Шторм

      В «Ракушке» пахло лимонным печеньем и соленым воздухом с моря.       Широкая столовая плавно перетекала в гостиную, а за аркой виднелась светлая кухня с большими окнами на пляж. За пять лет здесь многое изменилось — в основном благодаря заботливым рукам Флер.       Тедди умчался вперед — Гермиона едва успела разглядеть его бирюзовую макушку до того, как он скрылся высоким обеденным столом.       — ‘ермиона? — в широком проеме показалось радостное лицо Флер. — Тедди! Иди сюда, chérie!       Гермиона прикрыла за собой дверь и вошла. Из-за маминой юбки выглянула Мари-Виктуар и смущённо вцепилась в край фартука.       — У нас сегодня много гостей, maman, — тихо проговорила она.       — Не помешала? — Гермиона невольно потопталась на месте, не решаясь пройти дальше. — Кингсли выдернул Гарри в последний момент.       Флер подошла ближе, на ходу вытирая руки о ткань фартука, и заключила Гермиону в крепкие, душистые объятия.       — Конечно, нет, — произнесла она мягко, с той самой тёплой, чуть напевной интонацией. — Мы всегда рады тебя видеть. Ты же часть семьи, non?       Если не считать, что месяц назад я отказалась ею стать… — мысль кольнула остро. И ведь это было именно в день рождения Мари-Виктуар.       — А где Билл? — попыталась сменить тему Гермиона, когда Флер разомкнула объятья.       Ответ не потребовался.       Входная дверь распахнулась. Сквозняк колыхнул лёгкие шторы, впуская в дом свежий морской воздух. Первым вошёл Билл — с удочкой наперевес и огромной треской, которую он гордо держал за хвост.       — Милая, посмотри, какую красавицу я поймал! — воскликнул он, улыбаясь жене до ушей.       — Унеси её на кухню, mon cher, — взмолилась Флер, бросаясь к нему. — Вода капает прямо на паркет!       Следом за Биллом вошла Анджелина — загорелая, весёлая, с лёгким румянцем на щеках.       — Видимо, на ужин сегодня рыба, — весело объявила она, придерживая дверь.       Последним в проёме показался Фред. Рыжая шевелюра, веснушчатое лицо, знакомый стук трости по старой половице. Озорная ухмылка, с которой он обычно входил в любую комнату, на мгновение дрогнула и сменилась неподдельным удивлением, когда они встретились взглядом.       Он замер в дверях.       Анджелина, не замечая этого, обняла Гермиону одной рукой за плечи.       — Гермиона, давно не виделись! Какими судьбами?       — Я привезла Тедди, — ответила Гермиона и кивнула в сторону играющих в другом конце комнаты детей. — А вы?       — Джордж, поганец, уже две недели обещал меня сюда свозить, — Анджелина закатила глаза. — Поэтому мы с Фредом решили: к чёрту его, поедем сами, да?       Вопрос повис в воздухе. Фред слегка вздрогнул, будто его выдернули из каких-то далёких мыслей. Он перевёл взгляд с Гермионы на Анджелину, потом обратно.       — Больно он нам нужен, — быстро вернул себе привычную улыбку Фред. — Из нас двоих я всё равно самый весёлый.       Анджелина рассмеялась и похлопала Гермиону по плечу, направляясь на кухню.       — ‘ермиона, не могла бы ты занять детей до ужина? — донеслось из кухни голос Флер.       — Конечно, — отозвалась она и тут же обратилась к резко скачущим по дивану детям. — Пойдете со мной на пляж?       Ответом ей служил восторженный визг и топот маленьких ножек.       За детьми и так тяжело уследить, а за двумя маленькими волшебниками — почти невозможно. Они бодро перескакивали песчаные горки и неслись по пляжу в оглушительным гоготом. К воде, благо, не подходили. Несмотря на самый расцвет июня, вода была еще холодной. Для северной части Англии вообще было большой удачей хотя бы неделю-две в году насладиться теплым морем.       В конце концов, утомленная беготней Мари потащила Тедди строить башни из мокрого песка. Гермиона сняла туфли, закатала брюки до колен и присела на корточки у берега, позволяя волнам щекотать пятки. Солнце время от времени скрывалось за облаками, но в те моменты, когда оно все же ласкало кожу, она наслаждалась долгожданным летним теплом.       — Ты сломал мою башню! — раздался возмущенный крик Мари-Виктуар.       Гермиона обернулась и увидела Тедди, растерянно пытающегося собрать конструкцию заново. Песок высох и стал рыхлым, плохо держал форму и то и дело разваливался, что вызвало очередной жалобный всхлип от Мари-Виктуар.       — Ты все испортил!       — Ладно вам, ребята, — ласково позвала Гермиона. — Это легко поправить.       Она подошла ближе и потянулась к заднему карману за палочкой, как вдруг — кучка песка, словно живая, слабым водоворотом поднялась в воздух, собираясь в высокую, красивую башню. Дети восторженно ахнули.       Прихрамывая, навстречу им по песку шёл Фред. Трость с каждым шагом глубоко проваливалась в рыхлый песок, а на согнутой руке у него был небрежно перекинут плед. Видно было, что держать равновесие ему непросто, но сам он, похоже, не придавал этому никакого значения. Походка сегодня была неожиданно бодрой и лёгкой — Гермиона вдруг ясно представила, как он будет танцевать на свадьбе Джинни.       — Столько шума из-за какого-то пустяка, — плед взлетел в воздух и аккуратно, точно перышко, приземлился на теплый песок. — Вот, передохните, сорванцы.       Свет бликами играл на воде. Фред слегка щурился, глядя на них сверху вниз. Ветер теребил отросшие рыжие пряди, которые теперь почти доставали до подбородка.       Тедди упал на плед, утащив за собой маленькую Мари. Его волосы из цвета яркой морской волны превратились в россыпь рыжевато-красных языков пламени. Фред уселся посередине, оставив трость лежать рядом на песке.       — Хорошо здесь, — протянул он, вглядываясь в морскую даль. — Всегда любил это место.       Гермиона не торопясь опустилась рядом. Места было мало — они сидели почти плечом к плечу. Она позволила ногам утонуть в тёплом песке и прикрыла глаза.       — Джордж многое упускает, — пожала плечами Гермиона.       — Ну, вообще-то, — прошептал Фред, искоса бросив взгляд на занятых друг другом детей, — он готовит для Анджи сюрприз.       Гермиона повернулась к нему, поставляя лицо ветру, и обхватила плечи руками, пытаясь унять поднимающуюся волну мурашек. Она вдруг пожалела, что оставила тонкое пальто в коттедже — вечер подбирался все ближе.       Не говоря ни слова, Фред снял с себя джинсовую куртку и накинул ей на плечи, оставшись в легкой футболке.       — Ветер с моря сейчас коварный, — заключил он.       — Спасибо.       Куртка была ещё тёплой от его тела. Гермиона невольно плотнее запахнула её на груди и тихо выдохнула.       Тедди и Мари уже забыли про башню и теперь с радостным визгом пытались засыпать друг друга песком. Фред посмотрел на них, и в уголках его глаз собрались знакомые весёлые морщинки.       — Эй, непоседы, — позвал он негромко. — Сейчас дядя Фред покажет, как построить настоящую крепость.       Он потянулся к трости, но вместо того чтобы встать, просто щёлкнул пальцами. Песок вокруг них мягко закружился, собираясь в ровные стены с маленькими башенками и даже крошечным рвом. Дети замерли с открытыми ртами.       — Ух ты! — выдохнул Тедди.       Мари-Виктуар восторженно захлопала в ладоши и тут же полезла украшать башни ракушками, которые Фред незаметно подтолкнул к ней волшебным движением.       Дети постепенно затихали. Сначала Мари-Виктуар, а потом и Тедди привалились друг к другу и начали клевать носами. Песчаная крепость осталась стоять, слегка покачиваясь от ветра.       — Я отнесу их в дом, — первой нарушила тишину Гермиона и потянулась к Тедди.       — Дай-ка, — Фред уже был на ногах. Он перехватил мальчика одной рукой, второй опираясь на трость. — Ты бери Мари. Она легче.       Гермиона даже не успела возразить. Фред уже аккуратно поднял спящего Тедди, прижав его к груди так, чтобы тому было удобно. Мальчик только сонно вздохнул и уткнулся носом ему в плечо.       Они пошли обратно к коттеджу медленно — Фред заметно прихрамывал сильнее, чем раньше, но ни разу не пожаловался. Гермиона шла следом с Мари на руках. Песок под ногами уже остыл, а девочка была лёгкой и тёплой, как маленький котёнок.       И все в этом дне казалось до боли правильным.

***

      После ужина Билл унёс детей наверх, бурча что-то про «мужскую смену караула», и в гостиной остались только они втроём. Гермиона устроилась в глубоком кресле у камина, поджав ноги под себя. Чашка чая в руках приятно грела ладони, а аромат мяты и ромашки кружил голову.       Анджелина развалился на диване, поглаживая округлившийся живот.       — Ну а ты как, Гермиона? — спросила она, чуть прищурившись. — Только честно. Гермиона вздрогнула и повернула голову.       — Хорошо, — ответила она почти сразу. — В общем-то… прекрасно.       Это была только наполовину ложь.       Гермиона все чаще вскакивала ночами от кошмаров — в некоторых Фред умирал у нее на руках, в других она просыпалась в своей старой постели, рядом с Роном, с обручальным кольцом на пальце. И в этом не было ничего «прекрасного».       Но они спрашивали не об этом.       Сколько времени должно пройти, чтобы все наконец потеряли интерес к ее личной жизни?       — Ты выглядишь немного другой… — осторожно продолжила Анджелина, поглаживая живот. — В хорошем смысле.       — Вы что, помирились? — ахнула Флер, поддавшись вперед.       Гермиона невольно улыбнулась и покачала головой.       — Наоборот. Я чувствую себя легче. Впервые за долгое время. Я точно знаю, что приняла правильное решение. И мне от этого… хорошо.       На секунду в комнате повисла тишина. Флер и Анджелина быстро переглянулись — не осуждающе, а как-то по-женски понимающе, почти заговорщицки.       Было что-то невероятно приятное в том, чтобы признаться в этом кому-то, кто не являлся кровным родственником или лучшим другом ее «бывшего жениха».       — Знаешь… — Анджелина отставила свою чашку и наклонилась чуть вперёд, — не всё ещё потеряно. Я тоже не с первого раза выбрала того Уизли.       Гермиона удивлённо моргнула.       — О чём это ты?       — Мы с Фредом когда-то тоже думали, что это навсегда. А потом оказалось — нет. И слава Мерлину. Потому что в глубине души у него уже давно кто-то был, да и у меня тоже.       В этот момент со стороны лестницы раздался голос:       — О чём это вы тут? — ступенька под Фредом противно скрипнула, когда он спускался по лестнице. — Я глубоко задет!       Анджелина даже не повернула головы, только ехидно усмехнулась.       — Ой, да ладно тебе. Ты сам первый сказал мне тогда: «Анджи, мы друг другу не подходим». Помнишь?       Фред остановился у подножия лестницы, почесал затылок и бросил быстрый взгляд на Гермиону.       — Помню. И до сих пор считаю, что был прав.       Фред опустился в соседнее кресло, вытянул больную ногу и небрежно забросил руку на подлокотник. Он взял с маленького столика печенье и откусил кусок, будто ничего особенного не произошло.       — Так что там про «не того Уизли»? — спросил он у Анджелины, но смотрел при этом на огонь. — Я, между прочим, был отличным вариантом. Просто не для тебя.       — Благо, братьев у тебя хоть отбавляй, — парировала Анджелина.       — И поэтому ты выбрала именно того, кто больше всех на меня похож, — не сдавался Фред.       — Ах, 'ермиона, есть еще Чарли! — щелкнула пальцами Флер.       — Я обязательно подумаю об этом, — смеясь, пообещала Гермиона.       В гостиную спустился Билл. Вид у него был слегка уставший, но довольный: волосы, собранные в пучок, растрепались, на губах — широкая, немного виноватая улыбка.       — Дети наконец-то спят, — объявил он, становясь за диваном и обнимая Флер за плечи. — Андромеда прислала сову — обещает забрать Тедди утром.       Гермиона сделала глоток чая. Тепло разливалось по груди, расслабляя плечи, которые весь день были напряжены. Фред сидел рядом — близко, но не вплотную. Его легкая улыбка теперь почти не сходила с лица.       — Замечательно, — обрадовалась Флер, поворачиваясь к Гермионе. — Может, и ты останешься на ночь, chérie? Кровать в гостевой уже заправлена.       — Ох, мне нужно вернуться к Живоглоту… — скрип входной двери оборвал фразу в середине.       В проёме появился Джордж — растрёпанный, в старой куртке, с песком на ботинках и лёгкой усталой улыбкой. Он стряхнул песок и обвёл всех взглядом. Глаза сразу остановились на Гермионе.       — О, отлично, все в сборе, — сказал он, но улыбка стала чуть напряжённее. — Привет, Гермиона.       — Привет, — ответила она, слегка удивлённая. — Я думала, ты сегодня занят. Джордж кивнул и сделал шаг вперёд.       — Уже освободился. Как раз поэтому… — Он посмотрел на неё почти просительно. — Можно тебя на пару слов? Наедине.       Фред и Анджелина удивлённо переглянулись, но промолчали. Гермиона поставила чашку на столик и встала. Сердце слегка стукнуло чаще.       — Конечно.       Они вышли на крыльцо. Влажный вечер сразу окутал тело мелкой дрожью. Морской ветер принёс запах соли и песка. Джордж закрыл за ними дверь и несколько секунд молчал, глядя в темноту пляжа. Потом тихо заговорил:       — Фред случайно не рассказывал тебе, чем я сегодня был занят?       — Сказал что-то про сюрприз Анджелине, — растерялась Гермиона, кутаясь в куртку Фреда.       Надо будет не забыть ее вернуть перед уходом.       Джордж кивнул и запустил руку в волосы, собираясь с мыслями.       — Анджи уже полгода жалуется, что ей надоел Лондон, — начал он издалека. — Хочет жить где-то в уединении: поле для квиддича на заднем дворе, маленький сад… Говорит, что растить ребёнка в крошечной квартире над магазином будет довольно уныло.       Он посмотрел на Гермиону и улыбнулся — тепло, но нервно.       — Я нашёл домик. В Уэльсе. Тихое, славное место. Сегодня закончил с приготовлениями — уже можно переезжать.       — Джордж, это замечательно! — искренне обрадовалась она.       — Но я переживаю за Фреда. Он останется совсем один, — теплый свет из окна падал на крыльцо яркими полосками. — Переехать с нами он точно откажется, не захочет мешать. В нем упрямства больше, чем во всех Уизли вместе взятых, знаешь? Поэтому я подумал… — Джордж нервно переминался с ноги на ногу, подбирая слова. — Может, ты переедешь к нам в квартиру?       Она определенно ожидала другого от их разговора.       — Переехать?       — Моя комната будет свободной, так что технически вы будете жить как соседи по комнате, — быстро объяснил Джордж. — Пока ему становится лучше, и это — твоя заслуга. Но я все еще боюсь оставлять его одного. И тебе не придется жить в мотеле, так что все в плюсе, разве нет?       — Ты представляешь, как это будет выглядеть? — запротестовала Гермиона.       — Все уже в курсе, что ты — его новый целитель, — мягко парировал Джордж. — Спасибо Рону за это. Он такой скандал устроил, когда Фред унёс твои вещи из Норы.       Ей вспомнилась ссора в Косом переулке — как Рон ругался с Джорджем у входа в магазин, а вечером Фред принес ей кота и коробку вещей, не сказав ни слова.       Гермиона обернулась к окнам. В тёплом свете мелькнула рыжая макушка.       — Ладно, — выдохнула она наконец. — Но только если сам Фред будет не против.       В этом действительно был плюс. У неё появится возможность быть рядом с ним круглосуточно — если вдруг станет хуже, она успеет вмешаться сразу, без промедления. С чисто медицинской точки зрения идея была отличной. Джорджу стоило отдать должное.       И всё же под ногами она ощущала не твёрдую тропу, ведущую к исцелению Фреда Уизли, а тонкий, хрупкий лёд, готовый треснуть в любой момент. В попытках исправить прошлое не совершит ли она куда больше ошибок? Она могла назвать с десяток причин, по которым переезд к Фреду был плохой идеей. И всё же против них вставало одно непреодолимое, почти физическое ощущение правильности этого решения — словно где-то в глубине наконец сошлись шестерёнки давно сломанного механизма и встали на свои места с тихим, удовлетворённым щелчком.       Одно Гермиона знала наверняка: она стоит на распутье. Одна дорога вела в пропасть. Другая — к спасению. Осталось только понять, в какую сторону сделать следующий шаг.