В Нечистой Юдоли - отыскать счастье

— Ты слышал о городе И, Ванцзи-сюн? — спросил Не Хуайсан неожиданно. — Город на самой границе Ланьлина и Цинхэ, — кивнул Лань Ванцзи. — Вырос и заработал благосостояние на искусстве похоронных дел мастеров. — В последнее время, я слышал, там нечисто, — заметил Не Хуайсан. — Когда хорошенько поговорим с Мэн Яо, хорошо бы заглянуть туда. — И допросить Су Шэ, — добавил Лань Ванцзи. — Непременно, — кивнул Не Хуайсан. — И Сюэ Яна также. Наверняка в городе И стало неспокойно именно по его милости. — Не лучше ли отправиться туда сейчас и всё выяснить? — предположил Лань Ванцзи. — Если мы решим наведаться туда, Ванцзи-сюн, — напомнил Не Хуайсан, — нужно будет запастись защитными талисманами — кто знает, с чем или с кем мы можем там столкнуться.       Лань Ванцзи хотел было добавить, что им потребуются также и ханьфу, прошитые нитями, противодействующими ядам, но не успел — к ним с Не Хуайсаном подошёл привратник и почтительно произнёс: — Ёя-цзюнь, у нас гостья.       Не Минцзюэ настоял, чтобы его младшего брата величали именно этим титулом — Изящный господин — после того, как Лань Ванцзи окончательно исцелился, благодаря веерам Не Хуайсана, а самому Не Минцзюэ веера младшего брата понемногу приносили облегчение при неизбежных припадках искажения ци, к тому же, теперь Не Хуайсан мог участвовать в управлении орденом Не вместе с Не Минцзюэ. — Пусть войдёт, — кивнул Не Хуайсан, а Лань Ванцзи добавил: — Следовало бы сказать твоему брату. — После, Ванцзи-сюн, — ответил Не Хуайсан. — Дагэ сейчас медитирует, после письма наставника Ланя он был, мягко говоря, очень не в духе. Не за то даже, что Мэн Яо играл ему искажённую мелодию, намереваясь от него избавиться, а за то, что Мэн Яо обманул нашего Сичэня, столь искусно втёршись к нему в доверие. Теперь дагэ только и ждёт следующего визита Мэн Яо, чтобы поговорить с ним хорошенько. — В таком состоянии Чифэн-цзуню лучше не касаться сабли, — заметил Лань Ванцзи. — Мэн Яо играл ему замаскированную Песнь Смятения, к счастью, отнюдь не так долго, чтобы сильно навредить, но, тем не менее… — Я просил тебя не называть меня по титулу, — неожиданно мягко произнёс Не Минцзюэ, вошедший к ним в этот момент. Глава Не выглядел освежённым после медитации, хотя и хмурился, не в силах перестать думать о Сичэне. — Что ж, тогда я одолжу веер у А-Сана. Не Хуайсан улыбнулся. — Дагэ прав, веер точно не принесёт с собой искажения ци.       Он хотел сказать что-то ещё, но как раз в этот момент в их покои вошёл один из слуг, поддерживавший гостью, чьё лицо почти полностью было закрыто холщовой тканью. Не Минцзюэ, будучи опытным воином, прекрасно понял, что именно скрывает эта маска. Он помог вошедшей сесть, подал чаю и произнёс, как можно мягче: — Прошу, снимите маску, никого из нас не испугает то, что под ней.       Гостья подчинилась, и Лань Ванцзи, хотя и видел многое во время Аннигиляции Солнца, тихо ахнул, увидев шрамы, полученные явно не слишком давно. Сердце Не Минцзюэ же сжалось от сострадания — несмотря на полученные травмы, эта женщина оставалась красавицей, вопреки всему. — Меня зовут Сысы, — представилась гостья. — Молодой господин Не… Ёя-цзюнь, — тут же исправилась она, — нашёл меня и расспросил о последнем дне бывшего главы Цзинь… — Я так и знал, что Мэн Яо подстроил смерть своего отца, — заметил Не Минцзюэ, выслушав Сысы до конца, — но способ, выбранный им… — Он помолчал и произнёс: — На него похоже. А как Вам удалось добраться сюда, как удалось бежать от Мэн Яо — он ведь держал Вас в Башне Золотого Карпа? — Мне удалось уйти однажды, когда глава Цзинь отсутствовал, — ответила Сысы. — Он действительно удерживал меня в Башне Золотого Карпа, считая, что так надёжнее всего, но в один из дней внимание стражей ко мне было по какой-то причине было ослаблено, я бежала, закрыв лицо, добралась до земель ордена Не и попросила приюта у здешних крестьян в обмен на помощь по хозяйству. Меня приютили охотно — из сострадания, сочтя, что на меня напали и я спаслась только чудом, а недавно меня разыскал Ёя-цзюнь и хорошенько расспросил, рассказав об истинных намерениях нынешнего главы Цзинь. — Однажды… — повторил Не Минцзюэ. — Не в тот ли день, когда Мэн Яо был здесь, а Лань Ванцзи тайно нанёс визит в Башню Золотого Карпа? Может, Фея чудом отвлекла внимание стражей Сысы? — Фея? — повторил Лань Ванцзи полувопросом.       В самом деле, умная духовная собака знала и любила Лань Ванцзи. Мэн Яо, ради Сичэня, не мог запретить Второму Нефриту Лань навещать племянника, и, видя нежность Лань Ванцзи к своему маленькому хозяину, Фея повиновалась Второму Нефриту охотнее всего, а в день тайного визита в Башню Золотого Карпа почуяла присутствие Лань Ванцзи — единственная из всех в резиденции ордена Цзинь. Фея же, однажды, во время прогулки Цзинь Лина по резиденции ордена Цзинь, привела его к покоям, где держали Сысы, и с того дня Цзинь Лин понемногу сдружился с нею — и Фея, соответственно, тоже. Может быть, поэтому, в меру своих сил, питомица Цзинь Лина и помогла Сысы бежать, а как — кто знает? Возможно, попросту отвлекла внимание стражей, дежуривших у покоев Сысы, либо некто всё же заметил следы присутствия Лань Ванцзи в Башне Золотого Карпа, и как раз это заставило их покинуть свой пост. — Всё может быть, — согласилась Сысы. — У юного господина Цзинь Жуланя добрейшая питомица, она странным образом всегда проявляла ко мне сочувствие. Но так или иначе, я решилась бежать, так как мне было страшно оставаться в Башне Золотого Карпа… — Мэн Яо сохранил Вам жизнь из лучших чувств, но кто знает, не решил ли бы избавиться однажды, — заметил Не Хуайсан. — Ёя-цзюнь прав, — согласилась Сысы. — Всё же, эта тайна слишком деликатна… Не Минцзюэ посмотрел на Сысы с какой-то странной нежностью и решительно сказал: — Мэн Яо наверняка уже знает о Вашем побеге, но не будет знать, где Вы — я надёжно спрячу Вас в Нечистой Юдоли и поручу лучшим лекарям ордена Не, о Ваших травмах позаботятся. В Нечистой Юдоли умеют исцелять шрамы — даже такие, как у Вас. А потом, когда мы призовём Мэн Яо к ответу за его обманы, я сделаю Вас госпожой Не. — Я создам талисман, который Вас обезопасит, — пообещал Не Хуайсан, а Сысы ошеломлённо переводила взгляд с него на Не Минцзюэ. — Но… глава Не знает о моём происхождении?.. — прошептала она. — Мы в ордене Не, — мягко ответил Не Минцзюэ. — Здесь мало значения придают условностям. Я сделаю Вас своей женой. — Но ведь дагэ… — начал было Не Хуайсан, но Не Минцзюэ мгновенно прервал его: — Об этом после. Я решил. — Призвав двух своих ближайших слуг, он велел: — Моей невесте необходима помощь лучших хирургов и целителей Нечистой Юдоли и защита — также лучшая из возможных. Никто не должен знать, что она здесь — ни одна душа. О Сысы должны заботиться, как обо мне самом. — Да, глава Не, — поклонились вошедшие. — Но ведь я… — Сысы порозовела от смущения, но всё же произнесла: — Чифэн-цзунь, я столько времени пила настои, препятствующие зачатию, что… Что, если я не смогу подарить наследника Чифэн-цзуню? Не Минцзюэ мгновенно её понял, но ответил неожиданно легко: — Об этом позаботятся лекари. У нас будет столько детей, сколько мы пожелаем, поверьте мне. Сысы благодарно склонила голову и вышла в сопровождении слуг. — Но ведь дагэ так любит нашего Сичэня, всегда любил, — растерянно произнёс Не Хуайсан. — Неужели… — Нам не быть вместе, А-Сан, — так же мягко, как недавно говорил с Сысы, ответил Не Минцзюэ. — Ордену Не нужен наследник от меня. Ты любишь Цзян Ваньиня давно и преданно, я не хочу и не стану лишать тебя счастья, а Сичэнь-сюн — глава ордена Лань, и рано или поздно, но и у него будет невеста. Я поговорю с Сичэнем в своё время. А Сысы — добра, справедлива и сильна духом, судя по тому, что я узнал из её рассказа. Теперь я нипочём не отдам её Мэн Яо. После помощи наших лекарей Сысы будет красивее и здоровее прежнего. Кстати, о Мэн Яо: знать бы, когда он появится… — Не Хуайсан прав, — заметил Лань Ванцзи. — Минцзюэ-гэ лучше не касаться сабли в нынешнем состоянии. Если поединка будет не избежать, с Мэн Яо сражусь я. Он обманывал брата, и обманывал долго. — Я буду рядом, в любом случае, — пообещал Не Минцзюэ. — Если он снова придёт, чтобы играть мне, сделаем вид, что ничего не знаем. Либо Мэн Яо раскроет сам себя, либо мы предъявим ему обвинения и доказательства. — Кроме Мэн Яо остаются ещё и Су Шэ с Сюэ Яном, дагэ, — напомнил Не Хуайсан. — Эти трое, судя по всему, создали ещё более крепкий союз, чем дагэ с нашим Сичэнем и Мэн Яо. Страшно подумать, что они могут устроить, если… — Слишком много если, А-Сан, — мягко прервал Не Минцзюэ. — С Сюэ Яном и Су Шэ я бы и сам поговорил охотно, но… — Дагэ прав, — кивнул Не Хуайсан. — Прежде всего, нужно будет позаботиться об А-Лине. Орден Цзинь мы временно соединим с орденом Не — до его совершеннолетия. И я, наконец, смогу сказать А-Чэну, что хотел бы быть с ним. — Я уже говорил, что не хочу мешать вашему счастью, А-Сан, но сейчас нам не до того, — напомнил Не Минцзюэ. — Сейчас важнее всего Мэн Яо. Что будет, когда — и если — он обнаружит, что в его тайнике недостаёт весьма многого? — Мэн Яо обнаружит недостачу в своём тайнике ещё нескоро — я сделал всё для этого, — ответил до сих пор молчавший Лань Ванцзи. — Но в любом случае, серьёзного объяснения будет не избежать. — Хорошо бы пригласить в Нечистую Юдоль Сичэня и дождаться Мэн Яо вместе с ним, — заметил Не Минцзюэ. — Пусть бы увидел, каков его любимец на самом деле. — Не успеем, — коротко ответил Лань Ванцзи. — Мэн Яо уже здесь. — И в самом деле, — кивнул Не Минцзюэ, увидев в окно, как Мэн Яо изящно спрыгивает с меча и направляется ко входу в Нечистую Юдоль. — Совершенно вылетело из головы, что как раз сегодня тот день, когда Мэн Яо играет для меня Песнь Очищения. Что ж, всё к лучшему. — Глава Цзинь здесь, глава Не, — доложил вошедший слуга Не Минцзюэ. — Пусть войдёт, — кивнул Не Минцзюэ, и, едва слуга вышел, сказал Не Хуайсану и Лань Ванцзи: — Встретим его вместе. Давно хотел хорошенько поговорить с ним. — А если Мэн Яо уже давно обнаружил побег Сысы, дагэ? — спросил Не Хуайсан, обмахиваясь веером, возможно, чуть быстрее, чем всегда. — Пусть попробует обыскать Нечистую Юдоль, — многозначительно ответил Не Минцзюэ. — Я не отдам ему моей невесты. — Дагэ так полюбил? — осторожно спросил Не Хуайсан, видя искреннюю нежность в глазах своего брата. — Нам будет хорошо вместе, этого достаточно, А-Сан, — только и ответил Не Минцзюэ.       В этот момент к ним вошёл Мэн Яо. Не Минцзюэ шагнул к нему навстречу, и глава Цзинь приветственно поклонился. — Глава Не отлично выглядит, — улыбнулся он, но на мгновение в глазах его что-то мелькнуло и Не Минцзюэ улыбнулся в ответ. — Да, я окреп за последнее время — видимо, вопреки твоим ожиданиям, верно, Мэн Яо? То, что ты хотел от меня незаметно избавиться — что ж, не ты первый, не ты последний, но ты наверняка одновременно намеревался моими руками причинить вред А-Сану и… — Он помедлил и добавил особенно мрачно: — И ты лгал моему Сичэню — тому, кто мне всего дороже, после А-Сана… Как давно ты втираешься к нему в доверие? Мэн Яо бросил секундный взгляд на Не Минцзюэ и понял, что разуверять того бесполезно. — Один ты догадался бы нескоро, я это знал, — прошептал он совсем другим тоном. — Это ты… — Мэн Яо пронзил Лань Ванцзи таким взглядом, что тот невольно похолодел. — Надо было избавиться от тебя ещё на Луаньцзан вместе с твоим Вэй Усянем. — Не тыкай Ванцзи-сюну, чудовище! — воскликнул Не Хуайсан, одним движением раскрывая веер. — Если бы ты знал, какого человека ты опорочил и в итоге погубил, ты не смог бы жить. — Ещё как смог бы, — усмехнулся Мэн Яо. — Что вы все нашли в этом Вэй Усяне — вы оба? Особенно, ты!       Он выхватил меч и бросился на Лань Ванцзи. Тот был наготове и тут же выхватил Бичэнь, но Не Хуайсан недаром предупреждал друга о коварстве меча Мэн Яо. Мягкое и гибкое лезвие обвило Бичэнь, подобно змее, грозя раскрошить его, но меч Лань Ванцзи всё же оказался достаточно силён, чтобы какое-то время бороться с мечом Мэн Яо на равных. И всё же, в какой-то момент противостояние двух мечей достигло пика, и Не Хуайсан, искренне встревожившись за друга, сосредоточился, вложив в свой веер все духовные силы, что у него были, и послал волну ци в сторону Мэн Яо, меч которого мгновенно рассыпался — Бичэнь был полностью свободен. Не Минцзюэ с невольным восхищением взглянул на младшего брата, и, выбросив ладонь вперёд, точно так же обратил в прах талисман Мэн Яо, брошенный в Не Хуайсана — ещё одно оружие Мэн Яо могло или лишить Не Хуайсана глаз, или изранить ему лицо. Мэн Яо предпринял ещё одну попытку, метнув в Не Хуайсана и Лань Ванцзи струны гуциня, которые носил при себе. Но оба отразили и эту атаку, Не Хуайсан — с помощью веера, а Лань Ванцзи — с помощью собственного гуциня, и всё же Мэн Яо не отступил и тогда — он бросил в Не Минцзюэ талисман, способный пробудить его давнюю склонность к искажению ци. Однако, Не Минцзюэ был готов к этому. Убедившись в силе вееров младшего брата, он стал носить один из них в рукаве, и это, как оказалось позднее, нейтрализовало разрушительное воздействие мелодии, исполняемой Мэн Яо. Не Хуайсан же в это время с особым тщанием создавал для брата веер, способный одновременно и уберечь от искажения ци, и полноценно заменить саблю, и сейчас этот веер оказался кстати, как никогда. Не Минцзюэ предпочёл бы оставить Мэн Яо в живых, дабы Сичэнь смог убедиться, каков тот на самом деле, но двойной импульс духовной энергии вееров его и Не Хуайсана оказался слишком силён — Мэн Яо упал мёртвым. — Холодный, — только и сказал Не Хуайсан, касаясь точки биения пульса. — И от его золотого ядра также ничего не осталось.       Лань Ванцзи позаботился о том, чтобы упокоить дух Мэн Яо, дабы тот не начал мстить, а, учитывая озлобленность Мэн Яо на Лань Ванцзи и Не Минцзюэ, это случилось бы неминуемо, и сказал: — Нужно узнать, где могила Мэн Ши, и похоронить Мэн Яо рядом — это окончательно обеспечит покой его духу. — Это в Юньпине, — ответил Не Минцзюэ — Прежде там был весенний дом, но после того, как Мэн Яо избавился от Цзинь Гуаньшаня, он успел возвести на том месте храм Гуаньинь, не слишком крупный, но, надо отдать Мэн Яо должное, один из самых изящных в тех местах. Мы сделаем вот что — я останусь в Нечистой Юдоли и напишу Сичэню, нам ведь нужно поговорить один на один, А-Сан — отправится в Башню Золотого Карпа, я дам лучших воинов, так будет спокойнее. — А я поеду в Юньпин и передам тело Мэн Яо монахам, — закончил Лань Ванцзи. — Дагэ прав, — согласился Не Хуайсан, — именно так и поступим. Я дам знать Цзян-сюну, всё же, это касается и его племянника также. А после — отыщем Сюэ Яна и поговорим с Су Шэ. — Сюэ Ян… — вздохнул Не Минцзюэ. — Кто бы мог предположить, что Мэн Яо приблизит к себе этого безумца… Что ж, А-Сан, Ванцзи, поезжайте, а я напишу Сичэню.       Как только Не Хуайсан и Лань Ванцзи вышли, Не Минцзюэ сел писать письмо Сичэню с просьбой прибыть в Нечистую Юдоль. Письмо было кратким, поскольку Не Минцзюэ хотел рассказать главе Лань всё при встрече. Как только Не Минцзюэ отослал письмо, к нему с поклоном вошёл один из слуг и пригласил в покои целителей.