крест её выбора

Пелион вздрогнул так, будто удар пришёлся по нему ещё до того, как кулак достиг цели. Воздух вокруг словно сгустился. Лейн медленно подняла глаза. В её взгляде не было ни усталости, ни прежней мягкой грусти — только жажда. Тёмная, глубокая, почти пугающая. Но чего? Ответа не было. Каин ударил Пелиона резко, без предупреждения. Глухой звук удара прорезал пространство. Из носа хлынула кровь — густая, алая, она быстро закапала на пол. Металлический запах тут же смешался с холодом вечернего воздуха. Авель шагнул вперёд. Его лицо было искажено злостью. Он схватил брата за плечо, развернул к себе и замахнулся — яростно, не думая о последствиях. Лейн действовала иначе. Без крика, без суеты. Она быстро подошла к Пелиону и ловким движением вытащила из его кармана телефон. Он стоял, согнувшись, кровь стекала по губам, капала на кафель, а он машинально вытирал её ладонью, будто это могло что-то исправить. Каин уже бил Авеля. Удары сыпались один за другим — тяжёлые, точные. Друзья Авеля стояли в стороне. Они не двигались. Не потому что не хотели помочь — они боялись. Каина боялись по-настоящему. Намного больше, чем когда-либо боялись Авеля. Окровавленный кулак Каина двигался с пугающей методичностью. Второй рукой он держал Авеля за воротник рубашки, почти приподнимая его над землёй. Ткань трещала. Кровь брызгала на асфальт. Лейн стояла позади. Наблюдала. Но когда лицо Авеля стало почти неузнаваемым — сплошная кровь, разбитые губы, мутный взгляд — она резко шагнула вперёд, схватила Каина за запястье. — Хватит. Голос прозвучал тихо. Но в нём было больше силы, чем в крике. Каин замер. Его грудь тяжело поднималась. Несколько секунд он просто смотрел вперёд, будто возвращался из какого-то тёмного места внутри себя. Друзья Авеля тут же подбежали, подхватили его под руки и поспешно унесли прочь, оглядываясь через плечо. Наступила странная тишина. Каин медленно повернулся к Лейн. На его лице тоже была кровь — чужая и своя. Взгляд ещё горел, но постепенно остывал. — Проводи меня… — промямлила Лейн, и теперь в её голосе появилась усталость. Они пошли вместе — почти молча, под руку, в сторону её дома. Их шаги глухо отдавались в пустом дворе. Ян остался один. Разбитый телефон лежал на холодном кафеле. Экран был чёрным, треснувшим, как его собственные мысли. В глазах Яна застыла тоска — вязкая, тяжёлая. «Что она с ним делает?» — вспыхнуло в голове. Он медленно поднялся и зашёл в свою квартиру. Дверь закрылась с глухим щелчком, отрезая его от улицы. Но ноги его не удержали. Он сполз по стене и сел прямо у двери. Маска всё ещё была зажата в руке. В квартире было тихо. Слишком тихо. Спустя несколько минут он механически переоделся и лёг в кровать. Потолок казался бесконечным. В голове было пусто — пугающе пусто, будто всё выгорело. Спустя час вдруг мысль прорезала это оцепенение. «Что они могут делать вдвоём ночью у неё в квартире?» Сердце ударило сильнее. Ян резко вскочил. Темнота комнаты словно стала плотнее. Ян резко распахнул дверь своей квартиры и почти бегом бросился к её квартире. Сердце стучало так громко, что, казалось, его услышат даже за стенами. Он подбежал к двери в её квартиру и замер на секунду, переводя дыхание. Потом метнулся к окну. — Чёрт… ничего не видно, — пробубнил он. Ян подошёл ближе. Ещё ближе. Почти вплотную. Стекло холодило лоб, дыхание оставляло мутные пятна. Он всматривался в освещённую комнату, пытаясь различить силуэты. Никого. Но свет по-прежнему горел. «Где же они? Неужели в её спальне?» — пронеслось в голове. От этой мысли внутри всё сжалось. Горло пересохло. Он не хотел представлять это. Не хотел верить. Резко отступив от окна, Ян направился к двери и нажал на звонок. Раз. Ещё раз. И ещё. Палец будто жил своей жизнью — настойчиво, упрямо. Тишина. Потом шаги. — Кто там? — тихо спросила Лейн из-за двери. — Ян, — грубо ответил он. Замок щёлкнул. Дверь открылась. Лейн стояла в пижаме, со стёртым макияжем. Волосы были собраны наспех, лицо казалось уставшим. Она выглядела так, будто действительно собиралась спать. — А ты чего так поздно? — спокойно спросила она. — Ты одна? Можно я зайду? Он уже переступил порог, не дожидаясь ответа. Лейн невольно отступила назад. Она оказалась совсем близко — её дыхание касалось его груди. — Я не одна. Слова прозвучали тихо, но отчётливо. — А с кем? Ян резко поднял голову и огляделся. Гостиная была пуста. Свет мягко освещал диван, стол, стены — никого. — Ко мне приехал мой брат. — Какой брат? — Ян непонимающе уставился на неё. Лейн отвела взгляд в сторону. — Сводный. В этот момент из ванной донёсся щелчок замка. Дверь медленно открылась. И в проёме появился Каин. Он выглядел странно, на лице были следы недавней драки: припухшая скула, тёмная полоска засохшей крови у виска. Его взгляд спокойно скользнул по Яну. В комнате стало тесно. — Каин, это мой брат Ян, — внимательно, почти подчёркнуто произнесла Лейн. – Уютненько… – тихо произнёс Каин, стоя совсем близко, почти заслоняя Лейн свет лампы.  – Тебе нужно смыть кровь с руки и рубашки. В её голосе не было приказа — только спокойная, странная мягкость, от которой по коже пробежали мурашки. Каин устало посмотрел на Лейн. Её  пальцы дрожали. – Покажешь ванную? – спросил он тише, чем хотел. Она кивнула. Лейн провела его по тёмному коридору. Под ногами тихо поскрипывал паркет, в квартире стояла плотная вечерняя тишина. Когда дверь ванной закрылась, она задержалась на мгновение, прислушиваясь к шуму воды, а затем ушла в спальню. Сняв юбку и колготки, Лейн замерла. На ногах алели ссадины, тонкие царапины пересекали кожу, кое-где запеклась кровь. Боль пришла не сразу — сначала было только тупое ощущение чужого тела. Она выпрямилась, оставаясь в одном белом топике. Холодный воздух комнаты коснулся разгорячённой кожи. Лейн уже шагнула к двери, собираясь выйти в гостиную, но вспомнила — там Каин. Сердце неловко ударилось о рёбра. Она осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Свет из ванной всё ещё пробивался полосой по полу. Кажется, он был ещё там. Быстро, почти бесшумно Лейн выбежала к шкафу, нашла аптечку и вернулась обратно. Щёлкнула защёлка, пахнуло спиртом и лекарствами. И в этот момент — – Белый топик. Голос прозвучал приглушённо, с едва заметной усмешкой. Не рядом — но достаточно близко, чтобы её щёки вспыхнули. Лейн замерла. В мыслях она коротко выругалась. Конечно. Он видел. Она торопливо села на край кровати и принялась обрабатывать раны. Вата пропитывалась антисептиком, кожа жгла, пальцы дрожали сильнее, чем от боли. Наконец, переодевшись в мягкую пижаму, она глубоко вдохнула и вышла в гостиную. Свет там был приглушённым. За окном темнел город, редкие машины проезжали внизу, оставляя на потолке скользящие отблески фар. Каин сидел на диване, запрокинув голову и закрыв глаза, будто отдыхал. Его мокрые после умывания волосы отбрасывали тень на лицо. Он выглядел слишком спокойным. – Авель твой брат? – спросила Лейн, остановившись в нескольких шагах. – Да. Короткий ответ повис в воздухе. Она подошла ближе, машинально теребя рукав пижамы, разглядывая его черты в полумраке. – Почему у вас такие отношения? Каин не сразу открыл глаза. В комнате стало как будто холоднее. – Какие? – наконец спросил он. Лейн сглотнула. – Ну… не совсем хорошие. Как будто между вами только ненависть. Тишина затянулась. С улицы донёсся далёкий звук сирены.