Непредвиденные перемены

Цзинь Гуаншань тяжело переживал известие о том, что Баошань Саньжэнь предоставила большую часть еды для банкета. Он ожидал, что его будут тепло благодарить за щедрость. Теперь это уже не было столь очевидным. Второе празднество, которое должно было состояться во внутреннем дворе, было особенно досадным. Дело в том, что для целей Цзинь Гуаншаня война оказалась слишком короткой — слишком много людей выжило. Цзинь Гуаншань был уверен, что кампания «Выстрел в Солнце» затянется на годы, и что даже если союзники, в конце концов, одержат победу, их ряды значительно поредеют, оставив Орден Цзинь самым многочисленным и влиятельным. Он придержал припасы. После изнурительных лет конфликта союзники были бы в отчаянном положении. Он мог бы назначить любую цену за любые припасы, которые согласился бы им предоставить. Они были бы благодарны. Он был бы их спасителем. Этого не случилось, и поэтому все планы Цзинь Гуаншаня рухнули. Даже сейчас он не мог претендовать на то, чтобы быть единственным устроителем банкета. Проклятие этой Бессмертной Саньжэнь за её вмешательство! Три диких кабана и олень? Гуси, утки и куры? Откуда она могла прислать столько всего? Это неразумно. По крайней мере, он всё ещё выступал в роли хозяина — никто не пытался отнять у него это. – Гуанъяо, всё готово? Цзинь Гуанъяо низко поклонился: – Да, отец. – Меню такое, как я приказал? – Всё было устроено в соответствии с Вашими указаниями, насколько это было возможно, отец. – Что значит «насколько это было возможно»? Я хочу, чтобы всё было устроено так, как я хочу. – Припасы, присланные Бессмертной Саньжэнь, не в моей власти, отец. – Как досадно. – Да, отец. – Я не потерплю никаких оплошностей. – Нет, отец. – Я решил внести одно изменение в план рассадки. Цзинь Гуанъяо удивился. Он приложил огромные усилия, чтобы каждый получил место, соответствующее его положению. Зачем его отцу что-то менять? – Как пожелаете, отец. Какое изменение вы хотите внести? – Места, отведённые Цзянам и Юй, должны быть заменены. Это поставило бы Цзянов рядом с Ланями… и Вэй Усянем. Чего он намеренно избегал. – Отец, разумно ли это? Цзинь Гуаншань усмехнулся: – Я хочу сделать так, чтобы Вэй Усяню стало неудобно. Это сделает его более сговорчивым, если я решу обратиться к нему. – Я не думаю, что результат будет таким, как Вы желаете, отец. Более вероятно, что неудобно будет именно Цзянам, а они Ваши союзники. – Вздор. Госпожа Юй оценит возможность сделать выговор мальчишке. – Госпожа Цзян. – Что? – Юй Цзыюань больше не имеет права называть себя госпожой Юй. Теперь она госпожа Цзян. Было бы лучше не ошибиться в её имени в её присутствии или в присутствии кого-либо из Юев. – Хм, я забыл. Ещё и Цзыдянь потеряла, не так ли? – Так и есть. Теперь он находится во владении Не Хуайсана. – Как этому беспутному лентяю удалось это сделать? Загадка. В этом нет смысла. Он не должен был так легко забрать духовное оружие Юй Цзыюань. – Не должен был, и всё же забрал. Я думаю, возможно, мы все ошибались в истинной натуре Не Хуайсана. Теперь его называют Чжицзи-цзюнь, и это прозвище дано не в насмешку. – Нелепо. Наверняка это дань тщеславию Не Минцзюэ. – Я так не думаю. Не Хуайсан отвечал за лагерную логистику и много занимался организацией здесь, в Безночном городе. – Хмф. Хитрость. Я в этом уверен. Не важно. Не Хуайсан не имеет значения. Просто сделай, как я велел. – Да, отец. – Мою одежду проветрили и приготовили? – Да, отец. – Всё должно быть безупречно, Гуанъяо. Безупречно. К концу вечера меня должны назвать следующим главным заклинателем. Цзинь Гуанъяо больше не был уверен, что это возможно. – Я бы посоветовал отложить. – Вздор. Как только я объявлю о массовой охоте, которую планирую, я заслужу благосклонность всех присутствующих. Вряд ли. Да, массовая охота будет популярна, но это не отменит того факта, что Цзинь Гуаншань не участвовал в кампании «Выстрел в Солнце», в то время как все остальные участвовали. Это запомнится. – Не лучше ли поднять этот вопрос на массовой охоте? Чтобы время, прошедшее после кампании, немного остудило память. К тому же у нас будет преимущество находиться в Ланьлине, со всеми вытекающими из этого прецедентами. Все смогут увидеть выгоды от назначения вас лидером мира совершенствования. Цзинь Гуаншань замер. В этом был резон. Но нет, он не хотел ждать. Он хотел власти немедленно. – Не нужно. Сегодня вечером я буду принимать гостей. Именно я устроил этот банкет. Именно я предоставил пир. Они увидят, что я лучше всех подхожу на роль лидера. Цзинь Гуанъяо закрыл глаза от разочарования и сделал глубокий вдох. Почему его отец не мог понять? Если бы Не Минцзюэ умер, как того желал его отец, тогда, возможно. Но он всё ещё был жив, всё ещё пользовался таким уважением. Не Минцзюэ был очевидным выбором. Цзинь Гуанъяо знал о плане своего отца принизить Не Минцзюэ и занять почётное место. Если это удастся, то Цзинь Гуаншань окажется выше всех. Именно он будет в выигрышном положении. Будет ли этого достаточно? Он очень опасался, что нет. Как бы ни росло раздражение Цзинь Гуанъяо на отца, в его интересах всё равно было, чтобы Цзинь Гуаншаня назвали главным заклинателем. Эта должность могла считаться наследственной, поэтому когда Цзинь Гуанъяо возглавит Орден Цзинь, высшая честь в мире совершенствования достанется ему вместе с ней. Цзинь Гуанъяо посмотрел на отца, готовый снова попытаться отговорить его от слишком поспешных действий. Нет, смысла не было. Цзинь Гуаншань никогда бы не поверил, что его планы ошибочны. Вместо этого он почтительно склонил голову. – Да, отец. * * * Вэй Усянь со вздохом откинулся на кровати. – Лань Чжань, я бы хотел пропустить это и сразу отправиться в Нечистое Царство. Теперь, когда мы знаем, что А-Юань будет нашим, я просто хочу забрать его и начать быть его… о, я не подумал о том, как он будет нас называть. Лань Чжань, как ты хочешь, чтобы он называл тебя? Вэй Усянь сел и немного нервно посмотрел на Лань Ванцзи. Он отчаянно хотел быть отцом, но если его Лань Чжань хотел этого титула, он научится жить с разочарованием. Лань Ванцзи повернулся к нему, склонив голову в задумчивости. – Я думаю… отец. Вэй Усянь быстро несколько раз моргнул и выдавил из себя дрожащую улыбку. – О, что ж, ты будешь потрясающим отцом, Лань Чжань. Я… – Вэй Ин. – Лань Ванцзи прервал его нежным взглядом. Вэй Усянь нахмурился, затем вскочил и встряхнул Лань Ванцзи за ворот. – Лань Чжань, ты надо мной издеваешься? Ты так жесток со своим бедным Вэй Ином. – Вэй Ин, ты можешь быть отцом. Я буду папой. – Я имею в виду, если ты хочешь быть отцом, то это нормально. Я в порядке. – Желать чего-то для себя — это не плохо, Вэй Ин. Я доволен, будучи папой. Я буду его отцом, независимо от того, как А-Юань будет меня называть. Лань Бо тоже, если мы решим его усыновить. – Лань Бо. Ты вообще его помнишь, Лань Чжань? – Он малыш. Был младенцем, когда я покинул Облачные Глубины. Следовательно, значимые отношения были невозможны. Вэй Усянь рассмеялся, поправляя воротник мужа, который измял. – Наверное, так и есть. Как думаешь, мы ему понравимся, и А-Юань тоже? – Я не вижу причин, почему бы и нет. – Надеюсь, понравимся. Его имя звучит как драгоценность, и даже если он окажется гремлином, я знаю, что полюблю его. – Он закончил разглаживать одежду Лань Ванцзи. – Вот, ты снова аккуратный и готов к банкету. Знаешь, я никогда так сильно не хотел пропустить банкет, как этот. Обычно я люблю хорошую еду и вино, но сегодня вечером мне совсем не хочется есть и пить . – Цзинь Гуаншань — плохой хозяин. – Губы Лань Ванцзи изогнулись в крошечной самодовольной улыбке. – Мы должны быть уверены, что поблагодарим его за дополнение к дарам твоей бабушки. Вэй Усянь уставился на него. – Лань Чжань! А ты говорил, что ты не мелочный. – Не мелочный. Точный. – Ты планируешь быть точным с Цзинь Гуаншанем сегодня вечером? – Планирую. – Кажется, у меня всё-таки начинает появляться праздничное настроение. Это будет весело. * * * Не Минцзюэ держал в руках свёрток, который попросил прислать ему из Нечистого Царства. Он немного нервничал. Что, если Вэньцин оно не понравится? Нет, всё будет хорошо. Даже если она его возненавидит, она будет добра. – Вэньцин, это тебе. Она посмотрела на него с удивлением. Её муж выглядел задумчивым, протягивая что-то, завёрнутое в яркую шёлковую ткань. Она взяла у него подарок и развернула его. Это был гребень, прекрасный в своей простоте. Тёмное дерево, инкрустированное зелёным нефритом, с одной идеальной рубиновой каплей в центре. Вэньцин провела по нему пальцами, чувствуя тепло. – Он прекрасен, Минцзюэ. Где ты его взял? – Он принадлежал моей матери. Это был первый подарок моего отца ей. Моя тётя хранила его на случай, если я захочу подарить его кому-то. Я не думал, что захочу, пока не встретил тебя. – Твоей матери? Я обещаю, что буду хорошо заботиться о нём. Помоги мне закрепить его в волосах. Он рассмеялся: – Я попробую, но я не силён в таких вещах. Тебе стоит попросить Хуайсана. – Мы оба взрослые люди. Я уверена, что между нами мы сможем справиться с такой простой вещью, как шпилька для волос. Оказалось, не смогли. Вэньцин рассмеялась: – Кто бы мог подумать, что причёски могут быть такими сложными. Тогда пойдём к Хуайсану. Она взяла свой гребень и мужа и отправилась в комнату своего брата. * * * – Так ровно? – Вэньнин стоял перед большим зеркалом, поправляя свой гуань. – Идеально, Вэньнин. – сказал ему Не Хуайсан. – Ты очень красив сегодня вечером. Все эти старания для какой-то особой причины? – Он усмехнулся, глядя на друга. Вэньнин покраснел: – Хуайсан, мне очень нравится Юй Синьи. Как думаешь, я нравлюсь ей? – Очевидно, что ты нравишься ей, Вэньнин. Почему бы и нет? Ты очарователен. – Хуайсан, не дразни. – Я не дразню. Ну, может быть, немного, но я всё равно серьёзно. Я знаю, как это важно для тебя, поэтому я не стал бы насмехаться. Ты невероятно симпатичный, Вэньнин, у тебя добрая душа и благородный дух. Девушка должна быть слепой или глупой, чтобы не заметить этого, а поскольку Юй Синьи ни то, ни другое, она, конечно, это заметила. Разве она не согласилась, что ты герой? – Да, но, возможно, она была просто добра. Она такой человек. – Она всё же Юй. Возможно, не такая прямолинейная, как остальные женщины из клана Юй, но всё же, если бы ты ей не нравился, подозреваю, она дала бы это понять. Ты серьёзно думаешь о женитьбе? – Пока нет, но я бы хотел когда-нибудь иметь жену. Ту, с кем можно разделить жизнь. Иметь детей и наблюдать, как они растут; помогать им стать хорошими людьми. Ту, с кем можно состариться. И я думаю, что, возможно, я хочу всего этого с Юй Синьи. – Тогда я рад за тебя, Вэньнин. – Это не то, чего ты хочешь? – Не то. Мне нравится Юй Сян, и я вижу, что жизнь с ней могла бы быть интересной, но женитьба? Я не знаю. – Не все отношения должны быть одинаковыми. У вас могло бы быть что-то совершенно иное. То, что подошло бы вам обоим. – Возможно. Никуда не нужно спешить. Сегодня вечером я просто хочу посмотреть, что она сделает с этой ветровой подушкой, а потом хочу посмеяться над Цзинь Гуаншанем. Дверь открылась, впуская Вэньцин и Не Минцзюэ. Вэньцин протянула гребень: – Хуайсан, мы пытались закрепить это в моих волосах. Это невозможно. Посмотри, что ты сможешь сделать. Не Хуайсан со смехом взял гребень и, нахмурился, глядя на него. – Это из Цинхэ? – Первый подарок нашего отца моей матери. Я попросил тётю Дунмэй отправить его сюда для Вэньцин. – Мило. Несколькими быстрыми движениями скрутив волосы Вэньцин, Не Хуайсан водрузил гребень на её макушку. – Вот и всё. – Он отступил назад, чтобы полюбоваться своей работой. – Он на месте? – Вэньцин подошла к зеркалу посмотреть. – Не могу поверить, что ты сделал это так легко. Мы пытались целую вечность, и он всё время выпадал, когда я двигалась. – Это искусство, сестрица Цин. У некоторых из нас есть талант. – Не Хуайсан усмехнулся своему брату. – У некоторых нет. Вэньнин улыбнулся сестре: – Он прекрасен, сестра. Ты прекрасно выглядишь. Она потянулась и взяла его за руку. – Спасибо, А-Нин. Ты тоже очень красив. Не Хуайсан подтолкнул его локтем. – Видишь, Вэньнин, как я и говорил. Юй Синьи будет впечатлена, я уверен. – О, все эти старания ради неё, А-Нин? – Н-нет, я н-не… я п-просто… ох, отстаньте. Все рассмеялись, а Вэньцин потрепала брата по голове, радуясь видеть его счастливым. * * * Они одевались в молчании. Время от времени Цзян Фэнмянь поглядывал на жену. Она игнорировала его. Он вздохнул и поправил свой гуань. Их дети ждали в гостиной. Цзян Чэн расхаживал перед окнами, мрачно хмурясь, пока Цзян Яньли спокойно сидела и читала. Когда вошли родители, она встала и убирала книгу. Вместе они вышли и направились на банкет. Никто из них не произнёс ни единого слова. * * * – Сичэнь, это никак не повлияет на твою помолвку. Ты должен понимать, что старейшины заслуживают уважения, чтобы с ними советовались. Вэй Усянь нахмурился, увидев разочарованное лицо Лань Сичэня, когда они с Лань Ванцзи выходили из своей комнаты в общую гостиную. – Есть проблема? Брат Сичэнь? – Нет, не совсем, я надеялся объявить о моей помолвке с девой Цинь на этом банкете. – И почему это проблема? – Вэй Усянь был сбит с толку. Разве помолвка не была согласована? – Старейшины, – пояснил Лань Ванцзи. – Сюнчжан, дядя прав. Они не будут возражать. Однако они могут сделать жизнь девы Цинь неприятной, если почувствуют себя исключёнными. – Совершенно верно. Это прискорбно, но возможно, они сочтут объявление без предварительных консультаций нарушением этикета и возложат вину за это на Циней. Задержка незначительна. Всего лишь до празднования в честь Ванцзи и Усяня. К тому же, будет правильно сделать объявление в Облачных Глубинах. К тому времени у нас также будет назначена дата. Лань Сичэнь вздохнул. – Я знаю, что ты прав. Просто… – Ты хочешь прокричать об этом с крыш? – Вэй Усянь усмехнулся. Лань Сичэнь усмехнулся в ответ. – Примерно так. Лань Цижэнь похлопал его по плечу. – Я не прошу тебя держать это в секрете. Ты можешь рассказать кому захочешь. Отложить нужно только официальное объявление. Лань Сичэнь выглядел повеселевшим от этого. – Полагаю, все, кто для меня действительно важен, уже знают. Я не думаю, что смогу притворяться, будто у меня нет к ней чувств, когда мы окажемся в одной комнате, так что вопросы могут возникнуть. Если кто-нибудь спросит, я объясню, как ты сказал: что необходимо поставить в известность старейшин, прежде чем можно будет сделать официальное объявление. – Я рад, что ты понимаешь, Сичэнь. Пойдёмте. Не стоит опаздывать. * * * Цзяны были первыми из великих Орденов, прибывшими на банкет. Юй Цзыюань высоко подняла голову, игнорируя взгляды лидеров малых Орденов, которые сновали вокруг и перешёптывались. Отсутствие Цзыдяня было заметно, и к этому времени все уже слышали, как она его лишилась. Ей хотелось накричать на них, потребовать, чтобы они относились к ней с уважением, а не как к объекту для сплетен. Она не сделала этого. Вместо этого она предпочла делать вид, что всё идёт как должно. Цзян Фэнмянь поклонился Цзинь Гуаншаню, чуть ниже, чем было принято между равными. Цзинь Гуаншань знал, что уже одержал верх в любой схватке, в которую тот решит вступить. Он получит от этого человека то, что хотел. Цзян Фэнмянь никогда не посмеет бросить ему вызов. – Цзян Фэнмянь, приветствую тебя и твою семью. – Благодарю, Цзинь Гуаншань. Уверен, мы все признательны за твою щедрость в организации этого торжества. – Не стоит, не стоит. Я счастлив принимать союзников в это время. Давайте все вместе почтим окончание тирании Вэнь Жоханя. А, вот и Лани присоединились к нам. Цзян Фэнмянь и его семья снова поклонились, затем отошли в сторону, чтобы пропустить Ланей и Вэй Усяня. Они обменялись поклонами. Цзинь Гуаншань уже собирался начать свою приветственную речь, когда Лань Ванцзи провозгласил: – Кабан с Небесной Горы хорошо прожаривается. Цзинь Гуаншань нахмурился. – Разве Лани теперь едят мясо? Лань Ванцзи посмотрел на него. – Нет. – Затем он отвернулся и посмотрел поверх плеча Цзинь Гуаншаня. Вэй Усянь усмехнулся. – Полагаю, мой муж просто сделал простое наблюдение. – Мм. Точность — это главное, – добавил Лань Ванцзи, что не имело смысла в применении к жарке кабанов и, тем не менее, звучало глубокомысленно. Цзинь Гуаншань повернулся к Лань Цижэню за объяснением. Он его не получил. Вместо этого Лань Цижэнь кивнул, словно Лань Ванцзи открыл великую истину. – Эта еда от Бессмертной Баошань Саньжэнь? – Нет! – Цзинь Гуаншань едва не топнул ногой от досады. – Эту еду принёс я. Лань Ванцзи проигнорировал его вспышку, повернувшись к дяде, чтобы сказать ему: – Цзинь Гуаншань предоставил часть этой еды. Остальное и то, что было отдано ученикам во дворе, прислала Баошань Саньжэнь. – Понятно. – Лань Цижэнь кивнул. – Совместные усилия, значит. Это уместно, раз эту войну выиграл союз Орденов. Недовольный таким поворотом событий, Цзинь Гуаншань подтолкнул Цзинь Гуанъяо, желая, чтобы он вернул разговор в русло восхваления его, Цзинь Гуаншаня. Но прежде чем Цзинь Гуанъяо успел что-либо предпринять, прибыл орден Не. – Чифэн-цзунь. – вкрадчиво провозгласил Цзинь Гуаншань. Он повысил голос, чтобы его было слышно сквозь шум. – Герой кампании «Выстрел в Солнце» прибыл. – Он триумфально поднял руки, словно выставляя напоказ призового быка. Не Минцзюэ повернулся к Вэньцин и приподнял брови. Цзинь Гуаншань что-то задумал, но что? Убедившись, что привлёк всеобщее внимание, Цзинь Гуаншань взмахнул рукой в сторону дальнего конца зала, где на почётном месте стоял трон Вэнь Жоханя. – Прошу, Чифэн-цзунь, ты должен занять почётное место. Не Минцзюэ нахмурился. – Я никогда не сяду на трон Вэнь Жоханя. Притворившись удивлённым, Цзинь Гуаншань подозвал своих людей. – Приношу извинения; позвольте мне исправить мою ошибку. – Если бы глава Ордена Цзинь участвовал в кампании «Выстрел в Солнце», он бы понял, что предлагать такое — оскорбление. – Лань Ванцзи презрительно фыркнул в сторону Цзинь Гуаншаня. Вскипев, Цзинь Гуаншань открыл рот, чтобы возразить, но Не Хуайсан шагнул вперёд, подняв руку, призывая к тишине. Не Хуайсан наблюдал за происходящим с растущим гневом. Вот оно. Вот каково было намерение Цзинь Гуаншаня — захватить власть под видом умиротворения. Цзинь Гуаншань знал, что Не Минцзюэ откажется занять трон Вэнь Жоханя, и намеревался использовать этот отказ, чтобы самому занять лучшее место. Не Хуайсан отказался позволить это. Его брат заслуживал быть удостоенным чести, и Цзинь Гуаншаню не позволят оттеснить его. Сначала он не был уверен, что можно сделать, но затем, расширив глаза, Не Хуайсан понял, что у него действительно есть способ разрешить ситуацию. Он хитро улыбнулся Цзинь Гуаншаню. – Не нужно, не нужно. Такие ошибки случаются, но Вам не нужно ничего делать, глава Ордена Цзинь. – Он повернулся к брату. – Старший брат, позволь мне всё исправить для тебя. Не Минцзюэ понятия не имел, что задумал его брат, но он был готов отступить и позволить ему разобраться. – Пожалуйста, Хуайсан. Не Хуайсан пошёл вперёд. Шёпот стих, все взгляды устремились на Не Хуайсана, ожидая, что он сделает. Когда он подошёл достаточно близко, он остановился. Сделав глубокий вдох, он сосредоточился, чувствуя, как Цзыдянь потрескивает на его запястье. Он отвёл руку назад и метнул Цзыдянь вперёд. Со вспышкой молнии кнут ударил и вдребезги разнёс трон Вэнь Жоханя. Довольный Не Хуайсан отступил назад, указывая на то место, где стояли его люди, готовые к действию. – Фу Фу, убери это и подготовь подобающее кресло для моего брата, если будет на то ваша милость. Раздался одобрительный возглас, лидеры Орденов громко зааплодировали. Не Хуайсан поклонился, затем с усмешкой повернулся к брату. – Так лучше, старший брат? – Намного. Спасибо, Хуайсан. Не Хуайсан заметил, что Юй Цзыюань наблюдает за ним, пока Цзыдянь возвращается в своё спокойное состояние. Он весело помахал ей, на что она нахмурилась. Ну и ладно. Не Минцзюэ подал руку своей жене и сквозь ликующие толпы прошествовал мимо Цзинь Гуаншаня к отведённому ему месту. Лани последовали за ними, Лань Ванцзи наклонился, чтобы что-то сказать Вэй Усяню, хотя его слова были достаточно громкими, чтобы их услышали все. – Чжицзи-цзюнь поступил правильно, уничтожив место власти Вэнь Жоханя. Все, кто сражался в этой войне, могут оценить важность этого поступка. – Он не удостоил Цзинь Гуаншаня никаким признанием, проходя мимо него. * * * Цзинь Гуаншань сжал кулаки. Как всё пошло наперекосяк так быстро, и из-за Не Хуайсана? Не Хуайсана! Он схватил Цзинь Гуанъяо и принялся трясти его, наблюдая, как Не Минцзюэ занимает место, которое он планировал для себя. – Исправь это! – потребовал он от Цзинь Гуанъяо. – Ничего нельзя сделать, отец. Вы сами громко провозгласили, что почётное место должно достаться Чифэн-цзуню. Теперь его нельзя у него отнять. – Он должен был отказаться! Он отказался, но затем этот… этот его никчёмный брат вмешался. – Не такой уж никчёмный, как выясняется, отец. Цзинь Гуаншань зарычал и так сильно оттолкнув Цзинь Гуанъяо, что тот споткнулся. От падения его спас только Цзинь Цзысюань, который подхватил его и поставил на ноги. Цзинь Цзысюань печально покачал головой. – Отец, зачем ты играешь в эти игры? Всё, что тебе нужно было сделать, — это быть хорошим хозяином, и ты бы вернул много уважения, потерянного из-за действий Цзысюня. Пожалуйста, отец, пожалуйста, ничего больше не делай сегодня вечером. – Он вздохнул и отошёл. Цзинь Гуаншань фыркнул. – Глупый мальчишка. Что он понимает? – Он двинулся вперёд. Но он не прошёл и трёх шагов, как до его ушей донёсся очень знакомый звук — кто-то выпустил кишечные газы. Глаза Цзинь Гуаншаня расширились от шока, когда несколько голов повернулись в его сторону. Но это был не он! Он избавился от этого ужасного недуга. Он украдкой огляделся. Да, за ним наблюдали. Все знали, что с ним случилось ранее, и думали, что он всё ещё болен. Так несправедливо! Цзинь Гуаншань продолжил идти вперёд, и почти каждый его шаг сопровождался небольшими звуками. Он попытался игнорировать это, делая вид, что ничего не слышит, уж точно не хихиканья, которые следовали за ним по залу. К тому времени, как он добрался до ступеней, его лицо было красным и напряжённым. Это было неприемлемо. Неужели над ним насмехались? Невероятно! Не Хуайсан развернулся при первом же звуке и мгновенно увидел Юй Сян. Она невинно прогуливалась параллельно Цзинь Гуаншаню. Она подмигнула ему как соучастнику, когда он поймал её взгляд. Не Хуайсан спрятал усмешку за веером и закусил губу, чтобы не рассмеяться вслух. Он думал, что она спрячет ветровую подушку под тем, на что сядет Цзинь Гуаншань. Это было лучше. Этот мужчина выглядел готовым лопнуть, что, конечно, заставляло выглядеть его ответственным за влажные хлюпающие звуки. Юй Сян, несомненно, была гением розыгрышей. Чем больше он видел эту девушку, тем больше она ему нравилась. Пока же он удовольствовался тем, что наблюдал, как Цзинь Гуаншань приближается в сопровождении своего хора пуков и пердежей. Это было великолепно. Как только Цзинь Гуаншань достиг их, Не Хуайсан с невинным видом посмотрел на него поверх своего веера. – Глава Ордена Цзинь, Вы всё ещё нездоровы? Я думал, Ваш недуг был недолгим? – Со мной всё в порядке! – прорычал Цзинь Гуаншань. Не Хуайсан изобразил растерянность. – Но только что? – Это был не я! Это был… я не знаю, что это было, но я совершенно здоров. – Как скажете, глава Ордена Цзинь. Я, право, не знаю, что это могло быть. Может быть…? Я не знаю. Я действительно не знаю. * * * Цзинь Гуаншань не наслаждался пиром. Совсем нет. Он постоянно поднимал гневные и завистливые глаза и смотрел туда, где сидел Орден Не, возвышаясь над всеми. Там должен был быть он, Цзинь Гуаншань, как он и планировал. Это был его пир. Именно он предоставил еду для банкета. За исключением того, что он не предоставил, не полностью, будь проклята эта Бессмертная. Он уставился на хрустящую утку на своей тарелке. Вкуснейшую хрустящую утку с Небесной Горы и почувствовал, как она превращается в пепел во рту. Это было несправедливо. Он так тщательно всё спланировал, но всё пошло наперекосяк. Затем была рассадка. Его план вызвать раздражение у Вэй Усяня провалился полностью. Хотя Юй Цзыюань и даже Цзян Чэн угрожающе сверлили взглядами Вэй Усяня, он, казалось, совсем этого не замечал. Вэй Усянь прекрасно проводил время, разговаривая и смеясь со своим мужем, зятем и даже Лань Цижэнем. К несчастью для Цзинь Гуаншаня, он не учёл, что попытка досадить Вэй Усяню и Цзянам означала, что сам он окажется рядом с Юй Кэсинь. Эта женщина была демоном! С другой стороны, он ожидал сидеть на почётном месте. Теперь это место занял Не Минцзюэ и его жена из клана Вэнь рядом с ним. Его брат и её брат сидели ступенькой ниже, но всё равно выше, чем Цзинь Гуаншань. Он подумал, что, возможно, его ублюдок был прав. Возможно, будет лучше отложить его попытку стать главным заклинателем. Он нахмурился, бросив ещё один завистливый взгляд на Не Минцзюэ. Что, если этот человек сам объявит себя главным заклинателем? Будет ли кто-то возражать? Он мог бы это сделать. В его руках была власть. Нет, этого нельзя было допускать. Сейчас было самое подходящее время, чтобы сделать свой ход, Цзинь Гуаншань был в этом уверен. В конце концов, он знал секрет Не, тот, который Не Минцзюэ никогда бы не позволил раскрыть. Всё, что ему нужно было сделать, — это намекнуть на это, и Не Минцзюэ отступит, оставив поле Цзинь Гуаншаню. Успех был обеспечен. Цзинь Гуаншань был в этом уверен. * * * Не Минцзюэ повысил голос, поднимая свою чашу. – Тост. Давайте все возрадуемся нашей великой победе над Вэнь Жоханем. – Раздались одобрительные возгласы, люди выпили. И снова Не Минцзюэ поднял чашу. – Давайте возблагодарим за пир, который перед нами. Поднимите ваши чашы в знак благодарности Цзинь Гуаншаню, – Не Минцзюэ слегка поклонился ему, заметив самодовольную улыбку мужчины, которая тут же угасла, когда тост продолжился, – и Бессмертной Баошань Саньжэнь. Последовало ещё больше одобрительных возгласов и выпивки. Лидер одного из малых Орденов встал, чтобы провозгласить тост в честь Не Минцзюэ, затем другой — восхваляя Вэй Усяня и Лань Ванцзи. Тосты продолжались ещё некоторое время. Наконец, Не Минцзюэ остановил это. – Война окончена. Время новых начинаний. В связи с этим, есть ли какие-либо объявления? Первыми выступили малые Ордены. Глава Ордена Оуян объявил, что его жена родила в начале кампании «Выстрел в Солнце» сына, которого они наконец дождались после пяти дочерей. Затем глава Ордена Хэ встал, чтобы сообщить о рождении своего первого ребёнка, дочери. Клан Юй выглядел особенно довольным этим, напоминая всем, что глава Ордена Хэ женат на второй дочери Юй Хуэйфэнь, а его ребёнок — её внук. Наконец, настала очередь великих Орденов. Лань Цижэнь встал. – Как большинству из вас уже известно, мой младший племянник Лань Ванцзи, Ханьгуан-цзюнь, женился на Вэй Усяне, Сиван-цзюне. Церемония проходила на Небесной Горе до их возвращения в мир совершенствования. Понятно, что Сиван-цзюнь хотел совершить поклоны в присутствии своего единственного живого родственника, Бессмертной Баошань Саньжэнь. К счастью, присутствие Лань Аня, Бессмертного предка Ханьгуан-цзюня, облегчило это. Орден Гусу Лань проведёт празднование в честь их союза, поскольку мы не могли присутствовать на самой церемонии. Приглашения будут разосланы после нашего возвращения в Облачные Глубины. Я полагаю, что вы все прибудете. Не Хуайсан одобрительно кивнул. Кто бы мог подумать, что у этого старика такой политический ум? Одним ударом он напомнил всем, что и Лань Ванцзи, и Вэй Усянь были удостоены почётных титулов, что Вэй Усянь происходит из рода Бессмертной, и в довершение всего, что основатель Ордена Гусу Лань достиг Бессмертия. Не Хуайсан и сам не мог бы сделать лучше. Объявление сопровождалось аплодисментами и одобрительными возгласами, а также выкрикиваемыми поздравлениями в адрес Вэй Усяня и Лань Ванцзи. Следующим поднялся Цзинь Гуаншань. Он подождал, пока стихнет шум, затем повернул свою вкрадчивую улыбку к Цзянам. – Цзян Фэнмянь, в честь нашей многолетней дружбы, почему бы нам не возобновить помолвку наших детей? Что скажешь? Цзинь Гуаншань почти не сомневался, что Цзян Фэнмянь согласится. Цзяны были ослаблены. Им нужны были связи. Они также были бы настолько отчаянны, что Цзинь Гуаншань мог бы легко вынудить их пойти на уступки. Прежде чем Цзян Фэнмянь успел сказать хоть слово, Цзинь Цзысюань вскочил с криком: – Нет! Цзян Яньли побледнела. Она думала, что они с Цзинь Цзысюанем пришли к лучшему пониманию, но, очевидно, это было не так. Рядом с ней её брат нахмурился, готовый вскочить и наброситься на Цзинь Цзысюаня. Цзян Яньли схватила его за руку. Нет, она не позволит принудить Цзинь Цзысюаня к браку, которого он явно не хотел. К её удивлению, это была не причина, по которой возражал Цзинь Цзысюань. Он сглотнул, когда все взгляды обратились на него. – Я не хочу просто восстанавливать помолвку. Дева Цзян, я прошу позволить мне ухаживать за Вами так, как Вы того заслуживаете. Улыбка Цзян Яньли озарила весь зал. – Для меня будет честью принять это предложение. Цзинь Гуаншань попытался удержать улыбку на губах, но никого не обманул. Он был недоволен таким развитием событий. Вэньнин наклонился к Не Хуайсану. – Я не понимаю. Разве не этого хотел Цзинь Гуаншань? Не Хуайсан усмехнулся. – Нет. Чего хотел Цзинь Гуаншань, так это припереть Цзянов к стенке. Он хотел, чтобы они были так отчаянно заинтересованы в союзе с Цзинями, что подписали бы права на водные пути, чтобы получить их. Цзинь Цзысюань всё испортил. Он заявил перед всеми Орденами, что хочет этого брака. Что он намерен жениться на Цзян Яньли независимо от любых соглашений. Лучше всего то, что Цзинь Гуаншань не может возражать, поскольку он только что объявил, что они должны восстановить помолвку ради одной лишь дружбы. Цзинь Гуаншань сел с нахмуренным лицом. Цзинь Гуанъяо встал на его место, пытаясь вернуть планы отца в нужное русло. – Уважаемые гости, – начал он с глубоким поклоном. – В честь исторического поражения Вэнь Жоханя союзниками, мой отец хотел бы пригласить вас всех на массовую охоту, которая состоится на горе Байфэн через шесть месяцев. Он предлагает это как достойное празднование окончания военных действий. Цзинь Гуаншань снова улыбнулся, видя, что это объявление встречено хорошо, и в его адрес раздаётся много благодарностей. Даже Юй Кэсинь слегка кивнула ему. Для неё это было практически земным поклоном. Он небрежно махнул рукой. – Не нужно благодарности. Всего лишь небольшой жест. – Что, конечно, было не так. Это была демонстрация богатства. То, что могли позволить себе только Цзини. Доказательство их превосходства. Не Минцзюэ призвал к тишине. – Щедрое предложение, глава Ордена Цзинь. Уверен, мы все его ценим. Если больше нет личных объявлений, я хотел бы попросить главу Ордена Юй отчитаться о прогрессе в распределении военных трофеев. Юй Кэсинь поднялась и вышла, чтобы встать перед ступенями. – Благодарю, Чифэн-цзунь. Прежде всего позвольте мне сказать, я осознаю доверие, которое совет оказал мне, поручив эту важную задачу. Это честь, которую я намерена оправдать. Что касается нашего прогресса, необходимо провести чёткую грань между репарациями и военными трофеями. Ордены, наиболее пострадавшие от злодеяний Вэнь Жоханя, должны получить компенсацию до любого распределения оставшихся богатств. Эти Ордены включают в себя все Ордена Цишани, Яо и Ланей. В случае с Орденом Гусу Лань, основная часть их репараций будет предоставлена в виде библиотеки Вэней. На этот раз глава Ордена Яо выглядел действительно удовлетворённым, услышав, что ему помогут с восстановлением. Не все остальные были так же рады объявлению Юй Кэсинь. – А что насчёт нас, матушка? – потребовала Юй Цзыюань. – Что насчёт Цзянов? – Вы вернёте Пристань Лотоса. Когда Вэни захватили её, было нанесено очень мало урона, а то, что было, уже отремонтировано. Не может быть претензий на компенсацию. Юй Цзыюань нахмурилась и толкнула мужа локтём. Цзян Фэнмянь отодвинулся от неё. Что именно, по мнению его жены, он мог сделать? Ведь это её мать принимала решения. Должен ли он обвинить Юй Кэсинь в предвзятости? Он отвернулся, чувствуя себя побеждённым. Цзинь Гуаншань тоже был обеспокоен. Очевидно, клан Цзинь не мог утверждать, что пострадал от Вэнь Жоханя, но если вспомоществования будут розданы столь многим Орденам до того, как будет рассмотрено что-либо ещё, что же тогда останется ему? – Клан Цзинь претендует на земли от наших нынешних границ до Чжэнчжоу. – Цзинь Гуаншань предпочёл бы живые деньги, но это всё ещё было приемлемо. Он знал, что в этом районе были ценные золотые и нефритовые рудники. Юй Кэсинь чуть ли не усмехнулась ему. – Нет. – Что значит «нет»? – разгорячился Цзинь Гуаншань. – Это разумное требование. – Эта земля должна быть возвращена Орденам, у которых она была украдена. У Вас нет на неё прав, Цзинь Гуаншань. Если какой-либо из этих Орденов решит принести клятву верности Цзиням, это их право, как и их право выбрать иной путь. Вы не будете пытаться принуждать их. – Она устремила суровый взгляд на кипящего от гнева Цзинь Гуаншаня. – Всё распределение трофеев будет пропорционально объёму поддержки, оказанной кампании. Несколько человек будут отмечены отдельно от своих Орденов в знак признания их исключительного вклада в достижение победы. Наиболее примечательны Сиван-цзюнь и Ханьгуан-цзюнь. Я уверена, что никто здесь не станет спорить, что их роль в битвах была непревзойдённой. Вэй Усянь уже собирался вставить своё обычное заявление о том, что ему не нужны деньги, когда Лань Ванцзи сжал его руку и, наклонившись, прошептал: – Деньги не имеют значения. Прими честь, Вэй Ин. Вэй Усянь посмотрел на своего мужа. Принять честь? Он не особо задумывался об этом, но, увидев улыбки, которые ему дарили, он понял. Эти люди хотели найти способ выразить своё уважение за то, что он и Лань Ванцзи сделали для них. Это, в свою очередь, означало бы его уважение к ним, если он позволит это. Вместо того чтобы возражать, он улыбнулся в ответ и кивнул в знак благодарности. Цзинь Гуаншань был менее доволен ситуацией. Цзинь Гуаншань возражал. Он очень сильно возражал, но сделать это открыто, когда и Вэй Усянь, и Лань Ванцзи были так популярны, нанесло бы огромный ущерб его репутации, поэтому он ничего не сказал. Он заставил себя рассмеяться, затем присоединился к похвалам всех остальных. Юй Цзыюань и Цзян Чэн даже не притворялись счастливыми. Оба повернулись к Вэй Усяню с презрительными усмешками. Он этого даже не заметил. Юй Кэсинь продолжила. – Окончательное решение ещё не принято. Все Ордены будут уведомлены в своё время. Естественно, как крупнейшие игроки, Ордены Цинхэ Не и Гусу Лань получат больше всего. Цзинь Гуаншань начал беспокоиться. Судя по тому, как говорила Юй Кэсинь, казалось, что клан Цзинь исключают. Разве это справедливо, если он отправлял припасы союзникам? – Я регулярно отправлял провизию. Разве это не будет признано? Юй Кэсинь повернулась к Не Хуайсану. – Чжицзи-цзюнь? Не Хуайсан опустил веер и невинно посмотрел на Цзинь Гуаншаня. – Да, мы с благодарностью получали провизию от Ордена Ланьлин Цзинь, как и от всех союзников. Однако крупнейшим поставщиком была Баошань Саньжэнь. – Действительно, – согласилась Юй Кэсинь. – Снабжение войск ожидается от всех участников и поэтому не является основанием для какой-либо компенсации. С Орденом Ланьлин Цзинь будут обращаться справедливо, они получат то же самое, что и любой из малых Орденов, поскольку присланные ученики сравнимы с теми, кого прислали малые Ордены. Ему не окажут особого внимания? Нет, это неприемлемо. Цзинь Гуаншань ударил рукой по столу. Ему хотелось бушевать, но он всё ещё хотел стать главным заклинателем. Не стоило казаться неразумным в этот момент. Как только он будет возвышен до положения власти, тогда он сможет что-то сделать с несправедливым распределением сокровищниц Вэней. Юй Кэсинь долго смотрела на него, и когда он не выдвинул дальнейших возражений, она вернулась на своё место. – Ваши усилия высоко ценятся, глава Ордена Юй. – Не Минцзюэ благодарно кивнул ей. – Тогда, если ничего больше нет… – Чифэн-цзунь, позволите? – Глава Ордена Яо встал и широко улыбнулся. Не Минцзюэ попытался не застонать. Ничего хорошего никогда не выходило, когда слово давали главе Ордена Яо, но раз уж этот человек начинал, его невозможно было остановить. Лучше позволить ему сказать то, что он хотел, и покончить с этим. – Да, глава Ордена Яо? Вам нужно что-то обсудить? Цзинь Гуаншань оживился. Вот оно. Он попытался выглядеть заинтересованным, а не так, словно он сам наставлял главу Ордена Яо, что говорить, всего двумя часами ранее. Глава Ордена Яо довольно улыбнулся по сторонам, радуясь вниманию. Затем он начал. – Существует ситуация, имеющая большое значение, которую необходимо решить. А именно, назначение нашего следующего главного заклинателя. – Довольный заинтересованным гулом, глава Ордена Яо продолжил: – На мой взгляд, никто не подходит на эту ключевую роль лучше, чем наш самый опытный глава великого Ордена, Цзинь Гуаншань. Цзинь Гуаншань изобразил приятно удивлённый вид, готовясь принять выдвижение и получить то, что, по его мнению, ему причиталось. У него не было этого шанса. Другой глава малого Ордена — Цзинь Гуаншань не знал его, но подумал, что тот может быть из шаньсийского Ордена Хуан — встал, чтобы его заметили. Кем бы он ни был, он мешал целям Цзинь Гуаншаня и заплатит за это, как только Цзинь Гуаншань вознесётся на положение, которого заслуживал. Не Минцзюэ указал в дальний конец зала на этого человека. – Глава Ордена Хуан, вы хотите что-то добавить? – Да. Как и многие другие здесь, я следовал за вами, Чифэн-цзунь, всю войну. Ни разу Вы не обманули ожиданий. Вы доказали, что Вы мудрый и заботливый лидер. Я выдвигаю Чифэн-цзуня на должность главного заклинателя. Цзинь Гуаншань ощетинился, увидев одобрительные кивки и шёпот согласия на слова этого человека. Так не пойдёт. Время положить конец этой глупости. Он встал. – Уважаемые главы Орденов, я уверен, мы все благодарны Не Минцзюэ за его командование во время кампании «Выстрел в Солнце». Однако война окончена. Теперь мы должны спросить себя: действительно ли воин — лучший выбор для лидерства в мирное время? Я не хочу обидеть Не Минцзюэ, но я уверен, что все мы знаем о, как бы это сказать, склонности к искажению ци у Не. – Он повернул к Не Минцзюэ неискренний, полный сочувствия взгляд. Не Минцзюэ нахмурился. Очевидно, метод совершенствования его семьи был не такой уж тайной, как он думал. Не Хуайсан уронил веер. – Просто сказать, что Вы не хотите обидеть, не делает подобные высказывания менее оскорбительными, глава Ордена Цзинь. – Приношу извинения, – торжественно произнёс Цзинь Гуаншань. – Моя единственная забота, говоря так прямо, — это здоровье Вашего брата. Вэньцин приятно улыбнулась ему. – Я благодарю Вас за Вашу заботу, глава Ордена Цзинь, но в ней нет нужды. Как, я уверена, всем здесь известно, когда-то я была личным лекарем Вэнь Жоханя. Пока я служила ему, я могла поддерживать его ци в стабильном состоянии. Только после моего ухода, когда меня больше не было рядом, чтобы остановить его сползание в безумие, произошла его быстрая деградация. Я, как и глава Ордена Цзинь, знала о проклятии Не — раннем отклонении ци. Поэтому я внимательно следила за своим мужем, леча любые симптомы до того, как они становились опасными. Я могу заверить всех присутствующих, что мой муж так же стабилен, как любой здесь присутствующий. Нет никакой вероятности ухудшения его состояния. Я бы не допустила этого. – Она подарила Цзинь Гуаншаню ещё одну фальшивую улыбку. Он попытался отшутиться и вернуть себе преимущество. – Я рад слышать, что вы так говорите, госпожа Не. Я уверен, что, как его жена, Вы искренне желаете, чтобы это было так. – Намекая, что её желание не подтверждены фактами. Лань Ванцзи встал и поклонился Не Минцзюэ и Вэньцин. – Все, кто служил с Чифэн-цзунем во время кампании «Выстрел в Солнце», могут подтвердить наблюдения госпожи Не. Глава Ордена Цзинь знал бы это, если бы присутствовал. – Он сел обратно, даже не взглянув на Цзинь Гуаншаня. Юй Кэсинь прекрасно проводила время. Ничто не доставляло ей такого удовольствия, как наблюдать, как отвратительную змею вроде Цзинь Гуаншаня ставят на место. Она решила присоединиться. – Хотя сама я не присутствовала, моя дочь высоко отзывается о Чифэн-цзуне. Цзинь Цзысюань, Вы служили у него заместителем, не так ли? Согласны ли Вы с оценкой Ханьгуан-цзюня? – Да, глава Ордена Юй. Я всегда полностью доверял решениям Чифэн-цзуня. Он сострадателен и храбр, всегда ставит потребности своих воинов выше собственных. Ни разу я не усомнился в его суждениях. Он для всех нас источник вдохновения. Цзинь Гуаншань почувствовал себя преданным. Чтобы его собственный сын поддерживал его соперника? Это было возмутительно. Он чувствовал, как ситуация оборачивается против него. Ему нужно было вернуть ситуацию в нужное русло. Затем ему пришло избавление в лице самого Не Минцзюэ. Не Минцзюэ встал и поклонился. Сначала Лань Ванцзи, а затем Цзинь Цзысюаню. – Хотя я ценю ваши слова, я действительно не хочу быть главным заклинателем. – Он сел и пожал плечами. Цзинь Гуаншань с облегчением вздохнул. Но прежде чем он смог воспользоваться ситуацией, Юй Кэсинь снова встала и вмешалась. – И именно поэтому, Чифэн-цзунь, Вы — лучший выбор. Тот, кто не желает власти, наиболее пригоден, чтобы обладать ею. Я поддерживаю выдвижение Чифэн-цзуня. – Почему? – Все взгляды с удивлением обратились к Лань Ванцзи. Разве он не только что поддержал Не Минцзюэ? Неужели он сейчас меняет позицию? Юй Кэсинь тоже была удивлена: – Вы спрашиваете, почему Чифэн-цзунь должен быть главным заклинателем? Лань Ванцзи встал. – Я спрашиваю о необходимости главного заклинателя. Я всегда считал Чифэн-цзуня достойным. Если уж у нас должен быть кто-то один, он — лучший выбор. Однако я спрашиваю: должен ли у нас быть главный заклинатель? Хотя я вижу необходимость в надзоре, сосредоточивать так много власти в руках одного человека опасно. Вэнь Жохань — тому доказательство. – Вздор! – Цзинь Гуаншань нахмурился. – У нас всегда был главный заклинатель. Не может быть и речи о том, что в этом нет необходимости. Лань Ванцзи повернулся к нему, бесстрастный, как всегда. – Именно его положение главного заклинателя позволило Вэнь Жоханю совершить столько зверств. Он был развращён властью. – Небольшая пауза. – Глава Ордена Цзинь мог бы лучше это понять, если бы присутствовал во время финальной битвы в Безночном городе. Цзинь Гуаншань пнул свой столик, опрокинув его. – Перестаньте это говорить! Лань Ванцзи взглянул на пролитое вино и разбросанную еду: – Правда, о которой не говорят, остаётся правдой. Юй Кэсинь мудро кивнула: – Хорошее замечание, Ханьгуан-цзюнь. Поскольку вы согласны, что надзор необходим, но всё же предлагаете упразднить должность главного заклинателя, какова ваша альтернатива? – Совет. – Похожий на военный совет? – уточнила она. – Мм. Лидеры четырёх великих Орденов и представитель малых Орденов. Я бы также предложил главу Ордена Юй на эту должность. – С последним поклоном Юй Кэсинь он сел с довольной усмешкой. По крайней мере, для тех, кто его знал, это была усмешка. Для всех остальных он не выражал никаких эмоций. Цзинь Гуаншань был возмущён: – Какое право имеет Лань Ванцзи предлагать такое? – Ханьгуан-цзюнь — герой войны, – заметил глава Ордена Хэ. – Его мнение всегда имеет значение. Для меня это имеет большой смысл. Совет был эффективен во время войны. Я не вижу причин не продолжать использовать его и сейчас, когда наступил мир. Я также согласен, что, если она согласна, глава Ордена Юй — идеальный выбор. Цзинь Гуаншань гневно указал на него. – Разве она не бабушка Вашей жены? Вы явно предвзяты. – Глава ордена Юй не бабушка моей жены. – Цинь Цанъе встал, глядя на Цзинь Гуаншаня. На мгновение Цзинь Гуаншань почувствовал облегчение. Цинь Цанъе был одним из его ближайших друзей. Неужели он поддержит притязания Цзинь Гуаншаня? Цинь Цанъе выждал ровно столько, чтобы убедиться, что привлёк внимание зала. – Я согласен с главой Ордена Хэ. Я не могу представить никого более подходящего, чтобы представлять нас, малые Ордены, чем глава Ордена Юй. Цзинь Гуаншань уставился на своего бывшего друга с открытым ртом. Впервые он осознал, какой вред его собственной репутации нанесла поддержка племянника. Он повернулся к главе Ордена Яо, желая, чтобы тот возразил. Но впервые в жизни глава Ордена Яо был в нерешительности. Он хотел сделать то, что Цзинь Гуаншань ожидал от него, но в то же время Юй Кэсинь отвечала за распределение репараций. Она только что объявила, что он что-то получит, и он не хотел это ставить под угрозу. Он послал Цзинь Гуаншаню слабую улыбку, но ничего не сказал. Рядом с ним глава Ордена Оуян, последний из приспешников Цзинь Гуаншаня, тоже хранил молчание, не решаясь действовать без поддержки своей обычной группы. Не Минцзюэ снова встал. – Что ж, тогда мы согласны с главой Ордена Юй? – Нет! – Всё шло не так. Цзинь Гуаншань огляделся в поисках поддержки. – Ничего не решено. Мы даже не договорились о совете. – Прошу прощения. Я думал, мы договорились, – сказал Не Минцзюэ, оглядывая зал. – Давайте сделаем это сейчас. Все ли согласны с предложением Ханьгуан-цзюня о совете по совершенствованию? Раздалось много кивков и утвердительных возгласов. – Есть ли возражения? – продолжил Не Минцзюэ. Возражений не было, несмотря на горячие надежды Цзинь Гуаншаня. Не Минцзюэ выждал мгновение и затем удовлетворённо кивнул. – Хорошо. Есть ли возражения против главы Ордена Юй как представителя малых Орденов? И снова возражений не было. Цзинь Гуаншань очень хотел возразить, но даже он был достаточно умён, чтобы понять, что это ни к чему не приведёт. Без поддержки даже своих ближайших союзников. Он огляделся в гневном отчаянии, пока решения принимались без него. Позади него Цзинь Гуанъяо прочистил горло, показывая, что Цзинь Гуаншаню лучше сесть, чтобы его не исключили полностью. Затем всё было кончено. Главного заклинателя не будет. Цзинь Гуаншань проиграл, оставшись стоять среди обломков своего разбитого столика. Он сжал кулаки и рухнул обратно на свою подушку. Когда он это сделал, по залу разнёсся недвусмысленный звук выделения газов, за которым последовала оглушительная тишина. Лицо Цзинь Гуаншаня побледнело, затем ярко покраснело. В течение одного долгого, мучительного мгновения никто не произносил ни слова, затем Юй Кэсинь подозвала слугу, наклонилась и сказала ему голосом, слышным всем: – Принесите главе Ордена Цзинь имбирного чая. Боюсь, еда была слишком жирной для его деликатного желудка. Затем начался смех — сначала несколько хихиканий украдкой, которые затем переросли в бесконечную волну громкого и насмешливого хохота.