Управление №17.

Чимин судорожно выдохнул, пальцы почти не слушались, когда он нащупал дно сумки. Вытянув смартфон, он замер: на экране светилось улыбающееся лицо Тэхёна. Видеозвонок. — Это Тэхён, — бросил он Юнги, стараясь, чтобы голос не слишком дрожал и не выдавал той бури, что поднялась в душе после их близости на кухне. Юнги лишь молча кивнул и отошел к кухонному островку, давая пространство, но не сводя с Чимина внимательного взгляда. В этом взгляде не было давления — только колючая внимательность и тихий контроль ситуации, словно он профессионально отслеживал каждую перемену в состоянии Чимина, боясь, что тот снова «закроется». И всё же даже на расстоянии его присутствие ощущалось слишком явно — тёплым, густым шлейфом дорогого табака, от которого воздух становился плотнее, тяжелее для дыхания, словно сам вечер медленно сжимался вокруг Чимина. Чимин перебрался на широкий кожаный диван в гостиной и, поправив полы халата, нажал на кнопку принятия вызова. На секунду он бросил взгляд в сторону двери, почти машинально, словно проверяя — заперто ли, безопасно ли. Но это ощущение тут же растворилось, уступая другому, более опасному — тому, что исходило не снаружи, а находилось здесь, в этой квартире, слишком близко. Экран тут же заполнило лицо сияющего Тэхёна. Он полулежал, небрежно опираясь на изголовье кровати. На заднем плане угадывался интерьер квартиры Чонгука — творческий беспорядок, разбросанные вещи и ворох глянцевых журналов, словно случайно оставленных после чьего-то долгого, ленивого вечера. — Пак Чимин! Наконец-то! — голос друга звучал так бодро и счастливо, что у Чимина на мгновение защемило в груди от контраста с его собственным вечером. — Привет, Тэ! Прости, я не сразу услышал, — отозвался Чимин, стараясь улыбнуться как можно естественнее. — Ты почему игноришь мои сообщения?! Я скинул тебе в чат столько референсов для оформления, посмотри скорее! Чимин послушно свернул окно звонка и открыл мессенджер. Перед глазами поплыли изображения: лаконичные композиции из белоснежных пионов, бесконечное море свечей и тонкие золотые акценты на столах. — Нам с Чонгуком очень понравился этот минимализм, — продолжал тараторить Тэхён, пока его лицо снова не появилось на экране. — Бело-изумрудно-золотое оформление. Это же так… аристократично и при этом современно, да? Скажи, что тебе тоже нравится! — Да, Тэ… это очень красиво, — Чимин заставил себя улыбнуться, кончиками пальцев касаясь изображения нежных лепестков на экране, будто это могло хоть немного заземлить его в реальности. И всё же под этим спокойствием уже начинало проступать что-то другое — тёплая, сладкая нота его собственного запаха, ванильной карамели, которая становилась гуще, плотнее, почти липкой, выдавая его состояние сильнее, чем он сам. — Пионы выглядят потрясающе. Очень в твоём стиле. — Кстатиииии, мы забрали кольца... — Тэхён придвинулся почти вплотную к камере, его глаза азартно блестели. — Смотри... Он выставил перед камерой бархатную коробочку, в которой лежали два изящных кольца из белого золота, а затем показал внутреннюю сторону второго, чуть покрупнее. Чимин прищурился, разглядывая тонкую, идеальную гравировку: «Tae ♡ Kook ∞». — Боже, Тэхён… это так прекрасно, — прошептал Чимин, и на этот раз его улыбка была искренней. Символ бесконечности после их имен казался сейчас чем-то невероятно важным и незыблемым — тем, что не рушится, не исчезает и не ломается от чужого враждебного вторжения, от чужих рук, чужих решений, чужого присутствия. Тэхён уже хотел что-то добавить, но вдруг замолчал. Его взгляд сместился с лица Чимина на фон за его спиной. Он нахмурился, смешно вытягивая шею, пытаясь разглядеть незнакомую обстановку. — Завтра мы с Гуком идем смотреть дом! Представляешь? Настоящий большой дом с задним двором, где можно будет… — он на секунду отвлекся, что-то поправляя за кадром, — Подожди... Не могу понять... Он снова поднял взгляд и подозрительно прищурился. — Чим-Чим, а ты где? Ты не дома? — уже внимательнее спросил Тэхён, будто по крупицам собирая детали в одну картину, в которой начинало появляться что-то лишнее, чужое. Чимин сглотнул. В этот момент он услышал тихий звук шагов — Юнги покинул кухню и направился через гостиную. Табачная горечь стала приближаться, обволакивая, смешиваясь со сладким запахом Чимина. Напряжение внутри отозвалось звенящей струной: Юнги не просто шел мимо — в его движении чувствовалась решимость, как будто он уже принял решение и теперь просто реализовывал его, сокращая дистанцию не спеша, но неизбежно. — В моей квартире возникли кое-какие проблемы... Пришлось временно съехать..— соврал он первую пришедшую в голову нелепицу, отчаянно стараясь звучать буднично. — Завтра при встрече всё расскажу, обещаю. Всё в порядке. — Всё в порядке? Точно? — Тэхён явно не до конца поверил, его интуиция была слишком острой. — Почему ты не приехал ко мне? Папа был бы рад твоей компании… Он продолжал говорить, его голос лился фоном, но вдруг он резко замолчал. В этот момент Юнги, который медленно пересекал комнату, словно принял окончательное решение, не свернул и не остановился. Он прошёл прямо за спиной Чимина, слишком близко — так, что тепло его тела можно было почувствовать даже не оборачиваясь. В кадре мелькнул силуэт, домашняя, пугающе расслабленная фигура, абсолютно не скрывающаяся, как будто скрываться он и не собирался. Тэхён на экране застыл с открытым ртом. Его брови взлетели куда-то к самой челке, взгляд резко потемнел, цепляясь за увиденное с пугающей точностью. — Чимин, ты не один? Это что… Подожди… — Я перезвоню! — выпалил Чимин и, не дожидаясь ответа, буквально обрубил вызов. Экран погас. На секунду в комнате стало оглушающе тихо — настолько, что Чимин услышал собственное дыхание, сбившееся, неровное. Пальцы всё ещё сжимали телефон, но он уже не чувствовал его веса. Он не оборачивался. Но слишком ясно понимал: Тэхён увидел. И назад уже ничего не откатить.