For the Thrill of It

      Кристин сидела на маленькой кухне, не отрывая взгляда от зажатой в руке визитки.       Ощущение было… странно знакомым.       На губах мелькнула тихая усмешка при воспоминании о том, как всего месяц назад в этих же пальцах лежала карточка Феликса, а самой себе приходилось устраивать жёсткую эмоциональную встряску, пускай и по совершенно другому поводу.       Сумасшествие, как всё способно перевернуться за какой-то месяц.       Нынешняя неделя выдалась куда более свободной, чем ожидания. Дни тянулись… бесконечно — и дело не только в отсутствии Феликса. Наверное, просто убавилось поводов для поворотного, радостного предвкушения. Свою роль играла и зима: когда за окном темнеет ровно в пять вечера, выползать куда-то после работы пропадает всякое желание.       Во вторник пришлось буквально силой выталкивать себя в секонд-хенд, и пусть шоппинг никогда не числился среди любимых занятий, улов действительно оказался весьма недурным.       Образовавшийся избыток свободного времени подтолкнул снова сфокусироваться на скромном домашнем расследовании. С момента последней встречи с родителями прошло уже достаточно времени, и соль, разъедавшая раны, успела раствориться. Пора двигаться дальше.       В пятницу удалось сбежать с работы пораньше именно ради этого. Оказавшись дома, Кристин устроилась на барном стуле, сжав в одной руке мобильник, а в другой — ту самую полицейскую визитку.       Секундная заминка, глубокий вдох, пальцы быстро вбили цифры, и один лёг на кнопку вызова.       Гудки тянулись несколько секунд, пока в динамике не раздался сухой щелчок, а следом — хриплое низкое бурчание приветствия. — Здравствуйте, офицер Уайт, полицейское управление Гэри, штат Индиана. Чем могу помочь? — Здравствуйте! Э-э, меня зовут Кристин.       Как правильно начать подобный разговор, оставалось загадкой — приходилось чистой воды импровизировать на ходу. — Я… м-м… хотела бы поговорить с кем-нибудь по поводу моего дела. Его заводили несколько лет назад.       На том конце провода неопределенно хмыкнули. — Хорошо, не против минуту подождать на линии? — А, да, конечно! Без проблем.       Включив громкую связь, Кристин пустила скучную, заезженную мелодию ожидания гулять по комнате. Побарабанив пальцами по столу минут пять, она решила скоротать время за мытьём посуды. Процесс занял от силы пару минут, ведь за всю последнюю неделю к плите она даже не притрагивалась…       К счастью, дежурный вернулся к разговору почти сразу, как только тарелки заняли свои места на сушилке.       Мужчина попытался прочистить горло, но кашель резко перерос в глухой надрывный приступ. Кристин изогнула бровь, но терпеливо переключила телефон в обычный режим и дождалась, пока собеседник восстановит дыхание. — Кхм. Номер вашего дела, мэм? — Э-э, сейчас посмотрю…       Пальцы перехватили карточку ближе к глазам, силясь разобрать едва читаемый шифр, нацарапанный на лицевой стороне. — Так… должно быть, HV-7716046. — Ага, глянем… Имя и фамилия? — Кристин Бэк.       Из динамика донеслось быстрое клацанье клавиш, и Кристин поспешила продиктовать по буквам, чтобы избежать путаницы. — Б-Э-К.       Короткое хмыканье прозвучало как знак благодарности за подсказку. — Так, это у нас… октябрь две тысячи двадцать пятого, верно? — Ага. — Хм-м… Похоже, на данный момент ваше дело имеет статус «открытое, неактивное». — А что… э-э… что это значит?       Собеседник шумно вздохнул, явно раздосадованный необходимостью отвечать на столь очевидный вопрос, но Кристин пропустила этот вздох мимо ушей. — В настоящее время расследование по нему никто не ведёт, мэм.       Глаза округлились, а брови взметнулись вверх от смеси удивления и чистого недоверия. — О-оу. Ох. Э-э, ну…       Поверить в услышанное оказалось непросто, особенно после недавнего разговора с родителями, когда те свысока отчитывали дочь. Но сдаваться на первом же шагу Кристин не собиралась, решив во что бы то ни стало докопаться до сути. — Мои родители упоминали, что пару недель назад им звонили из управления Гэри. Как раз по поводу этого дела. Вы… можете что-то об этом сказать?       Офицер презрительно хмыкнул. — Милочка, если расследование никто не ведёт, то сама как думаешь?       Внезапная грубость выбила из колеи. На автомате поднявшись со стула, Кристин принялась мерить шагами комнату. — Сэр, я всего лишь пытаюсь выяснить, что происходит с моим делом. Неужели мне действительно больше не с кем поговорить?       Мужчина равнодушно вздохнул. — Подождите на линии, юная леди.       Возразить Кристин не успела — в трубке щёлкнуло. Опустив телефон, она уставилась на экран полным ошеломления взглядом. Из динамика полилась стандартная музыка для режима ожидания, звучавшая сейчас как чистой воды издевательство.       «Открыто, но неактивно»? Неужели делом вообще никто не занимается?       Ложь со стороны матери не совсем характерна для нее... Но разве о звонке упомянул не отец? Как бы то ни было, родители частенько приукрашивали факты, но выдумывать подобное на пустом месте точно не стали бы.       Вопросы роились в голове один за другим. Должен же быть следователь, который изначально вёл протокол, когда всё только произошло?       В памяти всплыли горькие обрывки той кошмарной ночи трёхлетней давности — ночи, воспоминания о которой до недавнего времени Кристин изо всех сил пыталась похоронить глубоко внутри. Вспыхнула отчетливая картинка: она, дрожащая как придорожный пёс в участке Гэри, кутается в дешёвый казенный плед и ждёт родителей, пока дежурный сухо фиксирует показания. Всё остальное тонуло в тумане — адреналин и шок намертво стёрли детали. Тряхнув головой, Кристин заставила себя вернуться в реальность.       Должен же существовать способ выйти на того самого первого следователя.       Ожидание затянулось ещё на двадцать минут. Кристин успела переделать абсолютно всю мелкую работу по дому, какую только смогла найти, когда навязчивый мотивчик в трубке наконец оборвался. — Алло? На связи? — проскрипел в трубке усталый голос офицера Уайта. — Да, здравствуйте. Всё ещё здесь. — Мэм, я тут глянул по базе. Дело висит как глухарь уже два с половиной года.       Мысли готовы были сорваться в крутое пике, но офицер бесцеремонно продолжил, пресекая любые панические атаки на корню. — Могу попробовать дать контакты женщины-детектива, которая изначально вами занималась, — офицера Вальехо. Вот только она уже давно на пенсии, — мужчина выдал эту информацию с таким равнодушием, словно читал прогноз погоды.       Кристин буквально лишилась дара речи. Выходило, что искать её или выяснять, что вообще произошло, никто даже не пытался. Ощущая, как в груди закипает глухая ярость, она решила пойти на прямую конфронтацию. — Два с половиной года?! Постойте… Я подала заявление три года назад. Вы хотите сказать, что расследованием занимались всего… от силы месяцев шесть? — Мэм, мы делаем всё, что в наших силах. — Я… — Кристин со свистом выдохнула. — Ладно, а как быть со звонком? — Каким звонком?       Кристин презрительно усмехнулась, стремительно теряя остатки терпения от такой вопиющей халатности. — Примерно месяц назад моим родителям звонили из вашего участка по поводу этого дела… — сдерживая напряжение, процедила Кристин, искренне не понимая, как можно было напрочь забыть тему разговора, которую они обсуждали буквально двадцать минут назад. — Слушайте, — хмыкнул мужчина, прежде чем продолжить. — Я ничего не знаю об этом деле, просто говорю то, что вижу в записях.       Кристин перевела дух. Ор на полицейского по телефону всё равно ни к чему бы не привёл. — Хорошо. Если бы вы могли дать мне контакты… э-э… первого следователя, которая вела дело в две тысячи двадцать пятом, было бы отлично, — процедила Кристин сквозь зубы. Она попыталась спрятать очевидную неприязнь под маской напускного терпения, но вышло откровенно халтурно. — Хех, без проблем. Хотя не гарантирую, что она станет с вами разговаривать. — Вы серьезно?.. — короткая фраза прозвучала куда более резкой и яростной, чем планировалось. В своё оправдание Кристин могла сказать лишь то, что намёки в его голосе её знатно взбесили. — Мэм! — прикрикнул офицер Уайт. — Я попрошу вас успокоиться. Мы тут вообще-то не дело об убийстве обсуждаем!       Кристин снова глубоко вздохнула, заставила себя сохранять самообладание — по крайней мере, до тех пор, пока не повесит трубку. — Хорошо… Думаю, я перезвоню вам, если она откажется со мной разговаривать. — Вот и славно. Разве это было так трудно? — тон буквально источал самодовольство и высокомерие.       Кристин закатила глаза с такой силой, что едва не увидела собственный мозг с обратной стороны. Она хранила молчание, пока мужчина на том конце провода не начал диктовать номер телефона, который она тут же набросала в приложении для заметок. Кристин повторила цифры вслух, и дежурный подтвердил, что всё записано верно.       Он прочистил горло, неловко давая понять, что разговор окончен, к огромному облегчению Кристин. — Всего хорошего, мэм. Надеюсь, вы найдете то, что ищете.       Она стиснула зубы. — Ага.       Не теряя ни секунды, она сбросила вызов.

***

      Феликс подпирал спиной стену за прилавком, отрешённо глядя на витрины с дешёвой бижутерией.       Эта грёбаная смена тянулась так медленно… Он был готов уже выколоть себе глаза.       В теории идея отпахать сорок часов в неделю на каникулах казалась здравой, но на практике… Каждая минута, проведённая в этом дурацком магазине, ощущалась как грёбаный час.       В лавку гуськом, точно выводок утят без матери, ввалилась стайка подростков лет пятнадцати.       Ну разумеется.       Он вяло моргнул, наблюдая, как они разглядывают товар. Похоже, первые покупатели за последние полтора часа… Впрочем, не его забота.       Работа почти без выходных на этой неделе должна была стать идеальным способом отвлечься, но в итоге он просто оказался заперт в этом тупом магазине наедине со своими тупыми мыслями.       Подростки минуты четыре делали вид, будто их интересуют стеллажи у входа, а затем целенаправленно двинулись в центральную секцию, стараясь держаться как можно дальше от Феликса.       К его легкому облегчению, наглости забрести в самый конец зала у них не хватило.       Он лишь закатил глаза и скрестил руки на груди, слушая, как они издалека хихикают над товарами категории «не для детей». После слишком частых «профилактических бесед» с начальством Феликс смирился с тем, что единственное его оружие — требовать паспорт, если они попытаются что-то купить. Чего, конечно, никогда не происходило.       Он шумно выдохнул, и взгляд вместе с мыслями предсказуемо уплыл в сторону.       Секция секс-игрушек была скромной и довольно посредственной; он знал наизусть почти весь ассортимент, и тут в голову внезапно пришла мысль: ни одну из этих штучек он на Кристин ещё не пробовал.       На губах промелькнула ухмылка.       По крайней мере, пока что.       Он ещё мгновение смаковал эти явно не предназначенные для чужих ушей фантазии, как вдруг внутри всё оборвалось от внезапного напоминания о выборе, который ему предстоит сделать.       Нет, нет. Нет.       Никакого «пока что». Да и никакого «выбора», если на то пошло, тоже не существовало — по крайней мере, больше нет. Решение уже принято. Осталось только довести его до конца.       Когда подростки наконец убрались из магазина, разнося свой невыносимый хохот по всему торговому центру, Феликс вышел из-за прилавка и принялся заново складывать футболки, которые те успели переворошить.       Тяжёлый вздох, пальцы привычно потёрли висок.       Неделя обещала быть долгой.

***

      Выходные ушли на то, чтобы остыть и принять малоприятную правду: без помощи полиции во всей этой чертовщине не разобраться. Толку сидеть в одиночестве и исходить злостью на их халатность не было никакого, хотя за последние дни Кристин только этим и занималась.       Устроившись на диване, она набрала номер, полученный от дежурного, до последнего надеясь, что бывшая сыщица сможет хоть чем-то помочь.       После нажатия кнопки вызова гудки потянулись один за другим. И как раз в тот момент, когда уверенность, что никто не ответит, стала стопроцентной, на том конце подняли трубку. — Алло? — раздался мужской голос.       Этого она… явно не ожидала. — О-оу, здравствуйте! А офицера Вальехо можно услышать?.. — Э-э, нет. Это Тайлер. Думаю, ты ошиблась номером, — сердце неприятно ёкнуло. — Там… нет никого по имени Джозефина? — Не-а, извини, малая.       Блядь. — Ничего страшного, я… извините за беспокойство. Всего доброго. — И тебе. Пока-пока. — Пока.       Экран погас, и Кристин со стуком опустила телефон на столешницу. Она ведь специально перепроверила цифры у того копа, так в чём дело? Может, офицер Вальехо… умерла? Боже, хоть бы нет.       Открыв ноутбук, Кристин вбила в поисковик «Джозефина Вальехо полиция Гэри», но в новостях не всплыло почти ничего. Для полной уверенности пришлось с неохотой ввести «Джозефина Вальехо Индиана некролог», но, к счастью, поиск ничего не дал.       Безрезультатно перерыв весь интернет в попытках найти актуальный номер, она, тихо ругаясь, снова набрала справочную линию участка.       Меньше всего хотелось снова наткнуться на того же типа; Кристин буквально два дня потратила на то, чтобы прийти в себя после прошлого зубодробительного разговора.       Гудок, второй — и трубку сняли. — Дежурный офицер Уайт, — блядь. — Чем могу помочь?       Вырвался тяжёлый вздох. — Я… э-э, это Кристин. Мы общались на днях.       На том конце повисло молчание, поэтому пришлось продолжить: — Кристин Бэк. Вы… дали мне номер офицера Вальехо, чтобы я могла связаться с ней по поводу моего дела. — А, да-да, точно. Ну и как, она слово в слово повторила мои ответы?       Кристин раздраженно фыркнула. — Вообще-то трубку взял какой-то Тайлер и сказал, что знать не знает никакую Вальехо. Я бы хотела ещё раз сверить номер. — Ладно, малая, — вздохнул собеседник. — Сейчас открою базу.       По его команде она принялась зачитывать цифры, записанные несколько дней назад, но на середине дежурный её бесцеремонно перебил. — Опа! Там вместо шестёрки должна быть девятка. Ха! Простая путаница, дорогуша. У меня жена вечно эти цифры путает.       Он же не мог говорить это в серьёз? Кристин глубоко вздохнула. — Я… я же перепроверяла у ва… Ладно, забудьте. Спасибо.       Она снова бросила трубку прежде, чем дежурный успел сморозить очередную глупость. — Да чтоб тебя… грёбаный… У-УХ! — простонала она, проклиная всё на свете сквозь зубы.       Ну и натуральный козёл же ей попался.       Попытка номер два. Вбив обновлённый номер и трижды его перепроверив, Кристин нажала на вызов.       Гудки шли один за другим, но трубку никто не брал. И прежде чем она успела сообразить, что делать, включился автоответчик — короткий и предельно деловой. «Джо сейчас не может подойти. Оставьте сообщение».       Звуковой сигнал раздался неожиданно быстро, застав врасплох и вынуждая на ходу соображать, что говорить. — Оу, э-э-э… З-здравствуйте, офицер Вальехо. Меня зовут Кристин Бэк. Я хотела бы поговорить с вами о моем деле, если у вас найдется время. Я связывалась с управлением Гэри, но мне сказали, что дело сейчас в неактивном статусе, и добавили, что никто, кроме вас, помочь мне не сможет. Я… знаю, что вы уже на пенсии, но я бы с радостью пригласила вас на кофе, чтобы всё обсудить. Спасибо за ваше время, и, э-э-э… пожалуйста, перезвоните мне при первой возможности на номер 847-555-0145. До свидания.       Она завершила вызов, надеясь, что монолог прозвучал хоть сколько-то убедительно.       Усевшись на диван, Кристин уставилась на тёмный экран телевизора. Оставалось лишь уповать на то, что если Джозефина и согласится на разговор, то это произойдёт скорее раньше, чем позже.       Минут через пятнадцать телефон ожил. Заметив ту самую девятку в середине номера, Кристин поспешно сняла трубку, искренне удивленная столь быстрому отклику. — Алло? — Привет. Это Кристин? — Да, это я! — Говорит Джо Вальехо. Ты… только что оставила мне сообщение? — Всё верно. — Да, слушай. Похоже, ты и сама в курсе, но я на пенсии. Тебе нужно обращаться в полицию Гэри.       О блядь, серьёзно?..       Кристин зажмурилась и сдавила пальцами переносицу, тяжело выдыхая в трубку. — Офицер, я уже с ними общалась. Там сказали, что вы — единственный человек, который способен помочь. Как выяснилось, мое дело… висит без движения уже два с половиной года. Никто… — она осеклась, заметив, как в голосе начинают сквозить отчаянные нотки, и сделала успокаивающий вдох, прежде чем продолжить. — Никто им не занимается. Вообще никто к нему не прикасался, кроме вас — по крайней мере, судя по тому, что мне озвучили.       В трубке повисла тишина. Кристин отчаянно надеялась, что её мольба достучалась до собеседницы.       В груди потеплело, когда из динамика донёсся обречённый, сдающийся вздох. — Ладно, хорошо. Можем встретиться. Всё равно у меня сейчас нет времени на это. — Отлично, спасибо вам огромное! — волна облегчения прокатилась по телу. — Э-э-э… Как насчёт…       Кристин замялась, прищелкнув языком и пытаясь судорожно вспомнить свое расписание на ближайшие дни. — Как насчёт следующих выходных? — Тут тебе не повезло. На праздники я уезжаю в город. — О-оу! В смысле… в Чикаго? — Ага. У меня нет времени на пустую болтовню, дорогуша… — Так я вообще-то живу в Чикаго, это просто идеально!       Бывшая сыщица снова вздохнула. — Ладно, малая. Как насчёт… как насчёт воскресенья, утром? — Замечательно! Получится… в десять? — М-м-м… Пойдёт. — А где мы… — Слушай, я скину адрес смс-кой чуть позже, идёт? — А… Да, конечно, — Кристин мимолётно задалась вопросом, зачем было вообще перезванивать, если ты так отчаянно занята, но дареному коню в зубы смотреть не стала. — Спасибо вам, мэм. Я… правда очень ценю вашу помощь.       Джозефина как-то безрадостно усмехнулась. — Не благодари раньше времени. До встречи. — До свидания!       На этом разговор оборвался — так же стремительно, как и начался.       Какое-то время Кристин просто сидела неподвижно, удивленная и одновременно окрылённая тем, что в деле наконец наметился хоть какой-то прогресс. Встряхнувшись, она поднялась с дивана и направилась в спальню, переходя к привычным вечерним делам.

***

      Наконец-то снова наступил четверг. Необходимость ждать целых две недели, чтобы снова увидеть Феликса, и без того заставляла Кристин изнывать от нетерпения, но этим утром предвкушение буквально накрыло с головой.       График «раз в две недели» определённо её не устраивал.       Даже просто сидя за рабочим столом, она ловила себя на том, что косится на часы всё чаще и чаще.       Кристин до сих пор не понимала, откуда в ней столько… энтузиазма по поводу их тайных встреч, но, как и всегда, заставила себя не копаться в причинах — особенно после того, что случилось в прошлый раз. Оставалось просто радоваться, что он вообще не свернул эту лавочку.       Выбросив лишние мысли из головы, она уткнулась в экран ноутбука и вернулась к работе.

***

      Взгляд на часы: 18:18.       Феликс тупо смотрел в тарелку с пастой, сжимая в руке вилку, но аппетита не было от слова совсем. Неизбежный, как смертный приговор, час «Х» — семь вечера — неумолимо приближался.       Он подцепил одну макаронину-ригатони, покрутил на зубьях вилки и швырнул обратно в миску.       Всё, что от него требовалось — это просто проигнорировать её.       За последние две недели он прокрутил этот сценарий в голове тысячу раз. Скорее всего, она напишет ему в ближайшие пару часов, интересуясь, где его черти носят, но он был к этому готов. Если понадобится, он этот грёбаный телефон в реку Чикаго выкинет.       И всё же, несмотря на железобетонный план, внутри всё ходило ходуном, а аппетит отбило напрочь.       Запихнув миску с пастой в холодильник — даже не удосужившись переложить в контейнер или прикрыть пленкой, — он схватил куртку и натянул кроссовки. Свежий морозный воздух должен помочь.       Может, этот сумасшедший ветер Города Ветров выдует к чертям все мысли из его башки, и не придётся больше мучиться. А если не сработает, оставалось надеяться, что он найдет хоть какой-нибудь способ отвлечься.

***

      Она валялась на диване, лениво разгадывая кроссворд от New York Times, чтобы хоть как-то занять мозги. Все вокруг твердят, что пятничный кроссворд — самый зубодробительный, но для Кристин четверг всегда был с подвохом.       Зависнув над экраном телефона в бесплодных попытках сообразить, что за чертовщину скрывает подсказка «Объект изучения цитологов», она мазнула взглядом по часам: 19:36.       Дерьмо.       Он должен был приехать ещё полчаса назад…       Кристин открыла диалог и отправила короткое сообщение:

«Привет, у нас всё в силе на сегодня?»

      Она нажала «отправить» прежде, чем успела передумать, и замерла, уставившись в экран. Кроссворд был мгновенно забыт.       События двухнедельной давности тут же всплыли в памяти, а сомнения и страхи всколыхнули мысли, превращая их в мутную жижу. Когда он не перестал трахать её после того, как с губ сорвалось чужое имя, показалось, что всё обошлось, но… что если она ошиблась?       Накатила острая волна паники.       Неужели она действительно всё просрала?       Кристин силой оборвала эти упаднические мысли, пока они не накрыли её с головой. Да и вообще… почему её это так задевает? Разве случится конец света, если он перестанет с ней общаться? Он ведь никак не помогал ей в расследовании дела о Цирке… Да и если ей так уж приспичило получать разрядку, можно просто вернуться в приложение «Ванта» и найти другого доминанта для обучения.       Но вопреки всем логичным доводам, накал эмоций и не думал утихать. Надо… надо просто набрать его, верно?

***

      Он упрямо брёл по тротуару, не разбирая дороги. Улицу заполняли умопомрачительные запахи еды — из-за мороза эти тёплые ароматы казались ещё более отчетливыми. И хотя мысль о сочном чикагском сэндвиче с говядиной манила, у Феликса по-прежнему не было ни капли аппетита.       В кармане вибрировал телефон, и внутри всё болезненно сжалось.       Точно она.       Он не станет смотреть. Нужно… нужно просто продолжать идти. Зайти в какой-нибудь магазин, чтобы отвлечься.       Не глядя по сторонам, он свернул в первую попавшуюся дверь. Это оказался какой-то мелкий продуктовый… лавка со снеками, алкоголем и крошечной стойкой кулинарии.       Блядь. Ему хотелось найти место менее уединенное, но отступать было поздно.       Выдавив вежливую улыбку плотному кассиру за прилавком, он принялся расхаживать между рядами, делая вид, будто что-то выбирает.       На автомате достав мобильник, чтобы изобразить сильную занятость, он краем глаза прочитал её сообщение:

«Привет, у нас всё в силе на сегодня?»

      Твою мать.       Грудь обожгло уколом вины.       Она… она не заслужила такого скотства, но… так будет лучше. Каким же он был кретином, если всерьёз поверил, что снова не сделает ей больно.       Старые привычки умирают с трудом, как ни крути.       Феликс тряхнул косматой головой, отгоняя образ её грустного, чертовски красивого личика, которое примет это выражение, когда окончательно поймёт, что её жестко продинамили.       Ничего бы этого не случилось, если бы она не...       Блядь. Ну да, конечно, Феликс, вали всё на неё. Идиот.       Он попытался переключить внимание на консервные банки на полке, как вдруг телефон зажужжал снова, но на этот раз вибрация не прекращалась.       Она звонила.       Высветившийся на экране номер словно издевался над ним — он так и не вбил его в контакты, но знал уже наизусть. И с чего он взял, что она не станет звонить?! То, что она никогда не делала этого раньше, ещё не означало, что она забыла, как пользоваться грёбаным телефоном…       Время словно замедлилось и одновременно понеслось вскачь, а секунды, отведённые на ответ, сужались вокруг него, точно тюремные стены. Казалось, эта пытка длится вечность.       Шумно выдохнув, он смахнул по экрану.

***

      Гудки шли один за другим. Боже, как же её достал этот тупой заезженный звук. Они тянулись так долго, что Кристин уже почти не сомневалась: сейчас включится автоответчик. Но в следующую секунду в трубке щёлкнуло. Облегчение легкой судорогой свело грудь, но липкая тревога никуда не делась. — Ф-Феликс! Привет! — …Привет, куколка.       Голос у него был какой-то потерянный, в край измотанный. Кристин невольно осеклась. — Привет, э-э… Ты уже едешь? Мы ведь встречаемся сегодня, да? — Я, э-э…       Пока он медлил, повисшая в трубке тишина мёртвой хваткой сжала её горло, не давая вздохнуть.       Она всё испортила, она и сама это знала. — Я… да. В метро какая-то глухая пробка, так что я пешком. Скоро буду.       Волна облегчения затопила изнутри, но интуиция настойчиво твердила, что здесь что-то не так… Впрочем, Кристин предпочла затолкнуть эту мысль подальше. — А, ладно! Без проблем, до скорого, Феликс!       Вызов тут же сбросился.       Всё нормально.       Он всё ещё идет к ней, а она… она просто раздувает из мухи слона на пустом месте.       Кристин поднялась с дивана и поплелась в ванную. Паника ещё глухо пульсировала в жилах. Вцепившись пальцами в мраморную кромку раковины и чувствуя, как ладони впитывают её холод, она уставилась на своё отражение, заставляя себя сделать несколько глубоких вдохов.

***

      Феликс нажал кнопку отбоя, тупо уставившись на пачку чипсов перед глазами.       Какая же он, блядь, тряпка.       Просто… у неё был такой встревоженный голос… такой грустный.       И виной тому был исключительно он сам.       Он… он просто скажет ей обо всём лично. Расставит все точки над «ё» максимально мягко и аккуратно. Это меньшее, что он мог для неё сделать…       …Ведь так?       Феликс развернулся и размашистым шагом вышел из лавки, даже не удосужившись кивнуть продавцу на прощание.       Вбив адрес её дома в карты, он обнаружил, что находится всего в пятнадцати минутах ходьбы. Какого чёрта? Когда это он успел так близко…       Мужчина глухо выругался про себя.       Да какая, сука, разница.       Похрен.

***

      Три резких удара в дверь заставили Кристин вздрогнуть, вырывая из крутого пике собственных мыслей.       Приоткрыв дверь, она снизу вверх взглянула на стоявшего на пороге мужчину. Взгляд Феликса блуждал где угодно — по косяку, стене, потолку, — лишь бы не пересекаться с её глазами. От его привычной вальяжной спеси не осталось и следа… он выглядел замкнутым и словно бы даже… виноватым? От этого зрелища внутри у Кристин всё ухнуло ещё ниже.       Брови испуганно поползли к переносице. — П-привет! Э-э, проходи…       Она отступила в сторону, освобождая проход и позволяя ему проскользнуть мимо, после чего заперла дверь. Феликс запустил пятерню в шевелюру, резким движением скидывая капюшон с головы.       Кристин выжидающе уставилась на него, замирая в предвкушении неминуемого удара. Он приоткрыл рот, шумно вбирая в лёгкие воздух, словно собираясь наконец что-то сказать, и лишь после этого нерешительно посмотрел ей прямо в глаза.       Пристальный взгляд.       Внезапно выражение его лица заметно смягчилось, сменившись чем-то таким, чего Кристин… никогда в нём не видела. Он закрыл рот, снова затянул носом воздух и потёр висок, словно окончательно передумав начинать этот разговор.       Кристин сама не знала, с чего зайти, но раз уж он упорно не желал брать инициативу, она решила рискнуть. — Что-то… что-то случилось? Это из-за меня?.. — Н-нет, нет… ты тут ни при чем… Я просто…       Феликс шумно выдохнул, нерешительно мотнув растрёпанной шевелюрой. — Можно мне в туалет по-быстрому? — А, да… Конечно…       Он уже сделал шаг в сторону спальни, когда она его окликнула: — Слушай, ты не мог бы… снять обувь?       Раньше ни разу не приходилось просить его об этом… Да что с ним вообще такое? — А, да, точно, — пробормотал Феликс, выдавив неловкую, виноватую улыбку.       Наступая поочерёдно на задники кроссовок, освободил ноги, оперевшись ладонью о стену, чтобы удержать равновесие. Кристин молча наблюдала, как он на секунду замялся, прежде чем скинуть куртку и небрежно швырнуть её на крючок вешалки. — Я… э-э… буду на диване, — тихонько добавила она, указав большим пальцем в сторону комнаты.       Он ответил лишь натянутой улыбкой с плотно сжатыми губами и скрылся в ванной.       Кристин тяжело опустилась на диван, сделала глубокий вдох и почувствовала, как взвинченные до предела нервы начинают понемногу отпускать. Сам факт того, что он вообще пришёл, уже помогал успокоиться и взглянуть на ситуацию трезвее.       С другой стороны, таким она его никогда не видела. За последние три минуты в нём промелькнуло больше раскаяния, чем за всё время их знакомства, — при том, что он даже рта толком не раскрыл.       Она принялась нервно покачивать ногой, дожидаясь, пока гость выйдет.

***

      Нормально.       Всё нормально, нормально, нормально.       В ту же секунду, как увидел её очаровательное личико, омраченное тревогой в огромных голубых глазах, Феликс понял, что не сможет этого сделать. Осознание ударило куда сильнее, чем мог себе вообразить. Раньше ведь подобные вещи давались по щелчку пальцев… Что, блядь, пошло не так?       В ярости Феликс потёр глаза ладонями, но её образ уже намертво выжгло на сетчатке. Мягкие темные волосы, наспех собранные в небрежный пучок — несовершенный, но такой типичный для Кристин; челка, умудрявшаяся выглядеть одновременно растрёпанной и аккуратной; синяя толстовка, глубокий цвет которой так чертовски выгодно подчёркивал белизну кожи; золотые сережки, мягко поблескивавшие в свете ламп.       Он не сможет её отпустить. Ни за что.       Мёртвой хваткой вцепившись в края раковины, уставился на собственное отражение — суровое, непоколебимое.       Просто секс.       Нужно просто вернуть всё к моменту, когда это был чистый секс.       Не то чтобы это когда-то было чем-то другим, но… Боже, как же всё усложнилось. Нужно было эту сложность убрать.       Всё ведь шло просто идеально, пока они не начали об этом разговаривать. Надо лишь сделать так, чтобы подобное больше не повторялось.       Он выпрямился во весь рост. Зеркало в ванной словно издевалось над ним, срезая отражение аккурат по линию лба.       Прижав ладони к щекам, попытался нацепить свою фирменную маску безразличия и отрешённости, но дежурная ухмылка так и не добралась до глаз.

***

      Кристин краем уха услышала, как в ванной зашумела вода в сливном бачке, и внутренне подобралась, готовясь снова его встретить.       Как только мужчина вернулся в поле зрения, она открыла рот, но тот заговорил одновременно с ней. — Я… — Слушай…       Они неловко уставились друг на друга, выдержав секундную паузу. — Ты… ты говори первый, — уступила Кристин. Она похлопала по подушкам дивана рядом с собой и подвинулась влево, приглашая его сесть.       Он принял приглашение, нацепив фальшивую ухмылку, прежде чем начать.       Кристин затихла, как и её сердце, ожидая слов. Нервное напряжение достигло такой точки, что уже почти ничего не чувствовалось, словно под анестезией. — Короче, я…       Феликс повернулся, мимолётно глянул в глаза, после чего принялся блуждать вниманием по комнате. Он выпрямился, прочистил горло и продолжил: — Я знаю, что тебя, наверное… жестко кроет из-за… всего этого. Ну, в смысле… не все способны двигаться дальше так же быстро, как… некоторые из нас, — он нагло ткнул пальцем себе в грудь. Кристин знатно покоробило.       Его неловкая, виноватая покорность на пороге, испарилась без следа, сменившись куда более привычным и знакомым мудачеством. Этот резкий перепад вместе с очевидной шпилькой в адрес её умения справляться с эмоциями заставил тут же встать в оборонительную позицию. — Эй! Я… — Дай мне закончить, — перебил Феликс, и его ухмылка даже не дрогнула.       Сжав зубы, Кристин замолчала, позволяя говорить дальше. — Така-а-а-ая ранимая, — буркнул он себе под нос, но сразу же перешёл к следующей фразе, не дав ей времени осознать выпад. — Очевидно, ты подзабыла, так что я напомню: это. Просто. Секс.       Кристин недовольно свела брови к переносице. — Я же сказал, что не собираюсь копаться в дерьме из нашего прошлого, и я слов на ветер не бросаю, — тон стал более суровым. — Если… если ты не вывозишь такие условия, то у нас ничего не склеится, — он презрительно хмыкнул. — Ты ведь это понимаешь, да?       Сквозившее наплевательство в голосе начинало откровенно бесить. — Феликс, я знаю, что облажалась, и… мне правда жаль, честно. Но ты сам, блядь… подхватил это и развил тему! Так что не надо выставлять всё так, будто виновата я одна, — она увидела, как снисходительно закатились глаза напротив, но предпочла проигнорировать это и продолжила. — Мы могли бы остановиться, если бы ты захотел, но… ты сам спросил мой цвет… ты сам разогнал всё с нуля до сотни… — Ой, только не делай вид, будто тебя это не завело, — рявкнул он. В голосе смешались веселье, горечь и глухая защита.       От такого обвинения она аж задохнулась. — Я… я… это не…       Кристин судорожно пыталась подобрать слова, пойманная на горячем. — Я… я просто хочу сказать… что виноваты мы оба. Ты можешь сколько угодно утверждать, что тебе похрен и ты пошёл дальше, но… — Ну во-о-от, опять началось, снова перемалываем одно и то же. Мы разве только что не договорились… — Вообще-то, ты сам это поднял… — Кристин! — перебил её Феликс. Голос прозвучал куда жестче и громче, выводя их спор на пик. От неожиданности она послушно захлопнула рот. — Если мы продолжим это обсуждать, я ухожу. Всё предельно просто.       Теперь он говорил тихо. Ухмылка исчезла, а в глазах снова промелькнула та самая тень вины и раскаяния, которую она видела на пороге — взгляд почти умолял понять его.       Это заставило Кристин замереть. Ни один из них не решался разорвать зрительный контакт.       Он выставлял всё так, будто виновата исключительно она одна, что было полнейшим абсурдом, но… всё, чего он хотел — это проехать тему и двигаться дальше, а спорить с ним сейчас было совершенно бесполезно.       Кристин глубоко вздохнула. — Ладно. Хорошо, я… я согласна на эти условия.       Феликс картинно выдохнул и отвел взгляд. На его лицо вернулась слабая ухмылка — та самая, которая упорно не желала добираться до глаз. — Рад… Рад это слышать, дорогуша.       Он потянулся к ней и похлопал её по бедру. Его поведение откровенно задевало, и это снисходительное прикосновение по логике не должно было приносить облегчения, но… он прикасался к ней, несмотря ни на что. И это дарило странный уют. Кристин предпочла проигнорировать то, как ёкнуло внутри глупое сердце. — Значит, мир? — он слегка склонил голову набок, ухмылка наконец-то оживила карии глаза, а брови взметнулись вверх в ожидании ответа.       Кристин выдохнула, чувствуя, как волна облегчения смывает остатки конфликта… ну, по большей части. — Да. Да, мир.       Стоящий перед ней мужчина шумно и облегчённо выдохнул. — Уф-ф! Ну, тогда… увидимся на следующей неделе, — Феликс поднялся на ноги, разворачиваясь спиной к дивану.       Глаза Кристин округлились от полнейшего замешательства. — По-погоди, что? Мы что… ничем не займёмся сегодня?       Он резко развернулся, снова впиваясь взглядом и вскидывая бровь. — Ты… ты серьёзно всё ещё в настроении? — спросил он чуть ли не с притворным недоверием.       Кристин мгновенно вспыхнула и тут же пошла на попятную, словно пытаясь сжаться и стать как можно незаметнее. — Н-нет, нет, ты прав, мы не обязаны… — пробормотала она, утыкаясь взглядом в пол.       Феликс просто стоял над ней, внимательно изучая. Она никак не могла понять: то ли в его голове сейчас со скрипом ворочались невидимые шестерёнки, то ли за этими глазами не было ни единой связной мысли. Пытаясь скрыть накатившее разочарование, Кристин принялась оглядывать комнату, опустив голову чуть ниже обычного. Неужели даже после этого разговора между ними… так и останется эта удушающая неловкость?       Кристин наконец заставила себя снова поднять на него глаза и застала момент, когда мужчина явно вёл тяжелую внутреннюю борьбу. Он разорвал зрительный контакт, уставившись в угол комнаты, а на губы выползла привычная оборонительная ухмылка, после чего выдавил короткий смешок. — Ладно, ладно. Раз уж я тебе настолько сильно нужен… — он наклонил голову и лениво перенес вес на одну ногу, уперев руку в бок.       Она улыбнулась, даже не пытаясь обижаться. Он был прав, и, честно говоря, это начинало пугать… но она отмахнулась от дурных предчувствий. — Ну, раз с этим разобрались… у тебя, э-э-э… пожрать что-нибудь есть? Я голодный как волк, — он размашистым шагом направился на кухню и принялся бесцеремонно шарить по полкам, окончательно оправившись от недавней ссоры.       Она тихонько фыркнула от такой резкой перемены настроения, но злиться не хотелось — Кристин была слишком рада тому, что атмосфера наконец-то возвращается в привычное русло. — У меня, э-э… есть рамён? — Кристин пожала плечами. — Господи… А нормальной еды не осталось? — он распахнул холодильник так, словно хозяйничал у себя дома. Бутылки и пластиковые контейнеры со стуком заходили ходуном. — Пф-ф. Стала бы я с тобой делиться домашней едой, — рассмеялась она от этой абсурдной мысли. — Ну, если не хочешь, чтобы я был полон сил и энергии, сама же потом пожалеешь, сечёшь? — он повернул к ней голову, приподняв бровь. Кристин снова слегка покраснела. — Заткнись и просто… просто завари уже этот рамён, боже.       Кристин соскочила с дивана и поспешила к нему, надеясь ускорить процесс и попутно проследить, чтобы этот ураган ничего не разгромил.       Он с явным фырканьем наблюдал за тем, как она топает к кухонному уголку. — Держи… — она взобралась прямо на столешницу, вставая на колени, чтобы дотянуться до заначки с лапшой. Выудив одну пачку, она протянула её Феликсу, после чего довольно неуклюже сползла обратно на пол.       В момент передачи его длинные пальцы на долю секунды мазнули по девичей ладони. — Ты каждый раз туда так лазишь? — хмыкнул он.       Она лишь неопределённо пожала плечами. — Шкафчики нужно использовать по назначению.       Он повертел в руках одинокий пакетик, пока она спрыгивала обратно на пол; мягкие подошвы носков едва коснулись покрытия, не издав ни шороха. — Тебе не хочется? — наклонив голову, глядел на неё сверху вниз. — Не-а, я… — на секунду призадумалась. Ей тоже хотелось есть; ранний ужин, который наскоро сляпала, оказался не таким сытным, как представлялось. — Ну… ладно, пожалуй, я бы перекусила.       Миниатюрная Кристин приготовилась было запрыгнуть обратно на столешницу, но Феликс рассмеялся и положил руку ей на плечо. — Я сам, мелкая. Береги силы.       Закатив глаза и скрестив руки на груди, наблюдала, как он без малейших усилий дотягивается до заначки. Как, слегка притеснив её, вторгся в личное пространство, выуживая второй пакет рамёна, и ухмыльнулся сверху вниз — самодовольно, как всегда.       Кристин смотрела, как он положил оба пакета на кухонную тумбу. Через мгновение сама наклонилась, чтобы достать кастрюлю из нижнего шкафа, стараясь быть хоть немного полезной. Пошуршав в недрах шкафчика и убедившись, что выбрала посуду подходящего размера, выпрямилась и обнаружила, что Феликс облокотился на стойку, высокомерно глядя на неё сверху вниз. Ну вылитый мудак. — Пытаешься помочь? — хохотнул. — Я думал, ты не умеешь готовить. — Это моя кухня. Я… — Как мило, — он перебил, выхватив кастрюлю из рук, и принялся наполнять её водой, лениво следя за женщиной взглядом. — Сядь там, я не позволю тебе испортить мой отличный рамён, — он сузил глаза и понизил голос. — Я видел, что ты сделала с тем печеньем… — Ну, а что, если я не позволю тебе разгромить мою отличную кухню? — Ой, пожалуйста, тут на половине конфорок пыль. Удивлюсь, если ты пользуешься этой кухней чаще раза в неделю, — он скрестил руки на груди, лениво опираясь спиной о столешницу, и задрал нос в её сторону, насмешливо добавляя. — Если тебе так важно, ладно, разрешу посмотреть. Может, чему-нибудь научишься.       Игриво приподняв бровь, он наслаждался тем, как та фыркнула на него, а затем выключил воду, довольный количеством. Подошёл к плите, поставил кастрюлю, включил огонь и полез за солью, щедро сыпанув её в воду.       Пока вода закипала, Кристин наблюдала, как он снова полез в холодильник — на этот раз изучая содержимое куда более придирчиво, даже наклонившись, чтобы получше всё разглядеть. — У тебя… У тебя что, нет яиц? — Я, э-э… — она подошла поближе, чтобы проверить лично. — Похоже, что нет. — Да как ты вообще… Что ты вообще ешь, женщина? Сырые макароны? — Пф-ф, — улыбнулась, коротко хохотнув. — Рамён, например. Замороженные обеды… ну, знаешь, чем проще, тем лучше. — И ты не добавляешь яйца в рамён? — Нет, я… просто ем как есть, без всяких изысков. — Хм-м, — он захлопнул дверцу холодильника, игриво сощурившись. — Живёшь ты печальной, серой жизнью. Мне тебя почти искренне жаль.       Кристин закатила глаза, но продолжала следить за его работой. Он мгновенно вошёл в ритм, выуживая специи и другие ингредиенты, чтобы довести блюдо до ума. То, с какой уверенностью мужчина двигался, завораживало.       И только когда он резко повернулся к ней, она вдруг осознала, что откровенно пялится.       Ухмылка натянулась сильнее, когда это заметилось, но на сей раз он решил обойтись без насмешек. — Из свежего у тебя тут… примерно ничего, так что шедевра не обещаю. Но это в любом случае будет на голову выше того дерьма, к которому ты привыкла, уж поверь. — Пс-с. Ну надо же, как мы себя расхваливаем. Ты бы поаккуратнее, а то вдруг я в тебя поверю?       Стоило этой колкости сорваться с губ, как Феликс рассмеялся, мгновенно бросив всё, чем занимался.       Развернувшись к Кристин, он подался вперёд, сокращая дистанцию до минимума. Впившись в её глаза, он осклабился — хищно, почти по-дьявольски. В том, как он буравил взглядом, разгоралось недоброе, голодное пламя. — Даже в мыслях не было.       Он удержал в плену этого мгновения, позволяя густому напряжению повиснуть в воздухе, и лишь затем разрушил чары — выпрямился, всё так же буравя взглядом. Посчитав, что вода закипела как надо, Феликс с треском разорвал пакеты с рамёном и забросил лапшу в кастрюлю.       Кристин захлопала округлившимися глазами, приходя в себя после… что это вообще было? Подкол? Флирт? Чем бы это ни являлось, приём сработал на ура. Сделав глубокий вдох, поспешила перевести тему обратно на еду. — Как… как часто ты готовишь такой «элитный» рамён? — поинтересовалась она, наблюдая, как парень находит дуршлаг и ставит в раковину. Тот усмехнулся слову «элитный», но на вопрос всё равно ответил. — Вообще я стараюсь готовить буквально что угодно другое, когда есть возможность… и деньги, — фыркнул он. — Но когда финансы поют романсы, это вполне сносный вариант, чтобы перебиться, понимаешь?       Поймав его взгляд, Кристин согласно промычала и кивнула с улыбкой. Феликс варил лапшу недолго: быстро откинул на дуршлаг, швырнул обратно в кастрюлю, бросил туда же солидный кусок сливочного масла и выключил конфорку. — Без понятия, как можно выживать на простом пакете лапши. Ты же, наверное, вечно голодаешь… или у тебя анемия… или ещё что-нибудь в таком духе.       Она коротко фыркнула. Доля правды в его словах определённо была. — У меня… У меня в офисе есть столовая. Стараюсь добирать все витамины в обед. Ну и во время ужина тоже, если задерживаюсь допоздна. — Хм. Неплохо устроилась. Где вкалываешь? — поинтересовался он, попутно заливая в кастрюлю соусы и засыпая специи, которые, по всей видимости, откопал в самых глухих углах холодильника и шкафчиков. Честно говоря, половину этих баночек Кристин видела впервые. — Да так, в небольшой бухгалтерской конторе. Уверена, ты о ней даже не слышал. — Хм. А ты проверь, — Феликс насмешливо вскинул бровь. — Называется «Бухгалтерское агентство Мамфорда»? Просто ты не особо похож на человека, который разбирается в подобных сферах…       Он прыснул. — Ну да, впервые слышу.       Его лицо расплылось в наглой, издевательской лыбе. Закончив размешивать приправы из пакетиков вместе со своими находками, он уставился на неё, откровенно упиваясь чужой реакцией.       Кристин фыркнула и демонстративно закатила глаза, но сдержать невольную ответную улыбку так и не сумела. — Ну а сам-то где пашешь? Тебя разве не попёрли из… э-э-э… как бишь его?       Она намеренно прикинулась дурочкой, чтобы задеть его за живое, и, к огромному удовольствию, уловка сработала. — Пф-ф-фт! — Феликс аж поперхнулся от подобной дерзости. — Во-первых, меня не увольняли, засранка мелкая. Я сам ушёл. И заведение называлось «Ванта», — отчеканил он, заставив Кристин так и просиять: ей удалось-таки расшевелить этого сухаря. Кристин потянулась за глубокими тарелками, желая поучаствовать в процессе хотя бы по минимуму. — Ну и… где ты теперь обитаешь?       Он лишь скосил глаза, продолжая лениво разливать варево. — О, то есть мне нужно угадать? — Кристин скрестила руки на груди, довольно ухмыляясь. Его ухмылка стала еще шире, но отвечать он не спешил, позволяя девчонке загонять саму себя в логические тупики. — Хм-м… Интересно, в каких таких местах строчка «бывший профессиональный доминант» в резюме помогает распахнуть нужные двери… — размышляла она вслух, пока Феликс распределял лапшу по мискам, явно забавляясь этими расспросами. — Ты… работаешь в стриптиз-клубе, что ли? — сама мысль заставила её прыснуть. — О! Или в секс-шопе. Точно, сто процентов там!       Кристин внимательно ловила малейшие изменения на его лице: на последнем варианте парень едва заметно дернул бровями. Феликс тут же переключился обратно на еду, взял две пары палочек, воткнул их в миски и протянул одну тарелку собеседнице. — Чёрта с два я тебе теперь скажу, раз уж ты обвинила меня в том, что меня выставили за дверь. К твоему сведению, я был образцовым сотрудником… — он игриво ткнул её локтем в бок. — … Абсолютным любимчиком публики. Кому, как не тебе, это понимать.       Кристин лишь фыркнула на такое раздутое эго. Они перебрались на диван, приспособив журнальный столик под обеденный. Девушка с тайной ухмылкой наблюдала за тем, как долговязому Феликсу приходится чуть ли не складываться пополам, чтобы дотянуться до еды. Парень подцепил палочками солидный ком лапши и отправил в рот, выжидающе глядя на спутницу, пока та возилась со своими приборами. — Пробуй, — потребовал он.       Феликс не сводил с неё глаз, пока она подцепляла палочками несколько нитей лапши и отправляла в рот. Вкус оказался несравнимо богаче и ярче, чем обычно. Не сказать, конечно, что получился кулинарный шедевр, но Кристин была искренне поражена: парень умудрился до неузнаваемости преобразить копеечный фастфуд при помощи всего пары случайных находок из её же закромов. — Вкусно же, скажи? — он приподнял бровь, уже открыто посмеиваясь над выражением её лица.       Она усердно закивала. Было действительно вкусно.       Удовлетворившись ответом, Феликс принялся уплетать свою порцию с таким зверским аппетитом, какого Кристин у него ещё ни разу не замечала. Впрочем, если вдуматься, она его голодным вообще никогда не видела.       Дальше они сидели в мирной тишине, лишь сыто причмокивая над импровизированным ужином. Кристин каким-то чудом управилась быстрее. Сжимая в ладонях тарелку, она нарушила уютное молчание. — Спасибо. Ну, за то, что приготовил.       Феликс хищно осклабился, не разжимая губ, пока прожёвывал очередную порцию. Наконец проглотив еду, он выдал: — Поблагодаришь меня через полчаса, Крисси, — он двусмысленно подмигнул, заставив её внутренности сладко сжаться.       Они продолжили трапезу. Кристин быстро справилась со своей порцией, втягивая последние нити лапши, и откинулась на спинку дивана с чувством приятной сытости.       Опустив пустую посуду на столик, она откинулась на спинку дивана и блаженно вздохнула. Согнувшийся в три погибели Феликс всё ещё возился со своей порцией. — Почему… Почему ты всё-таки ушёл?       Вопрос сорвался с её губ ровно в тот момент, когда Феликс отправил в рот очередную порцию лапши. Кристин слишком поздно поняла, насколько не вовремя решила это озвучить.       Мужчина откинулся на спинку дивана, неторопливо пережёвывая еду и разглядывая собеседницу. Проглотив кусок, он многозначительно наставил на неё деревянные палочки. — Ты задаёшь слишком много вопросов.       Кристин лишь закатила глаза. В ожидании она принялась крутить большими пальцами и нетерпеливо подёргивать ногой, готовая поклясться: этот мучитель жуёт так медленно исключительно ради того, чтобы над ней поиздеваться.       Наконец справившись с последней лапшой, Феликс поднялся, сгреб обе миски и направился к кухонному уголку, чтобы закинуть их в посудомойку. Кристин тут же переползла на самый край дивана, преданно ловя каждое движение в предвкушении продолжения.       Развернувшись, парень коротко фыркнул, забавленный её чересчур взвинченным и нетерпеливым видом, но в следующую секунду взгляд потемнел.       Волна облегчения вперемешку со сладким предвкушением затопила тело: всё наконец-то возвращалось на круги своя. Кристин сгорала от нетерпения узнать, какое именно испытание её ждёт этой ночью.       Лицо Феликса расплылось в хищной, зловещей ухмылке. Внизу живота у Кристин всё туго сжалось от сладкого страха. — Встань, — скомандовал он.       И она подчинилась.