Звёздный атлас

      Воздух на острове стал густым и едким, как серная кислота. Красная точка на горизонте превратилась в массивный чёрный силуэт корабля, который медленно, словно хищник, заходящий на жертву, приближался к Пластиковому пляжу.       Мёрдок заперся в каюте. Оттуда доносились крики, звон бутылок и яростный стук по клавишам печатной машинки. 2D сидел в коридоре, прислонившись лбом к холодной металлической двери. Он не уходил, несмотря на угрозы.       Вдруг дверь распахнулась. Мёрдок выглядел ужасно: впалые щёки, безумный взгляд, одежда, пропахшая потом и табаком. Он не взглянул на Стюарта, лишь бросил через плечо:       — Зайди. Быстро.       В каюте на столе, поверх разбросанных карт созвездий, лежал помятый конверт и связка ключей от старого катера, который Мёрдок прятал в самом дальнем секторе острова — «Морской чайки».        — Слушай меня внимательно, ты, недоразумение синеволосое, — начал Мёрдок, хватая 2D за плечи и встряхивая его. — Через час здесь будет Бугимен. И он придёт не за чаем. У меня есть долг, который нельзя выплатить деньгами. Только кровью. И я не собираюсь отдавать ему свою.       Он сунул конверт в руки 2D.       — Здесь координаты маленького острова недалеко от побережья Мексики. Там тебя встретят. Это твой билет в один конец. Убирайся отсюда. Сейчас.       2D задрожал, глядя на конверт.       — А как же ты, Мёрдс? Ты ведь... ты ведь тоже поедешь? Мы же договаривались про кассету, про Близнецов...       Мёрдок прищурился, и в его взгляде вспыхнул тот самый яд Скорпиона.       — Договаривались? Ты серьёзно верил в эту чепуху? Стю, ты мне нужен был только для того, чтобы дописать альбом. Теперь вокал готов. Остров окружён. Ты думаешь, я потащу за собой лишний груз? Ты — балласт, который я наконец-то сбрасываю, чтобы всплыть самому.       Он подошёл к иллюминатору. Чёрный корабль уже спускал шлюпки. В тумане проступила высокая фигура в чёрном балахоне — Бугимен, окутанный запахом тлена.       — Я договорился с ним, — соврал Мёрдок, не оборачиваясь. Голос его был ровным, как кардиограмма покойника. — Я отдаю ему остров и... определённую информацию. А он даёт мне уйти. Одному. Налегке. Ты в сделку не входишь. Так что если не хочешь оказаться в его коллекции душ — беги к катеру.       2D смотрел на его сгорбленную спину. Сердце в груди рвалось на части, обливаясь тем самым ядом, который Мёрдок так искусно впрыснул ему под кожу.       — Ты лжёшь, — выдохнул 2D, но на этот раз его голос был тихим и надломленным. — Ты отдаёшь себя ему, чтобы он не трогал остров. Чтобы он не трогал меня.       — Проваливай! — взревел Мёрдок, оборачиваясь и сбрасывая со стола всё, что на нём лежало. Секстант, карты, бутылки — всё полетело на пол. — Проваливай, пока я не передумал и не сдал тебя первым!       В этот момент в дверь каюты гулко постучали. Три тяжёлых, потусторонних удара. Холод просочился сквозь щели, и на стенах выступил иней. Бугимен был уже здесь.       2D в ужасе прижал конверт к груди. Мёрдок схватил его за шиворот и буквально вышвырнул через вторую, техническую дверь, ведущую к спасательным палубам.       — Беги, Стюпот! Беги и никогда не смотри назад! На небе нет места для двух звёзд в одной яме!       Захлопнув дверь и заперев её на засов, Мёрдок повернулся к главному входу. Его руки дрожали, но он выпрямился, поправляя воротник. Он был Скорпионом. Он только что ужалил самое дорогое, что у него было, чтобы яд заставил это «дорогое» спасаться бегством.       Когда Мёрдок вышвырнул Стюарта в технический коридор, он на секунду прильнул к узкому смотровому окну. Небо над Пластиковым пляжем потемнело, словно налилось свинцом, и в южной его части, низко над горизонтом, проступил Скорпион. Его изогнутый хвост с ярко-красным сердцем-звездой — Антаресом — казался раскалённым крюком, вонзённым в саму ткань ночи.       — Видишь его, Стю? — прошептал Мёрдок, зная, что 2D слышит его через тонкую сталь двери. — Скорпион — единственный, кто смог остановить великого Охотника. Но цена была такова, что их разнесли по разным краям неба. Если я останусь, ты исчезнешь. Если ты останешься — исчезнем мы оба.       Антарес мерцал, как злой глаз Бугимена. В астрологии эту звезду называли «Стражем Запада», предвестником конца. Мёрдок чувствовал, как этот холодный звёздный яд проникает в его собственные вены. Скорпион жалит не от ненависти, а от природы. Чтобы защитить свою территорию. Чтобы закончить цикл.       — Ты мой Антарес, парень, — сдавленно произнёс Никкалс, прижимаясь лбом к холодному металлу. — Моё красное, пульсирующее сердце. И я вырву его прямо сейчас, чтобы ты продолжал биться где-то в другом месте.       В дверь снова ударили — на этот раз так сильно, что заклепки застонали. Воздух в каюте стал ледяным. Мёрдок почувствовал, как по его позвоночнику поползли тени. Бугимен не любил ждать.       — Проваливай! — выкрикнул он в последний раз, заглушая всхлип за дверью. — Созвездия никогда не встречаются, Стю! Одно должно зайти, чтобы другое взошло! Выбирай: или ты мой восход, или мы оба — вечная ночь!       Он услышал торопливые, спотыкающиеся шаги 2D, удаляющиеся по коридору. «Якорь» сорвался. Цепь лопнула. Мёрдок резко развернулся к главному входу, выхватывая из-под обломков стола свой верный нож. Скорпион готов был нанести последний удар, даже если этот удар предназначался ему самому.