В Нечистой Юдоли - отыскать счастье

      Цижэнь встретил племянника и будущую невесту в бывшем Безночном Городе, теперь напоминавшем огромный отлично устроенный рынок, разделённый на части. Впору даже было назвать бывший Безночный Город Городом Примирения, так как торговцы каждого из орденов, хоть и соперничали за покупателей, но не ссорясь при этом. Лань Ванцзи был готов поверить, что брат и дядя, принимая участие вместе с остальными заклинателями в решении участи бывшего Безночного Города, снабдили это место неким особым заклятием, незаметно оберегающим от ссор. Торговцы ордена Цзинь предлагали здесь золотые украшения, торговцы ордена Оуян — картины и редкой красоты ткани, торговцы Цзян — оружие и пряности, весьма изысканные, торговцы Лань — зимние шарфы и платки из тончайшей кроличьей шерсти, торговцы Мэйшань — элегантные одеяния, изнашивавшиеся весьма медленно. Но Цижэнь, чтобы не привлекать внимания к племяннику, нашёл разумным встретиться в той части города, где торговцы Не предлагали свои веера и шёлк, успев, пока дожидался прилёта Лань Ванцзи, купить вееров и игрушек — для Цинь Су и маленького Жусуна, которых Сичэнь уже успел привезти в Облачные Глубины, и хлопотал об устройстве брачной церемонии, и тех же вееров и игрушек — для Второй Госпожи Мо и маленького Сюаньюя. Когда Лань Ванцзи с ними обоими сошёл с меча, Цижэнь слегка улыбнулся племяннику и будущей невесте с её сыном, сказав: — Ты устроил моё счастье, А-Чжань, я мог бы использовать это как аргумент, чтобы убедить старейшин позволить тебе вернуться домой, ведь и А-Хуань счастлив благодаря тому, что ты победил Мэн Яо. Лань Ванцзи едва заметно покачал головой. — Мэн Яо мы победили вместе с Чифэн-цзунем и Не Хуайсаном, дядя. Пока что я останусь в Нечистой Юдоли. Цижэнь кивнул. — Что ж, так, пожалуй, действительно будет лучше, пусть А-Юань освоит владение веерами. — Он добавил, обращаясь уже ко Второй госпоже Мо, пока Сюаньюй играл хорошенькой деревянной птичкой: — Вам и Вашему сыну будет спокойно в Облачных Глубинах. Я усыновлю А-Юя, и никто не станет вспоминать о его происхождении. — Старейшина Лань подлинно добр, — поклонилась Вторая госпожа Мо. В глазах её светилась искренняя благодарность. — Что ж, мы со Второй госпожой Мо и А-Юем отправимся в Облачные Глубины, — решил Цижэнь и мягко спросил: — А ты, А-Чжань? — Нужно наведаться в Молин Су и в город И, — ответил Лань Ванцзи. — Мэн Яо нет, но чего ждать от Су Шэ и Сюэ Яна — неизвестно. — Это может быть опасно, — заметил Цижэнь, хотя и признавал правоту младшего племянника. — Во всяком случае, не суйся один ни в Молин Су, ни в город И. Ради А-Юаня. — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи. — Я буду осторожен, дядя. Цижэнь вздохнул. — Сичэнь и я — мы оба вступим в брак, а тебя не будет рядом… Сичэнь так счастлив — Цинь Су, похоже, по-настоящему очаровала его, не говоря уж о маленьком Жусуне. Даже если он полюбил из сострадания, это оказалось к лучшему. — Лучше не сердить старейшин Лань, дядя, — мягко ответил Лань Ванцзи. — Пусть Не Хуайсан возьмёт вместо меня А-Юаня на торжество в Облачные Глубины. — Хоть немного радости после всех недавних потрясений, — ответил Цижэнь, приобнимая Мо Сюаньюя. — А впереди ещё решение вопроса о том, кто будет верховным заклинателем… — А он нужен, дядя? — задал вполне разумный вопрос Лань Ванцзи. — Сначала Вэнь Жохань со своей жаждой власти, потом — Мэн Яо, помешанный на интригах… — Так-то оно так, — согласился Цижэнь, — но, что, если к власти однажды начнут рваться фанатики из клана Юй, или кто-то из дальних родственников Цзинь Гуаньшаня? Лучше обезопасить себя на такой случай, выбрав наиболее разумного и умелого в управлении человека. Скажи, если бы ты мог выбирать верховного заклинателя, на ком бы ты остановился? — Не Хуайсан, — сразу ответил Лань Ванцзи. — Его потенциал куда сильнее, чем кажется, к тому же, если бы я и мог доверять кому-то, то только ему. — Вполне возможно, что ты прав, — признал Цижэнь. — Но пока что не будем об этом. Надо подождать, пока всё образуется в ордене Цзинь, объясниться с Су Шэ, найти Сюэ Яна. А сейчас — нужно позаботиться о брачных церемониях, их ведь будет целых три. — Дядя прав, — одними глазами улыбнулся Лань Ванцзи. — Госпожа Сысы уже вполне восстановилась после операции. — Две брачные церемонии в Облачных Глубинах и одна — в Нечистой Юдоли. — Лёгкая улыбка коснулась и губ Цижэня. — Тогда — мы летим в Облачные Глубины, а ты — в Нечистую Юдоль. А-Юань наверняка уже соскучился. Лань Ванцзи кивнул. — Я попрошу Не Минцзюэ устроить его брачную церемонию чуть позднее, чем церемонии дяди и брата, — решил он. — В самом деле, — кивнул Цижэнь, поглаживая по голове Мо Сюаньюя, задремавшего у него на коленях. Вторая госпожа Мо всё это время скромно сидела в стороне, угощаясь лучшим здешним чаем: она чувствовала, что её будущий муж — человек куда лучший, чем покойный Цзинь Гуаньшань, и, понимая, что эта беседа важна для Цижэня, не хотела ему мешать даже лишним движением. — Тогда мы с Сичэнем сможем приехать в Нечистую Юдоль и повидаться с тобой. Если все три церемонии пройдут в один день, это не получится… — Дядю что-то тревожит? — понял Лань Ванцзи. — Су Шэ и Сюэ Ян, — признался Цижэнь. — О Мэн Яо, после того как Не Хуайсан смог доказать его причастность к трагедии на тропе Цюнци и не только, в ордене Цзинь никто не сожалеет, но вот Су Шэ и Сюэ Ян были с ним достаточно близки, и кто-то из них двоих может захотеть отомстить за Мэн Яо. — Но Сюэ Ян — одиночка, едва ли они с Мэн Яо были близки так, чтобы Сюэ Ян хотел мстить, а на Су Шэ Мэн Яо наверняка смотрел лишь как на того, кого мог заменить в любой момент, — заметил Лань Ванцзи. — Даже если так, — вздохнул Цижэнь, с непривычной нежностью касаясь плеча племянника, — обещай мне, Ванцзи, что не пойдёшь один ни в Молин Су, ни в город И. Особенно — в город И. Су Миншань вполне может воспользоваться каким-нибудь особенно подлым приёмом — не обязательно в поединке, если до такового дойдёт, хотя, и в поединке тоже. А город И… Говорят, Сюэ Ян поселился там и балуется такими экспериментами, по сравнению с которыми идеи Вэй Усяня о подчинении тёмной энергии — образец благоразумия… — Я тоже слышал, что в городе И не осталось живых людей и над ним висит ядовитый туман, — вспомнил Лань Ванцзи. — Неужели это дело рук Сюэ Яна? Должно быть, он как-то обезопасил себя, сделав город И одним большим полем для экспериментов с некромантией и ядовитым оружием… — Поэтому я и настаиваю, чтобы ты не отправлялся туда один, — кивнул Цижэнь, крепко сжимая веки, чтобы удержать слёзы. — Я ведь сделал всё, чтобы не потерять тебя. Если бы старейшины настояли на твоём наказании дисциплинарным кнутом, тебя вполне могли бы убить не раны от него, но отчаяние от вести о смерти Вэй Усяня. Сейчас ты изгнан из ордена Лань, но хотя бы жив и здоров, а если пострадаешь по собственной неосторожности в Молин или в городе И… — Я обещал дяде, что буду осторожен, — повторил Лань Ванцзи, и, простившись с дядей, Второй госпожой Мо и маленьким Мо Сюаньюем, отправился выбрать подарок Сычжую. Тот давно просил обучить его верховой езде и Лань Ванцзи решил подарить приёмному сыну маленького пони.       Торговцы той части бывшего Безночного Города, что принадлежала ордену Не, отлично знали Лань Ванцзи, многие искренне сочувствовали ему, поэтому, едва Лань Ванцзи оказался среди торговцев лошадьми, те без слов поняли, что нужно Второму Нефриту Лань, и перед ним, как по волшебству, возник донельзя хорошенький пони, коричнево-рыжий, с белой лысинкой на лбу, такой пушистый, что его хотелось гладить, не переставая, нашлось и удобное седло, идеально подходящее для начала обучения ребёнка верховой езде, и всё остальное. Как убедился Лань Ванцзи, характер Пушка (малыша-пони звали именно так) был удивительно мягок, под стать имени, он ластился к Лань Ванцзи, тыкался ему в ладонь, любил, когда его гладили, и, казалось, так и ждал, чтобы его оседлали или расчесали. Лань Ванцзи ненадолго задумался, стоит ли воспользоваться талисманом перемещения, чтобы преподнести Сычжую подарок, как можно скорее, или добраться до Нечистой Юдоли пешком. В конце концов, он выбрал второе и не пожалел. Всю дорогу от Цишаня до Цинхэ Пушок тыкался в него мордой, тихонько ржал, словно подбадривая, а когда Лань Ванцзи вполголоса произнёс, что Пушку предстоит оберегать А-Юаня, пони тряхнул головой, словно бы понимал каждое слово. Странным образом мысли Лань Ванцзи путались, переходя с одного на другое, но лучшее в его размышлениях затмевало худшее. Приходило в голову, что Су Шэ и Сюэ Ян ещё могут натворить немало бед, но на первый план при мысли об этом выступало нежное беспокойство Цижэня о нём, сжимала сердце тоска о Вэй Усяне, но некая странная надежда умеряла и оттесняла эту тоску, хотя Второй Нефрит и не мог объяснить даже себе, откуда взялась эта надежда, и тут же приходило на ум, как они с А-Юанем будут вместе ездить верхом. За подобными мыслями путь в Цинхэ Не миновал незаметно, и А-Юань, выбежавший встречать приёмного отца, просиял, видя, что тот улыбается, пусть и одними глазами. — Какой хорошенький! — воскликнул А-Юань, мгновенно извлекая из рукава яблоко, которым хотел угостить Лань Ванцзи, и Пушок съел фрукт с таким аппетитом, что А-Юань умилился и обнял нового любимца. — Как его зовут, папа-Ванцзи? — Пушок, — ответил Лань Ванцзи. — Не торопись садиться верхом, — посоветовал он, — вначале погуляем с ним немного.       А-Юань с радостью согласился, и после прогулки с Лань Ванцзи и своим новым питомцем уговорил приёмного отца усадить его верхом. Лань Ванцзи вёл Пушка так осторожно, как только мог, но всё же к концу своей первой прогулки верхом А-Юань выглядел растерянным. — А-Юань напуган? — спросил Лань Ванцзи осторожно. — Было непривычно сидеть в седле? Сычжуй опустил голову. — Папа-Ванцзи так чудесно ездит верхом… Мне всегда казалось, что… Что этому несколько проще научиться… — Всё со временем, — подбодрил его Лань Ванцзи, бережно снимая воспитанника с пони.       А-Юань прильнул к плечу Лань Ванцзи и задремал. Второй Нефрит бережно обнял сына и направился с ним в свои покои, чтобы уложить в постель. Не Хуайсан, вышедший поприветствовать друга, тихо ахнул от восторга, увидев Пушка. — Ванцзи-сюн подарил А-Юаню настоящее чудо, — признал он, а когда Лань Ванцзи уложил А-Юаня спать, начертив в воздухе оберегающий талисман, так же тихо сказал: — Пойдём ко мне, Ванцзи-сюн, расскажешь всё. — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи, следуя за другом. *       Подав Лань Ванцзи чаю с травами, придающего сил, Не Хуайсан выслушал его и, немного подумав, решил: — Наставник Лань прав в том, что тебе не стоит идти в Молин Су и в город И одному, Ванцзи-сюн. Мы пойдём вместе. — Это может быть опасно, — заметил Лань Ванцзи. — Над Мэн Яо мы одержали верх втроём с Минцзюэ-гэ, но орден Су и город И, где, как говорят, уже не осталось ничего живого — одна видимость жизни… — Я тоже не сидел сложа руки с тех пор, как мы победили Мэн Яо, Ванцзи-сюн, — улыбнулся Не Хуайсан, обмахиваясь веером. — Ты совершенствовал свои веера? — понял Лань Ванцзи. — И как же? — Это оказалось легче, чем я предполагал, — признался Не Хуайсан. — Не понадобилось в итоге даже создавать множества боевых вееров как таковых — лишь усилить защиту, даваемую обычным веером так, чтобы обращать атаку напавшего против него самого. Лань Ванцзи понимающе кивнул. — Если бы я атаковал Смертельными Струнами, они бы ударили по мне самому, и чем больше духовных сил я вложил бы в атаку, тем сильнее бы пострадал сам. — Именно так, Ванцзи-сюн, — подтвердил Не Хуайсан. — Если бы речь шла не о магии, а, скажем, о яде, эффект был бы тот же. От яда, скрытого, скажем, в кушаньях или питье, веер, разумеется, не спас бы, а вот от яда в воздухе, на стреле или клинке, либо от какого-то подобного, который можно метнуть в противника, защитил бы запросто. — Мгм, — снова кивнул Лань Ванцзи. — Но, если об этом узнает Цзян Ваньинь, он наверняка захочет присоединиться к нам. В Молин Су — поскольку он был свидетелем низкого поведения Су Шэ в Пещере Черепахи-Губительницы, а в городе И — просто из чувства справедливости и из желания посодействовать нам в нелёгкой миссии, чтобы испытать себя. — Не хотел бы я — не только ради нас двоих, но и ради А-Лина — чтобы мой Чэн-эр совался в орден Су, а тем более — в город И, Ванцзи-сюн, — признался Не Хуайсан, — но ведь его не удержать. И кстати, — просиял он, — раз уж мы вспомнили об А-Чэне, то почему бы не устроить так, чтобы мы с ним подтвердили наш союз в тот же день, когда дагэ сочетается браком с почтенной Сысы? А после — я возьму А-Юаня в Облачные Глубины на торжество наставника Ланя и нашего Сичэня. — Ты и Цзян Ваньинь подтвердите свой союз? — переспросил Лань Ванцзи. — Но будете не вместе при этом? — Мы сможем быть вместе позднее, Ванцзи-сюн, — невозмутимо ответил Не Хуайсан. — Куда важнее, что мы подтвердим наш союз перед всеми и никто не посмеет навязывать А-Чэну браков с нежеланными невестами. — Разумно, — кивнул Лань Ванцзи и Не Хуайсан заметил, что лица друга коснулась тень. — Прости, Ванцзи-сюн, — вздохнул младший Не, положив руку другу на плечо. — Четыре брачные церемонии, и ты один… — Я никогда не забывал Вэй Ина, — ответил Лань Ванцзи спокойно, но словно бы как-то тяжелее. — И всё же я не один — у меня есть А-Юань. А теперь, прошу, оставь меня одного ненадолго — я сыграю оберегающие мелодии для духа Вэй Ина. — Разумеется, — согласился Не Хуайсан. — А я побуду с А-Юанем — лучше будет, если он проснётся не в одиночестве — это может его если не испугать, то огорчить. Лань Ванцзи благодарно наклонил голову и оба разошлись.       Слегка обмахивая спящего А-Юаня веером, распространяющим успокаивающую ци, Не Хуайсан размышлял о словах Лань Ванцзи, и у него из головы не шла мысль о том, что, когда всё — и брачные торжества, и визит в Молин Су и в город И останутся позади, он найдёт способ вернуть своего лучшего друга. Если этого не сделать, та болезнь сердца, что дважды вынуждала слечь Ванцзи-сюна, может вернуться — и унести его навсегда. Если это допустить, и А-Юаню, и А-Лину, и Сичэню с наставником Ланем будет слишком больно. Должен быть способ сделать это, не прибегая к тёмным ритуалам, Не Хуайсан знал, что такой способ есть. Не может не быть.