Звёздный атлас

      Жизнь на острове приобрела странный, лихорадочный ритм. Днём они всё ещё играли свои роли: Мёрдок — деспотичного лидера, 2D — покорного заложника. Но как только солнце опускалось за горизонт, маски трещали по швам.       В одну из таких ночей они выбрались на крышу. Воздух был необычайно прозрачным. Над ними раскинулся Орион — величественный, холодный, с тремя яркими звёздами на поясе.       Мёрдок сидел на старом железном ящике, прислонившись торсом к 2D, который устроился у него между ног. Басист медленно перебирал синие пряди, иногда едва ощутимо касаясь губами макушки Стюарта. Это была их тихая гавань, их секрет от всего мира и даже от Киборга-Нудл.       — Знаешь, Стю… — негромко начал Мёрдок, глядя на пояс Ориона. — Охотник всегда один. Он идёт за целью, пока не падает замертво. Я всегда думал, что я такой же. Одинокий волк на пластиковом плоту.       Он замолчал, и 2D почувствовал, как напряглись мышцы на его теле.       — А теперь? — шёпотом спросил Стюарт, переплетая свои пальцы с пальцами Мёрдока.       — А теперь я смотрю на этот пояс из трёх звёзд и думаю: «Чёрт, если я промахнусь, ты ведь тоже полетишь вниз со мной». И это… это делает меня слабым. Я становлюсь медленным. Я больше не Охотник, я — мишень.       2D развернулся в его руках, заставляя Мёрдока посмотреть себе в глаза. В темноте пустые глазницы Стюарта казались бесконечными колодцами.       — Быть мишенью вдвоём не так страшно, как одному, Мёрдс.       Мёрдок криво усмехнулся и уже открыл рот, чтобы выдать какую-нибудь привычную гадость о том, что романтика — это для слабаков, как вдруг его взгляд зацепился за что-то на горизонте. Маленькая, едва заметная красная точка. Не звезда. Не маяк.       Это был сигнал. Сигнал от его старых «знакомых», которым он задолжал больше, чем стоил весь этот остров.       Его лицо мгновенно изменилось. Нежность испарилась, сменившись маской холодного, расчётливого безумия. Он резко оттолкнул 2D, поднимаясь на ноги.       — Иди вниз. Сейчас же.       — Но Мёрдс… — 2D растерянно моргнул, не понимая, что произошло. Только что они были так близко.       — Я сказал: ВНИЗ! — рявкнул Мёрдок, и в его голосе снова зазвучала та самая сталь, от которой у Стюарта подкашивались колени. — Прячься в своей каюте и запрись. Охота началась, парень. И на этот раз загонщиками выступают не любители на катерах.       Он посмотрел на Ориона в последний раз. Охотник в небе замахнулся дубиной, но Мёрдок знал: в этой игре он сам только что подставил своё единственное слабое место под удар.       Мёрдок продолжал стоять, вглядываясь в горизонт, где красная точка пульсировала, как плохо зажившая рана. Это был «Чёрный кит» — сигнал от Бугимена или кого-то похуже. Долги, от которых он пытался скрыться за пластиковыми горами, наконец-то догнали его.       2D медленно поднялся с холодного металла, его пальцы всё ещё дрожали. Он видел, как спина Мёрдока одеревенела, как он снова превратился в того угловатого, колючего монстра, которого Стюарт боялся годами.       — Мёрдс… ты меня пугаешь. Что там такое? — 2D сделал шаг вперёд, пытаясь коснуться его плеча.       — Не трогай меня! — Мёрдок резко развернулся, и в его взгляде было столько яда, что 2D отшатнулся, словно от удара. — Ты хоть понимаешь, в какую бездну ты лезешь со своими нежностями? Ты думал, мы тут в любовь играть будем? На куче мусора?       Он подошёл вплотную к Стюарту, нависая над ним, и его голос сорвался на змеиное шипение.       — Взгляни на небо, идиот. Орион не просто охотник. Он — убийца. И он всегда получает то, за чем пришёл. Те, кто сейчас плывут сюда, не хотят автографов. Им нужен я. Или ты. В качестве компенсации за мои… ошибки.       2D смотрел на него, и в его пустых глазах начало медленно разливаться понимание. Он видел, как Мёрдок лихорадочно соображает, как в его голове щёлкают шестерёнки, выстраивая новую стратегию выживания.       — Ты хочешь меня прогнать, — тихо сказал 2D. Это был не вопрос, а горькая констатация факта. — Ты специально это делаешь. Опять.       Мёрдок на мгновение запнулся. Его маска дала трещину, и в этой трещине мелькнуло то самое отчаяние, которое он прятал за грубостью. Он ненавидел то, как хорошо этот безглазый дурак начал его понимать.       — Прогнать? — Мёрдок принуждённо расхохотался. — Куда ты пойдёшь, балласт? Вокруг океан. Я просто напоминаю тебе твоё место. Ты — инструмент. Ты — голос на записи. И если мне придётся скормить тебя этим парням, чтобы спасти свою шкуру, я это сделаю, не моргнув глазом!       Он схватил 2D за шиворот и притянул к самому краю крыши, указывая вниз, на тёмные, ревущие волны.       — Видишь это? Это реальность. А звёзды — это просто дохлые куски камня, которым плевать на твоё разбитое сердце.       2D не сопротивлялся. Он позволил Мёрдоку трясти себя, глядя в его перекошенное лицо с каким-то странным, почти божественным спокойствием. — Ты врёшь, Мёрдс. Твоё сердце колотится так сильно, что я чувствую его через твою куртку. Тебе страшно не за себя. Тебе страшно за меня. И ты ненавидишь это.       Мёрдок замахнулся, словно собирался ударить его, но его рука замерла в воздухе. Он тяжело дышал, его лицо было в сантиметре от лица 2D. В тишине было слышно, как Орион в небе продолжает свою вечную охоту.             — Ты… ты чертовски невыносим, Стюпот, — выдохнул Мёрдок, и его рука бессильно опустилась. — Просто… уходи. Пока я не сделал что-то, о чём мы оба будем жалеть вечность.       Он отвернулся, снова устремив взгляд на красную точку, которая становилась всё больше. На этот раз 2D послушался. Он медленно побрёл к люку, ведущему вниз, но на пороге остановился и оглянулся.       — Орион никогда не промахивается, — тихо сказал он. — Но он охотится только на то, что бежит. А я никуда не бегу, Мёрдс.       Когда люк за 2D захлопнулся, Мёрдок наконец позволил себе осесть на пол. Он закрыл лицо руками, и его плечи мелко затряслись. Над островом, в чёрной пустоте космоса, звёзды созвездия Ориона сияли ровно и равнодушно, не ведая о том, что маленькая человеческая трагедия только что затмила их вечный свет.