Соперничество?

Долгожданный бал стремительно приближался, поглощая последние часы, оставшиеся на подготовку. Мелоди, казалось, уже окончательно поселилась в актовом зале. Постоянно пыльный воздух, наполненный ярким светом софитов, эта атмосфера уже давно стала для неё привычной, хотя Драко при каждом удобном случае настойчиво предлагал послать всё к чёрту и свалить. Но репертуар был утверждён, и никакие компромиссы не принимались. Мелоди жадно, крупными глотками пила прохладную воду. Пластиковая бутылка хрустела в её пальцах, а взгляд из-под полуприкрытых век был прикован к Драко. Тот яростно возился с аппаратурой. Нервы у обоих уже были на грани, но до открытой ссоры дело пока не доходило. — Ну что, ты там скоро? — Мелоди опустила бутылку, тыльной стороной ладони небрежно стирая сорвавшуюся каплю с подбородка. Драко в этот момент с остервенением кликал мышкой. Старенький ноутбук намертво завис, отказываясь открывать упрямый аудиофайл. — Блядь… Да почти! — раздражённо огрызнулся он, даже не повернув головы. — Если бы этот кусок дешёвого металла соображал быстрее, мы бы уже половину трека прогнали. Подожди ещё минуту, Мел. Девушка лишь обречённо вздохнула, закатив глаза. Точным броском отправив опустошённую бутылку в урну, она неторопливой походкой подошла к Драко со спины. — Странно. Буквально пять минут назад всё ведь работало идеально, разве нет? Она слегка коснулась его плеча, наклоняясь ближе к монитору, чтобы рассмотреть, в чём дело. Драко на секунду замер. Его палец застыл над мышкой. На таком расстоянии он отчётливо уловил тонкий шлейф её слегка приторных духов, замешанный на тепле её тела, разогретого после тяжёлой вокальной партии. Она была так близко, что её дыхание щекотало шею, но при этом казалась совершенно недосягаемой. Внезапно акустическая система ожила. Колонки оглушительно зашипели, выдали короткий свист и, наконец, заиграли. Зал мгновенно заполнила спокойная, обволакивающая мелодия. Бархатный, глубокий голос Мелоди идеально лёг в этот ритм, заполняя каждый уголок пространства особой нежностью. Несмотря на то, что силы девушки были на исходе, её тело отозвалось само: она закрыла глаза и начала плавно покачиваться в такт, полностью растворяясь в звуке. Драко завороженно наблюдал за ней через плечо. Чуть растрепанные пряди волос, падающие на лицо, расслабленные плечи – в этот момент ему было абсолютно плевать, заметит ли она его откровенный, прожигающий насквозь взгляд. Когда последние аккорды затихли, Мелоди с тихим, измождённым вздохом протянула Драко микрофон и рухнула на соседний стул. — Ну и скука… — Мелоди вздохнула, пытаясь вытащить смартфон, который то и дело выскальзывал из рук, прячась всё глубже в ткань. — Надо было всё-таки послушать тебя и уйти. И голос, кажется, окончательно садится... Достала! Наконец-то! Драко лениво откинулся на спинку кресла, мгновенно приняв свой привычный скучающий вид. Репетировать ему хотелось ещё меньше, чем ей. В его голове уже крутилась тысяча и одна идея, куда можно было бы утащить Мелоди прямо сейчас, лишь бы подальше от этого душного зала. Мелоди же тем временем уже пару минут бездумно листала ленту соцсетей, как вдруг резко замерла, будто наткнулась на что-то важное. Её глаза загорелись любопытством. — Драко, слушай... А помнишь, как на прошлой неделе здесь Мэнди с Честером танцевали? Драко усмехнулся, приподняв одну бровь: — А такое забудешь? Я тогда, честно, был в ахуе. А что вдруг вспомнила? — Вот как думаешь, что они будут делать на самом балу? — Мелоди с живым интересом повернулась к нему, подперев кулаком щеку. — Я уверена, Честер тебе сто процентов что-то рассказал. — Знаешь, на удивление, когда речь заходит об Мэнди, он становится каким-то..тихим? — хмыкнул Драко. — Но я готов поставить свою гитару на то, что танцевать они будут. — А вот Мэнди наоборот, мы же недавно виделись, — победоносно улыбнулась Мелоди. — Обожаю, когда она начинает пересказывать все во всех деталях. — Да-а? — Драко заинтересованно подался вперёд. — И что же она рассказала? Только не надо рассказывать про их свидание, я его лично с Честером от и до планировал. На губах заиграла насмешливая ухмылка. — Их поход в рандомную закусочную ты тоже планировал? Драко аж поперхнулся воздухом. Он судорожно закашлялся, пару раз сильно хлопнул себя ладонью по груди и уставился на Мелоди круглыми, совершенно удивленными глазами. — Чего?! — хриплым голосом выдавил он. — Какая ещё нахер закусочная? Мы же забронировали тот ресто… — Да расслабься ты, — Мелоди со смешком перебила его, махнув рукой. — Даже так всё прошло идеально. В том ресторане трубу прорвало или вроде того, поэтому не получилось. Мэнди толком не объяснила, потому что больше смеялась, когда вспоминала их вечер. Драко шумно выдохнул, пытаясь переварить услышанное. На его лице за несколько секунд сменилась целая гамма эмоций – от удивления до тихого возмущения. — Честер – долбоёб, — наконец сказал он, тяжело потирая переносицу большим и указательным пальцами. — Нельзя было сказать мне, что ли? Мы, чёрт возьми, ещё вместе с Фэнгом этот ресторан выбирали, отзывы читали! — Может, не хотел тебя расстраивать или выглядеть как-то не так? — предположила Мелоди, легко пожимая плечами. — Хотя, судя по рассказам Мэнди, вышло даже круче. — Да хрен его знает, какие тараканы у него в голове, — Драко раздражённо откинулся назад, отчего стул жалобно и громко скрипнул. — Дружим столько лет, а я его иногда вот вообще понять не могу. Ну серьёзно. Мелоди понимающе, мягко улыбнулась. Поднявшись со своего места, она подошла и подбадривающе хлопнула его по плечу. — Ладно, хватит страдать по чужим свиданиям. Последний раз тренируемся – и свободны. Вставай давай. Взяв в одну руку свой микрофон, она ловко подхватила со стола второй и, не глядя, шутливо бросила его в сторону Драко. Тот поймал его на чистых рефлексах – перехватил обеими руками в сантиметре от пола, едва не выронив. Не успел Драко толком выпрямиться и высказать всё, что думает о её методах передачи аппаратуры, как от дверного проёма донёсся до боли знакомый, насмешливый голос, который невозможно было спутать ни с чьим другим: — Вы всё ещё репетируете? В дверях, небрежно опершись плечом о косяк, стоял Честер. Он лениво перекатывался с пятки на носок, разминая затёкшие плечи. Яркая, взъерошенная копна волос, как обычно, торчала во все стороны. Честер неторопливо прошёл через весь зал и остановился у самого края сцены, упершись ладонями в лакированный деревянный настил. — Последний раз отыгрываем, — отозвалась Мелоди, настраивая под свой рост микрофонную стойку. — Потом созваниваемся с подтанцовкой и другими музыкантами. А дальше – пулей по домам, забираем костюмы и пулей обратно. — И во сколько вообще это всё начнется? — Честер перевёл взгляд с Мелоди на Драко, явно требуя конкретики. Драко повернулся к девушке, кивнув: — Да, Мел, во сколько? — По-моему, к семи часам всем уже нужно быть в главном зале, — она на секунду задумалась, задумчиво прикусив нижнюю губу. — Кстати, вы не в курсе, там же будут только первокурсники? А то до меня разная информация доходит. Драко утвердительно кивнул, поправляя ремень гитары: — Да, в этот раз строго первый курс. Для всех желающих там тупо места не хватит. В прошлом году по рассказам там такое было.. — Только первокурсники… — тихо повторил себе под нос Честер, на мгновение зависнув, но быстро тряхнул головой, возвращаясь в реальность. — Ну и правильно. В прошлом году был просто пиздец, честное слово. У нас на верхушке сидят какие-то дебилы. Они решили запихнуть в один зал и первый, и второй, и даже третий курс! Давка стояла нереальная, дышать было нечем. Благо, я вовремя занял нормальное место. — Подожди, а ты-то что там забыл? — Драко прищурился. — Ты должен был тогда готовиться к выпускным экзаменам, чтобы сюда и поступить. — Я же рассказывал вам, — Честер закатил глаза с самым мученическим видом. — Это было типа «особое приглашение». Ректор хорошо общается с моим отцом. И когда узнал, что я поступаю сюда, решил пригласить меня, чтобы я посмотрел на уровень мероприятий, которые ждут меня в следующем году. Это было ужасно.. — Так, ладно, может, начнём уже? Времени реально мало очень, — Мелоди отложила телефон на самый край сцены. Она в последний раз поправила стойку и уверенно перехватила микрофон. — Мне ещё нужно успеть волосы привести в порядок. Я не собираюсь опаздывать на собственное выступление. Драко, ты готов? — Я? Я всегда готов, — Драко ухмыльнулся, выходя на центр сцены и на ходу разминая пальцы. — Чес, если пришёл – садись и слушай. Только, ради всего святого, избавь нас от своих комментариев. — Я? Комментировать? — Честер притворно прижал руку к сердцу, изображая глубокую обиду. Он вальяжно усадился на стул в первом ряду, закинув ногу на ногу. — Да никогда в жизни. Драко провёл пальцами по струнам – электрогитара отозвалась короткой, рваной мелодией. Он прикрыл глаза на долю секунды, полностью погружаясь в звук. Его пальцы заскользили по грифу с абсолютной уверенностью человека, который знает свой инструмент как продолжение собственного тела. Мелоди завороженно смотрела на него. На то, как чётко двигаются его руки, на то, как едва заметно вибрирует корпус гитары, когда он берёт глубокий, низкий аккорд. Переведя взгляд на его сосредоточенное лицо, она вдруг почувствовала, как кончики её ушей заливает румянец, выдавая её с потрохами. Через минуту Мелоди поднесла микрофон к губам, дождалась, пока гитарный перебор плавно вошёл в идеальный ритм, – и запела. Её голос, чистый и пронзительный, мгновенно взлетел под высокие своды актового зала. Он заполнил собой всё пространство, заставив даже неугомонного Честера замереть на месте и напрочь забыть про все свои шуточки. Когда последние ноты рассыпались в тишине, Мелоди опустила микрофон, жадно хватая ртом воздух, а Драко устало, но довольно потряс затёкшей кистью, разминая пальцы. Честер медленно поднялся со своего места. Он начал неторопливо хлопать в ладоши, и его широкая, искренняя улыбка красноречивее любых слов говорила о том, что это было потрясающе.

***

Мэнди сидела на диване, окруженная ворохом одежды, и задумчиво разглядывала варианты, которые ей предложила Джанет. Разложив на подлокотнике ещё пару нарядов, она окидывала их придирчивым взглядом, словно строгий критик на закрытом модном показе. Приталенное черное платье, простое розовое... Всё казалось слишком скучным и обыденным. Джанет тем временем была чересчур расслабленной, в отличие от своей подруги. Устроившись в безразмерных домашних штанах, она лениво листала ленту в телефоне, а свободной рукой шуршала в глубине полупустой пачки чипсов, пытаясь выудить редкую уцелевшую дольку среди россыпи крошек. На голове красовался ряд бигуди, а свой образ для вечера она уже мысленно утвердила и теперь никуда не спешила. Мэнди вздохнула, подняла первое черное платье и повернулась к подруге, безмолвно требуя оценки. Джанет лишь красноречиво поморщилась и решительно покачала головой. Отложив телефон, она поднялась и направилась прямиком к своему гардеробу. С самой верхней полки Джанет достала плотный черный чехол, который Мэнди раньше никогда у нее не видела. Молния громко вжикнула, и наружу скользнуло тяжелое, роскошное платье глубокого темно-синего цвета. Лиф без бретелек обещал безупречно обрисовать фигуру, а по диагонали его перетягивали сложные, тугие складки атласа. Чуть выше бедра, с левого бока, мерцала изящная миниатюрная брошь. От нее ткань расходилась вниз тяжелыми, текучими волнами, а сквозь глубокий разрез проглядывал подол нижней юбки черного цвета. Мэнди затаила дыхание. Глаза её восхищенно округлились: — Откуда… откуда у тебя такая красота? — Нравится? — Джанет довольно прищурилась, наслаждаясь её реакцией. — Купила в прошлом году в Милане, помнишь? — Но ты ни разу его не надевала! Почему прятала? — Да знаешь… не было подходящего случая, — Джанет пожала плечами и окинула подругу оценивающим взглядом. — Да и, честно говоря… на твоей фигуре оно сядет идеально. Намного лучше, чем на мне. — Ты с ума сошла? Я не могу его взять! — Мэнди замахала руками, отступая на шаг. — А если я пролью на него что-нибудь? Или случайно зацеплю за что-нибудь? — Прекрати паниковать и просто примерь, — сказала Джанет. Она подошла вплотную, развернула подругу к ростовому зеркалу и приложила платье к её плечам, заставляя взглянуть на отражение. — Посмотри на себя, ты же как кукла выглядишь. Сдавшись под этим напором, Мэнди сокрушенно вздохнула. Она бережно приняла тяжелую ткань, перекинула платье через спинку кресла и начала поспешно избавляться от домашней одежды, чувствуя, как внутри разгорается робкое предвкушение. Платье скользнуло по фигуре, словно изначально было сшито по меркам Мэнди. Атласные складки идеально подчеркнули талию, а пышный подол мягко опустился до самого пола. Мэнди аккуратно поправила лиф и повернулась к зеркалу, едва удерживая дыхание от волнения. — Джанет, помоги с молнией, пожалуйста, — тихо попросила она, придерживая ткань на спине. Джанет тут же отложила пачку чипсов, быстро вытерла руки об свои же штаны и подбежала к подруге. Её пальцы ловко застегнули скрытый замочек. Сделав шаг назад, Джанет скрестила руки на груди и широко улыбнулась, разглядывая Мэнди. — Ну, что я говорила?! — воскликнула Джанет, всплеснув руками и отступая на шаг, чтобы полюбоваться результатом. Её глаза сияли от восторга. — Если бы я на месте Честера сейчас увидела тебя в этом платье... — она сделала паузу, прижав ладонь к груди, — то вообще забыла бы про этот бал. Заперлась бы с тобой в какой-нибудь кабинке и трах… Мэнди беззлобно, но ощутимо толкнула подругу в плечо, не давая договорить. Почувствовала, как по шее, щекам и даже кончикам ушей разливается горячий румянец. — Дура что ли… — пробормотала она без капли злости в голосе. — Тебе лишь бы ляпнуть. — А что? Я ведь серьёзно! — Джанет хихикнула, ничуть не обидевшись. — Ты на себя в зеркало-то посмотри. Мэнди послушно повернулась к большому ростовому зеркалу и остановилась. Она видела своё отражение – но как будто впервые. Её взгляд скользнул вверх и остановился в зоне декольте. Она чуть нахмурилась, разглядывая линию выреза, и указала пальцем в сторону своей груди: — Грудь... не слишком сильно выпирает? — спросила она с сомнением, слегка разворачиваясь боком. — Как думаешь? Джанет сделала шаг ближе, заглянула в зеркало через её плечо и ехидно прищурилась. — О-о-о... — протянула она и многозначительно поиграла бровями. — А может, всё-таки пожалеем парня? У него твои сиськи постоянно будут в поле зрения. Ты представляешь, каково ему? — она легонько, двумя пальцами, щипнула Мэнди за оголённый участок чуть выше выреза. — Они будут прямо тут. Даже я сейчас с трудом держу себя в руках, а я тебя люблю, к сожалению, только как подругу. Мэнди чуть болезненно ахнула, шлёпнула подругу по руке, но тут же рассмеялась. — Боже, какая же ты.. — Лучшая? Да я знаю, и давай чуть будем активнее. Особенно мне не помешало бы. Мэнди покачала головой и снова повернулась к зеркалу. — Потрясающее платье... — прошептала она. Мэнди перевела взгляд на подругу — Джанет всё ещё стояла рядом, в своих домашних штанах и с бигудями на голове, — и добавила: — Но ты уверена, что я могу его надеть? Это ведь твоё. — Господи, перестань! — Джанет закатила глаза и, махнув рукой, со смехом вернулась к дивану. — Забирай и даже не думай. Оно твоё. Я его, честно говоря, и покупала с мыслью, что когда-нибудь ты его у меня заберёшь. Просто ждала подходящего случая. Ну вот. Дождалась. А теперь, — она решительно сдёрнула бигуди с головы и тряхнула волосами, — давай займёмся твоими волосами и макияжем. Спустя час обстановка в квартире стала ещё более безумной, какой обычно бывает за десять минут до выхода. Девушки лихорадочно носились из комнаты в коридор и обратно, хватая сумки и на ходу заталкивая туда всё, что, как им казалось, могло понадобиться уже на самом мероприятии. Джанет на секунду остановилась у большого зеркала в коридоре, чтобы в последний раз оглядеть себя, и Мэнди, пробегавшая мимо с расчёской в руке, замерла как вкопанная, впервые разглядевшая подругу как следует. Подруга выглядела потрясающе. Для этого вечера Джанет выбрала длинное струящееся платье тёплого кремового оттенка. Лиф на тонких, почти невидимых бретельках и драпировка идеально точно подчёркивали изящные изгибы талии и бёдер, а книзу ткань переходила в широкий, плавный шлейф. По всему платью – на груди и вдоль боковых швов деликатно рассыпались мелкие, мерцающие в свете ламп жемчужины. — Ты... — начала Мэнди и запнулась, потому что слов не хватало. — Ты просто нереальная. Фэнг упадет в обморок, как только увидит тебя. — Пусть только попробует упасть, — отозвалась Джанет, поправляя низ платья. — Я его ловить не буду. В таком платье я наклоняться не смогу. Уже обуваясь у порога и в сотый раз проверяя, не забыли ли они что-то важное, подруги синхронно замерли. Переглянулись. А потом обе посмотрели на окно, за которым темнел холодный ноябрьский вечер, который скоро вот-вот станет декабрьским. Они перевели взгляд на свои прекрасные, тщательно продуманные образы. Открытые плечи. Голые ключицы. Тонкая ткань, которая совершенно не была рассчитана на погоду за окном. До безумия не хотелось прятать такую красоту под тяжёлыми пальто и куртками, но здравый смысл, который ещё полностью не пропал, напоминал им, что подхватить ангину или, ещё хуже, цистит, не желала ни одна из них. — Ладно, — сдалась Джанет с таким лицом, будто подписывала смертный приговор. — Куда я только засунула свой пуховик? Мэнди, у тебя что надеть сверху? Надеюсь, там будет куда можно будет повесить их. Мэнди потянулась за своей темной кожанкой, которую, к её большому сожалению, нужно будет заменить уже более плотной курткой. С неохотой она накинула её поверх платья и чуть дрожащими руками застегнула молнию. Джанет надела светлое короткое пальто, которое хоть как-то сочеталось с её образом, и обе бросили финальный взгляд в зеркало. — Ну, по крайней мере, мы всё ещё красавицы, — сказала Джанет. — Ладно. Пойдём уже? — добавила Мэнди. Джанет щёлкнула выключателем, погружая коридор в глубокую темноту, переступила порог и с глухим стуком заперла за ними входную дверь.

***

Честер сердито уставился на своё отражение в зеркале. Его вечно растрёпанные, непослушные волосы категорически отказывались укладываться в элегантный зачёс назад, торча во все стороны. Парень вздохнул и выдавил на ладонь ещё одну щедрую порцию геля – кажется, уже третью по счёту. Руки уже были раздражающе липкими, но Честеру всё казалось, что фиксация недостаточно надёжная. Наконец, после финального взмаха расчёской, непослушные волосы сдались. Теперь они поблёскивали идеальным глянцем и лежали один к одному. Честер довольно подмигнул собственному отражению в зеркале и вслепую нащупал телефон, лежащий на вибрирующем краю стиральной машины. Скользнув пальцем по экрану, он зашёл в чат к Фэнгу и тут же нажал на вызов. Ему не терпелось выяснить, не умудрился ли он напрочь забыть о сегодняшнем грандиозном событии. Долго ждать не пришлось. Буквально через пару секунд из динамика раздалось хриплое: «Что-о-о?!». Звучало это так, словно Честер посреди зимы бесцеремонно залез в чужую берлогу и ткнул сонного медведя палкой. — Ты вообще собираешься соизволить явиться на этот бал? — с ухмылкой протянул Честер, зажимая трубку между плечом и ухом. — Ну да, вообще-то я уже полностью одет, — буркнул Фэнг на том конце провода. Судя по характерному шуршанию и пыхтению, он как раз пытался завязать шнурки. — А ты сам-то готов? — Почти. Осталось пиджак надеть и обуться. — Тебя подождать у входа или как? Или соизволить заехать за тобой? — О-о-о, так ты планируешь стать моим спутником на этот вечер? — Честер так и расплылся в лукавой улыбке, предвкушая хороший момент, чтобы постебаться. — Только учти, я не люблю розы. Мне больше по душе... — Идиот, просто закрой рот и шевели руками. Скоро буду, — беззлобно огрызнулся Фэнг и резко сбросил вызов. Хмыкнув уже в погасший экран телефона, Честер наконец вышел из ванной. Он направился в сторону коридора, где на ручке двери висел его чёрный классический пиджак. Честер снял его с ручки, встряхнул, расправляя невидимые складки, и не спеша надел. Ткань приятно легла на плечи, обняла спину, и он, повернувшись к большому зеркалу в коридоре, в последний раз осмотрел себя. Выглядел он… слишком официально? Честер склонил голову набок, прищурился, и вдруг понял, что ему не хватает той самой лёгкой небрежности, которая всегда была его визитной карточкой. Он поднял руку, запустил пальцы в только что уложенные волосы и аккуратно вытащил пару прядей, позволяя им свободно упасть на лоб. Теперь образ точно был завершён. Он быстро подхватил ключи с тумбочки и, не оглядываясь, выскочил из квартиры. Уже на улице его встретил всё тот же ноябрьский ветер. Он тут же спрятал подбородок за шиворот, но Честер почти не заметил холода – его внимание сразу приковала знакомая машина, стоявшая прямо перед подъездом. Видимо, Фэнг уже был здесь. Честер рванул ручку передней двери, плюхнулся на соседнее сиденье и с наслаждением захлопнул дверцу за собой, избавляясь от холода. В салоне было тепло и пахло хвойной отдушкой, которую Фэнг купил месяц назад и которой с тех пор благоухал весь его автомобиль. — Обожаю твою машину... — пробормотал Честер себе под нос, откидываясь на спинку сиденья и одним пальцем чуть ослабляя узел галстука. Шея тут же стала свободнее. Он повернул голову к другу и оглядел его оценивающим взглядом. — И ты ничего. Выглядишь так, будто собрался покорять мир. Ну, или как минимум Джанет. — Одно другому не мешает, — отозвался тот, пытаясь удобнее устроиться. Машина наконец плавно сорвалась с места.

***

Закулисная суматоха жила своей привычной жизнью. Мимо Мелоди то и дело проходили либо две визажистки с огромными кейсами косметики, громко переговариваясь обо всём, либо парни из технической команды, волоча за собой связки толстых кабелей. Каждый раз, когда в поле зрения появлялось чужое лицо, Мелоди инстинктивно выпрямляла спину и напускала на себя вид абсолютной, даже слегка высокомерной уверенности. Но стоило людям скрыться за поворотом, как вся эта маска исчезала. Она сидела на небольшой скамейке, намертво вцепившись в пластиковую бутылку из-под минералки. Вода в ней давно закончилась, и девушка лишь нервно перекатывала пустую бутылку из ладони в ладонь, слушая, как хрустит дешёвый пластик. Ожидание Драко превратилось в настоящую пытку. Пытаясь унять дрожь в пальцах, Мелоди настолько глубоко ушла в собственные мысли, что она оглохла на любые фоновые звуки. Поэтому, когда на её плечо вдруг опустилась тяжелая, теплая ладонь, Мелоди едва не подпрыгнула на месте. Она резко развернулась, готовая высказать нарушителю спокойствия всё, что о нем думает, но слова застряли в горле. Перед ней стоял Драко. Его привычный хаос на голове сегодня выглядел ещё более растрепанным, но вот одежда... Мелоди удивленно моргнула. Вместо привычных безразмерных худи и затасканных джинсов на нем был классический, строгий костюм, в каком она его ещё ни разу не видела. — Ты как? — негромко спросил он. Не дожидаясь ответа, Драко бесцеремонно втиснулся на узкую скамейку рядом с ней, едва не задев плечом стойку с её нарядом. Мелоди опустила взгляд на измятую бутылку в своих руках и тяжело вздохнула. — Волнуюсь, и очень сильно.. — честно призналась она, повернув к нему побледневшее лицо. — Понимаешь, до этого дня я выступала максимум в каких-нибудь полупустых помещениях перед тремя калеками. А тут... Там же весь первый курс в зале собрался. Огромная толпа, Драко. Драко коротко усмехнулся, качнув головой, и легонько, но ощутимо ткнул её кулаком в плечо, заставляя отвлечься от паники. — Да ладно тебе, хорош загоняться, — уверенно произнес он, заглядывая ей в глаза. — Ты поёшь просто ахуенно, и сама это прекрасно знаешь. Если этот зал и будет в шоке, то только от твоего вокала. Мелоди ничего не ответила, но напряжение, сковывавшее её плечи, наконец-то спало. На губах наконец появилась слабая, но искренняя улыбка. Она смерила Драко оценивающим взглядом, задерживаясь на его непривычно элегантном пиджаке. — А сам-то ты как поёшь? — с напускным подозрением прищурилась она, подаваясь чуть вперёд. — Может, продемонстрируешь свои скрытые таланты прямо сейчас? Драко тут же замахал руками, всем своим видом выражая категорический протест. — Ну не-ет, даже не проси. Был у меня уже один опыт.. — он поморщился. — И скажу честно: ну не моё это вообще. — Даже мне не споёшь? — Мелоди состроила самую умоляющую гримасу, на которую только была способна. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — Вся её недавняя неуверенность и страх перед сценой испарились в ту же секунду. Девушка резко привстала со своего места, уцепилась ладонями за плечи Драко и принялась слегка трясти его из стороны в сторону, словно пытаясь выбить из него согласие. Драко лишь тихо рассмеялся, перехватив её за тонкое запястье, чтобы утихомирить этот резкий порыв энергии. Он опустил её руку и принялся задумчиво перебирать бусины на её браслете большим пальцем, глядя на неё снизу вверх. — Ладно, уговорила, — в голосе проскользнула нотка интриги. — Я спою. Но тебе придется делить микрофон со мной прямо во время твоего выступления. Поделишься сценой? Мелоди расплылась в широкой, сияющей улыбке. Она уже открыла рот, готовая восторженно затараторить «Да!», но её перебил резкий голос из глубины закулисья. — Мелоди! Через двадцать минут будете выходить! Живее! — окликнула её одна из распорядительниц шоу, сердито пощёлкивая по планшету длинными ногтями. Девушка устало вздохнула, выпуская из груди остатки воздуха. Мелоди полностью поднялась со своего места, аккуратно перекинула через руку висевшее на вешалке концертное платье – струящуюся ткань, которая должна была эффектно смотреться под софитами – и быстрым шагом направилась в сторону своей гримерной, чтобы успеть переодеться. Однако у самой двери она резко затормозила. Мелоди обернулась через плечо. — Ты же правда споёшь? — отчётливо спросила она, внимательно вглядываясь в его лицо. — Не передумаешь в последний момент? Драко, который всё ещё стоял у скамейки, засунув руки в карманы, чуть усмехнулся. В глазах не было ни капли сомнения. — Спою, конечно, — уверенно ответил он, подмигнув ей. — Я же обещал. Мелоди благодарно кивнула и скрылась за дверью гримерной. Сердце колотилось уже не от страха, а от бешеного предвкушения. Тем временем зал постепенно наполнялся людьми и вязким гулом голосов. Воздух вокруг будто становился плотнее с приходом каждого нового человека, пропитываясь смесью дорогого парфюма и едва уловимого запаха кофе. Джанет и Мэнди, инстинктивно прижавшись друг к другу, уже заняли места за каким-то крошечным столиком. Их пальцы переплелись в молчаливом жесте, будто если расплетут их, то заберут их у друг друга. Они напряженно всматривались в проходы, надеясь выхватить из толпы знакомый силуэт, а ещё лучше – разглядеть насмешливый прищур Честера или взъерошенную макушку Фэнга. Через десять минут всё должно было начаться, и девушки, затаив дыхание, ждали момента, когда динамики оживут голосом их подруги. Ждать пришлось недолго. Спустя минуту, буквально из ниоткуда, по обе стороны от девушек тяжело рухнули две фигуры. Со стороны Мэнди, по-хозяйски откинувшись на спинку и широко раскинув руки, развалился Честер. С другой стороны, повторяя его позу, плюхнулся Фэнг, намертво зажав Джанет. Белоснежный диван, явно не рассчитанный на такой резкий скачок веса, издал жалобный скрип. Сиденье было настолько узким, что девушек буквально спрессовало, сдавив с двух сторон горячими телами. Мэнди, чьё плечо нагло подмял под себя Честер, возмущенно дернулась, пытаясь высвободить локоть из этого захвата. Её щека почти касалась его плеча, и она чувствовала исходящий от него жар. — Вам точно удобно? — прошипела она, пока пыталась отвоевать хотя бы сантиметр личного пространства. Она уперлась ладонью в бедро Честера, пытаясь оттолкнуть его хоть на сантиметр. — Может, вам ещё пледик принести? Фэнг, ничуть не смутившись, лениво перевел взгляд на Мэнди, растягивая губы в своей беззаботной ухмылке. Он даже не пошевелился, чтобы облегчить ей ситуацию. — Ты знаешь... — сказал он, почесывая макушку, — подушку бы я тоже не отказался приня.. Договорить ему не дали. Звонкий шлепок – и тяжелая ладонь Мэнди смачно прилетела ему по затылку, взъерошив и без того непослушные темные волосы. — Ай! — Фэнг дернул головой, притворно потирая ушибленное место. Джанет, со своей стороны, чувствовала себя не лучше. Фэнг придавил её, и она уперлась ладонью прямо в его грудь, чтобы оттолкнуться. — Нормально вообще, а? — выдохла она, чувствуя, как напрягаются собственные мышцы от бесполезных усилий. Честер, который до этого молча наслаждался очередной злостью Мэнди, вдруг резко очнулся. Его пальцы сомкнулись на её плече, стальной хваткой перехватывая контроль над ситуацией. Одним рывком он сократил последние жалкие миллиметры, что ещё оставались между их телами. Мэнди застыла, ощущая его дыхание где-то у виска. Честер наклонил голову, заглядывая ей прямо в лицо с изучающей близостью. Его взгляд скользнул ниже, медленно пройдясь по изгибу шеи, по ключицам и задержавшись в откровенном вырезе платья. — Симпатичное... платье, — он выделил паузу, наслаждаясь её замешательством. — Раньше такого на тебе не видел. Новенькое? Мэнди вздернула подбородок, пытаясь вернуть самообладание. Она гордо повела плечом, пытаясь сбросить его руку, но тщетно. — И не увидишь больше, — её губы сомкнулись в ехидной усмешке. — Так что лови момент. Последние минуты проходили в адском волнении. Хоть Драко и старался показывать только спокойствие своими действиями, его сдавали его пальцы. Они ритмично выбивали по холодной кирпичной стене ломаные ритмы из их будущего номера, а в голове у парня мелькали ноты. Мелоди чувствовала себя в разы хуже. К горлу подкатывала тошнота, и она судорожно сглатывала вязкую слюну, борясь с желанием сбежать прочь. В её огромных, расширенных зрачках можно было потеряться. Стройные, изящные руки девушки с мелкой дрожью сжимали телефон. Она в который раз обновляла чат с подругами, но как назло – ни одного нового сообщения. Когда напряжение, казалось, достигло предела, грозя вот-вот лопнуть, тишину кулис прорезал приятный, обволакивающий голос организатора, разнесшийся из динамиков по всему залу. — Дамы и господа! Позвольте открыть наш сегодняшний бал. С огромным удовольствием представляю вам замечательных, невероятно талантливых музыкантов – встречайте, Мелоди Смит и Драко Майерз! Горячая волна жара мгновенно залила тело Мелоди от кончиков ушей до груди. Но в этот самый миг она встретилась глазами с Драко. В его пристальном, внимательном взгляде не было ни капли сомнения или жалости. И от этого молчаливого обещания поддержки паника слегка отступила, позволив сделать первый вдох. Аккуратно придерживая легкий, струящийся подол своего платья, чтобы не споткнуться, Мелоди сделала первый шаг на залитую светом сцену. За ней появился Драко. Оказавшись на виду у сотен глаз, девушка принялась судорожно искать в этом огромном зале знакомые лица. Но зрение предательски затуманилось, превратив толпу в расплывающееся пятно. Пришлось оставить эту затею. Драко не стал медлить, и его пальцы легли на гриф гитары. Зазвучал первый глубокий аккорд, и этот звук стал для Мелоди спасительным, вырвав её из оцепенения. Ещё минуту назад она была готова поклясться, что забыла всё на свете, но сейчас это была совершенно другая девушка. Первый же звук, слетевший с её губ, прозвучал к её удивлению спокойным, ровным тоном. Гитара Драко поначалу лишь бережно аккомпанировала её голосу, но вскоре яркие, насыщенные звуки стали набирать силу, делаясь громче и резче. Постепенно зал ожил. Где-то в полумраке студенты уже танцевали парами или шумными компаниями, отдаваясь ритму. Мелоди вдруг поймала себя на том, что полностью отдаётся этому выступлению и явно наслаждается им. Песня приблизилась к середине, и девушка, слегка покачивая бёдрами в такт, вслушивалась в гитарный проигрыш, позволив себе на мгновение бросить взгляд на Драко. Как всегда, был неотразим, это было бесспорно. И тут она услышала знакомый до мурашек голос. Но он звучал совсем иначе, уже более преображенный. С широко распахнутыми глазами она обернулась к Драко, который спокойно, будто так и было задумано, пел в микрофон. Справившись с секундным шоком, Мелоди интуитивно подстроилась, взяв на пару нот выше, и их голоса сплелись в идеальный, красивый дуэт. Голос парня невольно перетягивал на себя главную партию, и Мелоди с радостью уступала. Было видно даже невооруженным глазом – зал в полном восторге. Едва прозвучал последний аккорд, тут же послышались бурные, шквальные аплодисменты. От недавнего парализующего волнения не осталось и следа. Мелоди стояла у микрофонной стойки, всё ещё не в силах пошевелиться. Её грудь вздымалась часто и глубоко, она жадно хватала ртом воздух. Медленно повернулась к Драко всем корпусом. Он выглядел точно так же. Его гитара всё ещё висела на ремне, чуть покачиваясь от резких движений. На лбу блестела тонкая испарина, влажные прядки бордовых волос прилипли к вискам и бровям. Зал ревел и рукоплескал, требуя ещё. Несколько секунд они просто стояли на залитой светом сцене, на расстоянии вытянутой руки, глядя друг на друга. Весь огромный зал, полный сотен людей, казалось, растворился, превратившись в размытое пятно. И тогда Драко, не сказав ни слова, сделал резкое движение вперёд. Одним стремительным шагом он преодолел разделявшее их расстояние, и его правая рука взметнулась вверх. Пальцы музыканта, минуту назад извлекавшие из струн чистые ноты, теперь бережно зарылись в мягкие, слегка влажные волосы на затылке Мелоди. Зал, до этого гудящий аплодисментами, на долю секунды замер в коллективном, затаённом вздохе. Мгновение – и Драко притянул её к себе. А затем его губы накрыли её – прямо перед всеми. По залу пронёсся первый, изумлённый выдох, который тут же превратился в кучку восторженных криков и свиста. Губы Драко, горячие и настойчивые, впились в её. Его пальцы на её затылке сжались чуть сильнее, притягивая голову Мелоди ещё ближе, меняя угол поцелуя, делая его глубже. Её собственные пальцы, до этого упиравшиеся в его грудь, медленно поползли вверх, сминая дорогую ткань рубашки, пока не сомкнулись в замок у него на шее. Кто-то восторженно кричал, кто-то оглушительно свистел, наиболее романтично настроенные зрители повскакивали с мест, хлопая с удвоенной силой. Но для Мелоди и Драко весь этот шум превратился в далекий, неразборчивый гул. Когда недостаток кислорода стал невыносимым, Драко первым, с явной неохотой, чуть отстранился, но лишь на пару сантиметров. Через секунду Мелоди открыла глаза, полностью осознавая то, что сейчас произошло. Но вместо стыда она почувствовала долгожданное умиротворение. Драко чуть повернул голову, и его губы почти коснулись её уха: — Прости... Я подумал, это будет хорошим шансом сделать то, что я давно хотел. И от этих простых слов, сказанных прямо посреди сцены, сердце Мелоди пропустило последний удар, прежде чем окончательно признать этот вечер самым лучшим. Оба вышли за кулисы, всё ещё пытаясь отдышаться, видимо, у этих двоих только что зародилось начало. Все четверо замерли в тех же самых позах, в которых их застал момент, когда Драко решительно притянул Мелоди к себе и накрыл её губы своими прямо на сцене. Они напрочь забыли о том, что всё ещё сидят в самом неудобном, стиснутом положении на этом проклятом, слишком маленьком для четверых диване. Остался только шок. Честер, который так и не донёс бокал до рта, застыл с отвисшей челюстью. Фэнг, подавившийся воздухом на полувздохе, так и сидел с приоткрытым ртом, а его брови взлетели так высоко, что почти скрылись под растрёпанной чёлкой. Джанет вцепилась в руку Мэнди с такой силой, что побелели костяшки, но ни одна из них этого не замечала – обе девушки замерли с одинаково распахнутыми, круглыми глазами, в которых застыло чистейшее потрясение. Первым тишину нарушил Честер. Его рот закрылся, затем снова открылся, издав какой-то неопределённый звук. Он прокашлялся и предпринял вторую попытку, на этот раз более успешную: — Драко... — Поцеловал Мелоди?! — тут же подхватил Фэнг, заканчивая фразу. — Прямо на сцене! При всех! Девушки же не обронили ни слова. Джанет медленно, словно в каком-то трансе, повернула голову к Мэнди. Её глаза говорили громче любого крика. Её губы беззвучно шевелились, словно она пыталась подобрать слова и не находила ни одного, достойного момента. Мэнди ответила ей точно таким же взглядом. Они поняли друг друга без единого слова – так, как умеют только лучшие подруги, прошедшие вместе огонь и воду. Все расспросы и восклицания были молчаливо отложены на потом. Это было то, что они обсудят только втроём, пока Мелоди будет прятать пылающее лицо в ладонях и пересказывать каждую секунду этого невероятного выступления. Они вчетвером, только что наблюдавшие эту сцену, синхронно, будто сговорившись заранее, отвели глаза и сделали вид, что страшно увлечены: кто бокалом, кто узором на скатерти, кто внезапно зачесавшимся запястьем. Никто не произнёс ни слова. Но по едва заметным улыбкам, которыми они обменялись украдкой, и по тому, как Фэнг многозначительно кашлянул в кулак, а Джанет прикусила губу, сдерживая смех, было ясно, что все подробности будут потом. Из зала донёсся низкий, тягучий ритм – видимо, это были уже новые музыканты, сменившие Мелоди и Драко. Даже сквозь плотную портьеру было слышно, как постепенно стихает гул голосов и танцпол начинает заполняться парами. Свет в зале приглушили, и тяжёлые шторы теперь отбрасывали длинные, дрожащие тени. Фэнг тут же оживился. — О, это я люблю! — Он резко развернулся к Джанет и отвесил преувеличенно церемонный поклон. — Пойдёшь потанцевать со мной? Джанет искренне рассмеялась, отбросив наконец салфетку, которую терзала последние полчаса, вложила свою ладонь в его широкую и тёплую. Их громкие голоса растворились в нарастающей музыке, едва они скрылись из поля зрения друзей. Мэнди и Честер остались вдвоём. Он всё ещё стоял у косяка, к которому прислонился буквально пару минут назад. — Ну, — сказала она, пытаясь вернуть голосу привычную уверенность. — Чего стоишь? Иди тоже танцуй. Вон, там полно девушек, которые только и мечтают, чтобы такой... такой... Она запнулась, подбирая слово, и Честер воспользовался паузой. Оторвался от косяка и сделал медленный шаг к ней. — Такой – что? — спросил он с той самой интонацией, от которой у неё всегда перехватывало дыхание. — Договаривай, Мэнд. Мэнди вскинула подбородок, отказываясь отступать, хотя внутренне вся сжалась в комок. — Такой... наглый, — выпалила она. — Самовлюблённый. — Самовлюблённый.. — повторил он, смакуя слово, растягивая его на языке, и остановился прямо перед ней. Слишком близко. Ей пришлось задрать голову, чтобы продолжать смотреть ему в глаза. — Это комплимент? — Можешь считать это как комплимент, — сказала она и попыталась обойти его слева, но он даже не пошевелился, чтобы уступить дорогу. — Честер, дай пройти. Я хочу пить. — Нет. — Что значит «нет»? — То и значит, — он чуть склонил голову набок. — Нет. Не дам. Он протянул руку, и прежде чем Мэнди успела отшатнуться, его широкая ладонь легла на её талию. Пальцы чуть сжались, обхватывая изгиб талии, и Мэнди почувствовала это каждой клеточкой тела. Музыка за портьерой сменилась на что-то ещё более медленное. — Ты весь вечер очень загадочная, дерзишь мне постоянно, — тихо произнёс Честер, склоняя голову так, что его губы оказались близко к её виску. — А я весь вечер терплю. Мне надоело уже, понимаешь? — Я думала, ты уже привык. — Девушка опустила взгляд, но всё-таки подняла, но только уже не такой уверенный. — И что ты собираешься делать? — голос Мэнди дрогнул на последнем слове, и она мысленно прокляла себя за эту слабость. Её ладони сами собой упёрлись в его грудь – то ли в попытке оттолкнуть, то ли наоборот, в поиске опоры. — Для начала, — он чуть отстранился, но только для того, чтобы посмотреть ей прямо в глаза, — я собираюсь пригласить тебя на танец. Мэнди, ты потанцуешь со мной? Этого она уж точно не ожидала. Ожидала услышать очередную волну его шуточек, или хотя бы то, что он постебётся над ней. Она замерла от простого вопроса, заданного этим низким голосом, в котором впервые за весь вечер не было ни капли насмешки. — Я... — она судорожно сглотнула, чувствуя, как предательски горят щёки. — У меня обувь неудобная. И ты сам видел, я ужасно танцую. — Я учту. И нормально ты танцуешь. — Я серьёзно. Я уже пыталась на школьном выпускном. Это был позор. — Как жаль, что у нас не было совместного выпускного. Ничего страшного, Мэнд. Пойдём? — Честер... — Мэнди, — он почти незаметно провёл большим пальцем по её талии, и от этого невесомого движения у неё внутри всё перевернулось. — Пожалуйста. Это неожиданное, нехарактерное терпение сломало её оборону быстрее, чем любой напор. — Чёрт с тобой, — выдохла она, сдаваясь. — Ты не пожалеешь, — сказал он, и в глазах мелькнула откровенная, торжествующая искра, которую он даже не попытался скрыть. Он взял её за руку и повёл в зал. Танцпол уже был заполнен парами, медленно кружащимися в такт музыке. Свет приглушили до интимного полумрака, и сотни крошечных бликов от зеркального шара дёргались по чужим лицам. Честер нашёл свободное место, где максимально было меньше народу, и развернул Мэнди к себе. Одна его рука легла на её талию, а вторая бережно взяла её ладонь, переплетая пальцы. Они медленно двинулись, словно преодолевая сопротивление самого воздуха. Честер вёл с той поразительной, скрытой грацией, которую Мэнди ещё заметила тогда, в полупустом актовом зале, но сейчас, в полумраке, ещё сильнее поражало видеть его таким. Было что-то гипнотическое в том, как эта массивная, широкоплечая фигура перемещалась с абсолютной, почти невесомой лёгкостью. Его бедро скользнуло между её бёдер, безошибочно задавая ритм. Мэнди судорожно вздохнула. Ей пришлось подстроиться под этот напор, сделать шаг вперёд и вжаться в него гораздо теснее, чем позволяли любые рамки приличия. Ей стало невыносимо жарко. И наперекор всему накатил острый страх, покалывающий кончики пальцев. Но пугал её не Честер. Она пугалась самой себя, того, с какой отчаянной жаждой ей хотелось раствориться в этом моменте и остаться в нём навсегда. — Расслабься, — низкий голос опалил её волосы. — Ты какая-то.. натянутая. — Я не натянутая, — прошипела она, отчаянно пытаясь вернуть лицу маску безразличия. — Просто пытаюсь не смотреть на тебя, — добавила она тише, отводя взгляд. — Твоя самодовольная физиономия часто действует мне на нервы. — Врёшь. Тебе же нравится моё лицо. — Честеру на миг пришлось убрать руку с её талии, и одним пальцем он указал на своё лицо, расплываясь в улыбке. — Ты просто счастливчик. А так у меня врождённая аллергия на нарциссов. — Поэтому ты улыбаешься? Она была готова поклясться, что держит лицо, но стоило ему произнести это, как предательская мускулатура дрогнула против воли. Чёрт бы побрал его проницательность. Чёрт бы побрал этот бесконечный танец. И больше всего – его руку на своей талии, которая в этот же миг вернулась на своё место. Его большой палец едва заметно очерчивал крошечные круги на её пояснице, заставляя волну колких мурашек взмывать вверх по позвоночнику прямо к затылку. — Я не улыбаюсь, — выдавила Мэнди. Голос подвёл, прозвучав сипло. Честер тихо рассмеялся, и этот вибрирующий звук заставил кончики ушей Мэнди залиться румянцем. Она попыталась отвернуться, но в их нынешней близости любое движение лишь сильнее прижимало её к его груди. — Глядя на тебя сейчас, сложно поверить, что это именно ты призналась мне под дождём, — его шёпот у самого её уха был полон мягкого лукавства. — Когда ты успела так измениться, Мэнд? — Я не изменилась, — буркнула она, упрямо уткнувшись подбородком в его плечо, чтобы спрятать пылающее лицо. — Просто... мне до сих пор странно. От мысли, что мы... — Что мы встречаемся? — Честер подхватил её фразу, и его ладонь на её талии собственнически сжалась, увлекая её в новый, медленный поворот. — О, поверь, я тебя понимаю. Если бы три месяца назад мне кто-то сказал, что ты согласишься быть со мной – а уж тем более зная, каким окажется наше первое свидание, я бы тоже чувствовал себя странно. — Дебил, я вообще не об этом, — Мэнди недовольно цокнула, хотя её пальцы против воли крепче сжали плотную ткань на его плече. — Я о том, что сколько я себя помню, ты меня только раздражал. А сейчас ты... — А сейчас что? — Честер резко замедлил шаг, заставляя её чуть приостановиться посреди полумрака. Он слегка отстранился, для того чтобы поймать её взгляд. — А-а, я понял. Тебе просто до сих пор тяжело признать, что такой засранец умудрился влюбить тебя в себя? Мэнди без злобы закатила глаза, изо всех сил стараясь, чтобы этот жест выглядел максимально пренебрежительно. Но бешено колотящееся сердце, которое Честер наверняка чувствовал своей грудью, выдавало её. — Не обольщайся, Чес. Честер уже открыл рот, собираясь продолжить с ней болтать, как вдруг его плечи едва заметно напряглись. Боковым зрением он уловил чужой, слишком пристальный взгляд, который буквально пронзал их из глубины зала. Кто-то наблюдал за ними. Не просто скользил глазами по танцующим, а именно следил, особенно за Мэнди. Честер чуть приподнял голову, сосредоточив взгляд, и сквозь огромную толпу кружащихся пар он безошибочно разглядел силуэт. Ноа. Тот стоял чуть поодаль, опершись бедром о край массивного стола, застеленного белой скатертью. В одной руке он держал пустой бокал, и его пальцы медленно прокручивали тонкую ножку. В нём явно читалось едва сдерживаемое раздражение. Мэнди, погружённая в свои мысли, ничего не заметила. И это было идеальным моментом. Честер посмотрел прямо на него, и на его губах медленно появилась исключительно ехидная, торжествующая улыбка. Что-то вроде послания, в котором открыто читалось то, чтобы тот забыл про всякую свою надежду. Тут же, не давая Ноа времени опомниться, а Мэнди тем более, Честер переключил всё внимание на неё. Действуя без предупреждения, он скользнул ладонью вверх от её талии, по изгибу спины, пока его пальцы не достигли шеи. А затем пробрался выше. К подбородку. Он бережно обхватил его, заставляя девушку запрокинуть голову. — Ты что делаешь? — выдохнула Мэнди. Голос сорвался на полуслове, превратившись в шёпот. — А что? — Честер чуть наклонил голову. — Мне уже запрещено поцеловать собственную девушку? — Можешь, но... — Мэнди осеклась, чувствуя, как слова застревают в горле. Всё-таки ей было до сих пор очень неловко перед ним. — Но? — переспросил он, и в его голосе послышалась мягкая усмешка. — Договаривай. Демонстративно зло хмыкнув, Мэнди смущённо отвела взгляд и наконец сказала: — Делай то, что должен. — Она судорожно сглотнула, чувствуя, как его большой палец скользнул по её нижней губе. Честер решительно перехватил инициативу, сокращая последние миллиметры между ними. Его губы накрыли её, обрывая все несказанные слова на полуслове. Глубоко и неторопливо целовал её, с той же властной уверенностью, с какой вёл в танце. Ладонь на её подбородке скользнула чуть выше, очерчивая линию скулы, а пальцы затерялись в волосах на затылке, мягко удерживая её и не позволяя отстраниться. Мэнди судорожно выдохнула ему в губы, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Её рука, до этого упиравшаяся в его грудь, сама собой расслабилась, пальцы судорожно сжали ткань его пиджака. Когда Честер наконец медленно отстранился, дыхание было рваным, а взгляд непривычно тяжёлым. Мэнди замерла с приоткрытыми, раскрасневшимися губами, отчаянно пытаясь сделать вдох и вернуть способность мыслить. Секундное наваждение прошло, и к Честеру мгновенно вернулся его привычный контроль. Честер медленно приподнял голову и повернул её ровно настолько, чтобы поверх плеча Мэнди найти взглядом того, кто всё ещё стоял у края стола. Ноа. Его пальцы, сжимавшие ножку бокала, побелели. Честер посмотрел ему прямо в глаза и улыбнулся. Это была широкая, наглая, торжествующая ухмылка, такая, от которой у любого нормального человека свело бы скулы. Его рука, всё ещё лежавшая на талии Мэнди, притянула её ещё ближе. Мэнди уткнулась лбом в его плечо, пытаясь восстановить дыхание, и пробормотала что-то невнятное. Ноа увидел эту ухмылку. Увидел, как пальцы Честера собственнически сжались на её талии. Его лицо осталось неподвижным, но пустой бокал в его руке дрогнул, замер и со стуком опустился на стол. Он развернулся и, не говоря ни слова, растворился в толпе. Честер проводил его взглядом ещё секунду, чтобы удостовериться, и снова склонился к Мэнди. — Ну вот, — в голосе всё ещё отчётливо звенела наглая, довольная интонация. — Кажется, у нас теперь на одну занозу в заднице меньше. Мэнди моргнула, с трудом заставляя себя вернуться в реальность. Она неохотно приподняла голову, безуспешно пытаясь сфокусировать взгляд на его лице. — Что? — переспросила она, нахмурившись от непонимания. — Ты о чём вообще? — Забудь, пустяки, — Честер коротко, ласково коснулся губами её виска, легко перечёркивая любые её попытки узнать подробности. — Пойдём лучше, я покажу тебе, как выглядит нормальный медляк. Он не дал ей и секунды на то, чтобы опомниться, осмотреться по сторонам или вставить привычное колкое возражение. Накрыв её ладонь своей, Честер уверенно увлёк её обратно, окончательно отрезая их двоих от тёмного угла зала, где на краю стола остался сиротливо блестеть брошенный Ноа бокал.