В поисках Одри

Одри проснулась от телефонного звонка. — Сколько тебе нужно времени на сборы? Вот так просто, без прелюдий о приглашении бог знает куда и других вопросов. Пока девушка принимала горячий душ и варила крепкий кофе — много размышляла. За окном птицы пели прощальные песни. Кажется, что из мыслей еще долго не уйдет один симпатичный юрист. И судя по его настойчивости, не только из мыслей. Поведение Давида кружило голову. Одри могла бы насторожиться, выждать паузу, выяснить дополнительную информацию о нем, но все, чего ей хотелось — поддаться этой приятной неизвестности. Позволить, чтобы кто-то позаботился о ней. Не загадывать, не строить надежд. Лишь искреннее удовольствие и безропотная честность. При первом впечатлении он определенно лишь дразнился, а вчера показал, что может и по-другому — заботливо. Либо он чрезмерно нетерпеливый, либо серьезно заинтересован в ней. А впрочем, одно второму не мешает. Чего она сама ждет от этого знакомства? Голова зачесалась от рассуждений. Напрашивался ответ: легкости. Тепла, понимания. Давид — любопытный и не самый очевидный выбор для этих целей. Его тепло принимало форму безумного пожара внутри, а понимание — желание решить все ее проблемы. Но в моменты, когда внутри что-то приятно щекочет и хочется улыбаться при воспоминании о его прямолинейном взгляде — все становится неважно. К черту логику и расчет. С этой дерзкой мыслью Одри примерила один из новых комплектов красного кружевного нижнего белья и удовлетворенно кивнула себе в отражение. Не то чтобы девушка планировала отдаться ему при первой возможности (хотя почему бы и нет?), но это создавало определенное настроение. В качестве верхнего оформления выбор пал на комплект шоколадных оттенков: кашемировый свитер с горлом и длинную шелковую юбку. Давид стоял спиной к машине со сложенными на груди руками в солнцезащитных очках и ослепительно улыбнулся, как только Одри вышла из дома. Мужчина помог ей сесть в машину. — Надеюсь, ты хорошо выспалась перед сегодняшней поездкой. — Я старалась. Куда, кстати, ты нас везешь? — Ты любишь сюрпризы? — Он посмотрел на нее и рассмеялся в ответ на озадаченный взгляд. — Ничего страшного, тебе понравится. Машина подъехала к знаку, который сообщал о том, что они покидают пределы города. Давид сильнее нажал на газ и сухие желтые листья фейерверком разлетелись вокруг дороги. — Всегда так импульсивно водишь? — Нет. Просто ты заставляешь меня волноваться, когда находишься так близко. — Ну конечно, как я сама не догадалась. В сердце забился праздник, начало нового. Одри смотрела на проплывающие цветные деревья и щурилась от солнца своему отражению в боковое зеркало. По-детски ощущала июль на душе глубокой осенью. Погода стояла настолько яркая, что в пору было бы снимать семейную рекламу самого счастливого дня. Где все в светлых спортивных костюмах, катаются на велосипедах, а потом едят вместе йогурт с чистым безопасным составом. — Расскажи о себе. Я совсем ничего не знаю, кроме того, что ты юрист и иногда посещаешь церковь с танцующими пенсионерами. А, ну и по вечерам спасаешь дам из беды. По альтруистическим соображениям, конечно. — Прекрасный портрет личности. Мне почти нечего добавить. — Ну, можешь рассказать, где ты живешь, например? Где работаешь? Как прошло твое детство? — Ух, какая ты любопытная. Давай по очереди: вопрос ты, вопрос я. — Согласна. Я первая: ты живешь один? — Нет. — И все? Развернутого пояснения не будет? — Это уже следующий вопрос. Сама задала тот, на который можно ответить только «да» или «нет». Но по доброте душевной я развею твои опасения: не с родителями и нет, я не женат. Теперь моя очередь: ты всегда работала психиатром и никогда не думала сменить деятельность? — О, серьезно? Два вопроса в одном? Что ж, ладно, мне скрывать нечего. Да, пожалуй, я в этом давно: сколько себя помню. Кажется, никогда не думала об ином. Почему именно это тебя интересует? — Копаться в чужой голове может быть утомительно. Особенно у всяких психов. На тебя никогда не нападали пациенты? Одри вскинула бровь. Давид продолжал смотреть на дорогу как ни в чем не бывало. — Эмм. Не припоминаю. Хотя однажды… впрочем это, кажется, было давно, и я не помню подробностей. Экзотический выбор вопроса для второго свидания. — Лишь прощупываю опасности, которые окружают жизнь одной маленькой ведьмочки. Нужно оценить, насколько рискованно — работать с душами людей. — И кто ещё из нас любопытный? — Профессиональная привычка. — Хорошо, допустим. Расскажи, как ты любишь проводить время. Чем тебе нравится заниматься? На лице у мужчины промелькнула хищная улыбка. Одри шутливо закатила глаза. — Помимо очевидных общечеловеческих удовольствий, мне нравится рисовать. Ответ поразил девушку. В первую очередь неожиданной искренностью — он не стал увиливать и отшучиваться. Она могла услышать, что угодно: от настольного тенниса до коллекционирования марок. Неужели Давид творческая ранимая душа? — Что ты обычно рисуешь, если не секрет? — Иногда портреты, иногда образы разных… мифических существ. Но чаще всего эскизы одежды. Одри едва не поперхнулась. Пожалуй, представлять, как Давид держит карандаш в руке и делает быстрые наброски платья даже сексуальнее, чем фантазировать о том, как он качает пресс или подтягивается. А тело у него явно привыкшее к подобной физической активности. — Ты не перестаешь удивлять. — Мир хаотичен. Однажды это стало единственным способом его упорядочить в голове. Формы, текстура, цвета. Шуршание бархата на кончиках пальцев, блеск черной кожи, звук застегивающейся молнии на платье, которое идеально село в талии. Я представляю, как струится шелк юбки по твоим ногам и это… приятно. — Собеседник бросил быстрый взгляд на ее ноги и едва заметно сглотнул. — Мягко говоря. Ну еще мне нравится виски. Последнее Давид вставил будто в оправдание. С опаской, что он слишком разоткровенничался. — Ты покажешь мне свои эскизы? — Конечно. Если захочешь. Спустя четверть часа Давид торжественно объявил, что они почти приехали. Одри слушала неровные удары собственного сердца, случайно уловив, как солнце ложится в ямочки на его щеках. «Только не влюбись, только не влюбись».