Глава V. Первая любовь
25 марта 2026 г., 16:50
183 год от вторжения Эйгона Завоевателя.
Для мейстера Доннела лишение почётного звания стало сильнейшим ударом по гордости. Милость наследного принца Дейрона иссякла, и более никто не был обязан терпеть его выходки. Расточительность опустошила его кошель: всё ушло на выпивку и смазливых мальчиков из домов терпимости. Злые языки поговаривали, что Доннел предпочитал только тощих и среброголовых. До Староместа мейстер вернулся, как говорится у честного люда, с голой жопой. Архимейстер Перестан давно точил на него зуб, но до недавнего времени его сдерживала лишь принцева милость. Теперь же чванливого нечестивца ожидала незавидная участь, сродни положению школяра. Таскать тяжёлые фолианты, переписывать их до боли в руке, выносить горшки за больными — и снова таскать фолианты. И всё это, как он сам считал, из-за высокомерной девчонки.
Терпение Доннела иссякло спустя шесть месяцев. Вонь от нечистот въелась в ноздри так глубоко, что он ощущал её даже во сне. И когда один из больных опрокинул на него горшок, в голове наконец сложился план. Веларионы, несмотря на валирийское происхождение, уже двести лет жили в Вестеросе. Валирийский язык они знали, скорее всего, лишь на бытовом уровне, да и то благодаря таким мейстерам, как он сам. А уж эта юная леди — тем более. Принцев она, наверняка, ничему толком не научила. Нужно было лишь обличить её, выставить на посмешище — и всё встанет на свои места.
Оставалась одна проблема: как добраться до Королевской Гавани без денег. Решение пришло быстро и оказалось таким же грязным, как и его нынешняя жизнь. Пока архимейстер Перестан находился на аудиенции у лорда Хайтауэра, Доннел пробрался в его кабинет и обчистил сундучок с золотом. Воодушевление и уверенность гнали его через Хайгарден, вдоль реки Мандер. В своих мечтах он уже был героем, явившимся в тёмное время невежества и лжи. Принцы будут ему в рот заглядывать. И юные, и наследные. Все до единого.
В замок мейстера пустили по старой памяти. Наследный принц Дейрон и его супруга, Мирия Мартелл, внимательно выслушали подозрения Доннела и, чтобы развеять их, вместе направились в кабинет, отведённый для уроков истории. В это время юные принцы должны были быть там. В коридорах того крыла не оказалось ни стражи, ни слуг. Мирия заметно ускорила шаг, тревожно всматриваясь вперёд. Опасения, высказанные мейстером, к его удовольствию подтвердились. Кабинет оказался пуст. Ни принцев, ни леди Ваэлиссы. Комната выглядела так, будто её покинули в спешке. Никто из дозорных не видел их с самого утра. После завтрака они просто исчезли.
В замке поднялась суета. Приказы сыпались один за другим. Доннел стоял в стороне и едва сдерживал ликование. При нём бы такого не случилось. «Похитела», «Пригрели на королевской груди змею», «Бунт Веларионов»! Слухи множились и росли, обрастая страхами и домыслами. Добрую половину дня замок гудел, пока дозорные с северной башни не прислали весть.
Мирия сорвалась с места первой. Дейрон едва поспевал за ней, стараясь не отставать. Они пересекли задние ворота замка и, не сбавляя шага, направились к крутой каменной лестнице, ведущей вниз, к пляжу. Леди уже почти пересекла первый пролет, когда Дейрон догнал её и перехватил за локоть.
— Постой.
Она резко обернулась, но он лишь мягко удержал её и кивнул вниз. У самой воды, в мягком свете солнца, юные принцы и леди Ваэлисса плескались в тёплом море, смеясь, как самые обычные дети. На гальке, нагретой солнцем, сушились их камзолы и платье. Мейкар что-то быстро и звонко щебетал, размахивая руками. Ваэлисса и Бейлор переглянулись, схватили его покрепче за руки, раскачали и с силой подбросили. Мейкар с заливистым смехом взмыл в воздух и с плеском рухнул в воду.
— Прислушайся, Мирия, —восхищенно прошептал Дейрон, не отрывая взгляда.
— Она увела их из замка…
— Ну же, любимая, прислушайся.
Мирия замерла. И прислушалась. Валирийский, на котором с такой лёгкостью говорил Мейкар, был чистым и правильным. Без запинок и грубых ошибок. Почти безупречным.
— Мейстер Доннел, — Дейрон медленно обернулся к мейстеру, который, запыхавшись, только что добрался до них, — каким образом юной леди удалось за шесть месяцев сделать то, чего вам не удалось за два года?
Но Доннел молчал. Будто язык проглотил. Лицо его налилось краской, взгляд метался, не находя опоры. Он и сам не понимал, как у этой «зелёной выскочки» хватило терпения найти подход даже к такому непоседливому и рассеянному ученику, как принц Мейкар.
Секрет оказался прост. Леди и принцы почти всё время проводили вместе. После четырёхчасовых занятий и совместного обеда они брали её с собой на уроки фехтования, верховой езды и стрельбы из лука. От оружия леди брезгливо отказывалась, лошади ее как огня страшились да бесновались. Вот и приходилось сидеть на лавке и глядеть на достижения мальчишек.
После совместного ужина Ваэлисса рассказывала им на ночь сказки. Бейлор всегда сидел рядом, держа брата за руку: истории леди были захватывающими и нередко пугающими.
— Саэрис Отважный спускался вглубь вулканического храма, преследуя жрецов крови по пятам, — низким голосом рассказывала Ваэлисса, сидя у изножья их кровати и нарочно сгущая краски.
Мейкар, уже напуганный, натянул одеяло до подбородка и прижался к брату. Бейлор поджал губы, стараясь не выдать своего страха. Прошлым вечером они не дослушали историю. Тогда речь шла о том, как валирийские колдуны вспороли брюхо закованному в цепи дракону и зашили в нём беременную женщину, читая древние заклинания. Мейкар не выдержал и закричал, и рассказ пришлось прервать. Сегодня же он пообещал не кричать и дослушать до конца.
— Гнилое брюхо разверзлось, словно вулкан. Блеклая чешуя осыпалась, как ржавые монеты. Сначала хлынула чёрная кровь, затем вывалились внутренности. Брюхо содрогнулось в последний раз, и на каменный пол выполз когтистый младенец, с головы до пят покрытый чешуёй. За спиной у него болтался длинный хвост, а по бокам свисали мерзкие крылышки… — Ваэлисса вдруг вскочила и вскинула руки. — А из зубастой пасти клубами валил дым!
Мейкар с визгом накрылся одеялом с головой. Даже Бейлор дернулся, округлив глаза подобно блюдцам. Ваэлисса тут же вцепилась в ноги младшему принцу и зарычала. Тот брыкался, запутавшись в одеяле, не понимая, где заканчивается игра и начинается чудовище из рассказа.
— Ты снова его напугала, Ваэлисса! Теперь он не заснёт! — воскликнул Бейлор, пытаясь распутать брата.
— Заснёт, никуда не денется! — уверенно ответила леди и принялась щекотать Мейкара.
Но тот лишь извивался ещё сильнее: ему казалось, что когтистый младенец из сказки и правда добрался до него и теперь собирается разорвать ему брюхо.
Ночь выдалась безоблачная и ясная. Луна на небе висела плоским диском, больше похожим на театральную бутафорию. Ваэлисса уже почти задремала, когда дверь её покоев тихонько скрипнула. В проёме показалась лохматая голова, укрытая одеялом. Леди сразу приподнялась на постели.
— Мейкар? Ты чего тут забыл?
— Ваэлисса… я могу поспать у тебя? — робко спросил юный принц.
— Конечно же нет. У тебя есть своя комната.
— Тогда, может, ты поспишь у меня? Пожалуйста… мне страшно.
— У тебя есть мать. Вот её и проси.
— Матушка будет меня ругать, ведь я уже «взрослый»… Ваэлисса, пожалуйста, не оставляй меня одного. Они там, в углу, с меня глаз не сводят…
Она вздохнула и опустила босые ноги на холодный каменный пол:
— Кто?
— Зубастые и когтистые младенцы… с чешуёй и крыльями, — прошептал Мейкар, и в его глазах плескался неподдельный ужас.
— Мейкар, это всего лишь сказка.
— Прошу…
Отказать она уже не могла. Зажигая огарок, Ваэлисса повела принца обратно в покои. Мальчишка, закутанный в одеяло, шёл рядом, почти не отрываясь от неё. Она уложила его в постель, тщательно подоткнула одеяло со всех сторон и устроилась в кресле неподалёку.
— Ты можешь не сидеть до утра… Подожди, пока я не засну, пожалуйста, — тихо попросил он.
Ваэлисса недовольно вздохнула, поджав под себя колени.
— Спасибо, Ваэлисса, — прошептал Мейкар.
— Спи, — так же тихо ответила она.
Тени в углах постепенно рассеялись, чудовища из сказок исчезли, и маленький принц вскоре уснул. Ночь тянулась медленно. Сумерки крались по стенам, уступая место серому рассвету, а Ваэлисса всё сидела рядом, сторожа его сон, пока в свои права не вступило утро.
***
Угроза, исходившая от мейстера Доннела, была лишь предвестием более серьезных волнений. Красный замок снова наполнялся слухами, предвещающими новые испытания для леди Ваэлиссы и её относительной свободы. На тринадцатые именины король Эйгон Недостойный подарил своему бастарду, Деймону Блэкфайру, драконье седло. В прошлом году король поразил двор, семью и Малый совет, признав незаконнорождённого сына и передав ему Черное Пламя — меч Эйгона Завоевателя. Эйгон видел в бастарде будущего драконьего наездника и потенциального приемника короны. Наследный принц Дейрон, стремясь уравнять шансы, назначил леди Ваэлиссу учителем валирийского языка и истории для своих сыновей, поощряя их вылазки на пляж и тесное общение. Теперь Ваэлиссу будут перетягивать как одеяло, разрывая между будущими наследниками, и неважно, имеет ли она хоть какое-то отношение к дракону или нет. Попадать под перекрёстный огонь было рискованно, и леди старалась избегать прямых конфликтов, пока однажды не получила весточку от леди Мирии — третьей заинтересованной стороны. Будущая, если у Дейрона все получится, королева вела Ваэлиссу по аккуратно подстриженным дорожкам сада, придерживая под руку. Аромат жасмина и роз смешивался с терпким запахом влажной земли после утреннего полива. — В Дорне сейчас жарко, — начала Мирия, следя за шагами юной леди. — Днём воздух накаляется так, что почти ощущаешь, как он жжёт кожу. — А ночью становится хоть немного прохладнее? — Поинтересовалась Ваэлисса, оглядываясь на ряды кустов с цветами. Весь этот светский разговор навивал скуку и раздражение. «Сказала бы прямо, как меня недолюбливает». — Немного, — Мирия слегка кивнула. — Ветер с гор приносит лёгкую свежесть. Но не надейтесь на долгий отдых: солнце всё равно выжигает даже тени. — А дожди бывают часто? — Редко, — холодно улыбнулась Мирия. Лёгкий ветерок шевелил обласканные светом листья. — В Красных Горах, в отличии от юга, погода бывает крайне суровой. Для жителей Королевской Гавани это, пожалуй, более приятное место. — И всё же, — поинтересовалась Ваэлисса, — там достаточно холодно? — Бывает, — кивнула Мирия, не скрывая лёгкой ухмылки. — Но прибывая в Черном Приюте, мне всегда было комфортно. Там замок лорда Дондарриона построен из черного базальта. Если вы когда-нибудь решишь его посетить, почувствуете себя как дома. «Она сравнивает валирийские руины, руины великой Республики с каким-то птичником в горах? С чего она решила, что слушать про каких-то Дондаррионов мне будет интересно»? — Леди Дженна… прелестная дочь лорда Дондарриона, — довольно улыбнулась Мирия. — Ты видела её на прошлой аудиенции? Думаю, к Бейлору она более чем подходящая партия. Ваэлисса молчала, глядя на опавшие лепестки цветов, пытаясь не показывать ни малейшего интереса. «Вот зачем она позвала меня в этот сад. Поставить на место». — Стройна, словно веточка магнолии, послушна, — продолжала Мирия, — и обладает тем самым спокойным характером, что так ценят в будущих леди. Бейлор оценит её благоразумие и честь. Ваэлисса, не отводя взгляда от дорожки, подумала о Бейлоре. Мирия сжала локоть леди, подчеркивая значимость своих слов. — Я уверена, что леди Дженна станет достойной супругой для наследного принца. — Беседы о кротких леди Вестероса меня утомляют, леди Мирия, — произнесла Ваэлисса, слегка приподнимая подбородок. — А беседы о погоде еще сильнее клонят в сон. Куда интереснее говорить о драконах, не правда ли? Мирия с удивлением отдернула руку, нахмурив брови. — Сколько Таргариенам удастся удерживать трон без драконов? Сто, двести лет? Каждая кровь от крови валирийской желает возродить небесное господство, но это невозможно. — Ваши речи сочтут предательством, — резко предупредила Мирия, сжав губы. — Король грезит подарить дракона своему горячо любимому бастарду, а значит подложит меня по него, — раз обрюхатить Ваэлиссу у Эйгона не вышло, он попробует отдать ее Деймону Блэкфайеру. — Его Высочество, принц Дейрон, размышляет, как вложить меня в руки Бейлора, и дать ему в руки вожжи. Но я понятия не имею, где этот дракон. Никто не знает, где он. Планы короля и принца Дейрона не увенчаются успехом, ведь я не властна над этим драконом. Его невозможно научить или оседлать. — Имейте хоть каплю ума держать язык за зубами, леди, иначе лишитесь головы за эти слова, — леди Мирия грубо сжала локоть Ваэлиссы. Ваэлисса ощутила, как внутри всё сжалось от злости. Никого рядом не было, кто мог бы защитить её. Рогар кормил и обучал её не по собственной прихоти, а ради того, чтобы сбыть во дворец — Эйгону или кому-то ещё. И как смеет леди Мирия, столь же воспитанная в стан бывшего врага, так унижать и попрекать? Сравнивать её с благородными леди, которых с детства учили вышивать и роптать. У тех леди всегда был чистый воздух и ясное небо над головой, чистая одежда и горячая еда. — Я не желала обидеть ни вас, ни кого-то ещё. Вы единственная, леди Мирия, кого волнует счастье Бейлора, — печальная правда: благородную леди Мирию Мартелл волновал лишь первенец. Так похожий на нее… — Только вы задумываетесь над тем, что получится в результате этого брака. Уродцы с крыльями, рогами и чешуей? Ваэлисса искренне улыбнулась, и обескураженная леди Мирия отпустила ее руку. — За исключением сказок о монстрах, уродцы, если и появятся на свет, долго не проживут. Я бы не хотела такой участи ни Бейлору, ни себе. Ни вам. Мирия долго молчала, буравя взглядом цветущие розы. Шипастые кусты мало её волновали, а когда скука окончательно взяла верх, леди объявила о перемирии между ними: — Свет видел королей хуже, чем Эйгон, и принцев лучше, чем Дейрон. Боги на вашей стороне, раз позволяют вам балансировать на такой высоте и не разбиться в лепешку, но не считайте, что вас ждёт что-то лучше того, что имеете сейчас, леди Ваэлисса.***
С приездом Ваэлиссы в Красный замок свитки и карты в учебном кабинете только множились. Леди неустанно писала и рисовала для юных принцев, цепляясь за обрывки памяти, за всё, что когда-то видела или мельком слышала. Переписывать по памяти валирийские книги оказалось делом изнурительным, но именно так на свет появились её труды: валирийские сказки и рассказы о далёких землях. «Герои Дотракийского Моря», «Чудовища залива Левиафанов», «Люди-ящеры с земли Шрайков», «Твари Зеленого ада Соториоса» и «Бескровные люди, живущие на краю Востока». В тот день она закончила самый тонкий из свитков — «Ультос. Таинственный континент» — и собиралась прочесть его принцам на утреннем занятии. Но в кабинете оказался только Мейкар. Он сидел за столом, нахмурившись, и пристально разглядывал свои ладони. — Почему ты один? Где Бейлор? — Его Величество отправляет брата на Драконий Камень, — глухо ответил Мейкар. Он медленно поднял взгляд, и в нём вдруг мелькнул страх. — Теперь ты не будешь со мной заниматься. Ваэлисса аккуратно положила свиток на стол, затем вдруг хищно оскалилась и потянулась к нему через стол. — Как же я могу оставить моего маленького принца Мейкара? Я ведь его так люблю! Леди ущипнула юного принца за щеку. Мейкар тут же оживился, отшатнулся, пытаясь увернуться, и чуть не свалился со стула, рассмеявшись. Ваэлисса села рядом и раскрыла свиток. — Перескажешь мне на валирийском кварто-азабадский конфликт пятьдесят девятого года, — леди методично постукивала пальцем по столу, — и я расскажу тебе об Ультосе и его связи с магами Асшая. Юный принц за любую увлекательную историю, пусть даже самую короткую, был готов на всё. Он тут же выпрямился, собираясь с мыслями, и пересказал все что помнил, а помнил он все. Но, как только занятие подошло к концу, Ваэлисса не осталась. На фехтование она с ним не пошла. Поднявшись, леди быстрым шагом направилась прочь из кабинета, к покоям старшего принца, который уже готовился покинуть замок. Она нашла его у кровати. Покои, к этому времени, уже опустела: сундуки унесли, дорожные плащи исчезли. Бейлор стоял спиной к двери, не решившись обернуться. Явно медлил с отъездом. Ваэлисса не подошла ближе. Лишь прислонилась к дверному косяку, скрестив руки. — Ты знаешь… — он держал в руках томик валирийских сказок. Ее любимых и самых дорогих опечаленному, вдали от дома, сердцу. «Король все же повздорил с сыном» — Как тебе добродетель Дженны Дондаррион? — Леди никак не могла выкинуть из головы неприятный разговор. — У леди Дженны много достоинств. Но при всей своей добродетели она и половины оленьей ноги не съест, — Бейлор все же обернулся. Нежная и утонченная леди Дженна может и достойная партия для принца и будущего короля. Но угрюмая, грубая и нелюдимая Ваэлисса, отважная и опасная принцесса из валирийских сказок, заставляла юношеское сердце дрожать от восторга. — Из всех моих достоинств ты выбрал именно это? — В мгновение сбитая с толку Ваэлисса тут же взяла себя в руки. — Каков наглец… — Для меня оно так же прекрасно, как и все остальные, — от необдуманного и сказанного вслух комплемента сорвало дыхание. — Какие ещё достоинства ты бы подчеркнул? — Леди чуть оттолкнулась от косяка. — Они прекрасны все, — после недолгой паузы Бейлору все же пришлось признать капитуляцию. И вновь она победила. — Я буду ждать тебя, Бейлор, — впервые Ваэлисса отвела взгляд первой. — Возвращайся скорее.
