Ты делаешь мейк, я влетаю в слэм

25 июня 2022

      Элевен проснулась оттого, что солнце светило прямо в лицо. Она не задернула шторы вчера, когда вернулась с набережной, — просто рухнула в кровать. В комнате пахло утренней свежестью и остывшим чаем. Эл села на кровати, потянулась и первым делом схватила телефон.       Сообщения от Макс.

***

«слэм-патруль»

+1-XXX-XXX-XXXX

доброе 10:15 я сегодня с уиллом в парке 10:15 может ты с нами? 10:15 он мой лучший друг вы должны познакомиться 10:15       Эл перечитала последнее сообщение три раза. Познакомиться с лучшим другом. Это что-то значило? Или ничего не значило? Она так плохо разбиралась в этих социальных действиях, в этих неписаных правилах дружбы, которые все вокруг, кажется, впитывали с молоком матери.

Привет

11:21

Я хорошо

11:21

Во сколько?

11:21

в 12 в центральном 11:22 уилл будет фоткать я кататься 11:22 пойдет? 11:22

Я приду

11:22

***

      Эл задумалась. А что, если Уилл её невзлюбит? Что, если он посчитает её странной, чужой, как все всегда считали? Что, если Макс рядом с ним станет другой — менее доступной, более далёкой?       Она отложила телефон и пошла умываться. Смотрела на себя в мутное зеркало. Тёмные круги под глазами — плохо спала. Волосы торчат в разные стороны. Надо было что-то с этим делать, но она не умела. В итоге она просто расчесалась, надела чистую футболку — не чёрную, а тёмно-синюю, которую почти не носила, — и джинсы. Посмотрела на свои кеды. Старые, потёртые, с дыркой, но других не было.       Ровно в двенадцать Джейн была почти на месте встречи. Фонтан, стоявший в центре, был старый, с облупившимися каменными львами, из пастей которых лилась вода. Вокруг на скамейках сидели мамаши с колясками, пенсионеры с газетами и парочки, которые ворковали, не замечая никого вокруг.       Эл сразу увидела Макс. Ту было невозможно не заметить: рыжие волосы горели на солнце, как сигнальный огонь. Она сидела на бордюре фонтана, крутила в руках скейт и о чём-то разговаривала с парнем, стоящим рядом. Он был примерно их возраста, невысокий, с тёмными аккуратными волосами и внимательными карими глазами. На нём была клетчатая рубашка с закатанными рукавами и старые джинсы, а на шее висел фотоаппарат — такой, какие Эл видела только в фильмах, старый, плёночный, с блестящими объективами.       — Эл! — Макс заметила её и вскочила, замахав рукой, — Иди сюда!       Элевен подошла, чувствуя, как предательски горят щёки. Она переводила взгляд с Макс на незнакомца и обратно.       — Это Уилл, — рыжая ткнула пальцем в сторону парня, — Мой лучший друг.       — Привет, — он улыбнулся. Улыбка у него была мягкая, спокойная, не навязчивая, — Макс много о тебе говорила, но подробностей ноль, как всегда.       — Я не люблю подробности, — фыркнула Макс.       Уилл посмеялся. Смех у него был приятный, открытый. Он протянул Джейн руку:       — Приятно познакомиться. Макс редко кого приводит знакомиться. Я польщён.       Эл пожала его руку. Ладонь у него была тёплая и сухая, рукопожатие уверенное, но не сильное, не давящее.       — Взаимно, — сказала она и почувствовала, что напряжение немного отпускает. Уилл не выглядел опасным. Он выглядел… добрым, даже милым.       — Ну что, идём? — Макс подхватила скейт, — Я хочу покататься, пока солнце не припекло совсем. Уилл, ты будешь меня снимать?       — Я буду снимать всё, — поправил он, поглаживая фотоаппарат, — И всех. Эл не против?       — Я не против, — Элевен пожала плечами. Она вообще не знала, как относиться к тому, что её будут фотографировать. Её почти никогда не фотографировали. На школьных снимках она всегда выходила испуганной и чужой.       Они пошли в сторону скейт-парка, который находился в конце. Макс катилась впереди, выделывая пируэты, прыгая через трещины в асфальте и делая вид, что вот-вот упадёт, но каждый раз удерживая равновесие в последний момент. Уилл шёл рядом с Эл, время от времени поднимая фотоаппарат и щёлкая то чаек над водой, то профиль Макс на фоне солнца, то отражение облаков в луже.       — Ты давно знаешь Макс? — спросила Джейн, когда они отошли достаточно далеко, чтобы их разговор не был слышен.       — Лет с восьми, наверное, — Уилл задумался, — Мы в одном дворе росли и учились. Она вечно ввязывалась в драки, а я вечно её оттуда вытаскивал. Или наоборот. Хотя я никогда не дрался, просто стоял рядом и орал, чтобы прекратили.       — Вы похожи.       — Правда? — он улыбнулся, — Нам часто говорят, что мы как брат и сестра. Только она рыжая, а я нет. И характер у неё — огонь, а я больше по части тишины.       — Это хорошо, — серьёзно сказала Элевен, — Тишина — это хорошо.       Уилл посмотрел на неё внимательно, как будто видел что-то, что другие не замечали.       — Ты тоже из тихих, да?       — Ага.       — Это нормально. Знаешь, в тишине иногда больше смысла, чем в тысяче слов.       Эл кивнула. Ей нравился этот парень. Он не пытался её разговорить, не лез в душу, не задавал неудобных вопросов. Он просто был рядом, и это было… комфортно.       Скейт-парк оказался бетонной ямой с разными горками, перилами и полусферами. Там уже катались несколько парней на скейтах и один на велосипеде BMX. Макс, не дожидаясь никого, спрыгнула вниз и через секунду уже резала дуги по чаше, поднимая клубы пыли.       Уилл сел на бетонный бордюр наверху, похлопал рядом с собой:       — Садись, тут лучший обзор.       Джейн села. Смотрела, как Макс носится внизу, как её рыжие волосы развеваются на поворотах, как она подпрыгивает, делая какие-то трюки, которые Эл не знала как называются, как смеётся, когда у неё получается что-то особенно сложное, и матерится, когда падает.       — Она классная, да? — Уилл, не глядя на Эл, наводил объектив на подругу.       — Очень, — выдохнула Эл и тут же испугалась. Слишком честно.       Но парень ничего не сказал. Он щёлкал затвором, ловя кадры.       — Я рад, что у неё появился ещё кто-то, — сказал он через минуту, — Макс последнее время… ну, после всего, что с Билли случилось, после того, как она съехала… она была одна. Человеку нужен кто-то, кроме работы и скейта.       — Билли? — осторожно спросила она.       Уилл помолчал. Потом вздохнул:       — Это не моя история. Она сама тебе расскажет, если захочет. Но вкратце — брат у неё был. Сводный. Отчим притащил. Макс с ним сначала не ладила, он её бесил, она его бесила. А в какой-то момент они стали прям, как брат и сестра, но он… ну, погиб. И она до сих пор это переживает. Хотя вида не показывает.       — Мне жаль... — Эл смотрела на Макс, которая как раз влетела в полусферу, подпрыгнула, сделала в воздухе пол-оборота и приземлилась на асфальт, поскользнулась и растянулась на бетоне, — Ой!       — Не волнуйся, — парень усмехнулся, — Она железная, — он привстал, опуская камеру, — Вставай, Макс, не позорься!       Снизу донеслось что-то нецензурное, но рыжая встала, отряхнула колени, на которых тут же выступила кровь, и показала им средний палец. А потом засмеялась. Эл смотрела на неё и чувствовала, как в груди разливается то самое тепло. То, о котором нельзя было думать, потому что был Майк, потому что надо было быть благодарной.       Макс поднялась наверх, тяжело дыша, потная, с разбитой коленкой и счастливыми глазами.       — Видели? Я почти сделала олли!       — Ты чуть не убилась, — поправил Уилл, — Иди сюда.       Он достал из рюкзака маленькую аптечку — Эл даже удивилась, кто вообще носит с собой аптечку? — и ловко, привычными движениями начал обрабатывать ссадину перекисью. Макс шипела и дёргалась, но терпела.       — Терпи, — приговаривал парень, — Сама виновата, выпендриваешься много.       — Я не выпендривалась, я тренировалась!       — Ага, тренировалась убиваться об асфальт. Ты в этом мастер!       Эл смотрела на них и улыбалась. Впервые за долгое время улыбалась просто так, без причины. Просто потому, что рядом были эти двое — рыжий ураган и спокойный парень с фотоаппаратом — и между ними было столько тепла, что оно невольно передавалось всем вокруг.       — Эл, иди сюда, — начала говорить Макс, когда Уилл закончил с её коленом, заклеив его пластырем с мишками, — Давай я тебя прокачу.       — Я не умею, — испугалась Джейн.       — Научу. Держаться за меня — это всё, что нужно.       — Макс, не пугай человека, — парень покачал головой.       — Я не пугаю, я предлагаю! Хочешь?       Элевен посмотрела на скейт, на бетонную яму, на острые углы и твёрдые поверхности. Потом посмотрела в глаза Макс — голубые, прозрачные, с веснушками вокруг, которые смешно собирались у переносицы, когда она улыбалась.       — Хочу, — сказала Эл.       — Охренеть, — выдохнул Уилл, — Ну, я буду снимать историческое событие.       Спуститься в скейт-парк оказалось страшно. Бетонные стены уходили вверх, асфальт внизу был шершавым, и Эл представила, как её кожа встречается с ним на скорости. Но Макс держала её за руку, и это придавало сил.       — Вставай на доску, — скомандовала рыжая, — Руки держи свободно.       Элевен встала. Доска сразу же попыталась уехать из-под ног.       — Не бойся, я держу, — Макс стояла рядом, придерживая её за локоть, — Просто стой, привыкай. Аккуратнее.       Джейн стояла, доска вибрировала под ногами, хотела сбежать, но Макс была рядом, и её пальцы на локте были тёплыми и надёжными.       — А теперь толкнись немного, — она показала, как ставить ногу, — Просто катись прямо, я рядом.       Элевен толкнулась. Доска поехала. Медленно, неуклюже, со скрипом колёс по асфальту. Джейн замахала руками, пытаясь удержать равновесие.       — Молодец! — заорала Макс, бегущая рядом, — Отлично! Ещё толчок!       Та толкнулась ещё раз. И ещё. Она ехала. Медленно, коряво, смешно, но ехала! Ветер дул в лицо, солнце слепило глаза, и в груди росло что-то огромное, светлое, незнакомое.       — Тормози! — крикнула рыжая, когда они приблизились к бортику, — Ставь ногу на асфальт!       Элевен попробовала, но не рассчитала скорость, нога подвернулась, и она полетела вперёд, прямо на Макс. Они обе рухнули на бетон, переплетясь руками и ногами, и сверху донёсся щелчок фотоаппарата.       — Больно, — прошептала Эл, чувствуя, что колено горит огнём, а ладони саднит.       — Жива? — Макс приподнялась на локтях, вглядываясь в её лицо. Они были так близко, что Джейн видела каждую веснушку, каждую ресницу, маленький шрам на подбородке, — Эл, ты как?       — Жива, — выдохнула Эл.       — Классный кадр, — донеслось сверху. Уилл стоял на бортике и довольно улыбался, глядя на дисплей своего старого Полароида, из которого выползала белая карточка, — Прям как в кино. Драма.       — Заткнись, Байерс! — рявкнула рыжая, но щёки у неё покраснели. Она быстро вскочила, протянула руку Эл, — Давай вставай. Второй раз ушибёшься — буду тащить на себе.       — Хорошо, что не на горбу, — фыркнул парень, спускаясь к ним с фотоаппаратом в одной руке и проявленной фотографией в другой, — Держи, Эл, на память о первом падении.       Эл взяла фото. На нём были они с Макс — сплетённые, падающие, с испуганными и счастливыми лицами одновременно. Кадр был немного смазанным, зернистым, но в этом была своя красота.       — Спасибо, — сказала Элевен, пряча фото в карман, — Это… очень круто.       — У меня таких тысяч пять, — отмахнулся Уилл, — Если хочешь, могу тебя отдельно поснимать. Ну, портреты.       — Я не умею позировать, — испугалась Эл.       — А ты не позируй. Просто будь собой. Я поймаю.       — Давай, давай, — подтолкнула Макс, — Уилл реально крутой фотограф. У него даже выставка была в школе.       — Одна, — поправил тот, — И это была школьная выставка, там все были.       — Но ты был лучший.       — Ладно, — согласилась Джейн, — Только… не делай меня страшной.       — Ты не можешь быть страшной, — просто сказал Уилл и поднял фотоаппарат, — Смотри сюда.       Эл посмотрела. Щелчок.       — А теперь не смотри.       Она отвела взгляд. Щелчок.       — А теперь улыбнись.       Элевен попыталась улыбнуться, но вышло натянуто.       — Не так, — Уилл опустил камеру, — Не для фото, а просто… вспомни что-то хорошее.       Эл закрыла глаза и вспомнила. Как Макс держала её за локоть. Как смотрела на неё, когда они лежали на бетоне. Она открыла глаза и улыбнулась. По-настоящему.       Щелчок.       — Готово, — довольно сказал Байерс, — Вот это кадр.       Они проторчали в скейт-парке до самого вечера. Элевен больше не падала, но каталась смешно и неуклюже, держась за руку Макс. Уилл снимал всё подряд. Закат над набережной. Чайку, которая украла у какого-то парня бутерброд. Потом он показывал фотографии, объяснял, почему выставил диафрагму так, а выдержку этак. Эл слушала и удивлялась, как много он знает о своём деле.       К семи вечера они устали, проголодались и замерзли, хотя июньский вечер был тёплым. Макс предложила заехать в пиццерию на набережной — «там дёшево и вкусно». Пиццерия была маленькой, тесной, с пластиковыми столиками и пахло там сыром, тестом и жареным луком. Они сидели за столиком у окна, пили газировку и ждали пиццу. Уилл листал в телефоне свои фотографии, показывал лучшие Эл. Макс крутила в руках трубочку, задумчиво глядя в окно.       — Слушай, Эл, — вдруг сказала она, — А твой Майк… он вообще знает, где ты сегодня была?       Эл поморщилась. Весь день она старалась не думать о Майке, и это было легко — рядом с Макс и Уиллом мир сужался до их компании, до скейт-парка. Но сейчас напоминание упало как холодный камень в тёплую воду.       — Не знаю, — честно сказала она, — Мы не общались сегодня.       — А он не пишет? Не звонит?       — Утром писал. Я не ответила.       Макс удивлённо подняла бровь. Байерс перестал листать фото и внимательно посмотрел на Джейн.       — Почему? — спросил он мягко.       — Не знаю, — она пожала плечами, — Просто… не хотелось.       — Правильно, — кивнула Макс, — Пусть знает, что ты не обязана быть на связи 24/7.       — Ты же не знаешь ситуацию, — осторожно заметил Уилл.       — А чего там знать? — рыжая фыркнула, — Бросил её со шкафом, пропал на полдня, даже не извинился нормально. Нормальные парни так не делают.       — Макс, — парень вздохнул, — не лезь.       — Я не лезу, я просто говорю, что думаю.       Эл смотрела на них и чувствовала странное умиротворение. Они спорили о ней, но в этом не было осуждения. Макс злилась за неё, Уилл пытался сгладить углы, и оба были на её стороне. Просто так, без причины. Потому что она была частью их компании.       Принесли пиццу. Огромную, дымящуюся, с тянущимся сыром. Они набросились на неё как голодные гиены, забыв про разговоры. Элевен ела и думала, что это лучшая пицца в её жизни. Может, потому что правда вкусная. А может, потому что рядом были они. После пиццы Макс проводила её до общаги на мотоцикле. Уилл с ними, сидя сзади и держась за специальную ручку — Макс объяснила, что он боится мотоциклов, но терпит ради неё. Удивительно, как им хватило места на троих.       Прощаясь, Уилл протянул Элевен снимок, который сделал днём — тот самый, где она улыбалась по-настоящему.       — Держи. Это твой первый портрет в моей коллекции.       — Но у тебя же останется? — Эл посмотрела на фото.       — У меня есть негатив. А это тебе.       — Спасибо, — Джейн спрятала фото в карман, к первому, где они с Макс падали, — Вы сегодня… спасибо вам.       — Без проблем, — Макс махнула рукой, — Завтра увидимся?       — Если хочешь.       — Хочу. Байерс, ты как?       — Я всегда за, — улыбнулся Уилл, — Можем в кино сходить. Или к нам, я новые ужастики нашёл.       — Вы живете вместе?       — Ага, так дешевле и веселее. Давай к нам, — предложила рыжая, — придёшь?       — Приду, — ответила Элевен, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.       В общаге, лежа в кровати, она достала два фото и долго смотрела на них.       Телефон завибрировал. Майк.

***

«Майк <3»

+1-XXX-XXX-XXXX

Ты где была весь день? 21:23 Я волновался 21:23

Гуляла с друзьями

21:24

С какими друзьями? 21:24

Новыми

21:28

***

      Она отключила звук и повернулась на бок.

26 июня 2022

      а следующий день Эл проснулась с мыслью, что вечером увидит Макс. И Уилла, конечно, но в мыслях почему-то была только рыжая.       Она сходила на пары, механически отсидела лекции, даже не пытаясь вникать. Преподаватель по психологии что-то рассказывал про когнитивные искажения, а Эл смотрела в окно и думала про веснушки. Перед обедом ей написала Макс:

***

«слэм-патруль»

+1-XXX-XXX-XXXX

во сколько освобождаешься? 13:12 я заеду 13:12

В 3

13:13

я буду у общаги 13:13 уилла тоже захвачу 13:13

Спасибо

13:13

***

      После пар она быстро забежала в комнату, переоделась, причесалась, посмотрела на себя в зеркало. Вроде нормально.       Внизу её уже ждали. Макс сидела на мотоцикле, болтая ногой, а Уилл стоял рядом, облокотившись на парапет, и листал что-то в телефоне. Увидев Элевен, рыжая улыбнулась так, что у той перехватило дыхание.       — Готова?       — Ага.       — Тогда поехали. Запрыгиваем! — Макс протянула шлем.       Дорога до чужого дома заняла минут пятнадцать. Они жили в старом районе, в пятиэтажке с облупившейся краской и железной дверью, которая не закрывалась до конца. Третий этаж, длинный коридор с ободранными стенами, несколько дверей.       — Заходи, — Уилл открыл дверь ключом, — Только не пугайся бардака.       Джейн вошла и замерла.       Квартира была маленькой, но удивительно уютной. Прихожая сразу переходила в комнату, совмещённую с кухней. В углу стоял старый диван, заваленный подушками, у стены — тумба с телеком, на полу — разбросанные журналы, какие-то детали от скейта, гитара в углу. На кухонной стойке гора немытой посуды, но в этом не было грязи, был какой-то творческий беспорядок. На стенах висели постеры групп, которые Эл не знала, и несколько фотографий в рамках — судя по стилю, Уилла. Чуть дальше была ещё одна дверь, видимо, комната парня, возле которой была дверь в ванную.       — Скромно, но своё, — Макс прошла внутрь, скинула кеды прямо посреди пола, — Чай, кофе, кола?       — Чай, — Эл всё ещё оглядывалась. На подоконнике стояли цветы в горшках — живые, настоящие, с ярко-зелёными листьями. Это было так неожиданно, что она не сдержала улыбки.       — А, это, — рыжая проследила за её взглядом, — Кактус мамы Уилла. Точнее, его правнук. Она нам его дала, когда съезжали, сказала: «Без живого существа с ума сойдете, а с кактусом хоть разговаривать можно». Я не разговариваю, но поливаю.       — Он красивый, — Джейн подошла ближе. Кактус был колючий, с красноватым отливом на макушке, — У меня никогда не было цветов.       — Хочешь, отросток дам? — Макс замерла с чайником в руках, — Они легко размножаются. Я могу отломить маленький, посадить в горшок, через месяц укоренится.       — Правда? — Элевен обернулась, — Можно?       — Легко. Потом, вечером, ладно?       Они пили чай на кухне, сидя на высоких табуретках. Макс рассказывала про эту квартиру — как искали, как снимали, как первый месяц спали на матрасах на полу, потому что мебель не на что было купить. Постепенно, по частям, появился диван, потом кровать, потом тумба, потом телик, который она нашла на помойке и починила сама.       — Ты умеешь чинить телики? — удивилась Эл.       — Не только, — Макс усмехнулась, — Меня Билли научил. Ну, сводный брат. Он в этом шарил. Мы с ним вечно что-то паяли, разбирали, собирали.       Эл не знала, что сказать, просто сидела и смотрела на неё. Макс сглотнула, отвела взгляд, потом тряхнула головой, будто отгоняя мысли.       — Закажу покушать? — разбавил обстановку Уилл.       — Я могу заплатить, — спохватилась Элевен, — За вчерашнюю пиццу, за сегодняшнюю еду… у меня есть деньги.       — Не надо, — отрезала Макс, — Ты гостья. И вообще, не начинай.       — Но…       — Слушай, Эл, — рыжая повернулась к ней, и взгляд у неё был серьёзный, почти строгий, — Ты не обязана всё время платить и благодарить. Друзья просто так помогают, без счёта. Поняла?       — Поняла, — тихо сказала Джейн, чувствуя, как щиплет в глазах. Никто никогда не говорил ей таких слов. Майк принимал её благодарность как должное. А тут… почти чужой человек говорит, что можно просто быть, без долгов.       — Вот и славно, — Макс улыбнулась, и веснушки на её носу снова собрались в смешные складочки.       — Мы купили ещё чипсы и всякую такую ерунду, — начал Уилл, — Мало ли, захотим жрать посреди ночи.       — Мы не на всю ночь, — попыталась возразить Эл, но Уилл только махнул рукой.       — Посмотрим.       Они устроились на диване. Байерс включил телик, покопался в своих запасах дисков и достал стопку ужастиков.       — Что хотим? Классика, слэшер, мистика, зомби?       — Ты выбирай, — Макс села на диван, поджав ноги.       — Эл? — Уилл повернулся к ней.       — Я… не знаю. Что хотите.       — Давайте «Синистер»? — начала рыжая, — Не боишься?       — Я ничего не боюсь, — сказала Эл и тут же подумала, что это неправда. Она боялась многого. Толпы. Громких звуков. Темноты. Одиночества.       — Проверим, — хмыкнула Макс и Уилл вставил диск.       Эл смотрела на экран. Первое время она вообще не понимала смысла, но под конец очень заинтересовалась. Она не заметила, как в какой-то момент придвинулась ближе к Макс. Или это Макс придвинулась к ней? На плечо ей легла чья-то рука — Уилл, кажется, перегнулся через подлокотник кресла и накрыл её ладонь своей, успокаивающе сжал.       — Всё нормально? — шепнул он.       — Ага, — выдохнула Элевен.       Когда фильм кончился, в комнате зажегся свет, и они сидели молча, переваривая увиденное.       — Ну как? — спросила Макс.       — Круто, — честно призналась Эл, — Очень интересно под конец было. Мне понравилось       — Класс, — Макс довольно потянулась, — Значит, удачный выбор. Давайте следующий?       — Ты её до инфаркта доведёшь, — засмеялся Уилл, — Давай что-то полегче, для разрядки.       — Ну, «Крик»? Там хоть слэшер, но с самоиронией.       — Идёт.       Следующие несколько часов они смотрели «Крик». Эл уже не так боялась, потому что Макс комментировала каждый убийственный момент, объясняла правила хорроров и предсказывала, кто умрёт следующим. Уилл подливал колу, подкладывал чипсы и иногда спорил с Макс.       — Нет, гостфейс — это точно не Чарли, это же очевидно!       — Сто процентов он, — возражала Макс, — Ты просто не обращаешь внимания на детали.       Эл смотрела на них и улыбалась. Она почти забыла, что такое — просто сидеть с кем-то, смотреть кино, спорить о пустяках, чувствовать себя своей.       Когда закончилась четвертая часть, часы показывали половину первого ночи.       — Ого, — Уилл зевнул, — я наверное спать. Надо Эл проводить.       — Я провожу, — рыжая встала, — Как ты её проводишь?       — Ну, можем вместе, — парень пожал плечами, — Эл, как тебе удобнее?       Джейн посмотрела на Макс, потом на Уилла. Оставаться одной в комнате с кем-либо из них было… страшно? Волнительно? Она не знала, как это назвать. Но где-то в глубине души хотелось остаться.       — Я… — начала она.       — Оставайся, если хочешь, — Макс сказала это будто невзначай, но в глазах мелькнуло что-то быстрое, неуловимое, — ты же не против, Уилл?       — Не против, — Уилл перевёл взгляд с Макс на Эл и обратно. В этом взгляде было что-то понимающее, — Я тогда к себе?       — Ага, — Макс махнула рукой, — Сладких снов.       Уилл ушёл. В комнате стало тихо и как-то… тесно. Эл стояла посреди комнаты, не зная, куда себя деть.       — Ты спать хочешь? — спросила рыжая, убирая пустые бутылки и упаковки от чипсов.       — Не знаю, — честно сказала Элевен, — Наверное, нет.       — Я тоже не хочу. Давай ещё посидим? Можем сыграть во что-нибудь.       — Давай.       Макс включила приставку, села на диван, похлопала рядом с собой. Эл села. Ближе, чем в прошлый раз. Макс играла хорошо, даже слишком. Джейн постоянно проигрывала.       — Можно спросить? — сказала рыжая.       — Да.       — Ты с Майком… ты его любишь?       Вопрос повис в воздухе. Элевен открыла глаза, посмотрела на Макс. Та смотрела на геймпад, теребя его.       — Я не знаю, — медленно сказала Эл, — Раньше думала, что да. Он первый, кто… заметил меня. В школе. Я была новенькая, странная, со мной никто не разговаривал. А он подошёл. Просто подошёл и спросил, как дела. Я думала, это любовь.       — А теперь?       — А теперь… — она замолчала, подбирая слова, — Теперь я не знаю. Когда он рядом, я не чувствую того, что… что должна, наверное. Я не скучаю, когда его нет. Я не хочу ему ничего рассказывать. А когда я с тобой…       Она осеклась.       — Когда ты со мной? — Макс подняла голову, и их взгляды встретились.       Эл видела своё отражение в голубых глазах. И что-то ещё. Что-то, от чего сердце начинало биться быстрее.       — Мне хорошо, — прошептала она, — Спокойно. Как будто я дома, хотя у меня никогда не было дома.       Макс молчала долго. Так долго, что Джейн испугалась — сказала что-то не то, разрушила всё. Но потом рыжая улыбнулась. Не той обычной улыбкой, которой улыбалась всем, а другой — мягкой, почти робкой.       — Я тоже так себя чувствую, — сказала она тихо, — Когда ты рядом.       Они сидели в тишине. За окном шумел редкий транспорт. В комнате было темно, только свет от фонаря пробивался сквозь неплотные шторы и рисовал полосы на полу.       — Эл, — сказала Макс после долгой паузы.       — М?       — Ты когда-нибудь думала… ну… что Майк тебе не нужен? — вопрос был как удар током. Элевен замерла, — Прости, — быстро сказала Макс, — Забудь. Я не должна была…       — Нет, — перебила Эл, — Всё нормально. Я просто… никогда об этом не думала. А что я хочу на самом деле — я не знаю.       — А чего ты хочешь сейчас? — тихо спросила рыжая, — В эту секунду?       Эл посмотрела на неё. На веснушки. На губы. На глаза, в которых отражался свет фонаря.       — Я хочу, чтобы мы продолжали играть, — сказала она, — Мне нравится, как ты играешь.       Они просидели так до трёх ночи. Они играли. Иногда они говорили — о пустяках, о фильмах, о школе, о детстве.       В какой-то момент они обе уснули на диване. Эл не помнила, как это случилось — просто закрыла глаза, а открыла уже утром, когда солнце светило в лицо. Она лежала, уткнувшись носом в рыжие волосы. Эл замерла, боясь пошевелиться. Сердце колотилось так громко, что, казалось, разбудит весь дом. Но Макс спала, тихо посапывая, и выглядела во сне такой беззащитной, такой… другой.       Макс проснулась от того, что Эл ворочалась. Было около девяти утра, солнце уже вовсю светило, и в комнате стало жарко.       — Который час? — спросила рыжая, не открывая глаз.       — Девять, — прошептала Джейн. Ей не хотелось говорить громко, не хотелось разрушать эту странную, хрупкую тишину.       Они лежали так ещё минуту, не двигаясь. Потом Макс села, потянулась, хрустнув шеей.       — Жрать охота, — заявила она, — У тебя как с бюджетом? Если скинемся, можем в кафешку сходить. Тут недалеко есть одна, там блины вкусные.       — Я могу, — Элевен тоже села, чувствуя, как щёки горят, — Только… мне надо домой зайти, переодеться.       — Ага, конечно. Давай тогда так: ты едешь в общагу, собираешься, а я пока Уилла дёрну. Может, вместе потусуемся.       — Хорошо.       Рыжая проводила её до двери.       — Тогда давай, через час у общаги.       — Договорились.       Джейн вышла на улицу и вдохнула утренний воздух. Город просыпался, пахло бензином и цветущими где-то липами. На душе было легко и тревожно одновременно. Она только что провела ночь с девушкой. Спала в обнимку с девушкой. И это было… правильно. Так правильно, как никогда не было с Майком.

«Но у меня есть Майк, — напомнила она себе, — Я не могу… это неправильно»

      И всё же, когда она зашла в свою комнату, первым делом достала два фото и долго смотрела на них.       Через час они встретились. Макс приехала одна — Уилл сказал, что подойдёт позже, у него какие-то дела.       — Куда пойдём? — спросила Эл.       — В парк, наверное. Там есть летнее кафе, блины делают. Потом, может, посидим где-нибудь. Уилл хотел... Он познакомился с твоими ребятами.       — С какими ребятами?       — Ну, Майк, Лукас, Дастин. Он просил не рассказывать, но... на смене... В общем они ходили на концерт какой-то, он там их встретил. Они сегодня собираются в парке, вроде как на шашлыки. Уилл сказал, можно присоединиться.       Эл замерла. Майк. Она совсем забыла про Майка за эти дни. А он, кажется, забыл про неё — прислал пару сообщений, на которые она не ответила, и затих. Они познакомились с Уиллом?       — Ты чего? — Макс заметила её реакцию, — Не хочешь? Можем не ходить.       — Нет, — быстро сказала Джейн, — Хочу. То есть… пойдём. Всё нормально.       Но Макс смотрела на неё внимательно, и Эл понимала — рыжая видит её насквозь.       — Если тебя что-либо напрягает, мы не пойдём, — твёрдо сказала она, — Я серьёзно.       — Всё хорошо, — она выдавила улыбку, — Правда. Пойдём.       Парк был огромный, с прудами, аллеями и кучей народу в выходной день. Они нашли компанию по запаху дыма и звукам музыки из портативной колонки. Ребята сидели на поляне недалеко от пруда, расстелив пледы, разложив еду и напитки. Лукас жарил сосиски на мангале, Дастин спорил с кем-то по телефону, а Майк сидел в сторонке, листая ленту в телефоне.       Увидев Эл, он вскочил.       — Эл! Ты где была? Я звонил, писал…       — Я была занята, — ровно сказала та. Рядом стояла Макс, и это придавало сил.       Уилер перевёл взгляд на неё, и на лице его мелькнуло удивление, смешанное с чем-то неприятным.       — А… это ты. Слэм-патруль, да?       — Макс, — поправила рыжая. — И да, это я.       — Вы теперь дружите?       — Дружим, — ответила Эл.       Майк хмыкнул, но ничего не сказал. В этот момент из-за кустов вышел Уилл с охапкой веток для костра.       — О, все в сборе! — обрадовался он, — Эл, привет! Макс, помоги.       Дальше был день, полный странных, тягучих моментов. Эл сидела на пледе, пила газировку и наблюдала. Наблюдала, как Макс легко вливается в компанию, как спорит с Дастином о науке: тот пытался доказать, что путешествия во времени возможны, она ржала в голос, как подкалывает Лукаса, который явно пытался произвести на неё впечатление, как помогает Уиллу с мангалом.       Наблюдала, как Майкл сидит рядом с ней, но мыслями где-то далеко. Он почти не разговаривал с ней, только изредка бросал взгляды в сторону Макс — и взгляды эти были недобрыми.       — Ты чего такая кислая? — спросил он наконец, когда они остались вдвоём — остальные отошли к пруду.       — Я не кислая, — Джейн пожала плечами, — Просто задумалась.       — О чём?       — О разном.       Майк помолчал. Потом сказал:       — Ты в последнее время какая-то странная. Пропадаешь, не отвечаешь. Я волнуюсь.       — Ты не волновался, когда бросил меня со шкафом, — вырвалось у Эл.       Уилер дёрнулся.       — Я же объяснил — курсовая…       — Курсовая, — эхом повторила Джейн, — У тебя всегда курсовая.       — Ты чего? — он нахмурился, — Раньше ты понимала.       — Раньше я была удобной, — тихо сказала она, — А теперь, кажется, перестаю.       Она встала и пошла к пруду, туда, где Макс запускала с Уиллом камушки-блинчики. Рыжая обернулась на звук шагов, улыбнулась ей, и от этой улыбки внутри снова разлилось тепло.       — Иди сюда, — позвала она, — Смотри, как Уилл умеет!       Уилл запустил камень — тот подпрыгнул раз, другой, третий, четвёртый… семь раз!       — Ничего себе, — восхитилась Элевен.       — А я всего три, — вздохнула Макс.       — Зато ты круто катаешься на скейте.       Макс посмотрела на неё с благодарностью. И снова этот взгляд — долгий, тёплый, от которого сердце пропускало удар.       Вечером, когда солнце начало клониться к закату, они сидели у догорающего костра. Дастин рассказывал страшные истории, Лукас подливал масла в огонь, Уилл фотографировал. Майк куда-то ушёл — сказал, что надо позвонить, но Эл было всё равно.       Макс сидела рядом, и их плечи соприкасались. От этого прикосновения по коже бежали мурашки.       — Эл, — шепнула она, когда Дастин особенно увлёкся историей про мёртвую невесту, — Ты как?       — Хорошо, — ответила Эл. И это было правдой. Впервые за долгое время — чистой правдой.       — Я рада.       Они помолчали. Потом Макс добавила:       — Знаешь, я думала сегодня. Про то, что ты сказала утром. Про то, что не знаешь, чего хочешь. И... И я подумала: может, не надо знать сразу? Идти туда, куда сердце ведёт.       Эл повернулась к ней. В свете костра лицо Макс казалось золотым, а веснушки — россыпью звёзд.       — А если сердце ведёт туда, куда нельзя? — спросила она тихо.       Макс посмотрела на неё долгим взглядом.       В этот момент вернулся Майк. Он подошёл к Эл, положил руку ей на плечо собственническим жестом.       — Пойдём, провожу тебя. Темнеет уже.       Джейн посмотрела на его руку. Потом на Макс. Та отвела взгляд, уставилась в костер.       — Я сама, — сказала Эл, — Меня Макс проводит.       Майк дёрнулся, будто его ударили.       — Что?       — Я сказала: Макс проводит. Мы вместе поедем.       Наступила тишина. Даже Дастин замолчал. Все смотрели на них — на Эл, на Майка, на Макс.       — Ладно, — процедил Уилер сквозь зубы, — Как хочешь.       Он отошёл, сел на плед и уставился в телефон.       — Эл, — тихо сказала рыжая, — Ты уверена? Может, лучше…       — Уверена, — твёрдо ответила та, — Поехали.       Они попрощались с ребятами. Уилл подмигнул Эл, когда никто не видел, и шепнул: «Держись». Лукас выглядел разочарованным, что Макс уезжает, но промолчал.       На мотоцикле, уже подъезжая к общаге, Эл вдруг сказала:       — Останови здесь.       Макс затормозила.