да. Но уже чувствую, как горло болит. А Уиллу совсем плохо. Ему нужны лекарства. Линда тяжело вздохнула. Она указала на столик у стены, где стояла коробка с медикаментами. — Бери и скорее уходи отсюда. Лечитесь, не выходите. Майк схватил пачку парацетамола, сироп от кашля, спрей для горла, витамин C, всё, что попалось под руку.  Уже у двери он повернулся. — Надо проверить Джейка. Он был с нами в машине. Линда кивнула. — Поняла. Выздоравливайте. — Спасибо. Майк вернулся в домик. Уилл лежал на том же месте, глаза полуприкрыты, дыхание тяжёлое. Майк подошёл и присел на край кровати. — Вот, держи, — он протянул воду и парацетамол. — Выпей. Уилл медленно сел опираясь на локоть, лицо сморщилось от боли в горле. Он взял таблетку дрожащими пальцами и запил водой, было видно, что глотал он с трудом. — Спасибо, Майк… и прости. Майк нахмурился и сел ближе. — Почему ты извиняешься? Уилл опустил взгляд. — Я испортил наши планы. — Ты что, Уилл? Какие планы? Я вообще об этом забыл. Главное, чтобы ты хорошо себя чувствовал. Уилл слабо улыбнулся, губы дрогнули, но улыбка вышла усталой. — Куда тебя переселят? Майк покачал головой. — Никуда. Я остаюсь тут с тобой. — Но… — Я сказал Линде, что тоже заболел. Уилл тихо выдохнул.  — Но ты не заболел. Будешь тут — тоже заболеешь. Майк наклонился ближе, взял его руку и сжал пальцы. — Я думал, ты меня знаешь достаточно, чтоб понять, я не оставлю тебя тут болеть одного. Уилл смотрел на него, его глаза блестели, то ли от болезни, то ли от чего-то другого. — Ладно… у меня нет сил спорить. Только спать будешь отдельно.  Майк улыбнулся. — Как скажешь, босс. Он помог Уиллу лечь обратно, поправил подушку, натянул одеяло до подбородка. Уилл закрыл глаза, его дыхание стало чуть ровнее. Майк сидел рядом, гладил его руку, смотрел на лицо, которое даже больным казалось самым красивым на свете. Три дня Майк не отходил от Уилла ни на шаг. Он просыпался первым, ещё до того, как солнце пробивалось сквозь занавески и сразу проверял температуру, клал ладонь на лоб Уилла, потом на шею, чувствуя, как кожа горит или, наоборот, покрывается холодным потом. Если Уилл спал, Майк просто сидел рядом, опираясь спиной о стену и смотрел, как поднимается и опускается его грудь. Когда Уилл начинал ворочаться и тихо стонать от озноба, Майк тут же приносил воду и парацетамол, поднимал его голову, подносил стакан к губам, придерживал, чтобы не пролилось. Уилл глотал с трудом, морщился, но послушно пил. Майк менял мокрые полотенца на лбу, смачивал их в холодной воде из-под крана, выжимал так, чтобы не капало и укладывал аккуратно, чуть прижимая ладонью, чтобы холод проникал глубже.  Когда Уилл кашлял, Майк садился на край кровати, клал руку ему на спину и гладил круговыми движениями, пока приступ не проходил. Потом поил тёплым чаем с мёдом и лимоном, держал кружку, дул на поверхность, чтобы Уилл не обжёгся и подносил к губам маленькими порциями. Когда Уилл не спал, Майк рассказывал ему истории. Уилл слушал, лежал с полуприкрытыми глазами, губы чуть улыбались, иногда он даже тихо смеялся, но кашель прерывал смех и Майк сразу замолкал, клал руку на его грудь и ждал, пока дыхание выровняется. К концу третьего дня Уилл начал чувствовать себя лучше, температура спала, кашель стал реже, глаза прояснились. Но в этот момент Майк почувствовал, что заболел сам. Горло саднило с утра, но он не обращал внимание. Теперь же боль стала острее, голова налилась тяжестью, в мышцах появилась ломота, а во лбу тянущая боль. Он пытался скрыть это, пил чай, улыбался, говорил «всё нормально», но Уилл заметил почти сразу. — Майк, у тебя лоб горячий, — сказал Уилл, когда Майк в очередной раз поднёс ему кружку с чаем. Майк отмахнулся. — Это от беготни. Не переживай. Уилл нахмурился и упрямым движением потянулся и коснулся его лба. — Ты горишь. Ложись. Роли поменялись. Теперь Уилл ухаживал за Майком. Он заставлял его пить лекарства, даже когда Майк морщился от боли в горле. Точно так же менял полотенце на лбу, в это время Уилл каждый раз задерживал ладонь чуть дольше, гладил висок, щёку, волосы Майка.  Когда Майк начинал бредить от температуры и звал Уилла, тот ложился рядом, обнимал его за плечи и шептал: «Я здесь, Майк. Я никуда не ушёл». К выходным обоим стало лучше, температура спала, кашель почти прошёл, силы начали возвращаться.  В пятницу вечером они лежали на кровати Уилла, свет ночника был приглушён. Майк лежал на спине, Уилл прижался к нему боком, голова была на его плече, рука на груди, пальцы лениво рисовали круги вокруг соска. — Ещё три дня и обратно в Хоукинс, — сказал Уилл тихо, почти шёпотом. Майк смотрел в потолок и чувствовал, как сжалось его сердце. — Не верится, что время пролетело так быстро. Они ещё полежали молча. — Как себя чувствуешь? — спросил Майк, поворачивая голову, чтобы видеть его лицо. Уилл улыбнулся. — Хорошо, правда. Почти не чувствую боли в горле. И кашель проходит. — Я тоже. Майк провёл пальцем по щеке Уилла, убирая прядь волос. — Майк… ты хочешь? — Мм? — Хочешь попробовать то, о чём мы говорили? Майк обеспокоено посмотрел на него, глаза расширились, рука замерла на щеке Уилла. — Я не знаю… я переживаю, что ты ещё слабый. Уилл покачал головой медленно, но уверенно. — Нет. Я в порядке. Я готов, если ты в состоянии. Майк тихо выдохнул, почти засмеялся, но смех вышел хриплым. — Я всегда готов сделать тебе приятно, малыш, — сказал он игриво, но в голосе было столько нежности, что шутка прозвучала почти как признание. Уилл улыбнулся, но глаза были серьёзными. Он сел и стянул футболку через голову. Потом лёг обратно на живот, чуть приподнял бёдра. Майк сел позади, медленно стянул свои боксеры, потом помог Уиллу снять его. Ткань зашуршала и упала на пол. Уилл лежал голый, его спина выгнулась красивой дугой, ягодицы приподнялись, кожа блестела в свете ночника.  Майк наклонился и поцеловал основание позвоночника, потом спустился ниже оставляя влажные следы губами. Уилл тихо выдохнул и раздвинул бёдра шире. Майк осторожно раздвинул ягодицы ладонями чувствуя жар кожи и лёгкую дрожь. Он наклонился и медленно провёл языком от яиц Уилла вверх. Уилл вздрогнул, тихо застонал, спина прогнулась. Майк продолжал, язык скользил по коже, обводил кольцо кругами, надавливал кончиком, проникая внутрь неглубоко, но настойчиво. Уилл низко и протяжно стонал, его бёдра дрожали, мышцы сжимались вокруг языка. — Майк… давай… я готов… Он протянул руку назад, нащупал бутылочку смазки и передал Майку. Майк выдавил её на пальцы и медленно нанёс на вход, чувствуя, как мышцы поддаются. Потом осторожно ввёл один палец на фалангу. Уилл тихо охнул, тело напряглось, потом расслабилось. Майк замер, давая Уиллу привыкнуть.  Ощущение было невероятным, теснота, жар, пульсация вокруг. Он продвинул палец чуть дальше.  — Подожди… — прошептал Уилл. Майк замер, сердце заколотилось от беспокойства. — Всё нормально? Больно? — Немного… привыкаю. Продолжай. Майк с облегчением выдохнул. Он начал медленно двигать пальцем, чувствуя, как Уилл расслабляется, как мышцы привыкают. Уилл стонал, его бёдра качались навстречу.  Майк осторожно добавил второй палец перед этим нанеся на него смазку. Он чувствовал сопротивление, но потом наступила лёгкость. Уилл принимал его, его тело расслабилось, стоны стали глубже. Майк чуть ускорился, пальцы ритмично двигались, надавливали на простату, находя ту самую точку. Уилл резко задрожал всем телом, стоны перешли в крик: — Майк… да… вот так… Майк добавил третий палец, чувствуя, как Уилл принимает его полностью. Он глубоко трахал его пальцами, целуя ягодицы, кусая кожу, оставляя лёгкие следы. Уилл тёрся о простыню, его член скользил по ткани, оставляя влажный след. Майк тёрся о его ногу, член пульсировал и скользил по коже Уилла. — Боже, Уилл. Ты такой узкий, такой горячий внутри… — прошептал Майк. — Я хочу трахнуть тебя так, чтобы ты не мог встать, чтобы ты чувствовал меня целый день, чтобы каждый шаг напоминал бы тебе о том, что я с тобой сделал.  Уилл застонал громче. Ему явно нравилось то, что говорил Майк. — Такой узкий для меня, малыш. Я хочу войти в тебя и жестко тебя трахнуть, чтобы ты кричал моё имя. Майк не ждал ответа, он просто говорил то, о чём думает. Внезапно он услышал голос Уилла.  — Майк, трахни меня, пожалуйста, я хочу чувствовать тебя всего. Хочу, чтобы ты вошёл, чтобы ты кончил внутрь и чтобы я был весь в твоей сперме. Майк на секунду замер. Он не помнил, чтобы Уилл когда-либо говорил такое. Уилл, который всегда был тихим, нежным, почти стеснительным вдруг произнёс это низким, хриплым голосом, полным голода. — Хочу, чтобы ты оттрахал меня в задницу, так чтобы я завтра не мог сидеть, чтобы все видели, как я хромаю, и знали, что это ты меня так трахнул, хочу, чтобы я чувствовал тебя весь день. Майк почувствовал, как шок прошёл по позвоночнику. Он не ожидал. Не от Уилла. Это было слишком грязно, слишком откровенно, слишком сильно. Уилл, который краснел от одного взгляда теперь говорил такие вещи. — Уилл… — выдохнул Майк, голос дрогнул, почти сорвался. — Ты… блять… откуда это в тебе? Уилл повернул голову, его щека была прижата к подушке, губы припухли, в голосе была лёгкая, почти дразнящая, полная похоти улыбка. — А что? Не ожидал, что я умею так говорить? — он выгнулся ещё сильнее, бёдра качнулись назад насаживаясь на пальцы Майка глубже. — Хочу, чтобы ты взял меня жёстко, чтобы я был твоей шлюхой. Майк почувствовал, как крышу сносит окончательно. Он никогда не слышал от Уилла ничего подобного, даже в самые горячие моменты Уилл был тихим, нежным и стеснительным. А теперь эти слова вылетали из его рта так естественно, будто он всю жизнь держал их внутри и ждал именно этого момента, чтобы выпустить. Майк наклонился, его голос дрожал от возбуждения: — Ты… блять… ты правда хочешь быть моей шлюхой? — Да… хочу… хочу, чтобы ты меня использовал, чтобы ты трахал меня каждый день. Майк резко вынул пальцы, Уилл всхлипнул от потери.  — Ты сейчас серьезно? — спросил Майк.  — Да, я хочу, чтоб ты сделал это. — Сейчас? Уилл медленно кивнул. — Сейчас. — Я думал, мы пока пробуем пальцами… — Я тоже так думал сначала. Но я уверен. Я хочу, чтобы ты вошёл. Майк смотрел на него пытаясь прочитать каждую эмоцию в глазах. Страх, желание, доверие. Всё было там.  — Ты точно уверен? — спросил Майк. — Мы можем подождать. Сколько угодно. Уилл взял его руку, поднёс к губам, поцеловал ладонь. — Я уверен. Я доверяю тебе. Хочу почувствовать тебя внутри. Хочу знать, каково это быть с тобой по-настоящему. Майк резко выдохнул, он потянулся к тумбочке и взял презерватив. Руки дрожали, он разорвал упаковку зубами, надел презерватив медленно, чувствуя, как Уилл смотрит на него, как его дыхание сбивается от предвкушения. Майк выдавил смазку на пальцы, наклонился и поцеловал Уилла в поясницу, потом ниже, оставляя влажные следы. Он обильно нанёс смазку на презерватив и прижался, головка коснулась входа. — Если будет больно — сразу говори, — прошептал он. Уилл кивнул. Майк толкнулся вперёд. Медленно, миллиметр за миллиметром. Головка вошла, её обхватила теснота жар и пульсация. Уилл тихо застонал, спина прогнулась. Майк замер, дал привыкнуть, он гладил бёдра Уилла и шептал: — Расслабься…  Уилл расслабился. Майк двинулся глубже, чувствуя, как Уилл принимает его полностью, как мышцы сжимаются вокруг, как тело дрожит от новых ощущений. Когда он вошёл до конца, бёдра прижались к ягодицам Уилла, они оба замерли тяжело дыша. — Всё… нормально? — спросил Майк, его голос дрожал. — Да… двигайся, пожалуйста… Майк двигался глубоко, каждый толчок был размеренным, но тяжёлым, он входил до самого конца, бёдра прижимались к ягодицам Уилла с влажным шлепком, потом он почти полностью выходил, оставляя только головку внутри и снова резко вгонял член внутрь. Уилл выгибался под ним, стоны срывались с губ. Майк держал его за бёдра, пальцы впивались в кожу оставляя белые следы, которые медленно краснели. — Ты мой, Уилл… — прошептал Майк, голос дрожал от напряжения, от удовольствия, от того, как тесно и горячо было внутри. — Мой… слышишь? Только мой, блять, как же мне нравится тебя трахать, чувствовать, как ты сжимаешься вокруг моего члена, как ты дрожишь, как ты отдаёшься мне весь… Он резко шлёпнул его по ягодице, кожа вспыхнула ярко-красным. Уилл дёрнулся и тихо вскрикнул, он сжался вокруг Майка ещё сильнее. — Буду трахать тебя каждый день, шлёпать, кусать, оставлять свои метки, чтобы все видели следы на тебе, чтобы знали, что это я тебя так пометил, это я тебя имею, ты мой, Уилл… мой… Он снова больно шлепнул. Уилл громко стонал, мышцы внутри сжались так сильно, что Майк почти потерял контроль. — Чей ты, Уилл? — прорычал Майк, толкнувшись глубже, до упора, удерживая его на месте. Уилл выгнулся. — Твой… Майк шлёпнул ещё раз, звук эхом отразился от стен. — Чей ты, блять? — Твой… Майк… твой… — Ты мой, блять, — Майк наклонился, прижался губами к спине Уилла, укусил кожу. — Мой… только мой… буду трахать тебя так, что ты будешь просыпаться с моей спермой внутри, буду шлёпать тебя, пока твоя задница не станет красной. — Остановись, пожалуйста, — выдохнул Уилл. Майк мгновенно остановился и резко вышел, чувствуя, как теснота отпускает с лёгким влажным звуком. — Тебе больно? — спросил Майк быстро, голос сорвался. — Уилл, если больно скажи, я… — Нет, мне не больно… Я хочу, чтобы ты снял презерватив. — Почему? — выдохнул Майк, хотя уже знал ответ. Уилл повернулся и посмотрел ему прямо в глаза без тени сомнения. — Я не шутил, когда сказал, что хочу, чтобы ты кончил в меня. Майк почувствовал, как по позвоночнику проходит горячая волна. — Боже… ты сведёшь меня с ума… Руки дрожали, он медленно стянул презерватив и бросил в сторону. Член стоял твёрдо, блестел от смазки, головка была красной и набухшей. Майк всё равно нанёс ещё смазки, чтобы всё было скользко и безопасно и снова прижался.  Майк толкнулся вперёд чувствуя всё без преград. Ощущение было ошеломляющим. Теснота, жар, пульсация ощущались ярче без тонкой плёнки латекса. Он чувствовал каждую складку, каждую пульсацию внутри Уилла, как мышцы сжимаются вокруг него, как жар обволакивает. Это было намного лучше и намного интимнее. Майк застонал и толкнулся глубже. — Блять, Уилл, ты такой горячий и такой тесный. Я чувствую тебя всего, хочу кончить в тебя, чтобы моя сперма была внутри тебя… — Да, Майк, кончи в меня, хочу, чтобы ты меня заполнил, чтобы я был весь твой. Толчки Майка стали резче, он надавливал на простату, слушая как стоны Уилла переходят в крик. Каждое движение сопровождалось влажным и неприличным шлепком бёдер о ягодицы Уилла. Он схватил его за волосы, не сильно, но достаточно, чтобы голова Уилла запрокинулась. — Ты мой, Уилл, слышишь? Мой грязный мальчик, смотри, как ты берёшь меня целиком, как твоя дырочка растягивается под мой член… ты же для этого и создан, да? Чтобы я тебя трахал, когда захочу… Он снова резко шлёпнул по ягодице. — Вот так, сжимайся… Покажи, как тебе нравится, когда я тебя трахаю… ты же весь мой, правда? — Да, Майк… я твой, твой… трахай меня, кончи в меня…  — Покажи, как тебе нравится, — прорычал Майк. Он потянул Уилла за волосы. — Громче, Уилл. Хочу слышать, как ты стонешь от моего члена.  Уилл застонал, Майк шлёпнул его по ягодице. — Громче. Уилл послушно застонал ещё громче, низкий звук сорвался с горла, это был практически полный отчаяния и удовольствия крик. — Майк… ааах… да… глубже… Майк хищно улыбнулся и вбил член снова. Уилл закричал, его голос сорвался, тело задрожало, мышцы внутри сжались так сильно, что Майк почувствовал, как его собственный оргазм подкатывает волной. — Вот так. Стони для меня, малыш. Покажи, как тебе нравится, когда я тебя трахаю… Кончи от моего члена, кричи моё имя. Уилл громко кричал, имя Майка срывалось с губ снова и снова, тело содрогалось, его сперма брызнула на простыню. Майк не выдержал, толкнулся глубже, до предела и кончил внутрь, заполняя Уилла полностью горячими струями, чувствуя, как тот сжимается вокруг него выжимая всё до капли. Он медленно вышел и рухнул рядом. Майк лежал на спине глядя в потолок, чувствуя, как пот медленно стекает по виску. Сердце всё ещё колотилось слишком громко. — Это было… вау, — выдохнул он и голос прозвучал хрипло, почти чужим. Уилл не ответил. Майк почувствовал, как внутри всё сжимается. Он медленно повернулся на бок, опираясь на локоть. Уилл лежал на спине глядя куда-то в сторону. По его левой скуле медленно ползла одинокая слеза, блестящая дорожка в полумраке комнаты. Майк инстинктивно протянул руку и стёр её подушечкой большого пальца. — Уилл, что такое? Тебе больно? — голос Майка дрогнул на последнем слове. Уилл быстро мотнул головой, но не посмотрел на него.  — Нет, всё в порядке. Майк приподнялся выше нависая над ним. Пальцы сами легли на щёку Уилла, повернули его лицо к себе. — Не в порядке. Ты плачешь. Прошу, скажи, что такое. — Майк, всё в порядке. — Прошу, объясни. Мне хочется себя убить, если я сделал тебе больно. Уилл закрыл глаза. Грудь поднялась и опустилась в долгом, прерывистом вздохе. Потом он всё-таки открыл глаза. — Мне, конечно, было больно сначала, но потом… было очень хорошо. Правда. Секс был отличным, честно. Дело не в этом. Майк перестал дышать. Пальцы на щеке Уилла дрогнули. — А в чём? Ты понял, что ты не готов? Или я перегнул палку со словами?  Уилл тяжело выдохнул через нос, почти всхлипнул. Он отвернулся и уставился в потолок.  — Послушай… я правда думал, что готов. И что хочу. Всё было отлично. Я просто не думал, что буду так… ужасно чувствовать себя после. Майк резко сел. Холод пробежал по голой спине. — О боже, Уилл, ты жалеешь? Прости меня. — Ты не виноват. Проблема во мне. Ты чётко обозначил границы. Ты мне ничего не должен. Я правда думал, что хочу. Просто… — его голос сорвался, стал тоньше. — Боже. Меня только что трахнули, а я даже никогда не целовался. Майк почувствовал, как кровь отливает от лица. Он наклонился ближе, почти касаясь лбом лба Уилла. — Так проблема в этом? Уилл, я правда очень хотел тебя поцеловать. Я просто не знал могу ли я… Уилл вдруг улыбнулся слабой, дрожащей улыбкой сквозь слёзы. Одинокая капля скатилась по виску и исчезла в волосах. — То есть ты меня трахнул и даже не спросил можно ли меня поцеловать? Майк сглотнул.  — Да. Прости. Это звучит ужасно. Уилл… можно мне тебя поцеловать? Уилл посмотрел ему прямо в глаза. Моргнул. Длинные мокрые ресницы дрогнули. — Нет. Слово упало как камень в воду. Майк буквально почувствовал, как сердце треснуло, он чувствовал острую боль под рёбрами. Он резко отстранился, сел на край кровати. Ноги сами нашли пол. Руки задрожали, когда он потянулся к брошенным на стул шортам. — Прости. Я понимаю. Я не тот. Ты хочешь найти особенного человека, которого действительно полюбишь. Боже, я идиот. Прости, что спросил. Прости, что принудил тебя ко всему этому. Мне очень жаль. Я не должен был. Ты… ты должен встретить хорошего парня, которому позволишь целовать себя. Которого будешь любить и будешь счастлив с ним. Мне жаль, что я стал твоим первым, а не он. Мы можем сделать вид, что этого никогда не было. Он уже натягивал футболку. Ткань цеплялась за влажную кожу. — Куда ты собрался? — голос Уилла прозвучал тихо, но твёрдо. Майк замер, но не повернулся. Пальцы сжали край футболки. — Не знаю. Я хочу уйти куда-то. Мне так стыдно. Боже, мне так стыдно. — Ты никуда не пойдёшь, Майк. Он всё-таки повернулся. Уилл сидел, подтянув колени к груди, обхватив их руками. Глаза блестели, но взгляд был спокойным. — Нет, я должен. — Если я тебе важен хотя бы немного, ты сейчас сядешь и выслушаешь меня. Майк стоял тяжело дыша. В комнате было тихо, только часы тикали где-то в углу. Он смотрел на Уилла, на растрёпанные волосы, на то, как дрожат его пальцы на коленях. И понял, что не может сделать ни шагу дальше. Майк медленно опустился обратно на кровать. Он сел не слишком близко, но и не далеко, ровно настолько, чтобы чувствовать тепло тела Уилла. — Боже, я так устал от всей этой фигни, — голос Уилла вышел надтреснутым, как старая плёнка. Он провёл ладонью по лицу, стирая влагу со щёк, но новая слеза тут же скатилась следом. — Сейчас я тебе расскажу всё. Ты выслушаешь. А потом можешь уходить. Майк только кивнул. Горло сжалось так, что говорить было невозможно. Уилл горько усмехнулся, глядя куда-то мимо. — Я если честно уже не знаю… ты реально ничего не понимаешь или просто издеваешься надо мной… — Я бы никогда не стал, — Майк сказал это тихо, почти шёпотом, Уилл перебил его движением, резко вскинул руку ладонью вперёд. — Майк. Я полюбил тебя, наверное, ещё в первый день, когда увидел. — Он говорил медленно, каждое слово падало тяжело, как камень в воду. — Конечно, я тогда не понимал что это. Воспринимал всё как дружбу. Но со временем начал понимать, что так отношусь только к тебе. Уилл опустил взгляд на свои колени. Пальцы впились в кожу предплечий, оставляя белые следы. — Наверное, я выжил ту неделю в Изнанке только благодаря мыслям о тебе. Ты был единственным, кто помогал мне возвращаться из-под контроля Истязателя разума. — Голос дрогнул, стал тише. — И мне было очень страшно иметь такие сильные чувства. Но ты был такой добрый… такой нежный со мной… что я просто радовался тому, что ты существуешь. И что ты мой друг. Он сделал паузу, глубоко вдохнул, грудь поднялась и опустилась. Майк видел, как он дрожит. — А потом появилась Эл. И знаешь… я правда полюбил её всем сердцем. Она мне стала практически сестрой. Но когда вы были вместе… — Уилл сглотнул, кадык дёрнулся. — Меня буквально тошнило. Я вроде даже смирился, а потом ты сказал при всех, что любишь её и мне хотелось исчезнуть. Он закрыл глаза на секунду, словно снова видел ту сцену. — Особенно после того, что ты сказал мне тогда, когда шёл дождь… — голос сорвался на шёпот. — Я понимал. Я знал, что ты никогда не ответишь мне взаимностью. Но слышать те слова от тебя… когда я и так разбирался со всей этой фигнёй в одиночестве… это просто разбило мне сердце. Слёзы теперь текли свободно. Уилл не вытирал их, просто сидел, позволяя им падать на простыню между ними. Майк почувствовал, как его собственные пальцы сжимаются в кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони. Ему хотелось протянуть руку, притянуть Уилла к себе, зарыться лицом в его волосы и шептать «прости», но он не мог пошевелиться. — Но я с этим справился. Пережил. — Уилл открыл глаза, посмотрел прямо на Майка, взгляд был мокрым, но ясным. — Мы должны были уезжать в Калифорнию и я решил, что мне станет лучше. Тебя не будет рядом и я смогу забыть о своих чувствах. Но ничего не получилось. Стало только хуже. Он устало покачал головой. — Я не мог думать ни о чём, кроме тебя. Как же я ждал писем, ты бы знал… — голос стал почти беззвучным. — Я видел, как Эл их получала, а для меня не было ничего. Мне было так больно. Ведь мы были друзьями. Уилл опустил голову, волосы упали на лицо. — Я не знал, куда деть все эти чувства. Поэтому сделал то, что умею делать лучше всего. Я начал рисовать картину. — Он коротко хмыкнул. — Кстати, да… прости, что я соврал. Эл никогда не просила её нарисовать. Она не имела понятия о ней и никогда её не видела. Она была от меня. Майк почувствовал, как кровь стучит в висках. — Я ни на что не рассчитывал. Просто хотел выплеснуть куда-то всё. Я даже не знал, что скажу тебе, когда отдам её. Я просто так сильно скучал… я был так рад, что увижу тебя. Я надеялся, что, возможно, ты тоже скучал. Уилл поднял голову.  — А потом ты прилетел и… Боже, ты даже не мог меня обнять. — Голос надломился. — Я был раздавлен. Я думал, что ты всё понял. Как-то узнал, кто я, и я тебе стал противен. Я пытался выяснить это, но так ничего и не понял. Он сжал кулаки на коленях. — А потом, когда мы ехали… я понял, что должен засунуть свои никому не нужные чувства куда подальше и помочь вам с Эл. Поэтому я подарил тебе картину и сказал то, что сказал в надежде, что это поможет. И это помогло. Я правда был рад. Даже если моё сердце в очередной раз разбилось, потому что ты сказал, что твоя жизнь началась, когда ты встретил Эл. А ты встретил её, когда исчез я. Уилл замолчал. Дыхание стало прерывистым, плечи дрожали. — Тогда я решил, что сделаю всё, чтоб эти чувства исчезли. Но мы начали жить в одном доме. И ты снова был таким милым и нежным со мной. Ты проводил со мной всё время и я подумал… — он слабо улыбнулся сквозь слёзы. — Мой наивный мозг решил, что, может, у меня есть шанс. Он поднял руку, провёл пальцами по волосам, откинул их назад. — Я даже как идиот узнавал у Робин про сигналы. Хотел понять, что ты чувствуешь ко мне. И самое смешное… что всё сходилось. У нас было всё, что она назвала. Уилл пристально посмотрел на Майка. В его глазах была смесь боли и какой-то последней, почти угасающей надежды. — Поэтому я решил, что расскажу тебе. Я не собирался говорить больше никому. Джонатан знал и поддерживал меня и этого было достаточно. Но потом Векна… Майк напрягся всем телом. Пальцы вцепились в простыню. Они никогда не обсуждали, что именно Векна показал Уиллу. Никогда. Уилл опустил взгляд. Губы задрожали. — Он обманул меня. Он создал иллюзию. — Уилл снова говорил медленно, каждое слово выталкивал с усилием, будто вытаскивал из глубины. — Мне казалось, что я вернулся к вам. Что всё в порядке. И в момент, когда все собрались рядом и я рассказывал свой план, Генри вдруг появился там. Прямо среди нас. И сказал, чтобы вы меня не слушали. Потому что всё, что я пытаюсь сделать — это убить Эл, чтобы она не мешала. Потому что я хочу забрать тебя себе. Майк резко втянул воздух, как от удара под дых. Уилл даже не поднял глаз. — И Майк… Боже, все поверили. Все меня возненавидели. Даже Джонатан. — Голос сорвался на хрип. — Я никак не мог понять почему. Ведь он знал. Он не осуждал. И конечно я никогда не хотел поступить так с Эл. Я не понимал, почему все ему верят. Уилл сглотнул. Слёзы текли по щекам и падали на грудь. — И ты… ты подошёл ко мне. Сказал, что я тебе противен. Что жалеешь, что был моим другом. Что больше никогда не хочешь меня видеть. Майк инстинктивно потянулся вперёд, рука зависла в воздухе в нескольких сантиметрах от плеча Уилла не решаясь коснуться. — Боже, я бы никогда… Уилл слабо покачал головой не давая договорить. — В общем… после этого я понял, что мне придётся рассказать. Чтобы это не использовали против меня. Я конечно не смог назвать, про кого именно говорю. Но мне показалось, что ты понял. Что я говорю о тебе. И когда мы были на башне… и ты со мной заговорил… — он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. — Я думал, что сейчас потеряю сознание от страха. Майк видел, как дрожит нижняя губа Уилла, как он пытается взять себя в руки и не может. — А потом ты сделал чёртову паузу. — Уилл почти прошипел это слово, но в голосе не было злости, только бесконечная, измученная тоска. — Боже, Майк… ты сказал «нет, спасибо» и замолчал. Может тогда прошла секунда. Но мне показалось, что минут пять по меньшей мере. Я за это время успел обдумать все варианты. Начиная от того, что всё будет как в той иллюзии… заканчивая… — голос упал до шёпота. — …заканчивая тем, что ты скажешь, что у тебя ко мне что-то большее, чем просто дружба. Уилл посмотрел на Майка прямо, без защиты, без маски. Слёзы висели на ресницах, готовые упасть в любой момент. — Я стоял там и ждал. Каждую клеточку тела напряг до предела. Ждал, что ты либо добьёшь меня, либо… — он не сразу договорил. Просто пожал плечами. — Либо чуда. Но ты, конечно, в очередной раз подтвердил, что мы лучшие друзья. Как будто мы не обсуждали это раньше. И я всё равно собирался тебе рассказать о своих чувствах… после того, как всё закончится. Но Эл… с ней случилось это. Моё сердце было разбито, я так любил её, Майк. Я хотел уйти вместе с ней. Правда. Это было так несправедливо. И то, что стало с тобой… я видел, как ты страдал. Как ты не ел. Я не знал, что мне делать. Я сходил с ума, не знал, как тебе помочь. И конечно я не мог тебе ничего рассказать. Это бы уже выглядело, будто я действительно рад её смерти и хочу занять её место. Да и тебе… тебе конечно было не до меня. А потом мы приехали сюда. Я не мог поверить, что ты действительно сюда едешь. Я просто был рад, наблюдая, как тебе становится лучше. Я уже ни о чём не думал. Ну… то есть я не думал о любви. Он слабо улыбнулся.  — Но знаешь, реакции тела невозможно убрать так легко. Ты так сильно привлекал меня, что я ничего не мог с этим сделать. Пауза. Глубокий, дрожащий вдох. — Но тут я встретил Алекса. Которому я действительно понравился. Он водил меня гулять, я прекрасно понимал к чему он клонит. И в ту ночь, когда ты ушёл… мы практически поцеловались с ним. Но я отстранился. Я сбежал. Потому что не мог перестать думать о тебе. И именно в ту ночь ты предложил… дрочить в одной комнате. Я знал, что должен отказаться. Что я пожалею. Но я был пьян и я согласился. Боже… я просто воспользовался этим. Я так часто дрочил, думая о тебе… что не мог отказаться услышать, как ты это делаешь. Мне было так стыдно. Я пытался понять, что происходит, спрашивал у тебя… но ты не объяснял. И я продолжал пользоваться этим. Прости. Уилл сглотнул. Пальцы нервно теребили край простыни. — А потом ты предложил мне помочь. Ты буквально предложил потрогать мой член. И я решил, что… ну, может, ты не такой натурал. Особенно после того, как рассказал о своих проблемах в отношениях с девушкой. И я опять согласился из-за своего возбуждения и из-за того, как сильно тебя хотел. Он замолчал, опустил голову. — А потом я решил рискнуть. Проверить, как ты отреагируешь, если я тебе отсосу. И ты отреагировал так, будто хотел этого. И я просто позволил этому быть. Я согласился на «друзей с привилегиями», хотя знал, что в конце буду страдать. Поэтому решил, что по крайней мере я не отдам тебе свою девственность. Уилл поднял голову.  — А потом ты устроил мне чёртово свидание. И я решил, что… может быть, я тебе нравлюсь. Я так хотел, чтоб ты меня поцеловал. Но ты этого не делал. Это были бесконечные эмоциональные качели. Я заболел, и ты обо мне заботился… хотя не испытывал ко мне таких чувств. И мне хотелось тебя отблагодарить. Я знаю, что это жалко звучит. Уилл сжал губы, пытаясь сдержать новый всхлип. — И я был так возбуждён… боже, я так хотел, чтобы меня трахнул парень моей мечты, которого я так часто представлял в фантазиях… что в итоге всё это случилось. И когда возбуждение ушло… я понял, что через пару дней это всё закончится. Мы разъедемся и ты точно сделаешь вид, что всего этого не было. В колледже ты найдёшь девушку, с которой будешь счастлив и я снова буду смотреть, как ты бесконечно целуешься с ней. Уилл посмотрел на Майка, в глазах уже не было слёз, только пустота и усталость. — Поэтому я не хочу, чтобы ты меня целовал. Мне и так придётся помнить о том, что у нас было. Я не хочу ещё и помнить о том, что когда-то ты так целовал меня. Он резко выдохнул, словно поставил точку. — Это всё. Я сказал, что хотел. Можешь уходить. Хотя нет, лучше уйду я. Ты ни в чём не виноват. Проблема во мне.  Уилл попытался встать, ноги запутались в простыне, он покачнулся. Майк среагировал мгновенно. Его рука метнулась вперёд, пальцы крепко сомкнулись вокруг предплечья Уилла. — Не уходи. Уилл замер. Посмотрел вниз на руку Майка и на свои дрожащие пальцы. — Нет… я не могу так больше. Майк не отпустил. Только сжал чуть сильнее, большой палец лёг на внутреннюю сторону запястья, туда, где бился пульс. — Ты даже не хочешь услышать историю с моей стороны? Уилл горько усмехнулся. Смех вышел больше похожим на всхлип. — Майк, извини. Я сейчас не готов выслушивать в очередной раз о том, какие мы с тобой лучшие друзья. А может уже даже и не друзья вовсе. Я лучше пойду. Он снова дёрнулся. Майк подался вперёд, другой рукой коснулся щеки Уилла подушечками пальцев стирая последнюю слезу. — Уилл, прошу… ты должен меня выслушать. Я тебя выслушал. — Голос сорвался. — Мы должны покончить с этим. Я расскажу всё. Правда. Уилл снова медленно опустил взгляд на руку Майка, всё ещё державшую его предплечье. Потом на лицо. И ничего не сказал. Только едва заметно кивнул. Майк не отпускал его руку. — Я… Боже, это всё так тяжело. Я завидую твоей храбрости. Я не такой. Но знаю, что должен рассказать. Майк сделал паузу и глубоко вдохнул. — Когда вы уехали в Ленору… мне было ужасно. Я так сильно по тебе скучал. Я всегда по тебе скучал. Я вспоминал, как ты пропал, как мне было плохо без тебя. И тебя снова не было рядом. Я всё время тебе писал. Но не отправлял письма. Они так жалко звучали, что мне было стыдно. Я подумал, что скажу тебе, когда увижу. Как сильно я скучал. И когда я прилетел и увидел тебя… Не знаю. Я ожидал увидеть того Уилла, с которым прощался. А там был ты… Такой взрослый. И красивый. Мне стало неловко. Я не мог тебя обнять. Майк коротко мотнул головой, словно отгоняя воспоминание. — Я объяснил себе это тем, что переживаю, ведь ты так вырос и больше во мне не нуждаешься. Только потом понял… что ты просто так сильно привлекал меня, что я старался тебя оттолкнуть. Он сглотнул.  — И картина… мне жаль, что я не понял. Я правда не понял. Я так расстроился, что она не от тебя. И понял, что обязан Эл за её чувства. Ведь это я втянул её в эти отношения. Это было так жалко и глупо… Я зациклился на ней. Пытался что-то почувствовать. Но ты был рядом. И мне так хотелось о тебе заботиться. Я думал, что взорвусь от мыслей, поэтому полностью отключил их. Прости, что я сказал, что моя жизнь началась в тот день. Пальцы, всё ещё лежавшие на руке Уилла слегка сжались. — Это было не так. Я уже говорил… моим лучшим поступком было спросить у тебя: «Будешь ли ты моим другом?». Это был лучший день в моей жизни. Уилл смотрел на него не моргая. Майк придвинулся ближе. — И когда тебя вернули с Изнанки… — он сделал паузу. — Все дни, когда ты ко мне возвращался были лучшими. И когда ты нам рассказал о своей ориентации, я понял. Я понял, что ты говоришь обо мне. Но ты говорил об этом как о чём-то прошедшем. И я просто принял это как факт. Я переживал, что вёл себя так ужасно. И хотел проверить, что мы всё ещё можем быть друзьями. Поэтому я хотел узнать это на башне. Майк опустил взгляд на свои руки. — Потом… ну ты знаешь, что случилось. И от стыда и боли я не мог думать ни о чём, кроме своей потери. Я замечал, что ты рядом. И был благодарен. Но у меня не было сил на поддержку. Прости. Я знаю, что тебе тоже было очень больно. Я ужасный человек. И ужасный друг. А потом, после того сна, про который я рассказывал… я решил, что должен попробовать снова жить. И я бы не решился на эту работу, если бы не ты. Я знал, что ты будешь рядом. И было легче. Я снова начинал что-то чувствовать. И в общем… ну… Боже, Уилл, когда мы заснули вместе, у меня на тебя встал. Он сказал это быстро, почти выпалил, щёки вспыхнули красным. — Я был в шоке. Но успокоил себя тем, что дело не в тебе. Как ты понимаешь, я не трогал себя всё это время, пока страдал. И я подумал, что проблема в этом. Но потом начал понимать, что реагирую так только на тебя. Конечно я задумался о своей ориентации. Но мне никогда не нравились парни. Только ты. Я не знаю, что это. Наверное, у меня какой-то отдельный вид ориентации, в которой нравишься только ты. Он коротко и нервно усмехнулся. — Меня это ужасно пугало. Но я не мог остановиться. Ты так много всего разрешал и я просто это принимал. Я боялся задумываться глубоко. Не знал, что будет дальше. Боялся спросить тебя. Я не хотел, чтоб это заканчивалось. Майк замолчал. Дыхание стало чаще. Он смотрел прямо на Уилла. — И Уилл… я так сильно хотел тебя поцеловать. Я так часто был близок к этому. Но мой страх мне мешал. Я хотел знать, хочешь ли ты. Но не спрашивал. Не знаю почему заниматься всем этим было легче, чем просто спросить. Он протянул вторую руку. Пальцы снова коснулись щеки Уилла. — И я не знаю, кто я. Не знаю, что нас ждёт дальше. Я знаю только, что сейчас мне хочется завернуть тебя в одеяло, прижать к себе и не отпускать. Чтоб никто никогда не сделал тебе больно. Я так хочу, чтоб ты был моим, Уилл. Я так люблю тебя. Так сильно люблю. Уилл смотрел на него широко раскрытыми глазами. — Ты что? — Я люблю тебя, Уилл. Уилл резко мотнул головой. — Нет… ты не любишь. Тебе просто жаль меня после всего, что я рассказал. Майк наклонился ещё ближе. Лоб почти коснулся лба Уилла. Пальцы мягко скользнули к затылку. — Это не так. Мне жаль, что я не рассказал тебе это раньше. До того, что мы сделали. Я бы хотел, чтоб это было твоим хорошим воспоминанием… а не тем, что из этого получилось. Слов больше не было. Они просто молча легли рядом. Майк повернул голову. Посмотрел на Уилла, на его растрёпанные волосы, на припухшие губы, на глаза, которые всё ещё блестели. — Уилл. — Что? — Можно я тебя поцелую?