Сборник зарисовок по лакорнам

Принято считать, что человек выбирает себе питомца, но это утверждение в корне ошибочно. Кот сам выбирает своего хозяина. Он тихо наблюдает, присматривается, оценивает — кто из людей достоин его доверия и внимания. Иногда кот появляется неожиданно, словно по своей воле, и остаётся рядом, меняя привычный ход жизни. И тогда уже хозяин начинает подстраиваться под ритм питомца, учится понимать его язык и привычки. В этом состоит настоящая любовь — когда выбор делают оба, и никто не остаётся "случайным".

***

Ошейник неприятно давил на горло, но Тайгер не хотел свободы — он сам напросился на эту "игру". Линкс потянул за поводок, и Тайгер оказался непростительно близко, так, что было слышно его сбивчивое дыхание. Тянущая рука заботливо сжалась, когда тело поддалось вперед, прекращая поддушивать этим движением. Котик достаточно послушный, чтобы проявить к нему заботу. Линкс касается родных губ невинно, почти невесомо, будто не он сам предложил эту идею. Будто не в его руки Тайгер так доверчиво вложил поводок. Тайгер смотрит на руки Линкса, на его губы, расплывающиеся в хитрой улыбке. Куда угодно, но не в глаза. Знает, что не выдержит, сорвётся. Поэтому отводит взгляд, поворачивая голову, не осознавая, что этим действием открыл шею. Линкс широко мазнул по ней языком и опустился ниже, оставил мокрый поцелуй на едва открытой ключице — уже не такой невинный. Тайгер не видел, но наизусть знал, как Линкс на него смотрит: долгим хищным взглядом, прикрыв расслабленно веки и позволив себе немного королевской гордости. Властности. С губ Тайгера срывается прерывистый вздох. Всё это так непривычно, но так невероятно и сладко, что руки сами вцепляются в чужие колени так сильно, что белеют костяшки. Но Линкс тут же пригрозил: — Руки. Тайгер обречённо вздыхает: он помнил об их договорённости. Никаких рук. Сегодня трогает только Линкс, а Тайгер подчиняется. Линкс сам предложил ему это, видя, насколько сильно устает его партнёр на работе и в помощи с кафе, а Тайгер согласился. Линкс не назвал его странным, не смущал и не смеялся над ним. Он и сам прекрасно знал, как важно иногда передать контроль. Раствориться в любимых руках. Позволить родному человеку иметь власть не только над своей душой, но и над телом. — Линкс, пожалуйста. — Я сказал нет, — Линкс так смотрел и улыбался, словно он собирался довести мужчину таким способом. Тайгер понимал, Линкс не даст поблажки. Жалость между ними была просто неуместной. Было бы весьма странно соглашаться, чтобы на полпути менять правила. Тайгер сам выбрал своего палача и хозяина на этот долгий-долгий вечер. Тайгер заёрзал на месте, почему-то возбудившись ещё сильнее. Линкс был невероятно миленьким, но при этом таким соблазнительным и жестоким, что хотелось одновременно и подчиниться ему, и посмотреть, что будет, если он воспротивится. Но он всё-таки убирает руки с чужих колен и покорно кладёт их на свои. Линкс ухмыляется и тянет руку, чтобы погладить мужчину по голове, так, как часто гладят котов, нежно, слегка цепляя ногтем чувствительное место за ухом. — Хороший мальчик. Послушный, — в голосе Линкса слышалось довольство. Такой покорный котёнок вызывал в душе Линкса опасные и даже хищные побуждения. Привычный запах родной кожи заставлял дышать глубже, вызывая головокружение. И этого было... мало. Мало слегка оголённой кожи, в которую можно уткнуться носом и просто наслаждаться телом. Всего слишком мало, настолько же, насколько много одежды. — Раздевайся, — звучит мягко, но Тайгер знает: это приказ. Тайгер сгатывает вязкую слюну. От этих бесстыдных и горячих слов мозг постепенно начал плыть, и мужчине кажется, что сейчас нет в мире ничего важнее этого родного и такого возбуждающего голоса. Мужчина, словно завороженный, расстёгивает пуговицы на своей рубашке, скидывает её на пол и по привычке тянется к футболке Линкса, но тут же отдёргивает себя и, наконец-то, разрешает себе заглянуть Линксу в глаза. Виновато, словно кот, которого застали за порчей любимой вещи. Но Линкс смотрит довольно. Зрачки и так его тёмных глаз почти затопили радужку, сделав взгляд ещё более глубоким, почти бескрайним. Казалось, что в нём можно утонуть. Поводок натягивается, давление на шею становится более ощутимым, врывается под кожу миллиардами импульсов. Линкс снова притягивает его ближе к себе и шепчет, обжигая ушную раковину горячим дыханием: — Ты такой забавный, когда борешься с собой. Тайгер хрипло застонал. Он даже не подозревал, что это так приятно — отдавать контроль. Сгорать от желания, зная, что это всего лишь игра и в конце тебя ждёт награда. Это приятно будоражит сознание. Пьянит как хорошее вино. Линкс наблюдает за его реакцией и заводится ещё сильнее, чувствует свою власть. Босая нога надавливает на вставший под тканью штанов член. Пульс в висках Тайгера застучал так бешено, что он едва мог разобрать собственные мысли. Ткань неприятно трётся об кожу, а сами движения вызывают лёгкую боль, но стимуляция настолько желанная, что Тайгер тут же был готов пожертвовать всеми богатствами мира, лишь бы этот момент не заканчивался. Это так пошло, но так ужасно восхитительно. Тайгер слаб. Слаб перед Линксом. Только ему он мог доверить разрушить себя полностью и собрать заново. У Тайгера было настроение служить Линксу. Он хотел, чтобы его полностью использовали. Мужчина убирает ногу, с губ Тайгера срывается разочарованный выдох. Он полностью во власти Линкса. Казалось, что нет в мире ничего важнее того, что происходит между ними сейчас. Если Линкс скажет ему спрыгнуть с крыши, мужчина тут же выполнит приказ. Линкс видит его реакцию, улыбается своей чертовски милой улыбкой, будто бы не он командует этой безумно бесстыдной, но такой возбуждающей игрой. Мужчина отпускает поводок, взглядом показывая на кровать. Тайгер понимает его без слов. Покорно стягивает с себя штаны вместе с бельём. Сквозняк из-за приоткрытого окна лизнул мужчину прохладой, напоминая о собственной уязвимости. Сразу стало неловко. Линкс видел его обнажённым десятки раз, но эта ситуация ощущалась совершенно по-новому. Но Линкс не даёт ему смутиться окончательно, он впивается в его губы поцелуем таким долгим и иссушающим, что все мысли о неловкости вылетели из головы Тайгера со скоростью пули. Линкс давит ему на грудь, позволяя лечь на кровать. Нависает сверху. Тайгер глубоко дышит и не шевелится, ожидая, что же будет дальше. Линкс ластится и, будто благодаря за покорность, покрывает открытые ключицы и шею беспорядочными, совершенно хаотичными поцелуями, словно это уже какая‑то потребность. Цепляет ногтями бока и грудь, наблюдает, как от давления появляется и тут же исчезает белая полоса. Тайгер изнемогает, ему кажется, в этой ласке он может потерять какую‑либо волю. Хотя навряд ли у него ещё осталась. Глаза щиплет из‑за подступающих от перевозбуждения слёз, кажется, ещё секунда — и он позорно кончит прямо так, даже не прикоснувшись к себе. Как же ему хочется вцепиться руками в родные бёдра и одним движением перевернуть Линкса, расцеловать каждый миллиметр кожи, а потом спуститься к самым интимным местам, попробовать его на вкус, ощутить приятную тяжесть на языке и услышать в ответ сдавленный вздох, как это было всегда. Но сейчас командует не он. Он может лишь просить. И Тайгер просит. Линкс сделал вид, что думает. Прошла секунда. Ещё одна. Тайгеру казалось, что он сейчас не выдержит, взорвётся, разлетевшись на миллиарды атомов, и осядет пылью на пол. Линкс треплет его по голове, будто он и правда был послушным котёнком, и молча встаёт, стягивает с себя шорты. Очень медленно и демонстративно. Тайгер только сейчас заметил, насколько его парень возбуждён. Наверняка ему самому тяжело давалась эта игра. Всё читалось в выражении карих глаз и хитрой ухмылке. Линкс берёт смазку и медленно подходит. Тайгер считает его тихие крадущиеся шаги: один, два, три. Линкс не просто горяч. Он ещё и прекрасно об этом осведомлён. Внутри всё сжимается от тревожного предвкушения. Он был хорошим мальчиком и сейчас получит награду. Тайгер садится; мысль, что ещё пара секунд и он подомнёт Линкса под себя, ощутит его горячий член во рту, буквально сводит его с ума. Но у Линкса другие планы: он толкает мужчину обратно на кровать. Слабо, но ощутимо. И забирается сверху. — Но я хотел…, — возражает Тайгер. — Ты не можешь получить всё, что захочешь, Тайгер, — напомнил Линкс, подцепляя пальцем ошейник изнутри и притягивая мужчину к себе. Линкс не просто командовал, он упивался своей властью. — Если будешь терпеливым, дам снять с себя футболку. Сделаешь это для меня? Тайгер закашлялся от резкого недостатка кислорода, но кивнул. Смазки было много. Она стекала с пальцев на ладони, капала на простыни, измазала Линксу все бёдра так, что они глянцево заблестели. Член Тайгера скользнул внутрь, в приятный влажный жар, он еле сдержался, чтобы не схватиться руками за бёдра и в одно движение не усадить Линкса до упора. Голова Тайгера кружилась от обострённой чувствительности, ему нужен был воздух — он мог задохнуться от ощущений, которые переполняли всё его тело. Они всегда использовали презервативы, но сегодня Линкс сказал, что Тайгер заслужил, что он был послушным котёнком. А ещё Линкс сказал, что не для этого он час торчал в ванной, но Тайгер предпочёл пропустить этот факт мимо ушей. Линкс двинулся сначала медленно, словно на пробу; футболка колыхнулась, вторя его движениям. Тайгер сглотнул вязкую слюну. Этот кусок ткани вдруг показался ему самой ужасной вещью на свете: хотелось разорвать, сжечь, буквально уничтожить то, что мешало ему любоваться любимым телом. Но он обещал быть хорошим сегодня, а обещания нужно выполнять. Тайгер вцепляется руками в простыни так сильно, что белеют костяшки. Линкс выбрал мучительно медленный темп, мучая мужчину ещё сильнее, но Тайгер послушно лежал, смотря, как его любимый трахает себя об него. Линкса хватило ненадолго, в этой игре он и сам был готов растерять всё самообладание. Мужчина резко припадает к губам Тайгера. Поцелуй вышел странным, они стукнулись зубами, а Тайгер сломал кончик ногтя, от неожиданности сжав простыни слишком сильно. Линкс оставляет совсем невинный поцелуй на щеке мужчины и тихо шепчет: — Можно. Ради этих слов Тайгер был готов сломать хоть все свои ногти, отрастить и сломать заново. Тайгер вцепляется в футболку с настойчивостью бульдога. Но Линкс останавливает его строгим взглядом: — Если продолжишь себя так вести, я могу и передумать. Тайгер был готов разреветься от бушевавших в его груди чувств. От того, как Линкс бесцеремонно командовал им, сносило крышу. Будто бы всю жизнь он мечтал быть пойманным, приручённым, использованным без остатка, направляемым мягкой рукой. Футболка улетела на пол ненужным комком, движения Линкса становились всё более несдержанными и рванными. Он двигался на Тайгере так, будто это был последний секс в его жизни. Пот закапал с его висков, волосы прилипли к лицу, закрывая вид. Тайгеру всегда нравилось, что он может довести Линкса, даже не прикоснувшись к его члену, но сегодня это вряд-ли будет его заслугой. Сам Тайгер впал в какое‑то астральное состояние — взгляд не излучал никакого понимания происходящего. Всё закончилось слишком быстро, Тайгер даже не понял, как именно. Просто на секунду стало так сладко и невыносимо, что, кажется, он потерял сознание, а когда очнулся, Линкс обессиленно лежал на нём сверху и шумно дышал. Все ощущения внешнего мира вернулись к Тайгеру резко, словно пинок по барахлящему компьютеру, который возвращает части сознания на свои места, снова заставляя мозг работать. Тайгер только сейчас заметил, как бешено колотилось его сердце, и он ненароком подумал, что с таким пульсом вообще не живут и ему осталось совсем недолго. Одно успокаивало: у Линкса сердце стучало не меньше. Ощущение почти болезненного счастья растекалось патокой внутри, как будто он отдохнул так, как не отдыхал никогда прежде. Тайгер оставляет лёгкий поцелуй благодарности на любимом плече и улыбается, слыша стон в ответ — не сексуальный или заигрывающий, а довольный, нежный и такой до безумия родной, — и впервые за этот вечер обнимает Линкса.

***

Коты — интересные создания: несмотря на свою независимость и скрытность, они умеют быть удивительно ласковыми, но только тогда, когда сами того захотят. Их нежность не навязчива и не постоянна, она приходит словно награда за терпение и внимание. И всё-таки Линкс — истинный кот.